Глава 5
6 июля 2022 г., 07:44
Отвесная Скала шёл по тёмному ночному лесу, осторожно переставляя лапы и прижимая хвост к животу.
— Как думаешь, какое испытание выпадет утром твоим сёстрам? — спросил он, повернувшись к идущему за ним след в след Совиному Когтю.
— Надеюсь, Колючую Иглу не заставят охотиться на змей, — хмыкнул в усы бурый котик с белой грудкой. — На первой тренировке она жутко перепугала Снежную Бурю с Быстрым Зайцем, поймав змею в пшеничном поле.
— Я слышал про этот случай, — фыркнул в ответ Отвесная Скала и, когда улыбка исчезла с его морды, тихо спросил: — Послушай, а каково это — иметь отца? Настоящего, — раздражённо уточнил тёмно-серый кот, когда Совиный Коготь недоумённо сузил правый глаз, посмотрев на него. — По правде сказать, меня с самого котячества тянуло к Волчьему Когтю. Мне хотелось его одобрения, заботы, но он даже ни разу не назвал нас с Орлиным Криком сыновьями. Я понимаю почему, но от этого легче не становится.
— Ну, — призадумавшись, мяукнул бурый мягколап с белой грудкой. — Я стараюсь быть таким, как Солнечное Сердце — храбрым, благородным и заботливым к остальным. Мне трудно представить, каким бы я стал, не будь его рядом всё моё котячество.
— Мой настоящий отец, Камнесказ, — пробормотал Отвесная Скала, чувствуя, как от упоминания имени родного отца сердце едва ощутимо сжалось в груди. — Вряд ли я его когда-нибудь увижу, но если это всё же случится, что мне ему сказать?
Совиный Коготь открыл было рот, однако не нашёлся с ответом и тут же его прикрыл.
— Я думаю, на этот вопрос не стоит отвечать никому, кроме тебя самого, — повёл ушами он.
— Кто бы мог подумать, — хмыкнул тёмно-серый кот, однако тут же стыдливо сузил глаза. — Я не хотел тебя обидеть, прости.
— Всё нормально, — легко улыбнувшись, кивнул Совиный Коготь. — Я не котёнок, чтобы обижаться на такое.
— Ладно, — облегчённо вздохнул Отвесная Скала и, приняв охотничью стойку, вопросительно мяукнул. — На кого же нам поохотиться?
— На пустельгу, — предложил Совиный Коготь. — Или ржанку.
— Нет, — помотал головой в ответ Отвесная Скала. — Будем охотиться на тех, кем мы питались в клане Бледной Луны. Летучая мышь? Пожалуй, нет, для тебя это будет сложновато.
— Говоришь прямо как мой наставник, — нахмурившись, пробурчал речной мягколап.
— Сейчас я твой наставник, — горделиво расправил плечи Отвесная Скала. — Можешь мне поверить, после сегодняшней тренировки Тенистый Клён вовсе позабудет, что ты раньше жил в клане Ясного Солнца. Итак, для начала тебе следует уяснить, что лунные коты бьются с врагом так, чтобы он не мог нанести ни одного удара в ответ, — тут он поднял взгляд на тонкий коготь подбирающейся к макушке чёрного неба луны. — Враг, чьи глаза не привыкли к ночи, не увидит, как ты скрываешься в кустах. Теперь покажи мне своё нападение из засады.
Прикрыв глаза, тёмно-серый кот услышал удаляющиеся шаги и, тут же распахнув веки, раздосадованно фыркнул.
— Старайся не уходить от врага, а прыгать, — наставительно промяукал он обернувшемуся к нему через плечо Совиному Когтю. — Так будет меньше лишней возни, которую можно услышать.
— Я что, похож на кролика? — раздражённо рыкнул Совиный Коготь.
— Ты сам попросил меня с тобой позаниматься, — пожал плечами его соклановец. — Если не хочешь, чтобы Тенистый Клён разглядел в тебе потенциал и как можно скорее посвятил в остролапы, можешь идти спать.
Совиный Коготь угрюмо промолчал и, когда Отвесная Скала вновь прикрыл глаза, перепрыгнул ближайший кустарник.
Распахнув глаза и оглядевшись, тёмно-серый кот запоздало промяукал:
— Кстати, едва не забыл, старайся по возможности сбивать запах о листву, так тебя будет труднее учуять, что в драке, что при охоте.
Когда с его губ сорвалось последнее слово, он почувствовал, как на его загривок обрушились передние лапы налетевшего сзади Совиного Когтя.
— Отлично, — сипло выдавил тёмно-серый кот, когда бывший солнечный мягколап прижал его к земле и обездвижил, уперев передние лапы в лопатки. — Но вспомни, что я говорил о поединках! — тут он напрягся всем телом и, рванувшись назад, сбросил бурого кота со спины.
Развернувшись к нему всем телом, Отвесная Скала нанёс мягколапу пару несильных ударов по морде и, когда тот отразил третий, отрицательно мотнул головой.
— Но Раскат Грома не учил меня, что надо отступать в самом начале схватки, — растерянно промяукал тот. — Он говорил, так поступают только трусы.
— Я бы не стал в вопросах битвы прислушиваться к мнению кота, которого ослепили, — хмыкнул в ответ Отвесная Скала, но осёкся, заметив, как на помрачневшем лице Совиного Когтя заблестели узкие щёлки карих глаз.
— Этого не должно было случиться, — прорычал он, распушившись. — Если бы не Лунный Лёд, мой наставник до сих пор мог бы видеть и жить, как остальные остролапы!
Отвесная Скала тяжело вздохнул и посмотрел на него сочувственным взглядом.
— Я ненавижу Лунного Льда, — выпалил Совиный Коготь, выпуская когти. — Он натворил слишком много бед, чтобы я отзывался о нём хорошо, пусть он и мёртв.
— Послушай, — глухо промяукал Отвесная Скала. — Я понимаю, каково тебе пришлось. Когда мы с Орлиным Криком потеряли Лунный Цветок, я тоже старался заглушить в себе горечь, чтобы помочь брату справиться с этим. Я знаю, как тяжело терять близких, но ты должен перестать винить себя и жить дальше. Если не ради них, то хотя бы ради тех, кто всё ещё рядом с тобой.
Совиный Коготь посмотрел внимательным взглядом в морду Отвесной Скалы и, наконец, вздохнув, медленно кивнул.
— Ты прав, — согласно мяукнул он. — Я постараюсь отпустить чувство вины.
— Вот и славно, — улыбнулся серый кот и, вскочив на лапы, требовательно добавил: — Ещё раз. Покажи мне настоящего скрытного воина из клана Бледной Луны!
Совиный коготь воодушевлённо кивнул и, когда тёмно-серый кот прикрыл веки, вновь перепрыгнул через кустарник.
Обойдя свою жертву со стороны, он подобрался и совершил второй прыжок, выставляя к Отвесной Скале передние лапы со втянутыми когтями.
Открыв глаза, тёмно-серый кот резко повернулся к Совиному Когтю и, поднявшись на задние лапы, ткнул его передними в грудь.
Неуклюже рухнув на землю, бурый кот молниеносно перевернулся на живот и, рванувшись к Отвесной Скале, сбил его на землю.
Когда тот с болезненным рыком завалился на бок, до смеха напомнив Совиному Когтю упавший в центре нового лагеря чёрный дуб, бывший солнечный ученик, не медля, юркнул обратно за кусты.
— Другое дело, — одобрительно проурчал остролап, вскоре выходя к бурому коту. — Теперь охота.
С этими словами он принял охотничью стойку и засеменил по направлению к Пограничной реке.
— Попробуем поймать лягушку, — мяукнул кот и улыбнулся в усы, заметив, как идущий с ним лапа в лапу Совиный Коготь скривился от отвращения. — Ночью ты, помимо всего прочего, должен учитывать и то, будет ли тебя видеть добыча. Старайся красться во тьме и не выбираться на просвечиваемые лунным светом места.
— Но вокруг и так кромешная темнота, — раздосадованно заметил котик. — Я не разбираю, куда светит луна, а куда — нет.
— В полнолуние разберёшься, — уверенно ответил Отвесная Скала и когда они с бурым котом подобрались к побережью Пограничной реки, окинул его быстрым взглядом. — Вон она! — кивнул он носом, увидев сидящую на торчащем из воды камне большую жабу.
Совиный Коготь проследил за его взглядом и недоверчиво прищурился, однако, когда жаба едва заметно надула брюхо, напряг сильные задние лапы, намереваясь совершить длинный прыжок.
— Ты уверен, что допрыгнешь? — прошептал ему на ухо тёмно-серый кот.
— Думаю, да, — прошелестел Совиный Коготь и, стремительно прыгнув к жабе, растянулся в полёте.
В последний момент заметив выставившего вперёд когтистые передние лапы мягколапа, круглый скользкий зверь с встревоженным пыхтением рванулся в сторону, однако Совиный Коготь впился в него когтями и, схватив за заднюю лапу, выволок из реки на песчаное побережье.
Когда жаба плюхнулась на песок и с пронзительным писком перекатилась через себя, бурый кот торжествующе сверкнул своими карими глазами и добил её укусом в живот.
— Что ж, — удовлетворённо мяукнул Отвесная Скала, поднявшись из-за кустов. — Теперь из тебя выйдет отличный ученик для Тенистого Клёна.
— Спасибо, — сердечно поблагодарил Совиный Коготь и когда Отвесная Скала приблизился к нему, дружески боднул тёмно-серого остролапа в плечо.
— Да ладно, — добродушно ответил тот. — Я сделал то, что должен был — выручил соклановца.
Совиный Коготь поднял свою добычу с земли и, горделиво задрав к верху хвост, вместе с Отвесной Скалой направился в лагерь клана Бегущей Воды.
***
— Лисий Хвостик, Колючая Игла, — обратился стоящий на чёрном пне Небесное Крыло к двум кошкам, находящимся перед ним в окружении толпы речных котов. — Вы усердно обучались у своих наставников, и сегодня вы покажете, достойны ли стать остролапами. Сёстры решительно кивнули, глядя в голубые глаза вождя, светящиеся лазурью в лучах едва проснувшегося солнца. — Мы верим в вас, — добавил он, спрыгнув на землю. — Пойдёмте. Когда испытуемые мягколапы ещё раз кивнули, Небесное Крыло ободряюще улыбнулся и вместе с Черепашьим Панцирем и Крылом Пустельги вывел Колючую Иглу с Лисий Хвостик из лагеря. — Совиный Коготь спит как убитый, — промяукал Тенистый Клён, повернувшись к Кроличьему Хвосту и Ночному Морозу. — Видать, сам тренировался всю ночь, бедняга. Аж интересно стало, что он продемонстрирует мне на сегодняшней тренировке. Сидящий спиной к ним Отвесная Скала невольно расплылся в торжествующей улыбке, вспомнив ночную тренировку с Совиным Когтем. — После того, как я показал ему пару наших приёмчиков, он заставит Тенистого Клёна гордиться, — обратился он к Чёрному Хвосту и, не дождавшись ответа, повернулся к нему. — Чёрный Хвост, — вновь мяукнул тёмно-серый кот, однако, проследив за непривычно тёплым взглядом зелёных глаз товарища по палатке, увидел Высокую Сосну, болтающую с Заячьей Лапой и Полётом Сойки. — Да, я, — пробормотал белый чернохвостый кот, неотрывно глядя на бежевую ученицу. — Я рад за тебя, Орлиный Крик. Отвесная Скала возмущённо фыркнул, заставив его спохватиться и обернуться к нему. — Отвесная Скала, — выдавил Чёрный Хвост. — Прости, мне захотелось чихнуть, вот я и отвернулся. — Ты вообще слушал, что я тебе только что рассказывал? — поинтересовался у него тёмно-серый кот, и когда Чёрный Хвост досадливо отвёл взгляд, с коротким вздохом ещё раз поведал ему о своей ночной тренировке с Совиным Когтем. — Не думал, что тебе настолько сильно не терпится начать обучение собственного мягколапа, — фыркнул речной кот, когда тёмно-серый остролап выдохся. Улыбнувшись в усы, Отвесная Скала повернулся к палатке древних и увидел сидящих перед Рыжим Глазом Раската Грома с Буковым Листом, от интереса помахивающих кончиками хвостов в унисон. — Разве ты не перерос все эти сказки про три кошачьих племени, Раскат Грома? — спросил у огромного серого слепца растянувшийся рядом на земле Волчий Коготь. — Мне их Дюшес рассказывала, — смутившись, ответил ему бывший остролап. — Хочу ещё раз послушать и окунуться в воспоминания о тех временах. Решив проведать брата, Отвесная Скала подошёл к палатке врачевателей и, увидев сидящего внутри спиной ко входу Орлиного Крика, промяукал: — Как поживает лучший врачеватель за всю историю кланов? Пережёвывавший лепестки календулы в целебную кашицу Орлиный Крик от неожиданности судорожно сглотнул лекарство и скривился от горечи, опалившей его горло, заставив лежащего на гнёздышке для больных Побега Ежевики прыснуть со смеху. — В чём дело? — подрагивающим голосом прошипел в морду приблизившемуся Отвесной Скале ученик врачевательницы, заставив того наморщить нос от горькой вони, вырвавшейся из пасти брата. — Болит что-то? — Нет, — мотнув головой, выдавил длиннолапый тёмно-серый кот. — Просто захотел тебя проведать. — З-замеч-чательно, — заикаясь, страдальчески улыбнулся Орлиный Крик и, судорожно облизнувшись, добавил: — Если никто не против, я быстренько промочу горло и сразу же вернусь. Не дожидаясь ответа от Звонкой Реки, честно сдерживающей рвущееся наружу хихиканье, бурый пушистый кот опрометью выбежал из палатки и быстрее ветра понёсся к выходу из лагеря. — Разве эта календула такая горькая? — отсмеявшись, спросил у прыснувшей в свою переднюю лапу врачевательницы Побег Ежевики. — Она очень горькая, — ненадолго прервав хихиканье, пояснила бело-серая кошка и, сняв когтями передней лапы покрасневшую паутину с раны на плече пятнистого мягколапа, глубоко вздохнула, успокаиваясь, и принялась пережёвывать следующий оранжевый цветок. — Пойду извинюсь перед ним, — смущённо мяукнул Отвесная Скала и, покинув палатку врачевателей, засеменил к выходу из лагеря. Тёмно-серый кот выбрался из широкого проёма, зияющего в мощной колючей ограде, и, свернув к побережью, вскоре обнаружил Орлиного Крика. Тот стоял у самой кромки воды, опустив в неё лицо до самых ушей. Внезапно он одним рывком поднял голову над водой и, откашлявшись, с раздражённым фырканьем стал раз за разом высовывать и убирать язык. — Гадость, — прошипел он и, повернувшись к брату, вопросительно уставился на него. — Прости, что напугал, — смущённо мяукнул тот, потупив взгляд своих янтарных глаз. — Ничего, — улыбнулся в ответ Орлиный Крик. — В котячестве я думал, что целебные травы вкусные, и всерьёз собирался есть их вместе с дичью, но, хвала небесам, Пепельная Лапа каждый раз меня отговаривал. Теперь я понимаю, почему! Тут братья почти одновременно прыснули со смеху и вместе вернулись в лагерь. — Слушай, — прошептал на ухо Отвесной Скале Орлиный Крик. — Мне одному кажется, или Чёрный Хвост в последнее время сильно изменился? Отвесная Скала посмотрел на двухцветного кота, рассказывающего отдыхающим от дневных дел мягколапам какую-то увлекательную историю. — Думаю, я понимаю, о чём ты, — согласно мяукнул тёмно-серый длиннолапый кот, обращаясь к брату. — Я даже и представить себе не мог, что Чёрный Хвост может выражать иные чувства, кроме раздражения от разболевшегося зуба, — проговорил ученик врачевательницы, шевельнув усами. — Он улыбается, урчит и даже смеётся, как любой из нас. И это несмотря на то, что несколько дней назад мы прекратили бесплодные поиски Еловой Ветви. Мне бы его выдержку. — О нет, — рассмеялся Отвесная Скала, проводя передней лапой по его щеке. — Второго Чёрного Хвоста наш клан уже не выдержит! — Твоя правда, — кивнул Орлиный Крик. — Ну ладно, я пойду в палатку к Звонкой Реке. — Постарайся не съесть ваши целебные запасы, — мяукнул вслед удаляющемуся брату Отвесная Скала и, когда тот в ответ только махнул кончиком хвоста, подошёл к мягколапам, внимательно слушающим Чёрного Хвоста. — И я вступил в схватку с чёрным бродягой, чья шкура полностью скрывала его в ночи, — промяукал тот, оглядывая своих слушателей, упоённо смотрящих на него. — Однако им с другим бродягой всё же удалось пленить меня и Летящего Орла. — И что было дальше? — заинтересованно спросила его Высокая Сосна. — Ну, я, — отчего-то замялся Чёрный Хвост, посмотрев в её зелёные глаза. — Я не хотел рисковать жизнью Летящего Орла, которого они лишили сознания, ударив головой о землю, поэтому послушно пошёл с ними к их логову. Там нас стал допрашивать Фриц. Он подумал, будто мы посланы Клыком Тигра, чтобы убить Небесное Крыло. — Он вас пытал? — спросил Медвежий Рёв. — А может, морил голодом? — ужаснувшись его словам, следом выдохнула Заячья Лапа. — Мы с Летящим Орлом стойко вынесли встречу с ним, — уверенно ответил Чёрный Хвост. — И в конце концов, он отвёл нас к гнезду, где поселился Небесное Крыло. Оттуда мы и привели его обратно в наш лес. Мягколапы восторженно замяукали и разошлись по лагерю, обсуждая меж собой рассказ юного остролапа. — Вы оба так рисковали собой ради спасения нашего клана, — умилённо промяукала оставшаяся на месте Высокая Сосна, глядя на него. — Если бы не ты и Летящий Орёл, кто знает, что с нами было бы? Чёрный Хвост тихо заурчал, глядя ей в глаза, и когда она направилась к своей наставнице, уставился ей вслед долгим взглядом. — Бу! — резко мяукнул ему в ухо бесшумно подошедший сбоку Отвесная Скала. Чёрный Хвост испуганно подскочил в воздух и, приземлившись на лапы, вздыбил шерсть на загривке. — Надо же, — фыркнул серый кот. — У меня сегодня отлично выходит всех пугать. — Обхохочешься, — процедил речной остролап и, присев, стал лихорадочно приглаживать языком растрёпанную шерсть. — Прости, — виновато потупился Отвесная Скала. — Я не думал, что ты так увлечёшься разглядыванием Высокой Сосны, что потеряешь бдительность. — Никого я не разглядываю! — огрызнулся Чёрный Хвост и, резко вскочив на лапы, подошёл к куче дичи. «Похоже, я вернул нам прежнего Чёрного Хвоста», — невольно подумал Отвесная Скала, глядя на то, как белый чернохвостый кот разрывает зубами лежащую у его лап упитанную землеройку. Тут со стороны входа в лагерь раздался взволнованный ропот, услышав который, Отвесная Скала заинтересованно повёл ушами. — В чём дело? — спросил он у Быстрого Зайца. — Они уже вернулись? — Похоже на то, — неожиданно настороженным голосом ответил крапчатый коричневый кот. Заглянув ему за спину, Отвесная Скала увидел зажмурившуюся Колючую Иглу, ведомую прижавшейся к ней боком Лисий Хвостик. — Лисий Хвостик, — мрачно позвал вскочивший на чёрный пень Небесное Крыло, и когда рыже-белая кошка подняла на него взгляд потемневших зелёных глаз, продолжил: — Ты изо всех сил старалась постичь мудрость, навыки охоты и боя. Ты чтишь и хранишь Закон Чести. Поэтому я, Небесное Крыло, вождь клана Бегущей Воды, посвящаю тебя в остролапы! — Лисий Хвостик, — робко мяукнула в полной тишине Цветущая Лилия, недоумённо изогнув чёрный хвост. — Лисий Хвостик, — опомнившись, понемногу подхватили остальные. — Лисий Хвостик! Лисий Хвостик! — Колючая Игла, — нехотя выдавил Небесное Крыло, повернувшись к трёхцветной кошке, на чьих зелёных глазах выступили слёзы. — Ты… Ты не прошла своё испытание. Учти допущенные тобой ошибки и постарайся не совершить их в следующий раз. Толпа клановых котов взорвалась раздосадованным гомоном, а вождь спрыгнул с валуна и тяжело вздохнул. — Не плачь, — успокаивающе промурчала Лисий Хвостик, прижавшись лбом ко лбу сестры. — Тебе ведь дадут ещё попытку через три дня. Отвесная Скала уставился ошеломлённым взглядом на плетущуюся к нему навстречу Колючую Иглу, не до конца осознавая, что только что произошло. Тем временем трёхцветная кошка прижалась лбом к его плечу и навзрыд заплакала. — Я не смогла, — выдавила она сквозь слёзы. — Не смогла поймать самую обычную птицу! Кот с тёмной шёрсткой, не говоря ни слова, стал с громким урчанием вылизывать ощетинившийся загривок плачущей Колючей Иглы, чувствуя, как остальные, потеряв дар речи от изумления, растерянно уставились на трёхцветную кошку.
