Книга X. Столкновение

      Проныра перебежал Гремящую тропу и понёсся по широкому полю к виднеющемуся вдалеке перелеску.       Перед его мысленным взором мелькали отрывки драки с пятнистой рыжей кошкой у глубокого оврага на территории клана Бегущей Воды.       «Что теперь будет? — судорожно думал рыже-белый кот. — Если они догадаются, что разведчиков было трое, то захотят меня выследить. Надеюсь, грязь скроет мой запах от их нюха. Одна из них погибла от моих лап. Небесное Крыло непременно захочет мести. Я должен вернуться в племя Ветра и предупредить Однозвёзда!».       Вбежав в редкие древесные заросли, Проныра лёг на живот и стал переводить дух, дожидаясь, пока боль в мышцах по всему телу поутихнет.       «Что будет с Верескоглазкой? — отчаянно спросил он самого себя. — Я не должен был прислушиваться к ней и сбегать! У меня бы вышло вывести её из леса!».       Тут худощавый рыже-белый кот поднялся с земли и, потянувшись, понёсся к едва различимому вдали красному гнезду Двуногих, окружённому древесной оградой.

***

      Отвесная Скала вместе с остальными котами, отправленными Небесным Крылом за телами Ночного Дождя и Побег Одуванчика, выбрался на просторную поляну, уходящую в глубокий овраг.       Мглистый Холм и Цветущая Лилия подошли к телам убитых патрульных и принялись их внимательно осматривать, а Колючая Игла стала изучать деревья и землю вокруг.       — Очень много следов, — мрачно проговорила она, — Тут было несколько котов, но сколько, сказать не могу.       — Давай-ка я посмотрю, — мяукнул Мглистый Холм и, внимательно осмотрев ближайший к нему след, повернулся к Побег Одуванчика.       Развернув к себе переднюю лапу пушистой рыжей кошки, он пару раз перевёл взгляд синих глаз с неё на след и, задумчиво фыркнув, стал осматривать остальные.       — Я почти не чувствую запахов, — пробормотала себе под нос Цветущая Лилия, оторвавшись от обнюхивания безобразной раны на горле бездыханного Ночного Дождя. — Если с той кошкой и Клыком Тигра и был ещё кто-то, то всё равно трудно понять, кто именно кого убил.       — Их было трое, — веско мяукнул Мглистый Холм, осмотрев последний найденный им след. — С той кошкой, о которой говорила Хлоя, и Клыком Тигра был ещё кто-то. Скорее всего, кот.       — Кто бы они ни были, — прорычал Отвесная Скала, чувствуя, как от злости у него топорщится шерсть на загривке. — Ими двигала неистовая жестокость.       Остальные мрачно переглянулись меж собой.       Заглянув в потемневшие глаза Колючей Иглы, длиннолапый тёмно-серый остролап потёрся щекой о её плечо.       — Отнесём их в лагерь, — глухо мяукнул Мглистый Холм и подошёл к телу Ночного Дождя.       Когда с другой стороны от тела чёрно-белого кота остановился Отвесная Скала, пушистый серый остролап затащил на его спину павшего товарища и прижался боком к его боку, разделяя тяжесть их общей ноши.       Стоило Цветущей Лилии и Колючей Игле поднять на свои спины Побег Одуванчика, как процессия двинулась обратно в лагерь клана Бегущей Воды по заросшему свежей зеленью лесу, в который изливались лучи понемногу начавшего сползать с макушки неба солнца.       Казалось, даже певчие птицы совсем смолкли, испугавшись произошедшего ближе к утру, и только шум древесных крон успокаивающе раздавался откуда-то сверху, будто утешая потрясённых котов.       Пробравшись в лагерь, четверо остролапов уложили своих бездыханных соклановцев у центра широкой поляны, заставив сидящих по её краям котов поднять раздосадованный ропот.       Жарко обсуждающий что-то со старшими остролапами Небесное Крыло вместе с ними повернулся к двум телам, безжизненно распластавшимся на зелёной траве, и, поднявшись с земли, приблизился к ним.       — Что вы узнали? — глухо спросил он, оглядывая безмятежные лица Ночного Дождя и Побег Одуванчика.       — Напавших было трое, — пояснила ему Цветущая Лилия. — Клык Тигра, та кошка и ещё кто-то. Возможно, кот. Кто они, нам понять не удалось — запах едва различим. К тому же его сильно ослабила нанесённая ими грязь.       — Воители положат конец твоему правлению, — пророкотал вождь, задумчивым взглядом уставившись в карие глаза трёхцветной старшей остролапы. — Так мне сказал Клык Тигра перед смертью.       Когда к телам погибших кота и кошки стали подходить для прощания их соклановцы, Небесное Крыло отошёл чуть в сторону и уставился на палатку врачевателей, а Отвесная Скала направился в палатку остролапов, чтобы хоть немного передохнуть.       Внутри Крыло Пустельги успокаивающе вылизывал уши плачущей Колкой Розе, а Лисий Хвостик лежала, прижавшись боком к боку уткнувшейся в своё моховое гнёздышко Мрачной Тени.       — Я потеряла всех своих котят, — сипло прошептала Колкая Роза. — А один из них своими собственными лапами лишил жизни своих соклановцев! — тут она повернулась к Крылу Пустельги и упавшим голосом спросила: — Может, предки прогневались на нас за что-то?       Пушистый кремовый кот в ответ опустил тяжёлые веки и прижался носом к носу подруги, отчего у той на глазах проступили слёзы.       — Что, если бы Чёрный Хвост его не убил? — отчаянно мяукнула она дрожащим голосом. — Мы же могли бы привести его в чувства и узнать, что им двигало.       — Колкая Роза, — выдавил в ответ Крыло Пустельги, распахнув потемневшие зелёные глаза. — Если бы Чёрный Хвост не сделал этого, Клык Тигра мог убить ещё кого-то.       — Не говори так! — резко мяукнула трёхцветная кошка. — Он же наш сын, наш маленький.       — Он перестал им быть после побега в земли Двуногих, — с тяжёлым вздохом прорычал старший остролап.       Слушавший их всё это время Отвесная Скала не выдержал и, поднявшись со своего гнёздышка, засеменил в палатку врачевателей.       Пробравшись через моховой полог, длиннолапый тёмно-серый кот увидел лежащих на трёх подстилках Кроличьего Хвоста, Верескоглазку и Высокую Сосну.       — Ты вообще сегодня ел? — встревоженно поинтересовалась Звонкая Река у Чёрного Хвоста, лежащего перед Высокой Сосной и положившего подбородок на мох прямо перед её лицом.       Отвесная Скала переглянулся мрачным взглядом со съёжившейся на своём гнёздышке худощавой полосатой кошкой и, когда она отвела взгляд в сторону, подошёл к мерно посапывающему Кроличьему Хвосту.       Тот разлепил свои жёлтые глаза и посмотрел на склонившегося над ним товарища по палатке.       — Какой ты везунчик, — улыбнувшись, фыркнул Отвесная Скала, оглядывая безобразную рану от когтей Клыка Тигра на его горле, покрытую плотной коркой какой-то вонючей целебной кашицы. — Он едва не вспорол тебе глотку.       — Если бы я не отшатнулся, у него бы вышло, — с трудом проскрипел в ответ бежевый кот, заставив Отвесную Скалу сочувственно сузить янтарные глаза.       — Я же просил тебя не разговаривать, — раздосадованно проворчал Орлиный Крик, повернувшись к Кроличьему Хвосту. — Твоему горлу и так тяжко, а ты его ещё напрягаешь!       Кот с бежевоё шёрстью тут же смолк, виновато сузив глаза.       — Урчать и рычать тоже пока нельзя, — добавил ученик врачевательницы. — Если ты ещё не понял.       — А дышать-то ему можно? — вопросительно мяукнул Отвесная Скала, заставив брата угрюмо насупиться, а Кроличьего Хвоста фыркнуть от смеха.       — Ладно, — мяукнул длиннолапый тёмно-серый кот, лизнув бежевого остролапа в ухо. — Поправляйся, дружище.       — Иди поешь, — требовательно мяукнула Звонкая Река, встав над Чёрным Хвостом и дотронувшись носом до его плеча.       Белый чернохвостый кот в ответ тихо зарычал и посмотрел в её глаза испепеляющим взглядом.       — Я тебе не котёнок, — прорычал он, оскалившись. — Так что не указывай мне, что делать.       — От того, что ты будешь весь день сидеть подле Высокой Сосны, она быстрее не поправится, — мрачно промяукала белая с серым пушистая врачевательница, заставив шерсть на загривке Чёрного Хвоста встать дыбом.       — Я пообещал Ночному Морозу быть рядом с ней, несмотря ни на что, — процедил он, опустив взгляд на морду бежевой кошки. — Она ведь может проснуться в любой момент.       — Я не думаю, что Ночной Мороз подразумевал именно это, — скептически хмыкнул Орлиный Крик и когда белый чернохвостый кот посмотрел на него, уверенно добавил: — Звонкая Река права, иди поешь. Нужно есть хотя бы раз в день.       — Я сам решу, когда мне есть, — окрысился Чёрный Хвост, и между ними встал Отвесная Скала.       — Я принесу сюда что-нибудь из кучи дичи, — промяукал он, оглядывая своего брата и Звонкую Реку. — Чёрный Хвост поест, не уходя от Высокой Сосны.       — Есть в палатке, — скривился было Орлиный Крик, однако Чёрный Хвост тут же с расстановкой мяукнул:       — Я буду очень аккуратен.       Бурый пушистый кот переглянулся с наставницей и, когда та милостиво кивнула, со вздохом махнул на брата передней лапой.       Чёрный Хвост повернулся к Отвесной Скале и посмотрел в его глаза благодарным взглядом.       Выбравшись из палатки врачевателей, длиннолапый тёмно-серый кот обогнул толпу остролапов, собравшихся вокруг Небесного Крыла и рассказывающих ему о том, что им удалось обнаружить у Большого оврага, Цветущей Лилии и Мглистого Холма.       Приблизившись к куче дичи, Отвесная Скала взял из неё свежую землеройку и понёс Чёрному Хвосту.       Почуяв рядом с собой манящий запах, белый чернохвостый кот облизнулся и поднял голову с мохового гнёздышка перед лицом Высокой Сосны, оставив на нём отпечаток своего подбородка.       Обнюхав тушку тёмного зверька, он стал жадно откусывать по куску.       Ничего не евшая со вчерашнего утра Верескоглазка втянула в себя аромат землеройки и, услышав жалобное урчание в животе, зажмурилась.       Заметивший это Отвесная Скала откусил кусок от трапезы Чёрного Хвоста и, повернувшись к каштановой кошке, услышал предостерегающее рычание юного остролапа.       — Я не буду делить с Верескоглазкой одну тушку, — судорожно проглотив пережёванное мясо, бросил Чёрный Хвост. — Она вообще не достойна есть дичь, пойманную в нашем лесу.       Отвесная Скала всё же отвернулся от него и, встав перед щуплой светло-бурой кошкой, положил перед ней кусок землеройки.       — Ты, конечно, прав, — мяукнул он, когда Верескоглазка распахнула глаза и подняла на него ошеломлённый взгляд. — Но я не хочу, чтобы она прямо тут умерла от голода.       Чёрный Хвост досадливо шевельнул усами, а воительница Ветра робко посмотрела на небольшой кусок с тушки землеройки и, осторожно взяв его в зубы, с наслаждением пережевала.       — Слушай меня, клан Бегущей Воды! — разнёсся снаружи рокочущий клич Небесного Крыла.       Встав на пороге палатки врачевателей, Отвесная Скала посмотрел на сидящего на высоком почерневшем пне вождя.       — Мы выслушали рассказ Цветущей Лилии и Мглистого Холма, но, очевидно, этого слишком мало. Поэтому сейчас нам предстоит разузнать как можно больше у Верескоглазки!       Тут он повернулся к палатке врачевателей и, посмотрев в морду Отвесной Скалы, требовательно мотнул головой.       Длиннолапый тёмно-серый кот повернулся к всё услышавшей полосатой кошке и увидел, как её глаза заметно сузились.       — Не заставляй выволакивать тебя силой, — мрачно рыкнул Отвесная Скала, невольно топорща усы.       Худощавая каштановая кошка осторожно поднялась с мохового гнёздышка и, переступив с лапы на лапу, поплелась вслед за ним.       Когда они остановились перед пнём, на котором сидел вождь, Отвесная Скала вошёл в собравшуюся плотным кругом толпу и встал между Быстрым Зайцем и Юркой Белкой.       — Верескоглазка, — прорычал Небесное Крыло, опустив мрачный взгляд на поджарую каштановую кошку. — Что привело тебя и твоих спутников в наш лес? Из-за чего вы вторглись сюда и лишили жизни наших родичей?       Коты в толпе согласно заворчали, прожигая Верескоглазку презрительным взглядом.       — Пол-луны назад предки послали моему племени видение, будто бы мы сражаемся с вами, — хрипловато заговорила она, посмотрев в узкие щёлки чуть раскосых глаз вождя. — А несколько рассветов назад у наших границ появились Клык Тигра и кошка по имени Еловая Ветвь.       Услышав имя сбежавшей больше луны назад мягколапы, коты вокруг взволнованно зароптали.       — Они сказали, что клан Бескрайнего Неба послал их в наш лес, чтобы мы помогли им свергнуть тебя.       — Что? — ошеломлённо выдохнул бело-бурый полосатый кот. — Что за чушь?       — По их словам, ты, Небесное Крыло, убил двух вождей и захватил их кланы, — продолжила тем временем Верескоглазка. — И на этом якобы ты не остановишься. Ты вторгнешься сначала в клан Падающей Воды, а следом и в наш лес, чтобы подчинить себе чужие земли.       Небесное Крыло в ответ на это пошевелил усами, а сидящий у палатки древних Рыжий Глаз раздосадованно прорычал:       — И вы что, поверили каким-то плешивым бродягам? Ну и ну.       — Предводитель моего племени решил, что нужно предотвратить видение, — добавила Верескоглазка. — И отправил нас с Клыком Тигра на разведку. Никто из нас не мог и подумать, что он устроит здесь побоище.       — То есть, — с расстановкой, хрипловато пророкотал Раскат Грома. — Вы поверили бродягам, которых увидели впервые. Решили, что видение ваших предков говорит о том, что мы нападём на ваше племя. Отправились в наш лес с котом, от которого не знаешь, что ожидать, и допустили кровавую резню среди тех, кто вам ничего не сделал?!       Остальные поддержали слова серого слепца согласным рёвом.       — Казни её, если Высокая Сосна не проснётся, Небесное Крыло! — рявкнула Мрачная Тень.       Бежевый исполин оторвал от почерневшей древесины дубового пня тяжёлую переднюю лапу, призывая своих котов к тишине.       — Воители положат конец твоему правлению, — пробасил он, заставив Верескоглазку ошеломлённо округлить глаза. — Так мне сказал Клык Тигра перед тем, как его прикончил Чёрный Хвост. Скажи, Верескоглазка, ты ведь воительница, не так ли?       Хрупкая полосатая кошка почувствовала, как у неё зашевелилась шерсть на загривке, и молча уставилась в чуть раскосые глаза бежевого кота, в которых поблёскивал яростный огонёк.       — Что, язык проглотила? — презрительно сплюнула пушистая золотистая кошка, глядя на неё презрительным взглядом потемневших голубых глаз.       Небесное Крыло гортанно рыкнул и, судорожно вздохнув, добавил:       — Мы знаем, что вы пришли к нам со стороны земель Двуногих, но откуда именно? Из какого ты племени?       «Они не должны ничего от меня узнать, — судорожно пронеслось в голове у каштановой воительницы, молча сузившей свои лиловые глаза. — Иначе у племени Ветра не будет и шанса избежать столкновения с ними. Мышиный помёт! Может, именно этого и хотел Клык Тигра?».       Тут Небесное Крыло не выдержал и, спрыгнув с высокого пня, приблизился к Верескоглазке.       Светло-бурая кошка приподняла подбородок и решительным взглядом уставилась в его глаза.       — Ты всё нам расскажешь, — с придыханием прорычал пушистый бежевый кот, касаясь усами её усов. — Я не допущу, чтобы случившееся сегодня осталось для вас безнаказанным.       Тут он оглядел своих котов и, повысив голос, пробасил:       — Не давайте ей еды и воды!       — Думаешь, это поможет? — скептически сощурился стоящий в первом ряду толпы коричневый крапчатый кот.       — Должно, — рыкнул Небесное Крыло, вновь опустив взгляд на Верескоглазку.       Тут к ним протолкнулся Чёрный Хвост и, когда каштановая кошка резко развернулась к нему всем телом, ударил её когтистой передней лапой по щеке.       Воительница болезненно мяукнула и, отшатнувшись, окинула ощетинившихся котов позади неё опасливым взглядом.       — Я заставлю тебя говорить! — дрожащим от ярости низким голосом прорычал белый чернохвостый кот и, накинувшись на Верескоглазку, прижал её щекой к земле.       Небесное Крыло окинул оскалившегося молодого остролапа тяжёлым взглядом и, посмотрев на рухнувшую с лап кошку племени Ветра, спросил:       — Ты воительница?       Не получив ответа, он повернулся к выжидающе смотрящему на него Чёрному Хвосту и с трудом кивнул.       Тот вонзил когти глубоко в короткую шерсть на боку Верескоглазки и медленно провёл ими до задней лапы, заставив её издать истошный мяв.       Коты вокруг распушились и отвели взгляд от кровоточащих ран, оставленных когтями Чёрного Хвоста, а тот остановился и вновь поднял взгляд на Небесное Крыло.       — Ты воительница? — спросил тот, опустив лицо к лицу захлебнувшейся криком и раскашлявшейся каштановой кошки.       — Да, — выдавила та, прикрывая глаза.       — Я так и думал, — мрачно мяукнул Небесное Крыло и задал второй вопрос: — Из какого ты племени?       Верескоглазка съёжилась, лёжа на боку, чтобы защитить живот с шеей, а клановые коты выжидающе уставились на неё.       Так и не дождавшись ответа, Небесное Крыло кивнул Чёрному Хвосту, и тот, размяв пальцы на передней лапе, нанёс ею каштановой кошке резкий удар в живот, заставив её болезненно скрючиться и сипло выдохнуть.       — Это меньшее, чего ты заслуживаешь! — рявкнул молодой остролап, нанося Верескоглазке второй ужасный удар. — Из-за тебя Высокая Сосна находится между небом и землёй!       На последнем слове он сорвался на яростный рёв и, нанеся хрупкой воительнице ещё несколько ударов, вцепился клыками в её шею.       — Чёрный Хвост! — спохватился Небесное Крыло и, подскочив к белому чернохвостому коту, несильно ударил его в щёку.       От неожиданности Чёрный Хвост разжал челюсти, заставив Верескоглазку с шумом втянуть в себя воздух, а выскочившие из толпы Хлоя с Серым Барсуком оттащили его от каштановой кошки.       Когда с глаз двуцветного кота спала кровавая пелена, он содрогнулся и, повернувшись к матери, посмотрел в её зеленоватые глаза.       Хлоя, не говоря ни слова, лизнула сына в щёку, и он, повернувшись через плечо, смерил лежащую на земле Верескоглазку испепеляющим взглядом.       — Что ж, — мяукнул Небесное Крыло, посмотрев в морду светло-бурой кошке. — Я так понимаю, ты не намерена больше нам ничего говорить.       Верескоглазка никак не отреагировала, глядя перед собой помутневшими от боли лиловыми глазами и судорожно переводя дух.       Небесное Крыло отвернулся от неё и было направился к дубовому пню, как на полпути услышал хриплый голос хрупкой воительницы:       — Убейте меня, раз так сильно этого хотите.       Бежевый кот обернулся через плечо и внимательным взглядом уставился в её лицо.       — Я понимаю, что причинила вам много боли, которую нелегко заглушить, — продолжила та. — Так покончите со мной.       — Смерти достоин тот, кто сам отнял жизнь одного из нас, — бросил в ответ пушистый бежевый кот. — Если Высокая Сосна не проснётся, для тебя всё так и закончится, а пока…       Тут он вскочил на пень и громко промяукал:       — Верескоглазка будет находиться между палатками врачевателей и остролапов. Сторожить её будут по двое котов днём и по двое ночью. А сейчас пусть её осмотрит Орлиный Крик.       Когда полосатую лесную кошку окружили с двух сторон пушистый Мглистый Холм и Цветущая Лилия, она с трудом поднялась на дрожащие лапы и пошатнулась, однако трёхцветная кошка прижалась боком к её боку и повела к двум большим палаткам, между которыми зиял закуток в пару хвостов шириной.       Верескоглазка устроилась на мягкой траве, окружённой с трёх сторон крепкими стенками, сложенными из колючих кустов, и к ней подошёл Орлиный Крик с намотанной на переднюю лапу паутиной.       — Пойдём в палатку, — успокаивающе промяукала Хлоя, когда Чёрный Хвост перевёл дух и окончательно пришёл в себя.       Молодой речной кот задумчиво поглядел на заметно потемневшее небо над головой и, опустив взгляд на лицо матери, тихо спросил:       — А как же Высокая Сосна?       — С ней всё будет хорошо, — проурчала Хлоя, положив подбородок на загривок сына. — Идём, тебе нужно поспать.       Чёрный Хвост переступил с лапы на лапу и, судорожно вздохнув, направился следом за матерью к высокой палатке, в которую вошёл Терновый Куст.       Бросив короткий взгляд через плечо на вход в палатку врачевателей, юный остролап почувствовал, как у него сжалось сердце, и, приблизившись к своему моховому гнёздышку, обессиленно рухнул на него.