Tale av Dyr / Повесть о Звере

Внутренний Мир

      Сейчас, в месте, где была лишь безжизненная земля, которая словно сбежала из натюрморта конца времён Рагнарёка, находилось только двое живых существ. Первый был величественным созданием, самым могущественным из детей природы, не преувеличением будет сказать, высшим в пищевой цепи — Фенрир. Второй же, при этом, оставался по сравнению с первым только насекомым, жалким, не могущим даже произнести слово в присутствии такого ожившего мифа, как «Погибель Богов». Чудесная, буквально невозможная, но от этого ещё более забавная картина, не находите? Дичь, которой довелось встретиться лицом к лицу с превосходным охотником.       Самой же замечательной в этом сюрреалистическом пейзаже была роль именно второго живого существа, который, скорее всего, даже не вызвал бы интереса у стороннего зрителя. Ведь как можно обратить внимание на обычного человека, пусть немного выделяющегося на общем фоне всего Мидгарда, когда есть он?! Сам Фенрир?! Однако, в данном случае, это будет огромной ошибкой, особенно взяв во внимание данного мальца. Не каждый день возможно увидеть, как обычный современный парень, восемнадцати лет, стойко пытается вытерпеть внимательный взгляд оранжевых, горящих потусторонней силой, очей сравнимого с богами зверя, и не показать при этом хоть доли того ужаса, что цепко схватил его слабую душу. — С-спасибо вам и рад, наконец-то, поприветствовать само воплощение ужаса асов и ванов, — Это были первые слова произнесённые Роветом тут, на опустошённой земле. Являясь на данный момент здесь лишь вторым после заключенного в цепи, но от этого не потерявшего и грамма своей истинной мощи — Фенрира. Одно только заставило его скривить лицо в презрении к себе, а именно то, что в произнесённой им самим речи, страх всё же смог пробраться и завладеть тембром голоса. Как итог, единственное, чего не желал показать перед великим зверем Ровет, почти сразу же стало явно, словно открытая книга давно прочитанной истории. — Хра-ха-ха-ха! Вот как меня нарекли жители Мидгарда, совсем неплохо! Мне это даже немного по душе, пусть и в сущности этих слов лишь глупая лесть, — После громогласного, рычащего смеха и слов, сказанных с некой долей извращённой радости, волк вновь обратил внимание на меня. Снова я испытал взгляд, вызывающий непонятный человеческому разуму страх, который буквально заставлял в панике бежать или прятаться, главное подальше от источника этих эманаций, — Послушай, носитель, отринь всякую лесть. Я с самого начала нашего разговора учуял твой ужас, бесполезно такое скрывать от меня. Однако, пожалуй, не будем далеко убегать от главного, перестань взывать к моей доброжелательности при помощи своих сладких речей, а встреть опасность своей стальной волей. Покажи мне вновь суть своего истинного обличия, которое мне довелось увидеть по твоим воспоминаниям.       Значит, меня читали с первых минут диалога с ним? Я настолько жалок, что даже не могу скрыть собственный страх? Хотя, чего тут удивляться, это ведь никакой-то там студенческий совет или, ненавистная мне лично, семья Хёдо. Это чёртов Фенрир, существо буквально обязанное на заре времён погубить самого «Всеотца» — главу своего пантеона. Естественно, он раскусит меня, такое для него как раз плюнуть. Но, что тут более важно, это сказанные им слова. Фенриру претит глупая лесть, а вот показанная воля, возможно, окажет обратный эффект или просто позабавит его, этот вариант тоже отметать не стоит. Ну, хуже точно не будет, так что расправь плечи, Ровет. Набери побольше воздуха в лёгкие и готовься отринуть всякий страх, показав вместо этого ту волю, которую ты обрёл, преодолевая множество жизненных тягот. — Прошу меня простить, всё же было некое ожидание встретить существо, которому окажется по нраву моя лесть, — В конец своих слов я немного склонил голову и, уже стараясь не особо получать расположение своего собеседника, вышел из реки, простирающейся от открытой пасти волка. М-да, не очень-то удобно стоять по своей сути в слюнях, на фоне такого будет куда выгоднее находиться на голой каменной земле. Особенно после того, как тебе сказали перестать лебезить и наоборот дали указания проявить большую волю, а то продолжать там находиться меня заставляло только первое, — Если теперь разрешите к вам обратиться, можно задать вопрос насчёт всего происходящего? О той головной боли, что я испытывал на протяжении дня, последних испытанных мной мучениях и в конце-концов, почему такое существо, как Фенрир, находится в таком месте?       Сколько же вопросов хочется задать, дабы, наконец, понять, что тут происходит. Однако не стоит сильно разгоняться в этом порыве, иначе есть неплохие шансы вызвать ярость собеседника, пережить которую я навряд ли смогу. Услышав же произнесённые мной вопросы, Фенрир будто усмехнулся, ну, насколько ему это позволял клинок, торчащий из пасти. Отвратительно, заставить такое великое существо жить в цепях, а после ещё и клинком не давать тому попросту закрыть полость рта... Такой поступок, пожалуй, и вправду достоин той ярости, что по мифам проявлял старший из сынов - Локи. Вместе с тем, насколько же бессмысленны и действия асов в отношении Фенрира, которые предали существо, доверявшее им, лишь из-за пустого страха быть съеденными. — Молодец, именно заданных по существу вопросов я от тебя и ждал. Не сильно ты был схож с моим отцом по твоим воспоминаниям, чтобы обманывать и придумывать коварные схемы. Будь честен хоть с самим собой, носитель, ты в своей сущности слишком прямолинейный и только маски помогают тебе скрывать это, — Слушая спокойную речь Фенрира, я и сам понимал, что моему характеру претит всякое враньё и ехидство, лишь шутовские маски, наспех сделанные из-за общества, помогают мне скрывать всю ярость и мщение, затаённое на некоторых личностей. Только хрупкие, стеклянные обличия спасают меня от полного краха, как члена социума, это отнюдь не слабо раздражает, — Вот! Покажи мне настоящего Ровета! Иначе я сожру все твои лживые личины вместе с истинным тобой. Прекрати, наконец, заставлять меня говорить глупые речи или ты думаешь это так удобно? Вести общение с божественным клинком в пасти?!       В этот момент я ощутил на себе всю ярость богоубийцы по отношению к тем, кто посмел обречь его на такое существование. Меня буквально накрыл шторм серой энергии, что стремилась подавить и разрушить собой окружающие его пользователя земли, будто стихийное бедствие враз накрыло многие километры. То, что ранее было лишь страхом, глубоко подавленным в душе, теперь являлось реальным ужасом, который стремился стать ещё больше подгоняемым главным людским инстинктом — выживанием. Э-это и есть мощь существа, которое должно убить Одина? Сила, способная враз уничтожить континенты и стереть с лица земли миллионы жизней простым всплеском ярости? С-страшно, безусловно вызывает ужас и вместе с тем интерес, ненормальный и всепоглощающий. — Фенрир! Пожалуйста, остановитесь, иначе ваша ярость станет причиной моей гибели! — Выкрикнув свою фразу, вместе с тем уже опустившись на колени из-за давления исходящего от зверя, я уже готовился быть буквально раздавленным о каменную породу. Однако сегодня, кажется, мне удалось избежать смерти, ведь после моего крика серая, аморфная энергия начала уходить, словно туман, а до меня донёсся яростный скрежет цепей и сдавленное дыхание. Еле поднявшись с такой притягательной земли, и хоть немного собравшись, пытаясь обратно не опуститься на почву, я, всё же, через кашель сумел снова взглянуть на Фенрира и предстала мне удручающая картина: цепи, что до этого лишь обвивали, теперь начали, словно удавы, сдавливать волка, а из пасти его начала сочиться алая кровь, вызванная ранением от клинка, — Чёрт, подожди! Я сейчас тебе как-нибудь помогу… — Идиот, помочь мне ты никак не сможешь и лучше оставь попытки подойти ко мне! Чтобы я докатился до жалости от жителя Мидгарда, да никогда! — Слушая речь, произнесённую с какой-то усталой злобой, я лишь мог опустить руки и обратно упасть на землю, вновь опустошённый своей бесполезностью. Ведь и вправду, как я смогу помочь ему в избавлении от несокрушимых цепей Глейпнир, или от клинка, к которому возможно и прикоснуться-то обычному человеку невозможно? В данной ситуации я полностью и безоговорочно бесполезный кусок мусора. Да и вообще, почему эта ситуация так походит на время, когда меня окончательно предали приёмные родители, словно чёртово искажённое изображение?! Тогда я опоздал и из-за этого обрёк себя на падение во тьму, а сейчас просто бесполезен? Ненавижу, ненавижу, ненавижу! — Ха, вот почему ты почти не думая решил протянуть руку помощи мне, людскому бедствию. Эта ситуация тебе напомнила ту, когда ты стал почти своеобразным чудовищем? Ясно, не думал, что во мне возможно увидеть твоего первого друга, даже пусть лишь и отражение.       Мне уже не нравится этот разговор. Единственное, чего я не хотел на протяжении всей своей жизни, так это чтобы прошлое вновь начало рвать старые шрамы, вскрывать их будто гнойники. Сколько усилий было приложено нами с Джеймсом, дабы причина моей неуравновешенности была навсегда погребена в самых дальних уголках разума. Сейчас же, оно снова начинает давать о себе знать, опять я чувствую ту кровожадную ярость, что была заперта под всем мраком. Как это мучительно, перекручивать самые неприятные моменты времени и при этом прекрасно понимать о невозможности никаких изменений. Всё уже было завершено, случившееся не подлежит изменениям. — Прекрати заниматься самообвинением, носитель. С этим прекрасно справятся другие, а сейчас тебе необходимо послушать ответы на свои вопросы, понимаешь? — Да, и вправду, сейчас не время для сторонних мыслей, а лучше и вовсе пока вновь позабыть о той трагедии, так будет правильнее на данный момент времени. Так что, прекратив неосознанно перематывать старые воспоминания, вызывающие гнетущие и несравнимые с болью тела душевные муки, я внимательно собрался вникать в ответы, данные мне Фенриром, — Правильно, это мне и симпатизирует в тебе, парень. Ты можешь преодолевать тьму и находить в ней учения для последующей жизни, а когда это необходимо, и вовсе не обращать внимание, ещё бы отказался от оправдания надежд, возложенных на тебя мертвецом, и было бы просто превосходно. Однако, думаю, просто надо дождаться часа и ты сам поймёшь ценность моего совета, данного тебе ранее. Отвечу вперёд тебе на твой первый заданный мне вопрос. Ты испытывал головную боль преимущественно из-за моего пробуждения, а после это было подкреплено ещё и тем, что я решил просмотреть все твои воспоминания, накопленные за жизнь, именно тогда мы и встретились с тобой второй раз. Не вовремя ты решил вспомнить былое, носитель.       Понятно, значит, мне пришлось испытывать головную боль из-за прокрутки моих воспоминаний чужим разумом, а так же само пробуждение квартиранта тоже сыграло в этом свою роль. Неудивительно, человеческий мозг никак не может быть подготовлен к такому сюрпризу и он, скорее всего, даже не понял свойств изменений. А как он на такое должен реагировать? Но, всё же, несмотря на это, он смог дать хозяину тела сигнал о ненормальности происходящего, а знаком этим и была головная боль. Забавно, но стоило мне на этой мысли закончить собственные размышления, как я снова посмотрел на Фенрира, ожидая продолжения его слов. Сам же волк пытался всё это время паузы, вызванное моими думами, хоть немного расслабить сковавшие его цепи, которые даже не позволяли тому теперь нормально вздохнуть. Неосознанно для разума, мои кулаки сжались, а лицо обратилось гневным ликом. Раздражает собственная беспомощность, аж дыхание спёрло от злости на самого себя, р-р-р. — Чёртовы божественные артефакты, как я их уже ненавижу! Только стоит выпустить крупицу своей силы и ты будешь связан Глейпниром настолько, что они могут попросту раздавить, даже плоть богов не выдержит такого давления, — Такими темпами я сам начну презирать богов, особенно видя опровержение их непогрешимости перед своим взглядом. Почему все религии мира превозносят их на уровень непогрешимого закона? Когда, вроде как созидатели, сами приносят на эти земли безусловный, мирской конец? Своими ошибками, вызванными непомерной гордыней и страхом перед теми, кто сможет превзойти и убить господней — людских хозяев. Сейчас, наблюдая за скованным Фенриром, именно эти вопросы селятся в моём разуме, оставаясь там, похоже, очень надолго. Но тем временем мой собеседник не стал меня ждать и продолжил свой увлекательный рассказ, — Носитель, слушай же меня дальше. Ответ на твой второй вопрос будет намного больше животрепещущим для нашего общего будущего. Испытывал те последние муки ты в основном из-за перестройки тела на более подходящее для моих способностей, и теперь тебя можно по праву считать дальним потомком моего отца и, соответственно, меня.       Эм, получается, моя плоть, теперь и вовсе не принадлежит мне?! Стоп, стоп, стоп! Возможно, Фенрир имел ввиду перестройку днк, а не настолько сильное заимствование чужой тушки, как подумалось моему психованному мозгу первоначально? Полный же бред, если бы он заставил нашу кровь, например, перемешаться, а сердце вырабатывать аналог своей, только менее качественной, словно плохая подделка, это сразу бы начало медленно убивать меня и итогом стал бы труп человека с необычной волчьей кровью, бегущей по артериям, венам и капиллярам. Хах, чудное тельце для вскрытия учёным было бы, м-да. Однако если даже я смог правильно понять идею про перестройку, то теперь моя плоть частично принадлежит ётунам? Представителям расы, что издавна противостояли асам и были главным злом скандинавской мифологии? — Извините, что прерываю, Фенрир. Просто ради уточнения собственной гипотезы, хотел задать наводящий вопрос вам… Мне придётся сойтись в далёком будущем в битве с асами и ванами? — Да, именно так должен звучать мой вопрос, он прямо говорит о моём предположении и не даёт свернуть на тернистый путь сомнений. Кивнув самому себе и кинув взгляд, полный огромного удивления, на волка, которое уже успело накопиться за наш диалог; увидел то, что точно можно интерпретировать как улыбку или скорее ухмылку огромного зверя, так и говорящую о довольстве своего владельца, — Эм, похоже, я попал прямо в середину или изрядно близко к ней, верно? — Хра-ха-ха-ха! Абсолютно верно, носитель. Ты правильно осознал, что теперь являешься частичным представителем моей расы — ётунов! Великих гигантов, которые не боялись ни богов, ни иных созданий, ведь сам Имир был нашим предком! — Внимательно слушая Фенрира, что так увлечённо рассказывал, я и сам не успел заметить, как присел поближе к нему. Прямо на один из множества валунов, стоящих в этих безжизненных землях. Речь волка удивительно воодушевляла и после неё, страх и вовсе почти покинул меня, оставшись где-то на задворках разума, и более не мешая погружаться в море интересной истории, — Были времена, когда ещё сами асы видели во мне лишь безобидного щенка, тогда отец почти смог меня провести на мою родную землю — Ётунхейм. Но Один, он никак не мог позволить своему побратиму увести меня из-под его надзора, ведь «Всеотец» боялся своей погибели. Так что, так мне и довелось вечно скитаться одиночкой по Асгарду и находить компанию только в вечно серьёзном отце или честном воине — Тюре. — Тюре? Фенрир, не против если я немного отойду от темы и задам вам вопрос по поводу него самого? Если это, конечно, не затруднит вас из-за Глейпнира, — Кинув на меня горящий взгляд своего огромного глаза, в котором читалась доля удивления и интереса, словно обладатель ждёт вновь чего-то нового от меня. Именно с этим было связан трепещущий интерес Фенрира, а вот его удивления, я так и не распознал. Быть может, оно исходит от моей наглости? Мол, он посмел прервать меня, что этот недо-ётун себе позволяет? — Просто, на данный момент, для меня всё так резко поменялось. Новая реальность буквально выкинула мою персону из прошлого устоя мира и показала новый. Сейчас всё вызывает мой интерес, особенно информация про тех существ, которыми я некогда восхищался при прочтении сборника мифов.  — Хорошо, парень, ненадолго можно и отвлечься, но только не жди от меня пересказа всей жизни моего бывшего приятеля. Пожалуй, мне будет трудно такое поведать, особенно с этим куском металла в моей пасти. Славно, что хоть ранение от него уже затянулось, — Выслушав Фенрира, я и вправду заметил, что алая жидкость более не текла изо рта волка. Удивительная скорость регенерации, особенно при учитывании размеров самого зверя и особенностей клинка, ведь не просто так было им сказано, про божественность данного оружия, — Помню я своего друга, как одного из храбрейших воинов! Того, кто несомненно превзошёл в этом самого Одина! Тюр, он был тем богом, который даже не боялся помочь выросшему мне, да чего словоблудить?! Лишь покровитель доблестных воинов, да отец помогали мне познавать этот бренный мир и защищали сперва меня от других асов, что любили потешаться над не выросшим ребёнком Бога Лжи. Тюр, если не лукавить, и остаётся тем единственным богом, которого я взаправду признаю и уважаю, даже после его наглого предательства…       Фенрир, говоря это, похоже, даже сам не заметил своего ностальгического тона. Он скучает по тем былым временам, пусть может и сам себе в этом не признаваться, однако я могу понять его. Моё детство, оно было таким лёгким и приятным в своём существовании. В сравнении с тем, что происходит вокруг меня сейчас, это будто свет и тьма, которые находятся в вечной борьбе между собой. Ладно, лучше оставить такие обороты и параллели между нами с Фенриром. Всё же, я лишь таракан, никак не сопоставимый с ним и, соответственно, немного недостойный быть похожим на такое величественное создание? Но теперь я запомню слова зверя о покровителе воинов Скандинавии, возможно, в будущем эта информация ещё сможет сыграть свою роль. — Носитель, а теперь мы перейдём к ключевому — третьему вопросу. Соберись и готовься внимательно меня слушать, ведь сейчас я поведаю тебе, чем ты стал и, что скорее всего, нас ждёт в далёком будущем, а, быть может, и вовсе близком, — Кивнув в подтверждении своего понимания важности данных слов, я поудобнее устроился на валуне. Как мне уже довелось понять, Фенрир абсолютно не склонен шутить и более, слова его несут огромный смысл, противясь мифам, повествующим лишь о яростном звере. М-м-м, надо запомнить, теперь подвергать сомнениям каждую прочитанную мной легенду или миф, вдруг они также трактуют лживую историю? Однако на этой мысли меня и прервал Фенрир, начавший теперь говорить с куда более серьёзным тембром, — Миф, что я увидел в твоих воспоминаниях довольно правдив, лишь некоторые моменты ложны, а так, вполне неплохо, правдиво я бы сказал. Если не брать продолжение этой истории, конечно, которое ломает мерки двух религий — христиан и скандинавов. После того, как меня удачно сковали, а отца и вовсе отослали подальше в Ётунхейм, дабы он не мешал своему побратиму — Одину, уже шли малые конфликты между Библейскими фракциями и Асами, а после к ним присоединились и прекрасные девы — Валькирии. Близилась великая война между пантеонами, даже Один был вынужден попросить совета у норн и те подтвердили, что быть горю, если правитель Асгарда вступит в сие сражение. — Понимая всю плачевность положения обоих мифологий, ведь и Библейский тоже страдал, демоны, словно злой рок продолжали процветать на благой земле, Один принял трудное решение о сотворении мирного договора. Существование же того будет поддерживаться с помощью знака, клейма и печати — Артефакта созданного совместными усилиями двух божеств! Именно в него меня и заключили, поверх цепей наложив второй слой защиты, покрытый рунами «Всеотца» и писаниями Библейского Бога! Когда же двое глав своих пантеонов закончили работу над прототипом механизма, Один промолвил «Библейский, прошу лишь одного в знак доверия между нами, отправь дитя Локи подальше в Божественную Систему! Пусть более он никогда не увидит мирский свет и не навредит, как богам, так и хранимым тобой людям!». Так и произошло, чёртов созидатель отправил меня в саму бездну своей системы и, если бы он не сдох, то гнить мне до скончания веков в ней. Однако он трагично погиб, переоценив собственные силы! Вперёд запечатывание Трихексы 666, затем создание ещё кучи механизмов ради защиты рода людского и, как эпилог, Великая Война трёх фракций и пришествия двух идиотских драконов, погубивших множество мистических существ. — Жаль одно. Пусть я выбрался через брешь в системе спустя тысячелетия, мне довелось только повлиять на распределение своего механизма… Выбрал же я тебя из-за твоей дальней друидской родословной и инстинктов, что умоляли меня сделать именно это. Так что, поздравляю тебя, горе-носитель! Теперь ты несчастный владелец нулевого лонгина, ставшего прототипом для всех последующих, созданных после меня Главой Библейской Фракции! Имя ему Казематы Божьей Погибели! Теперь, Ровет, ты стал третьим уровнем защиты от моего высвобождения, предусмотренным Библейским, как крайняя мера предосторожности, — Удивительно и прискорбно одновременно. Особенно судьба Фенрира в продолжении истории, даже после сковывания его цепями Глейпнир, волка снова использовали ради глупого мира, а затем и вовсе лишили возможности видеть живую землю, только потому что один бог принял такое решение. Насколько ещё может стать отвратительнее истинное положение дел и особенно творцов, которые, вроде бы, должны быть самыми, что ни на есть добрыми и светлыми существами для нас всех?       Смерть Бога меня и вовсе не удивляет, будь он жив и, видя каким снова стало человечество, всенепременно начался бы второй «Всемирный Потоп». Однако, быть может, Бог просто ещё кого-нибудь использовал ради исправления собственной ошибки, сделанной его же светлыми руками? Ведь один раз вон как удачно вышло! Использовал живое существо ради прототипа собственных игрушек, предназначенных глупому человеческому стаду, которое наверняка использует их во вред своим собратьям или вовсе, как верх собственной глупости, отдаст демонам! Вот умора! Механизмы, что так старательно создавались Богом ради защиты людишек, будут приватизированы демоническим родом! Кха-ха-ха-ха-ха! Этого ты хотел, о великий Бог? Хотя, мне же никто и не ответит, удел мёртвых - вечное молчание. — Ох, извини меня, бабушка Джузо, но без крепкого словца здесь не обойтись, — Это было первое, что я произнёс после нескольких минут молчания и обдумывания сложившейся картины. Кратко подведя итог: я в полной бездне и выход из неё найду далеко не скоро. Только стоит раскрыться сказанной Фенриром информации другим фракциям, и меня сразу же постараются прикончить, ради спасения мира или этой силы. Не особо важно, конец для меня один — смерть. Я ведь, буквально, бомба замедленного действия, с охватом поражения на весь этот чёртов мир! Это если не брать во внимание личные счёты со скандинавским пантеоном и Одином лично. Вот как ты, Ровет, должен убежать от него, да хотя бы выжить при столкновении с ним, главой своей мифологии?! Пока такие панические мысли летали в моей голове, идущий уже полным ходуном, удивлённый такой спокойной на вид реакции своего подопечного, Фенрир, лишь забавно вертел массивной мордой, — Фенрир, вам не кажется, что судьба та ещё сука? — Я абсолютно был в этом уверен с самого своего рождения, парень, — Устало усмехнувшись, Фенрир прикрыл свои глаза и начал будто погружаться в сновидения. Скорее всего, его персону уже успели утомить мои бесконечные вопросы, а, быть может, и вместе с этим постарались цепи, которые, кажется, только сейчас перестали душить гигантского волка своими стальными объятиями. Прекрасно понимая жест зверя, я поднялся с насиженного места и решил, что пришло время выбираться из этого тихого места. Однако знать бы ещё как? Попал я сюда ведь, скорее всего, из-за действий самого Фенрира после потери сознания там, в реальности, — Хр-р, носитель, ты и вправду бываешь клиническим идиотом. Эти безжизненные земли и есть твой внутренний мир, соответственно, тебе просто нужно пожелать проснуться. — Предельно ясно и по существу, даже не поспоришь. Эх, но всё равно, спасибо за ваше пояснение, а теперь мне, думаю, реально стоит покинуть внутренний мир и отправиться уже решать наши общие проблемы, — Сказал это с усталой интонацией, вызванной лишь примерным пониманием всех тех будущих проблем, по типу получения той же силы или простых взаимоотношений между мной и представителями мистической среды. Затем я начал пытаться желать возвращения в свой родненький мир, следуя совету своего собеседника. Однако меня успел прервать громкий голос Фенрира, что порушил мою концентрацию почти сразу же. — Носитель, перед тем, как ты уйдёшь отсюда, ответь на один заданный мной вопрос. Всё же ты успел меня заинтересовать одним своим действием, малец, — Развернувшись и посмотрев на волка, я смог заметить малую долю сомнения в его глазах, связанную, возможно, с моей персоной. Но, большее сам Фенрир не позволил увидеть, ведь он продолжил говорить, когда закончил собственные размышления, — Ровет, когда ты начал испытывать ко мне жалость, это было вызвано лишь твоим прошлым или была и другая причина, более насущная? Ответь предельно честно, если я учую хоть долю лжи, то твоей душе придёт безоговорочный конец.       Чёрт, только думал, что прошёл все проверки Фенрира, которые периодически появлялись во время нашего диалога, так натыкаюсь на финального босса в этом поприще. Что же я должен ответить на такой вопрос, если сам ответа на него до сих пор не ведаю? Особенно, дабы не спровоцировать самого собеседника, вокруг которого начал совсем понемногу сгущаться серый туман энергии и эманации своеобразной жажды. Ладно, надо найти ответ в самом себе, Ровет, и поскорее, терпение зверя далеко ведь не бесконечно. Почему после ярости Фенрира я испытал такую сильную жалость к нему и вместе с этим злость к его пленителям? Первое, это как он и сказал — я неосознанно сравнил его со своим давно умершим другом, но это была далеко не главная причина. Верно, главной являлось то, что я видел так же в Фенрире себя, пленённого недругами и обозлённого на весь мир из-за многочисленных предательств от близких. Глупость, однако именно такой ответ будет правдив лично для меня, как бы я не пытался от него убежать. — Думаю, первой причиной было моё прошлое и я не смею это отрицать. Однако главной являлась другая, а именно идиотское сравнение нас обоих. Как бы глупо это не звучало, на краткий миг я увидел себя в твоей персоне, Фенрир, — Говорил свою фразу я немного спеша, потому что волнение всё же присутствовало и доля страха вместе с ним. Кто бы оставался предельно спокоен при понимании, что он сейчас реально может погибнуть? Правильно, только псих. Хотя, прокручивая в голове свои слова вновь и вновь, мне становится ясна их полная бредовость. Ведь, как человек вообще может себя продолжать сравнивать с таким великим существом, как Фенрир? — Извините за такие слова. Я и сам могу понять их никчёмность… — Хватит, перестань нести чушь, Ровет! Мне приятно то, что ты не возгордился только поняв своё новое положение, или подумав о некой избранности в сравнении с другими Мидгардцами, — Только услышав произнесённые волком слова, я поднял поникшую было голову и увидел, как сам Фенрир начал немного по-другому на меня смотреть. Дабы более понятно объяснить свои размышления и не сеять путаницу, приведу один пример, пришедший мне в голову. В начале нашего разговора и на его протяжении создавалось ощущение, что Фенрир смотрит на меня лишь как на временную одежду или оболочку. Сейчас же казалось, будто он наблюдает за возможным знакомым или даже старым приятелем, — Отнюдь-то не плохо, но также и не стоит принижать собственное я, носитель. Ты, Ровет, всегда должен быть где-то посередине между безусловным высокомерием и умеренным недооцениваем себя. Именно такое шаткое равновесие, между двумя кардинально разящимися понятиями и сможет привести тебя к успеху, минуя ямы провалов. Мне ли это не знать? Тому, кто разорвал две божественные цепи, но лишь после «Дроми», догадавшейся о злых намерениях богов. Глупая гордыня, она мутнит наш рассудок и здравомыслие. — Спасибо, я постараюсь запомнить такой ценный совет, Фенрир, — Выслушав слова волка, я утвердительно кивнул, показывая тем самым понимание ценности данной фразы. Такой опыт надо принимать, в отличие от бесполезных извращений исходящих из уст Йоку, ведь он, в отличие от второго, построен на боли и крови моего собеседника. Однако меня снова отвлёк от размышлений Фенрир, который произнёс только два слова «Подойди поближе», но сколько в них было при этом эмоционального окраса. Ожидание, волнение, злоба, отчаяние и надежда, все эти эмоции причудливо сплетались лишь в двух словах, даруя и мне ожидание некого волшебного действа. — Ровет, сейчас ты должен будешь, нет, обязан довериться мне. Ведь тебе предстоит прямо в эту минуту свершить свой первый великий поступок, дабы помочь такому созданию, как я, — Услышать эти слова мне довелось после выполнения предыдущих и, скажу вам, вблизи Фенрир выглядел ещё более могущественным, а клыки его намного опаснее. Неосознанно я даже сглотнул слюну представив, что испытал Тюр положив руку в такую гильотину. Должно быть, только «Богу Воинов» и хватило на сей поступок смелости, ведь это слишком страшно для обычных божеств, — Парень, положи свою левую руку мне в пасть и готовься к несравнимым ни с чем мукам.       Стук сердца, медленный и протяжный, лишь его я слышал после слов Фенрира. Я должен повторить поступок на который отважился только Тюр, я? Обычный человек, ну, пусть, как недавно выяснилось, с далёкими друидскими корнями. Такое буквально невозможно, нет, нет и нет! Ты слишком бессилен, Ровет, ни тебе дозволено свершать подвиги богов, точно не ученику обычной старшей школы. Похоже, панические мысли так и читались на моём лице, ведь как ещё можно объяснить взгляд Фенрира, обращённый на мою трусливую персону, что так и молвил «Я даю тебе шанс, который ты так жаждал, Ровет, но ты снова пытаешься сбежать от него?»       Верно, не я ли так рьяно хотел помочь своему собеседнику? А сейчас, только поняв возможные трудности, уже сбегаю, как плешивая псина, увидевшая опасность? Тогда ты никак не изменился, Ровет. Внутри тебя остался жить всё такой же маленький мальчик, боящийся, словно пламя предательств, который знает лишь как бежать от проблем, а не решать их. Мусор, недостойный даже встретить такое великое существо, сравнимое с богами, или спасти своего единственного, давнего друга, вот твоя истинная сущность, Ровет. Нету в тебе ни воли, не силы, увиденных Фенриром, а лишь страх и ужас перед новым. Однако пока не поздно и есть шанс измениться, должен ли я его вновь упустить? Снова поддаться страху и боли или, преодолев эти понятия, стать более достойным и сильным? Тем! Кто впредь, даже раздумывать не будет над возможностью сбежать, а всегда встретит любую опасность лицом к лицу, низвергнув её на своём пути! — Хорошо, я согласен на это. Но уверенности в том, что моё сознание попросту не выключится маловато, Фенрир, — Проговорил я эти слова, уже положив руку в разинутую пасть волка, чувствуя при этом, как капают слюни с верхних клыков, которые были больше меня самого, а огромный глаз наблюдает за моим потугами с небывалым воодушевлением. Главное - и вправду не отключиться, а то, боюсь, на откусывании руки по локоть испытания точно не закончатся, — Только давай быстро, иначе моя неожиданная смелость развеется на ветру так же быстро, как и появилась.       Стоило мне закончить последние слова, как неожиданно капкан закрылся, а часть руки я и вовсе перестал чувствовать. Будто вместе с куском плоти ушло и что-то более значимое для моего существования, заменить которое будет излишне трудно самому. Однако больше мне понять новые ощущения не позволила боль, такая сильная, что сравнивать её с мучениями, испытываемыми из-за перестройки тела, будет попросту некорректно. Ослепляющий букет эмоций заставлял концентрироваться лишь на нём, но если бы только это, главные муки приносило чувство отсутствия, ставшее более явным и необходимым. Забрали, сожрали и украли, именно такие слова приходили на ум, а вместе с ним и далёкий рёв того, кто это сделал — Фенрир. Да, точно, надо помочь, выполнить данные мной слова, а значит, нельзя обращать внимание на сторонние чувства, нужно до конца следовать нашей общей цели. — Парень, держись! Осталось совсем немного и я создам её, терпи! — Если бы это было так легко, кха-кха! Чёрт, что за ахинея вообще творится в моей жизни в последнее время? То пробуждение какого-то дрянного механизма, теперь ещё откусывание одной из конечности, великолепно! Кха, вновь отвлекла меня уже новая боль, более слабая и при этом освежающая? Дожили, могу определять теперь оттенки мучений, но ощущения и вправду изменились. Чувство пустоты начало пропадать и заменяться на новое, металлическое, будто оторванную конечность во рту Фенрира облили жидкой сталью и начали придавать форму отсутствующей руки, — Никогда не мог подумать, что сохранённая божественная энергия Тюра сможет нам пригодиться и даровать спасение нашим жизням! Теперь, Ровет, ты получишь от меня, равноценный твоему, дар! Власть высшей сущности, силу принадлежащую только до этого роду божественному, а теперь и обычному Мидгардцу! Так используй же эту великую мощь «Бога Воинов» и вынь, наконец, надоевший мне кусок металла из нёба, пока регенерация не успела срастить его со мной навечно!       Услышав сквозь призму мучений Фенрира. Я и вправду начал, пусть и слабо, но чувствовать ранее оторванную руку в пасти волка. Как же её трудно контролировать, но раз мой приятель верит в то, что я смогу вынуть клинок, который пробил его нёбо из-за закрытия рта, то мне стоит справиться! Следуя собственным мыслям, я начал тянуться к этой тупой зубочистке, не смотря на всё ещё давящие на руку клыки Фенрира, которые лишь немного раскрылись. Мне нужно закончить испытание, прямо сейчас! Тем более, когда я уже смог вытерпеть чудовищную боль! Нащупав кончиками пальцев лезвие меча, я сделал из последних сил рывок рукой, заставив ту исчезнуть под белоснежными клыками зверя, окроплённых моей кровью до самого плеча, и тогда, схватив само лезвие, даже не почувствовав сопротивления, он поддался мне! Клинок богов, который не должен дать закрыться пасти Фенрира до самого наступления Рагнарёка, был выдернут. Существом, что не должно иметь возможности и вовсе прикоснуться к нему… Человеком.

Не это ли воплощение чуда, кристаллизованного волей людской?

 — Ровет, спасибо тебе. Теперь мне будет куда легче без инородных, стальных предметов в пасти, — Слушая весёлые слова Фенрира, я мог лишь издать смешок, лёжа уставшим на земле. Он тут забавится, пёс паскудный, а я, словно труп, кинутый на твёрдую, чертовски сухую землю, и, плюс к вышеперечисленным нюансам, ещё окроплён своей, родной кровью, вперемешку со звериной. Да и рука вместе с тем продолжает странно ощущаться, будто она и вовсе не принадлежит мне. Хотя, скорее всего так оно и есть, неспроста же я чётко чувствовал потерю чего-то важного, буквально все инстинкты кричали об этом. Следующие слова Фенрира, собственно, и подтвердили моё предположение, — Всё верно, данная рука является только искусственной, когда твоя родная была переварена мной, дабы создать эту. Однако прежде чем ты начнёшь возмущаться, я доведу до твоего разума информацию, что лишь имея частичку божественности можно было помочь мне, как ты, Ровет, того и желал. — Ха! Да были бы у меня ещё силы возмущаться! Я сейчас выжат, как морально, так и физически, соответственно, прошу прощения, но мне не до этого, — Сказав фразу безразличным голосом, я, ради интереса, решил всё же взглянуть на свою новую, левую руку и скажу, что, в принципе, ничего нового. Тот же цвет кожи, текстура, выделялись из кардинально нового только молнии серебряного цвета, что бегали по цепям, аналогичного дугам электричества, оттенка, находящимся под кожей руки. Стильно выглядит, теперь я могу любого прохожего удивить татуировкой ломаных линий необычного цвета и местоположения на своей искусственной конечности, — Слушай, Фенрир, а разрешишь ли мне к тебе впредь обращаться на ты? Это было бы замечательно, собственно, как и дополнительный рассказ про твой эксперимент с моей тушкой, верно? — Наглый ты временами, Ровет. Однако, так и быть, пока ты не отключился, внимай же моим откровениям, — Ответив снисходительным согласием, волк, похоже, приготовился мне объяснять момент с изменением мой руки. Но, как я не старался, мой взгляд всё же сместился с довольной, пусть и окровавленной морды Фенрира, около которой я и валялся, на воткнувший в землю, немного дальше меня, меч. Встать не смогу, так что придётся рассмотреть его в таком положении. Хотя, даже отсюда можно заметить изящество клинка, окроплённого кровью. Гарда с искуснейшей гравировкой, с прекрасным, голубым, словно небеса, камнем в центре и чёрной рукоятью, что идеально ляжет в руку опытного воина. Ну и, наконец, само лезвие, на данный момент бордовое из-за крови одного зверя. Оно было острейшим и вместе с этим древним, а царапины только делали это оружие желаннее, будто из-за них ты чувствовал надёжность сего орудия убийства. Ухмыльнувшись, я вспомнил, как выдернул его из пасти Фенрира и почти в тот же момент меня отвлекла своими словами сама причина моего плачевного состояния, — Отвлекись уже от этой зубочистки, парень. Если кратко объяснять последствия моих действий, то их несколько. Первое — это замена крупицы твоей души на аналогичную, состоящую из энергии Тюра, что даровало тебе частичную божественность и вторую способность, которую я сейчас блокирую с помощью своей силы. Власть или аспект, называй как хочешь, суть одна, теперь ты имеешь возможность на краткий миг получать «Мудрость Бога» — это второе последствие. — Понятно, тогда спасибо тебе, Фенрир. Такой дар точно нам поможет не умереть в новом мире, а? — Хотев закончить продолжение, я прекрасно ощутил, как начинаю засыпать и противиться этому вообще не могу. Кажется, меня насильно выкидывает из внутреннего мира из-за души, которая слишком многое уже пережила за сегодня и просто не выдерживает такого давления. Под самый конец своего отключения, я успел лишь кивнуть Фенриру и улыбнуться, а затем меня снова ждала тьма и тяжёлые веки глаз. Что тут можно сказать? Встречай обновлённого меня снова, чёртов бренный мир! — Да, не зря инстинкты меня заставили выбрать Ровета, как носителя. Пожалуй, мы идеально совместимы с ним, что не может меня не радовать, — Эти слова Фенрир сказал только тогда, когда увидел рассеивание тела своего носителя на ветру, что ознаменовало возвращение того к реальности. Теперь ему не стоило скрывать свою довольную ухмылку и презрительный взгляд, обращённый на, так и оставшийся безымянным, клинок. Нет, ошибкой будет считать, что древнее создание смотрело именно на оружие, скорее это презрение было обращено на создателей сего орудия, — С нетерпением буду ждать нашего следующего диалога, Ровет. Возможно, ты дашь мне узреть новое чудо сотворённое твоей волей? Кто его знает, однако оставлю бесполезные размышления. Думаю, сейчас лучше заняться восстановлением повреждений полученных при вытаскивании этой проклятой железяки. Да, это и вправду будет важнее.

Заброшенный склад «Пещера»

      Сумев, наконец, пусть и с трудом, раскрыть веки, мне предстал вид на бетонный пол родненького склада. Похоже, за время перестройки тела я не слабо так буянил, ведь присмотревшись глазами к поверхности, на которой моя тушка лежала, можно было увидеть чёткие, кровавые царапины приличной глубины. Так, надо уже встать с пола и выяснить, что я сделал за период разговора с Фенриром в реальном мире. Следуя своим собственным мыслям, вперёд моё сознание решило вообще проверить состояние верхних конечностей и убедившись, что они в рабочем режиме, пусть и будто являющимися монолитным камнем, опёрся ими о пол помещения. После же, одним слитным рывком я и поднялся обратно на ноги, чуть снова не оказавшись на месте своего пробуждения, конечно. Кха-кха, ну этого приблизительно я и ожидал, ведь не может перестройка организма не сказаться на моём общем состоянии? Правильно, не может. — Оу, братцы! Вы меня весь этот продолжительный срок времени, оказывается, грели? — Неожиданностью оказалось, что встав и осмотревшись, я увидел, как со всех сторон меня облепили Хэппи, Фуми и Шуи, кажется, стараясь обогреть мою бессознательную тушку. Услышав же мой голос, они все, будто получив разряд тока, подскочили с бетонной поверхности и начали сонным взглядом пытаться узреть источник знакомого тембра. Опустившись на одно колено, хлопаю ладонью по другому, привычно подзывая трёх псов к себе и, через мгновение, пытаюсь выдержать на себе вес всех трёх мушкетёров, — Ох, парни, вы слишком сильно на меня налегаете после изменений, поумерьте пыл, демонюги! Хэппи, ты точно веди себя спокойнее! А то ваш покорный слуга не хочет вновь так скоро оказаться во внутреннем мире.       Хра-ха-ха-ха! Меня ранят твои жесткие слова, носитель, но, допустим, я могу понять их причину. Кстати, я очень удивлён небольшим фактом. Ты сумел пробудить часть способностей своих дальних родственников — друидов, такие как: общение со зверями, близкими твоему внутреннему и главное — свою истинную сущность. Довольно приятно осознавать, что уже с семи лет ты, Ровет, вплотную сроднился со своим зверем и даже принял общую мечту тогда, которая объединяет вас обоих, делая более неразрывными — Создать свою стаю, место, где ты всегда будешь ожидаем и принят. Хорошая цель, она симпатична даже моему я.       И снова приветствую тебя, Фенрир. Спасибо за похвалу, конечно, но мне больше интересно сейчас то, что кто-то, похоже, может вести общение со мной и вне внутреннего мира? Так же, не мог бы ты мне поведать про физическое состояние обновлённой конечности? Я просто, вроде бы, ощущаю её намного лучше, чем в каменной пустыне, но при этом и осталось чувство онемения, немного отличное от общего, уставшего организма. Нам ведь с тобой абсолютно не нужен неожиданный конфуз, верно? Когда обычная, левая рука прохожего, идущего вместе с общим людским стадом, начнёт испускать дуги серебряной энергии, и вместе с тем сама будет светить, словно новогоднее украшение.       Естественно могу, это даже трудностей для меня не представляет. Однако, Ровет, твоя жажда знаний скоро будет вселять ужас в умы других, столько нескончаемых вопросов… Но опустим данный момент и лучше вправду объяснить тебе ситуацию с рукой более подробно. Как я ранее и говорил, бояться ещё больших последствий не нужно, особенно физических, слишком мал процент изменения души, чтобы оказать влияние на твоё тело, тем более обновлённое. Хотя, когда твоя душа немного свыкнется с таким неожиданным изменением, то я сниму блок, поддерживаемый моей силой, и мы посмотрим более подробно, какое влияние на тебя окажет божественная власть и мудрость. Кстати, к этому времени тебе необходимо найти более скрытное место, чем твоя «Пещера», а то демонам, как раз плюнуть будет найти источник такой ненормальной мощи.       Демонам? Чёрт, когда я уже успел повстречаться с адскими созданиями? Или же… Да ну, нет! Это уже какой-то бред, порождённый психом или хаосом, не меньше. Ведь не может быть, чтобы демонами являлись студенческий совет и оккультный клуб в придачу, но если учитывать недавние события, то я могу глубоко ошибаться в своём отрицании очевидного. Особенно вспоминая вопящие инстинкты о поводке с цепью, когда я взял в руку необычную шахматную фигуру Соны Ситори. Только, разве библейские создания тьмы не должны выглядеть более ужасными и могущественными, чем обычные старшеклассницы?       Верно мыслишь, даже последнее будет абсолютной правдой. Однако сейчас, в новый завет времени, я вижу лишь деградацию бывалых демонов. Они безусловно стали слабее даже энергетически, а внешне и вовсе потеряли весь потенциал, став дешёвой копией, горячо любимых богом, людей. Библейский, пожалуй, знатно бы повеселился увидев своих новых врагов, которые мимикрировали, только подумать! На подобие людей, хра-ха-ха! Хм, хотя знаешь, Ровет. Нам от этого плачевного состояния демонов только лучше живётся, ведь если бы они остались такими, какими я их видел и помнил. То я точно бы заставил тебя бежать изо всех сил отсюда, из этого проклятого города Куо.       Понятно, благодарю, Фенрир, теперь мне ясно, что нужно делать дальше. Услышав на свои слова небольшой рык, понимаю, что благодарность до адресата дошла и пора начинать приводить новый план действий в реальность. Так что, поднявшись с колена и погладив чистой стороной окровавленной ладони своих друзей, прохожу к стойке с инструментами, купленных для починки моего железного коня, и достаю коробку стоящую под ним. Раскрыв её аккуратными движениями, дабы не дай бог, не заляпать лежащие там шмотки кровью, уже наблюдаю, ранее припасённую мной, сменную одежду, плюс некоторые медикаменты, по типу обезболивающего с бинтами. Хах, всё же решение прикупить себе в «Пещеру» немного повседневных вещей было абсолютно верным, а то ранее приходилось слишком много зазря трудиться после охоты, чтобы незаметно попасть домой и переодеть ночную форму.       Да-да, до нахождения этого прекрасного места ближе к тринадцати годам, почти половину года мне приходилось дома хранить вещи, принадлежащие «Бешеной Псине». Хорошо хоть, что вещами этими были всего лишь неизменная чёрная водолазка, ветровка с капюшоном аналогичного цвета, штаны плотного покрова серого цвета и завершающая образ «Пса» деталь — ботинки, похожие на армейскую реплику. Забавен был тот случай, когда одна из жертв очень захотела увидеть моё лицо, но там его ждало лютое разочарование в виде плотной полумаски, которая позволяла увидеть целое ничего, ха-ха-ха. Однако сейчас мне моя ночная форма не нужна, а вот лежащая под ней обычная сменная одежда очень даже необходима.       К этому решению меня сподвигло состояние надетой ещё утром одежды. Не преуменьшением будет сказать, что на данный момент она является скорее порванными, половыми тряпками, чем ранее добротной, тёмной рубашкой, с надетой под нею синей футболкой и неплохими штанами из комплекта школьной формы. Гадство, если бы у меня было немного больше времени перед потерей сознания, то я наверняка себя ещё и цепями к столбу привязал. Причём из закалённой стали, обычные цепи точно бы порвались, не говоря уже о всяких тканевых верёвках. Кстати, а где мой импровизированный железный кляп? Проснулся я уже без него.       Рыская взглядом по помещению, я довольно скоро отыскал искомый предмет, который валялся почти около самого выхода из склада. М-да, даже не хочу знать как он оказался там, а не, например, рядом со мной или может немного дальше. Собственно, пока я размышлял на отстранённые темы, то как раз под их конец успел переодеться, конечно, предварительно кинув порванные, и немного окровавленные, шмотки в ящик для мусора, стоящий рядом с другим. Эх, есть у меня затаённое чувство, что мой новый образ в близлежащее время останется неизменен, ведь слишком затратно будет тратить самый драгоценный ресурс на всякие смены стиля или попросту переодевания. Хотя, думаю, и так вполне неплохо: зелёный плащ с меховым воротником, чёрная футболка и белые джинсы с ремнём тёмного цвета, смотрится вместе определённо интересно. — Так, парни! Минуточку внимания мне! Раз теперь я точно знаю, что вы прекрасно понимаете меня, а это не просто мои фантастические предположения, то слушайте, — Услышав меня, до этого просто стоящие рядом со мной, псы моментально обратили внимание и даже будто приготовились внимательно внимать моей речи. Хах, вспоминаю нашу первую встречу, произошедшую лишь из-за того, что я искал спокойное местечко для ночной деятельности и починки мотоцикла. Ведь нехорошо было продолжать заниматься Ямахой у Джеймса в гараже, тем более после его совета найти скрытое от других местечко, кхм. Однако я вёл свои слова не к этому, а к тому, что уже тогда я начал думать о возможности понимания моей речи зверями. Просто не могут дикие псы так быстро принять и подпустить к себе незнакомца, заявившегося на их территорию, но это произошло после моих добрых слов, сказанных им, — Буду краток с распоряжениями. Фуми, ты, как главный, следи, дабы Шуи и Хэппи на опасность не нарвались. Если же её никак не избежать, то удирайте со всех ног ко мне. Шуи и Хэппи, вы же слушаетесь своего вожака до моего возращения, ладненько?       Ответом на мои слова стал общий лай и пробежка до меня с попыткой свалить с ног. Однако она не увенчалась успехом и я спокойно выдержал сей подлый трюк, продолжив затем забинтовывать руки, которые протёр спиртовой тряпкой и, знаете, мне уже нравятся результаты перестройки тела. Буквально наблюдать процесс регенерации ссадин и глубоких царапин, очень приятно. Будто, видя такую чудовищную силу восстановления, ты наполняешься верой в то, что теперь не настолько слаб и беспомощен, как другие и это чертовски сильно доставляет радость. Определённо надо придерживаться плана, связанного с таверной, дабы поскорее начать тренировки с советами спящего сейчас Фенрира. Я хочу стать ещё сильнее, хотя, нет. Я, попросту, обязан это сделать. Ведь слабому суждено стать пищей сильного, это нерушимый закон сего мира, верно? Ха-ха-ха! — Вот, в принципе, и всё. Руки полностью забинтовал, так что и кусочка повреждённой кожи не увидишь. Теперь-то, наконец, можно отправляться в «Таверну Серенити» и договариваться с Марком о проживании в подвале заведения. Дожил называется, эх, — Сказав последние слова с немного погрустневшей интонацией, я уже было хотел отправиться к выходу из склада, после прощания и отдачи указаний своим приятелям. Однако меня остановила одна мелочь от этого, а именно ключи от Ямахи лежащие на столе рядом с гаечным ключом. Если мне всё же придётся срочно уезжать, у меня точно не будет времени для поиска ключей от своего железного коня, а значит, надо прихватить их прямо сейчас. Хм, спасибо Джеймсу за то, что он мне подарил на пятнадцатилетие этот мотоцикл и даже научил водить его. Возможно, учитель, ваш подарок мне спасёт жизнь, — Теперь мне точно пора, парни. Но главное помните — в крайнем случае нужно бежать к тому месту, где я постоянно давал вам вкусное мясо, помнишь Фуми? Хотя, конечно помнишь, ладно, бывайте.       Махнув рукой уходя из помещения, я поставил пометку у себя в разуме, как минимум послезавтра вернуться сюда и покормить защитников моего склада. Ну и ради интереса я схватил руками железную трубу, ранее бывшую мои кляпом, и, сказать, что мне пришлось удивиться - это ничего не произнести. Прочная сталь была пробита клыками и раздавлена, а следы крови на ней лишь говорили насколько старательно её раскусывали. Поднеся палец к открытому рту, я провёл им по ряду зубов и если передние всё так же являлись человеческими, то начиная от клыков, зубки становились чертовски острыми и большими. Теперь я и вправду становлюсь зверем? Хех, кажется, слова бабушки оказались пророческими, ведь только она любила называть меня волчонком. М-да, враз стало как-то грустно на душе и гадко. Похоже, мне просто не позволено забыть твою кончину, Джузо…

Заведение «Таверна Серенити»

      Сейчас в популярном заведении «Иностранного Района» Куо, который был так назван из основных жителей сей части городка, принадлежащих преимущественно европейским странам, находился один из буйных посетителей, что уже должно вызвать удивление остальных, ведь все знали, таверна — место опасное для начинания дебоша. Но, быть может, это был какой-то новый посетитель, кто его может знать? Хотя, многие прекрасно понимали другое, сейчас будет картина успокоения буйного. Владелец этого великолепного заведения всегда мог успокоить человека, не важно, кто это был: преступник, властный клиент или обычный посетитель, все решали поспать после одного прямого удара и последующего пинка на улицу. Даже официант, выделяющийся лишь внешностью модели, и тот был опасен здесь. Ведь лезть со злыми намерениями на мальца, что имеет связи с большинством богатых дам, не обделённых и долей власти, слишком самоубийственно и глупо. — Хо-хо-хо! Как сегодня весело здесь, да? Ей, Джон! Ах ты, старый чорт! Не смей пить моё пиво! — Это особо громко сказал заядлый посетитель этого заведения, сидящий бок о бок со своими хорошими приятелями. Он являлся обычным мужчиной в возрасте, абсолютно посредственным, собственно, как и его друг, пытающийся украсть заказанное их компанией пиво. Однако третий, он был особенным, даже волосы это подчёркивали, невозможно белоснежные и с чёрными вкраплениям, но почему-то никто не замечал этого парня в строгом костюме. Будто это существо слишком… Непонятно для разума окружающих? — Вы продолжайте рассказывать, что там было дальше после битвы «Дракона Разрушения» с Вритрой? Экдра, если не ошибаюсь, так вы его прозвали? Эх, давно я таких интересных баек не слыхал, ты согласен со мной, Джон? — Кха-ха-ха-ха! Верно! Однако, извините меня, люди, но дела не ждут, особенно меня, — Проговорив свою фразу ехидной и весёлой интонацией, парень поднялся, оставив как чаевые монету с изображением волка, и начал идти на выход, создавая ощущение, что ему и вправду срочно нужно покинуть это заведение. Возможно, он просто не хотел с кем-то встретиться? Но, похоже, узнать это нам не суждено, ведь парень напоследок, сверкнув алыми глазами с крестовым зрачком, словно молящими о разрушении всего тут находящегося, буквально исчез, испарился! Оставив после себя только одну фразу и то, которую все позабыли через несколько секунд, как, собственно, и самого необычного гостя, — Ах, Да! Я же так и не представился, прошу простить мою гордыню. Весь разум, попросту, застелил интерес, как бы увидеть начало истории моего дорого друга. Ох, надеюсь, когда вернусь, мама меня не накажет за этот проступок, верно Тиамат? А так, имя мне Экдра и аривидерчи, людишки! — Джек, а почему у нас на столе три бутылки пива? Мы сидели с кем-то ещё? — Задав этот вопрос своему другу, Джон лишь встретил не понимающий взгляд Джека и последующее за ним покачивание головой. Но следующие вопросы приятеля остановил звук падения. Это всё ещё разгневанный посетитель не мог успокоиться и начал крушить убранство заведения, первой целью стали бедные стулья и, быть может, следующими были другие люди, спокойно отдыхающие в данном помещении. Однако узнать этого не дал высокий парень с синей шевелюрой и необычным цветом глаз — серебряным, который зашёл в таверну, затем непринуждённо подойдя к дебоширу, схватил его кисть и спустя мгновение послушался жуткий хруст, — Ох ты ж, кажется, сегодня потерей сознания всё не закончится и придётся мужику лечить перелом. — Эй, ты вообще меры не знаешь, а, сволочь? — Зашёл, называется, в своё любимую «Таверну Серенити»! Сразу со входа, увидев крупного мужика, который посмел крушить это прекрасное заведение, урод. Почему только Марк не спешит выйти из кухни и отработать его по высшему эшелону? Оглох или игнорирует, надеясь на Юву? Нашего бесполезного казанову, сейчас сидящего с дамой в обнимку немного в стороне?! Оглох скорее всего, ладно, сам проведу этот орущий кусок мяса к выходу. Главное — случайно не сломать ему ещё чего, а то я даже и не ожидал, что приложив немного силы после перестройки тела, смогу раздавить человеческую кость с такой лёгкостью, — Вали отсюда, иначе позову Марка, чтобы он тебя ещё немного отшлифовал… Сказал же, беги, заяц! Или волк откроет на тебя сезон охоты!       Приходится ещё дополнять свои слова из-за такого мусора, гадство. Окончательно разобравшись с дебоширом, иду к Юве, который увидев меня, как-то враз подсобрался и, похоже, сказал своей подружке оставить его в одиночестве. Так что, когда я присел к нему, то мы уже сидели в одиночестве и было видно, насколько казанова этому расстроен. Однако стоило мне состроить фирменную добрую улыбку, то сожаления пропали и мой приятель, наконец, сконцентрировался на мне, а не на заднице уходящей девушки. Боже, какой же ты, Юва... Да, я даже не знаю, как его уже называть! — Юва, теперь мы можем вести диалог и ты не отвлечёшься на формы любой проходящей девушки? Верно, — Заканчиваю свои слова не вопросом, а скорее непогрешимым фактом и мой собеседник, понимая это, кивает. Надо рассказать ему про мой план, умолчав при этом о мистике, и отправить к Марку на кухню. Пусть лучше он об этом сообщит, чем бедненький я, — Буду краток, друг, мне надо, возможно, на несколько недель засесть у вас в подвале и в родном доме мне лучше и вовсе не появляться. Предугадывая твой будущий вопрос, Юва, нет. Я не снова поссорился с родителями. На данный момент проблемы вызваны скорее прошлыми обстоятельствами, помнишь, когда я вчера вам звонил, мол, не могу никак помочь с завалом в таверне? Я тогда ещё огрызаться на тебя начал из-за пива. — Помню, дословно, ты тогда был немного злее обычного, — Гад, даже здесь сумел поддеть меня, моим же состоянием без ношения лживой маски. Хотя, в этом весь Юва, комок бесящего ехидства и капля хорошего друга, который и поддержит в трудную минуту. Однако главное, что он запомнил тот мой звонок, а значит проблем объяснить ему важность информации для последующей передачи Марку, не составит особого труда, — Кстати, Ровет, можешь не гневаться на невинного меня, твоё пиво лежит нетронутым. Вчера оно бы стало лишним в нашем знакомстве с ослепительной брюнеткой, как же она была великолепна. Жаль, что ты, мой дорогой друг, так и не вкусил запретный плод похоти, а, быть может, сделав это, и добрее бы стал. — Юва, не время для твоих идиотских шуток по поводу моего отношения ко всякой любви и романтике. Иди, наконец, и передай мои слова Марку, пожалуйста, — Не выдержав продолжения шутовской фразы друга, я схватил того за воротник его формы официанта и притянул к себе через весь стол. Да, меня окончательно достали постоянные разговоры вокруг да около, сейчас на них попросту нет времени. Мне нужно быть быстрее своей судьбы. Я обязан стать сильнее мои будущих врагов, несмотря на преграды, вставшие на моём пути. Волк должен начать охоту первым и вкусить кровь своих врагов первее их самих, — Друг, прости конечно, но давай ты сделаешь мне одолжение и прекратишь страдать всей своей обычной фигнёй. Не время для твоего заигрывания и плутовства, лучше покажи, как ты можешь помогать своему проблемному другу. — Опусти меня, Ровет! Я прямо сейчас и пойду к Марку, но и ты не перебарщивай, успокойся. Твой взгляд сейчас как раз подобен кровожадному зверю, коим ты себя не хочешь считать и не это ли говорит, что мой дорогой друг, начал перебарщивать? — Слушая речь Ювы, начинаю осознавать насколько я сейчас злобен. Ладно когда мне так приходится успокаивать малознакомых личностей или тех, кто заслужили мою ненависть, но того, кого я считаю реальным близким? Нет, надо и вправду остудить голову. Отпускаю казанову, которого даже приподнял над землёй и сажусь обратно за стол, замечая и взгляды посетителей, направленные на меня. Нашли шоу, это вам уличные бои или что? Стадо животных, хотя нет. Животные не заслуживают такого оскорбления, — Ровет, вот и правильно. Сейчас я принесу тебе бутылочку твоего любимого норвежского и жизнь вообще наладится, согласен? Ты, кстати, обрати взгляд на телевизор, там сейчас будут крутить выступление новой K-pop гёрл-группы и поверь, та прекрасная беловолосая лисица тебе понравится. Она воплощает идеал твоих вкусов, Ровет.       Кинув взгляд на собеседника, так и выражающий вопрос "снова?", я дождался, пока Юва махнёт рукой на мою персону и отправится за барную стойку. Дальше я было хотел уже снова погрузиться в размышления, однако это мне не дал сделать кинутый из интереса взгляд на телевизор, и могу сказать одно — меня затянуло. Ранее я никогда не увлекался музыкой, считая её скорее помехой на своём пути или времени. Но, сейчас, когда должно быть точно так же, песня четырёх экстравагантных молодых девушек поглотила меня сполна. Музыка являлась в своей сути заводящей, бодрой и приятной слуху, затягивала не этим, а другим, характером. Да, будто главной целью этого произведения было познакомить слушателя с сутью каждой из певиц, это оказалось неожиданно интересно. Обратив взгляд на нижнюю строчку, отображающуюся на плазме, которая в свою очередь была закреплена на стене заведения, я смог узнать и название этой дебютной песни — Pop/Stars.       Стоит запомнить и, может, в свободную минутку послушать? Возможно, но именно тогда, когда я начал сомневаться, а нужно ли оно мне вообще? Та, о ком говорил мне Юва, показалась на экране и да… Она прекрасна, быть может, если бы не сила воли, я бы натурально уронил челюсть на стол. Великолепная пшеничная шевелюра, взгляд пронзительных янтарных глаз с вытянутым зрачком, которые идеально подчёркивали хищные черты лица. Тело же, я не смогу найти слов, хоть приблизительно описывающих его. Для меня это было слишком идеально, буквально невозможная красота, как это может быть настолько шедеврально? Грудь, талия, бёдра, даже руки и ноги, всё это не подлежало никакой критике, хех. Это, я ведь забыл упомянуть ушки и кристальные хвосты сей дамы, а одежда, которая идеально облегала тело и вовсе была позабыта, дабы точно не потерять лицо на людях. Однако, наверное, тот образ, что создавался благодаря этим деталям заставил меня настолько желать её, да, нет смысла врать самому себе. Я и вправду хочу встретиться с ней. С такой прекрасной хищницей, она определённо может развлечь… — Пацан! Хватит меня игнорировать и вали на кухню. Я согласен на твоё предложение! — Но стоило мне погрузиться в раздумья, по поводу нового и неожиданного желания, как меня отвлёк голос Марка, злого Марка, находящегося на кухне заведения. Кажется, неосознанно, я того не слышал на протяжении нескольких минут. М-да, совсем меня очаровала лисица, даже как-то слишком мощно, но сейчас можно забросить эти мысли на закоулки разума. Ведь план сработал и я смогу свободно тренироваться в лесу, находящегося недалеко от городка Куо! Великолепно! — Но рано радуешься! Будешь готовить у меня минимум до пятнадцати часов, каждый чёртов день! Даже не надейся на халяву, пацан, будешь отрабатывать у меня свои выходные от школы и родителей, ясно? — Понял! Иду помогать, эх, — Сказав очевидные слова согласия, я, встав из-за стола, направился на кухню, уже готовясь плотно сегодня заняться своим хобби — кулинарией. Однако на уже пустом столе, откуда ушли посетители, оставив даже немного чаевых официанту, мой взгляд уловил сверкающую серебром монету. Подойдя и подняв её на уровень глаз, я смог узреть на одной из сторон изображение величественного волка, а на второй грозного дракона. Интересная монетка, думаю, никто не будет против если я её возьму себе? Пусть валяется рядом с игральным кубиком в кармане плаща и никому не мешает. С такими мыслями я и зашёл за барную стойку, чтобы после погрузиться в работу, перед этим, конечно, выслушав долю нравоучений от Марка.