Актёр и гримёр

      — Стоп, снято. —  Раздались громкие аплодисменты, а актерский состав, собравшись в небольшую кучку принялся обниматься и плакать. Глазами полными слез и грусти Чимин наблюдал за происходящим. Съемки официально окончены, значит их ждет прощальная вечеринка. На днях Юнги уедет во Францию, а Чимин уже подписан на очередной долгоиграющий проект в дораме про вампиров. Парень лелеял надежду, что ему удастся остаться с Мином наедине еще хоть раз, но актер съехал от Чимина на следующий день после поцелуя на кухне и все их разговоры резко сузились до рабочих тем, только в месенджере они продолжали разговаривать на «ты». Но и там были только банальные пожелания доброго утра и спокойной ночи. Иногда кидали друг другу смешные картинки, да и только.        Чимин безбожно скучал. Если на работе, он не подавал вида и как ни в чем не бывало смеялся со стафом над шутками актера, то дома лез на стену от нехватки Юнги в его жизни. Плакать, уткнувшись носом в подушку с изображением актера, стало типичным вечером для Чимина. Он то думал, что совместное проживание сблизило их и надеялся на более живое общение после. Но надежды его не оправдались. Мин как будто перечеркнул все, что между ними было и начал жизнь с нового листа, где для Чимина места не потрудился отыскать.        Конечно же это было далеко от правды. Юнги много размышлял над теми ниточками и узелками которые успели заплестись между ним и Чимином. Парень запал ему в душу, но его не отпускало чувство, словно он изменяет Феликсу. Внутренний ступор не разрешал ему с головой нырять в новые отношения. Перманентное ощущение предательства по отношению к Феликсу поселилось в его душе. Однажды вечером он написал легкое сообщение Чимину с намеком на флирт, но так и не отправил его. Рука не поднялась осквернить светлое, прекрасное прошлое, что связывало его с бывшим парнем этим внезапным порывом. В срочном порядке Намджун был выдернут из объятий любимой жены, чтобы составить компанию в распитии текилы и выслушивании долгих путаных объяснений, почему же он все таки не может отправить это глупое сообщение со смайликом своему гримеру. Намджун мужчина умный и включив психолога на полставки, помог справиться с эмоциями своему работодателю.  — Счастливое прошлое останется там, в прошлом, оно больше никогда не перерастет в настоящее и грядущее. Останутся лишь теплые, грустные воспоминания и тебе придется найти в себе силы, чтобы принять их и двигаться дальше, без груза вины. Только так ты сможешь снова быть счастливым.  Юнги внимательно слушал своего друга, кивал и был с ним полностью согласен. Но где найти в себе эти самые силы, когда последние он тратит, чтобы вставать по утрам и выполнять свою работу.        С тяжелым чувством он собирал свой чемодан. Город любви. Он бывал в Париже и в этот раз обещал Феликсу свозить его туда. Показать свои любимые места и угостить самым вкусным кофе, по его скромному мнению, в кофейне у Филиппа. Отель был забронирован приватный, с отдельным входом в номер. Феликсу удалось уговорить начальство отпустить его ненадолго в отпуск. Все уже было на мази, но увы все их планы жестоким образом были разрушены всего несколькими снимками. Теперь Юнги придется одному пить фешенебельное шампанское в своем номере с огромной кроватью.        К моменту прощальной вечеринки после съемок, у Мина в голове сложился более менее рабочий план. Он должен поговорить с Чимином как взрослый человек, а потом попытаться перезагрузить голову во Франции, чтобы по приезду в Сеул тени прошлого уже не имели над ним прежнего влияния и он смог бы наконец уделить время парню, который с недавнего времени тоже занимает часть его сердца, не давая ему окончательно разбиться.             Выпив третий бокал шампанского и успев изрядно накидаться Чимин беззастенчиво висел на Техене, хохоча ему в ухо. Шутка была посредственная, но периферийным зрением парень успел выследить взгляд красивых глаз в его сторону, поэтому ржал над ней, словно ничего смешнее в жизни не слышал. Надо же показать засранцу, что ему и без него хорошо. Жил себе нормально и дальше будет так же, а тот пусть катится в свою страну картавую, раз слепой и не видит какой бриллиант у него под боком лежит. Все доводы и причины приведенные Юнги тогда еще на кухне, были вымыты из головы парня игристым напитком, поэтому включив режим гордого льва, Чимин игнорирует актера уже половину вечера.        Издалека потешаясь над поведением подвыпившего парня, Юнги продумывает монолог, который должен сказать сегодня Чимину. Он немного нервничает и ему бы еще чуть-чуть времени подумать, но глядя как гример некрепкой рукой льет себе еще шампанского понимает, что либо сейчас, либо тот на утро ни черта не вспомнит. — Ты обиделся на меня? — С чего ты взял?  — С того, что сегодня последний вечер перед продолжительной разлукой, а ты от меня теряешься.        Намджун позвал Чимина переговорить в пустующую гримерку, а когда тот зашел, то сразу же вышел оставляя парня в обществе Юнги.   — Я не теряюсь, просто не хочу создавать лишние толки вокруг. — Жмет плечами Чимин изо всех сил стараясь сохранить маску безразличия на лице. — К тому же, судя по нашему скудному общению в последнее время, мне кажется тебе не особо интересно мое общество.   — Тебе кажется. Слушай, Чимина... — Юнги залез в телефон и после недолгих поисков, продолжил, —  я и правда немного отстранился в последнее время. Гм. Я бы хотел разобраться во всем, что сейчас происходит в моей жизни. Но ты мне определенно интересен и твое общество мне очень даже приятно. Но мне сложно начинать все сначала после продолжительных отношений и тяжелого разрыва и это естественно не твоя вина. — Перехватывая воздух Юнги продолжает, быстро пробегая глазами по экрану телефона и показывая пальцем, «не перебивай» иначе собьешь, — Мне нужно перезагрузить свои мысли, чтобы я смог двигаться дальше, поэтому я не отменил свою командировку. Я рассчитываю, что этот двухмесячный перерыв поможет мне в этом. Возможно это будет ошибкой и за время моего отсутствия ты успеешь позабыть то хрупкое, что между нами зародилось. В любом случае, ты мне ничего не обещал и просить тебя подождать меня будет наглостью с моей стороны. Но все же, я смею надеяться, что если по моему возвращению в твоем сердце еще не угаснет та искорка, которая между нами загорелась, ты не оттолкнешь меня.  — Еще раз взглянув на экран, Юнги кивнул сам себе, спрятал телефон и взглянул на Чимина. — Ты так красиво говоришь, так естественно. — Не сдерживая смех отвечает Чимин на пламенную речь. За время, что он слушал сердечный монолог, он успел расслабиться и улыбка сама собой натянулась на его лицо. Настроение поднялось в одно мгновение, как только парень понял, что Мин Юнги готовился к их разговору и записал свои мысли, чтобы не забыть. Да еще все эти «хрупкие искорки», «смею надеяться» и прочее, заставило его сердце биться чаще.  — Да записал. Нет, не стыдно. Лучше так, чем я бы сейчас бекал и мекал. — Немного тушуясь из-за смеха Чимина, оправдывается Юнги. — Зато сказал все, что хотел. Хватит ржать. Ты вообще понял, что я тебе говорил? Он тоже улыбается в ответ на смех. — Понял. Ты едешь во Францию, а когда вернешься, будешь меня добиваться. — Добиваться? Немного не то слово. Ты же фанат, тебе можно просто пару раз сексуально улыбнуться, потрогать за задницу и всё. Добился. — Знаешь, лучше было когда ты записывал, что хотел сказать. Так ты хотя бы до хамства не скатывался.  — Ладно, мысль ты уловил. Так что, Чимина, попробуем? — Откинув шутки, Юнги смотрит уже серьезно и Чимин медленно кивает. — Хорошо, хён. — Немного помолчав, — Ты будешь мне писать или оставишь как есть? — Не знаю. Можно я решу по ходу дела? Еще один кивок.        Сокращая расстояние, Юнги быстро мажет поцелуем в губы и скрывается за дверью. Оставшись один, Чимин осмысливает только что произошедшее и наконец дает плотине прорваться. Грусть перед разлукой, счастье от слов Юнги, предвкушение, возбуждение и сладкая истома от мимолетного поцелуя, смешиваются в душе и выплескиваются наружу в потоки слез, сквозь неконтролируемые похихикивания. На его счастье, никто не вошел в комнату, дав насладиться моментом и пережить его в одиночестве.        Придя в себя и покопавшись в саквояже с косметикой, он с легкостью привел себя в порядок и как ни в чем не бывало присоединился обратно к Техену и компании девушек костюмерш. Окинув взглядом большое помещение съемочной площадки, Юнги с его менеджером он уже не обнаружил. Грустно кивнул своим мыслям и налил себе еще шампанского.