Наследие тигра

«Кровью кровь не смоешь никогда.»

***

Сознание возвращалось медленно, словно сквозь толщу тёмной воды. Голова гудела. В висках стучала тупая, рваная боль. Грудь сдавливало, как будто на неё положили камень, а воздух казался тяжёлым, пропитанным чем-то неприятно влажным. Она сделала попытку вдохнуть глубже — и тут же закашлялась. Во рту стоял привкус крови. Что… произошло? Мысли путались, обрывками всплывали воспоминания. Яркий день, шум рынка, разговоры, запах свежего хлеба… потом внезапная тень, движение сбоку, резкий укол в шею. Меня похитили. Сердце сжалось, но паника не пришла — слишком слабость не позволяла ей охватить её полностью. Сайя открыла глаза. Темнота. Не просто мрак — пустота. Она моргнула несколько раз, давая глазам привыкнуть, и вскоре смогла различить очертания. Стены. Каменные, грубые, сырые. Запах плесени, железа, гнили. Под ней был холодный пол. Попыталась пошевелиться — и тут же почувствовала тугой металл на запястьях и лодыжках. Цепи. Её заковали. Холод пронзил позвоночник. Она стиснула зубы, замедлила дыхание. Соберись. Не теряй контроль. В нос ударил ещё один запах — резкий, тошнотворный. Кровь. Чужая. Старый запах, впитавшийся в камень. Сердце забилось сильнее. Она прислушалась. Тишина. Только звук капающей воды где-то в глубине. Но она не была одна. Кто-то был здесь. Она затаила дыхание, но запоздала. Раздались шаги. Медленные. Выверенные. Тяжёлый звук подошв по камню. Сайя сжала кулаки, заставляя себя сохранять неподвижность. Притворись бессознательной. Кто бы это ни был — лучше, если он подумает, что она ещё не очнулась. Шаги приблизились. Остановились прямо перед ней. Секунда. Другая. Тишина. Потом — движение. Холодные пальцы коснулись её лица. Она едва удержалась, чтобы не вздрогнуть. — Просыпайся, — голос был низкий, почти ленивый, но с чем-то скользким, змеиным в тембре. Она не пошевелилась. — Ты думаешь, что если будешь прикидываться мёртвой, я оставлю тебя в покое? Сайя не ответила. Уйди. Просто уйди. Но вместо этого пальцы сомкнулись на её горле. Резко, сильно. Она захрипела, воздух резко вырвался из лёгких. Глаза распахнулись. Перед ней склонилось лицо. Бледное. Нездоровое. Жёлтые глаза со змеиными зрачками. Сердце пропустило удар. Орочимару. Это был он. Вблизи его лицо казалось почти неживым — кожа слишком гладкая, движения слишком неторопливые, словно он вовсе не человек, а существо, которое только им прикидывается. — Так-то лучше, — произнёс он и разжал пальцы. Сайя жадно вдохнула, стараясь не закашляться. Горло болело. — Где… я? — голос прозвучал хрипло, но ровно. Он чуть наклонил голову, словно изучая её реакцию. — В месте, где тебе предстоит провести немало времени. — Что вам нужно? Орочимару улыбнулся. — Ты знаешь, кто я? Сайя молчала. — Знаешь, конечно. И это прекрасно, потому что мне не придётся долго объяснять, насколько я ценю редкие экземпляры. Холод пробежал по её спине. Он говорил так, словно она была не человеком, а вещью. — Ты носишь в себе редкую кровь, — произнёс он спокойно. — Кровь исчезнувшего клана. Ты понимаешь, что это значит? Её пальцы сжались в кулаки. Знала. Кровь клана Юкимура несла особенную генетическую способность: связь с духовной энергией животных. Настолько глубокую, что её предки могли буквально становиться зверем, с которым связывались. — Я изучаю природу шиноби, — продолжал Орочимару. — Границы силы. Потенциал тела. Я думаю, что ты можешь дать мне кое-что очень ценное. Сайя не ответила. Он улыбнулся шире. — Не волнуйся. Я не собираюсь убивать тебя. Она ему не поверила. — Пока что. Тишина. Он развернулся, делая шаг в сторону выхода. — Отдыхай. Завтра мы начнём. Она стиснула зубы. — Начнём что? Он замер на пороге. — Эксперименты, разумеется. И исчез. Оставив её одну в темноте. Сайя сжала кулаки. Грудь сдавило страхом, но она его подавила. Орочимару хотел что-то из неё извлечь. Но он не понимал. Она никогда не сдавалась. Она найдёт способ выбраться. Любой ценой.

***

Ночь окутала дом, и лишь мягкий свет фонарей у входа рассеивал густую темноту. Какаши стоял на балконе, прислонившись к деревянной стойке, и молча вглядывался в лес, который начинался сразу за садом. Внизу едва слышно журчал ручей, листья деревьев шептались под лёгким ветерком. Он должен был спать. Утром им предстоял долгий путь, а значит, нужна была ясная голова и свежие силы. Но мысли не отпускали. Эта миссия с самого начала была странной. Когда им поручили проверить последствия атаки на эту деревню, он не ожидал встретить кого-то вроде Сайи. Девушка, которая жила в уединении, хранила слишком много тайн и, похоже, не доверяла никому, кроме мальчишки, что теперь следовал за ней по пятам. А теперь им нужно доставить её в Коноху. Какаши прикрыл глаза. Он знал, что Сайю встретят настороженно. Слишком многое о ней оставалось загадкой, а Хокаге не любил неизвестность. В лучшем случае её поставят под наблюдение, в худшем — запрут и будут допрашивать, пока не получат все ответы. Но почему-то эта мысль ему не нравилась. Какаши вздохнул и провёл рукой по волосам. Что его тревожило больше всего, так это её реакция на воспоминания пленника. Она явно что-то знала. Тот страх, что промелькнул в её глазах… Он видел такие взгляды у тех, кто сталкивался с чем-то действительно ужасным. Она не сказала, кого узнала. Но ему хватило пары догадок. Если это правда… Какаши нахмурился и посмотрел в небо. Полная луна освещала всё вокруг, заливая дом мягким светом. Значит, кто-то ещё связан с этим человеком. Значит, в Конохе будет ещё больше вопросов. Он вздохнул и достал книгу, но даже не попытался её открыть. Вместо этого снова посмотрел в сторону комнаты, где спала Сайя. Доверять ей? Он не знал. Но точно знал одно — этот вопрос уже не стоял перед ним. Вне зависимости от его личного мнения, он был обязан довести миссию до конца. А значит, завтра они отправятся в Коноху. Какаши вздохнул и провёл рукой по лицу, вспоминая события вечера. Он не собирался заострять на этом внимание, но образ, который застал на кухне, почему-то упорно не уходил из головы. Сайя, в лёгком шёлковом кимоно, в котором каждый её шаг казался слишком плавным, а силуэт — слишком открытым. Её тонкие запястья, изящные движения, сдержанная грация, с которой она готовила…и фиолетово-красные шрамы. Но самое смешное было не в этом. Она так резко отреагировала на его появление, что чуть не метнула в него тарелку. И эта искренняя реакция — быстрый поворот, рука, готовая к атаке, напряжённый взгляд — на секунду заставила его забыть обо всём. Потом, когда узнала его, смутилась. Покраснела. Попыталась сделать вид, что всё нормально, но неумело. И это почему-то выбило его из равновесия больше, чем сам вид её в таком наряде. Он видел, как она старалась держать дистанцию. Холодная, резкая в словах, но… иногда, в редкие моменты, она терялась. Как тогда, когда он поднял осколки, а она с раздражением отвернулась, не зная, куда деть руки. Какаши опёрся локтями о перила балкона и покачал головой. Смешно. Он давно привык не реагировать на подобные вещи. Должен был бы просто забыть. Но почему-то не мог. Какаши закрыл глаза, наслаждаясь прохладным ночным воздухом, но вдруг его слух уловил приглушённый голос. Сайя. Звук доносился через открытые сёндзи её балкона. Он не специально подслушивал, но её голос был чётким в тишине ночи. — …Я знаю, что тебе страшно, Рюто, — голос Сайи был мягким, но в нём чувствовалась усталость. — Я не хочу уходить, — раздался приглушённый ответ мальчика. В его голосе было больше упрямства, чем печали, но Какаши слышал в этом страх. — Я тоже, — после короткой паузы призналась она. — Но у нас нет выбора. — А если мы просто останемся? Если спрячемся? — голос Рюто дрожал. Какаши перевёл взгляд на окно её комнаты. Полупрозрачная бумага сёндзи делала силуэты размытыми, но он видел, как мальчик сидел, сжавшись, а Сайя осторожно гладила его по волосам. — Тогда однажды нас найдут, — мягко сказала она. — И это будет хуже, чем если мы уйдём сами. Рюто молчал, и Какаши почти почувствовал, как он борется с собой, как пытается понять, почему упрямство не поможет в этот раз. — В Конохе нам будет хорошо? — наконец спросил он. Сайя ненадолго замялась. — Не знаю. — Но ведь ты оттуда… — Это было очень давно. — А Какаши-сенсей говорит, что всё будет нормально. Какаши усмехнулся про себя. «Конечно, говорит». Он знал, что обязан её вернуть, и не мог позволить себе сомневаться в успехе миссии. Но даже он понимал — будет ли всё действительно нормально, никто не знал. — Он шиноби. Он должен говорить так, — тихо ответила Сайя. Рюто снова замолчал. — Тогда я буду верить тебе, — наконец прошептал он. Какаши не видел, но почему-то знал, что она улыбнулась. — Спи, Рюто. Завтра нам рано вставать. — Я не хочу спать, — голос Рюто был напряжённым, будто он сдерживал что-то внутри, не позволяя себе сорваться. — Тогда расскажи мне, что тревожит, — тихо ответила Сайя. Какаши закрыл глаза. Он не должен был подслушивать. Но уйти тоже не мог. — Во время ритуала… — пауза. — Я убил их. Какаши открыл глаза. — Ты не убивал их, — ровно сказала Сайя, но в её голосе не было уверенности, только осторожность. — Нет, убивал! — мальчишка резко сел, дыхание сбилось. — Они напали на нас… и потом… они просто лежали… а я… Он замолчал. — Рю… — Ты же говорила, что шиноби не сомневаются! — его голос сорвался, полон злости и боли. — Что если на тебя нападают, ты должен драться! Какаши тяжело выдохнул. — Я сделал всё правильно, да?! Сайя долго молчала. — Да, — наконец сказала она. Но в её голосе было что-то, что заставило Какаши сдвинуться с места. — Тогда почему мне так мерзко? Он закрыл глаза. Этот вопрос… Он сам задавал его себе когда-то. — Потому что ты не убийца, — ответила она. — Но я убил их… — Ты защищал нас. — Это разве не одно и то же? Снова тишина. — Нет, — тихо сказала она. Какаши слышал, как мальчишка нервно передвинулся, натягивая на себя одеяло. — Ты ведь когда-то была ниндзя… Ты тоже это чувствовала? — Да. — И что ты сделала? — Смирилась. Её голос звучал устало. Рюто шумно выдохнул, почти срываясь на всхлип. — Я больше не хочу убивать, — прошептал он. Он напрягся. Он слышал подобные слова раньше. Слишком часто. — Никто не хочет, — Сайя говорила едва слышно. Долгая пауза. — Я просто… хочу спать, но боюсь. Шорох ткани — возможно, она погладила его по голове. — Я здесь, — мягко сказала она. Дыхание Рюто постепенно замедлялось, выравнивалось. Какаши поднял голову к небу. Он не знал, что именно заставило его слушать этот разговор до конца. Может, потому что в голосе Сайи было нечто слишком знакомое — что-то, что напомнило ему о людях, которых он потерял. Сквозь щель в дверях он видел её силуэт. Сидит рядом с мальчишкой, чуть опустив голову, глядя в темноту. «Смирилась», — повторил он её слово у себя в голове. Но он знал, что это не так. — Расскажешь сказку? — очень тихо спросил Рюта. Он понял что она улыбнулась и голос её стал тёплым. — Давным-давно… — начала она негромко, — один человек спас тигра. Он услышал, как Рюто пошевелился под одеялом, уже не с такой тревогой, как раньше. Какаши сразу понял про что и кого сказка. — Этот тигр был ранен, его силы оставляли его, но человек не испугался. Он вытащил клинок из его тела, промыл раны и остался рядом, чтобы зверь не чувствовал себя одиноким. Какаши чуть склонил голову, прислушиваясь. — Тигр был горд. Он не привык, чтобы кто-то заботился о нём. Но день за днём человек приносил ему пищу, говорил с ним, не требуя ничего взамен. Рюто вздохнул, но уже спокойнее. — Когда тигр смог подняться на лапы, он не ушёл. Он остался с человеком. Потому что понял: тот, кто спас его жизнь, стал частью его самого. В комнате снова стало тихо. — И что потом? — голос Рюто был едва слышен, наполненный сонной теплотой. — Потом… — она улыбнулась, и даже Какаши мог это слышать. — Они стали неразлучны. Больше не было разницы, где тигр, а где человек. Их судьбы сплелись. Рюто что-то пробормотал, уже проваливаясь в сон. Сайя вздохнула, а потом шёпотом добавила, почти для себя: — Иногда судьба связывает нас с кем-то так, что уже невозможно разорвать эту нить. Какаши почувствовал, как внутри что-то странно шевельнулось змеиным клубком. Он больше не хотел слушать. Тихо поднявшись, он шагнул в комнату, решив, что наконец-то стоит попытаться уснуть.

***

Какаши стоял у входа, привалившись плечом к косяку, и молча наблюдал за утренней суетой. Он всегда был собран и готов уйти в любой момент, но сейчас, глядя на то, как Рюто возится на кухне, а Сайя заканчивает приготовления, чувствовал себя… неуместно. Рюто, насупившись от сосредоточенности, мешал что-то в кастрюле, стоя на цыпочках, чтобы дотянуться до плиты. Время от времени он бросал быстрые взгляды в сторону Сайи, будто проверяя, всё ли делает правильно. — Ты уверен, что не сожжёшь рис? — раздался её спокойный голос. — Уверен! — буркнул мальчик, но всё же убавил огонь. Сайя стояла у стола, проверяя сумки, в которые аккуратно складывала необходимые вещи. На ней было традиционное для куноичи тёмное облегающее ципао без рукавов, закрывающее всё тело с небольшим каплевидным вырезом на груди, под низом — лёгкий сетчатый верх закрывающий руки, сквозь который проглядывалась кожа. И пояс с защитными пластинами плотно облегал талию. Чёрные наручи защищали руки, на ногах чёрные леггинсы, а высокие сандалии доходили почти до колен. Волосы она собрала в привычную небрежную косу, но несколько прядей всё равно выбились вперёд, обрамляя лицо. На шее поблёскивал металлический ободок с выгравированным узором — не протектор, но что-то, что она явно ценила. Какаши невольно задумался. Она выглядела иначе. Не той уязвимой женщиной, что лежала на татами, едва дыша. Не той, что разбила тарелку, увидев его на кухне. Сейчас перед ним стояла куноичи, готовая к путешествию. Но он всё равно чувствовал в ней напряжение. — Я справлюсь, — вдруг сказала она, не поднимая глаз. Какаши лениво вскинул бровь. — Даже не спрашивал. Сайя чуть усмехнулась, но быстро спрятала улыбку. Рюто тем временем уже накрывал на стол, ставя пиалы с рисом и тушёными овощами. Он выглядел спокойнее, чем вчера, но в каждом его движении читалась напряжённость. — Садитесь уже, пока я всё сам не съел, — пробурчал он, пряча беспокойство за показной грубостью. Какаши молча сел, наблюдая, как Сайя делает то же самое, прежде чем поднять палочки и попробовать еду. — Вкусно, — признала она. На удивление завтрак прошёл в тишине, потому что сонный Наруто ели открывал глаза. После завтрака они собрались окончательно. Дом постепенно пустел — вещи исчезали, а комнаты выглядели так, словно в них никто и не жил. Когда Сайя закрыла за собой дверь, Какаши заметил, как её пальцы на мгновение задержались на косяке. Он ничего не сказал. Какаши бросил короткий взгляд на пленника, лежавшего у входа. Тот был бледным, дыхание — поверхностным, но стабильным. Сайя сделала своё дело — достаточно, чтобы он не умер по дороге, но и не настолько, чтобы ему было легко. Связанный, ослабленный, он выглядел жалко. Какаши знал, что придётся тащить его до самой Конохи. Возможно, часть пути он будет нести его сам, возможно, передаст кому-то из своих подопечных, но в любом случае этот груз теперь их забота. Он вздохнул. — Ладно, — пробормотал он себе под нос и нагнулся, легко закидывая пленника на плечо. Тот слабо застонал, но не очнулся. Сайя, заметив это, лишь скользнула по нему взглядом, равнодушным и холодным. — Постарайся не уронить, — заметила она, натягивая перчатки. Какаши усмехнулся под маской. — Постараюсь. Он чувствовал на себе её взгляд, но она ничего не сказала. А потом просто отвернулась и сделала первый шаг по дороге, ведущей прочь из дома. Они вышли ранним утром, когда солнце только поднималось, окрашивая небо в мягкие золотистые оттенки. Воздух был тёплым, но ещё свежим после ночи, наполненный запахами нагретой земли, летних трав и смолы от деревьев. Тропинка, по которой они шли, вилась между холмами, утопая в высоких стеблях бамбука и редких цветущих кустах. Где-то впереди журчал небольшой ручей, а птицы, словно приветствуя путников, наполняли пространство щебетанием. Рюто, сначала шедший мрачнее тучи, постепенно расслабился, разглядывая дорогу. Иногда он сосредоточенно пинал камешки, иногда посматривал по сторонам, будто хотел запомнить каждое дерево. Дорога была жаркой, солнце стояло высоко, и пыль поднималась с каждым шагом. Наруто, не привыкший к долгим переходам в такую погоду, первым начал жаловаться: — Эээй, тут неподалёку точно должна быть река! Я уже умираю от жары! Давайте искупаемся! Сакура закатила глаза, но по тому, как она поправила волосы и смахнула пот с виска, было понятно, что идея ей не казалась такой уж плохой. — Наруто, мы на миссии, — спокойно напомнил Какаши, не сбавляя шага. — Да брось, Какаши-сенсей! Всего на пару минут! Мы всё равно идём не спеша, какая разница? Рюто, до этого молчавший, вдруг оживился. — Правда? Тут есть река? Наруто тут же подбежал к нему, сияя энтузиазмом. — Конечно! Вон там за холмом должна быть! Давай, скажи, что хочешь искупаться тоже! Рюто на секунду задумался, но потом нерешительно кивнул. — Было бы неплохо… Какаши тяжело вздохнул. — Мы не можем просто останавливаться, когда вам вздумается, — сказал он, даже не глядя на них. — Почему нет? — неожиданно подала голос Сайя. Какаши чуть повернул голову в её сторону. — Потому что у нас есть цель и маршрут. Она пожала плечами. — Но цель от нас не убежит, а маршрут можно проложить так, чтобы не умереть от жары по дороге. — Мы не умрём, — хмыкнул он. — Ты — нет, а вот они… — Она выразительно посмотрела на Наруто, который уже начал веером раздувать себя подолом куртки. Какаши вздохнул, понимая, что сопротивляться дальше бессмысленно. — Пять минут, — наконец сказал он. — Урааа! — Наруто радостно подскочил. Рюто тоже улыбнулся, глядя на него с тихим предвкушением. Какаши знал, что это задержит их, но почему-то, когда он поймал на себе взгляд Сайи — чуть насмешливый, но довольный, — спорить дальше не захотелось. Какаши устроился под раскидистым деревом, вытянув ноги и удобно разместив книгу в руках. Лёгкий ветерок шелестел листвой над головой, создавая иллюзию прохлады, хотя солнце всё ещё палило беспощадно. Рядом плескалась река — не слишком широкая, но достаточно глубокая, чтобы в ней можно было охладиться. Какаши перевёл взгляд от страниц книги и украдкой оглядел команду. Наруто, как и следовало ожидать, устроил из купания целый спектакль. Он то нырял, то разбрызгивал воду, то плавал кругами, громко смеясь. Саске сидел на камне у берега, опустив ноги в воду, и, кажется, наслаждался солнечными лучами, лениво скользившими по его коже. Его лицо оставалось безмятежным, но в расслабленной позе чувствовалась та редкая доля спокойствия, которую он позволял себе в такие моменты. Сакура бродила по колено в воде, рассматривая гладкие камни на дне и периодически поднимая те, что казались ей особенно интересными. Она улыбалась себе под нос, словно предвкушала, как подарит один из них кому-то в качестве сувенира. Чуть дальше, ближе к середине реки, Сайя и Рюта устроили собственное развлечение. Рюта что-то шутил, брызгал в неё водой, а Сайя, смеясь, пыталась увернуться, но в итоге тоже отвечала ему тем же. Они выглядели так естественно, так непринуждённо, что Какаши поймал себя на мысли — давно ли этот мальчишка вообще так улыбался? Он снова опустил взгляд в книгу, но вскоре поймал себя на том, что читает одну и ту же строку. Всё это было не похоже на миссию. В такие моменты казалось, что они просто обычные люди, у которых нет войны, нет смертельных врагов, а есть только летний день, река и короткий отдых среди дороги. Какаши тихо выдохнул, откинувшись спиной к стволу дерева. «Пять минут, — напомнил он себе. — Идём дальше». Но, глядя на довольное лицо Рюты и воду, блестевшую на волосах Сайи, он не спешил поднимать их. Какаши перевернул страницу книги, лениво водя взглядом по строкам, но вновь не мог сосредоточиться. Тень скользнула рядом, и он даже не удивился, когда Сайя бесшумно опустилась на траву рядом. — Не хочешь искупаться? — спросила она, с лёгкой улыбкой глядя на воду, где Наруто продолжал устраивать свои водные шоу. — Я и так достаточно расслаблен, — он едва заметно пожал плечами, не отрываясь от книги. Сайя тихо хмыкнула, явно не веря. В этот момент под землёй что-то шевельнулось, и через секунду из-под земли вынырнул Сору оставляя за собой клубы дыма. Он встряхнулся, осыпая их мелкими сгустками дыма, и потянулся, прежде чем лениво, но уверенно направиться к воде. — Ему тоже жарко, — заметила Сайя, наблюдая, как тигр медленно входит в реку, довольно щурясь. Какаши краем глаза посмотрел на неё и вдруг понял: её глаза… Они не тёмные, не чёрные, как он всегда считал. На солнце в них проступал глубокий оттенок индиго, насыщенный, переливающийся. Он поймал себя на том, что смотрит чуть дольше, чем следовало, и тут же снова сосредоточился на книге. — Ты не сказал, насколько ещё далеко до Конохи, — негромко проговорила Сайя, склонив голову набок. — Один день, если не будет задержек, — отозвался он. — Задержек? — в её голосе слышалась лёгкая насмешка. — С тобой в команде — кто знает, — он изогнул бровь над маской. Она фыркнула, но больше ничего не сказала. Они сидели в тишине, наслаждаясь моментом редкого покоя. И вдруг Какаши почувствовал странную пустоту вокруг. Он резко закрыл книгу. — А где…? — спросил он вполголоса. Сайя тоже нахмурилась и обвела взглядом берег. Наруто больше не плескался в воде, Сакура перестала ходить по берегу, а Саске… Саске просто исчез. Как и Рюто. Какаши тяжело выдохнул, опуская голову. — Они подслушивают, — устало и максимально тихо констатировал он. Сайя прищурилась, оглядываясь по сторонам, и тут же заметила лёгкое движение среди листвы. Она подозвала Сору, склонилась к нему и едва слышно прошептала: — Видишь их? Дай им понять, что ты знаешь. Только осторожно. Сору фыркнул, его хвост лениво качнулся из стороны в сторону. Затем он медленно нырнул под землю. Какаши только приподнял бровь, догадываясь, что она задумала, но ничего не сказал. Через мгновение из-за веток раздался низкий утробный рык, от которого даже у него по спине пробежала лёгкая дрожь. — А-а-а-а! С треском веток сверху посыпались дети. Наруто приземлился на спину, Сакура вскрикнула, а Саске, даже падая, умудрился выглядеть более-менее собранным, но всё равно приземлился неуклюже. Сайя на миг застыла, но потом, увидев ошарашенные лица, расхохоталась, запрокинув голову. Сору спрыгнул из дерева прямо рядом с детьми, держа за шиворот Рюто, склонил голову набок и, подражая хозяйке, тоже издал короткий рык, будто посмеиваясь. — Ч-так нечестно! — возмутился Наруто, отряхиваясь. — Это было подло! — Но эффективно, — Сайя улыбнулась. Какаши лишь покачал головой, глядя на её искреннюю, живую улыбку. Она смеялась свободно, от души, а Сору радостно урчал рядом. — Вот и развлеклись, — усмехнулся он, закрывая книгу. — Теперь, может, в путь?

***