В сердце бури

      Мерцающий свет пробился сквозь сомкнутые веки. Пальцы Рейлы судорожно сжались и девушка с удивлением почувствовала мягкую ткань под рукой. Где-то вдалеке слышались неразборчивые голоса, сдавленные крики, звенел металл и неукротимый вихрь завывал в листве. Эльфийка вздрогнула и поднялась, с непониманием озираясь по сторонам.       Она лежала на кровати, рядом с окном, на запотевших стеклах которого играли яркие рыжие отблески. Рейла обернулась к комнате и в дрожащем свете признала в ней собственный дом, оставленный далекой Серебряной Роще. Подле неё, сложив дрожащие руки на рукояти меча, сидел Этари, отрешённо всматриваясь сквозь помутневшее стекло, туда, где метались расплывчатые огни и гремел невообразимый хаос. Когда стена дома содрогнулась от удара, эльф только вздохнул и ещё крепче сжал пальцы на изумрудном эфесе. Крошечные огоньки тускло блеснули в уголках его глаз.       — Этари? — Рейла с испугом и изумлением взглянула на эльфа. — Что з-здесь случилось?       — То, во что тебе так не хотелось верить. — ответил он, не отводя разбитого взгляда от окна. — То, с чем здесь ты уже не сумеешь бороться.       — О чем ты говоришь? — её пальцы тщетно скользнули по запотевшему стеклу. — Этари, — Рейла умоляюще взглянула на него. — что там происходит? Почему все кричат? Почему вокруг столько света?       — Потому что люди уже пришли сюда, Рейла. Они подожгли несколько домов и скоро пробьются сюда. — Этари уронил голову на грудь. — Я остался здесь, что защитить тебя. Это мой долг. Не бойся, я не позволю им даже дотронуться до тебя.       — Н-нет, мы должны помочь остальным! — Рейла сдернула одеяло и вскочила на ноги, но Этари жестом остановил её. — В чем дело? Наш дом в огне, я не могу бросить в беде остальных!       — Тебе больше незачем кого-то защищать, — покачал головой Этари, с печалью заглянув в её глаза. — ведь ты больше не воин, Рейла.       Девушка стиснула зубы, злоба, раздразненная растерянностью, охватила её душу. Она машинально потянулась к своему клинку и вдруг замерла. Что-то было не так. Взглянув на пояс, Рейла не сдержала крик, как только увидела, что от её левой руки ниже запястья не осталось и следа. В ужасе она повернулась к свету, но лишь ещё отчетливее увидела кровавую повязку, крепко перетянувшую уродливый обрубок.       Ноги потяжелели, теряя равновесие, земля выскользнула из-под стоп, но Этари успел подхватить её и осторожно усадил обратно на кровать.       — Нет, нет! Я должна идти, должна им помочь! — в бессильном отчаянии она пыталась нащупать на поясе рукоять кинжала.       — Ты ещё очень слаба, — мягко сказал Этари. — приляг, прибереги последние силы. Сейчас тебе нужен только покой, об остальном я позабочусь сам.       — Но ведь там мой дом, там сражаются...       — Сейчас это не твоя битва, Рейла. И ты ничего не можешь сделать. Чем способен ответить врагу тот, кто так и не доказал, что способен отнять чью-ту жизнь? Боль едва не свела тебя с ума, но ты всё равно предпочла её чужой крови и что теперь? Кого-то ты надеялась перехитрить, Рейла? Скор, Рам, Каллисто, Андромеда, Рунаан... ради чего они, по-твоему, отдали свои жизни? Их нет, принц дракон умер, а ты не можешь сражаться плечом к плечу с остальными, защищая наши земли от врага.       — А как же Эзран, Каллум? — прошептала девушка. — Разве мы не смогли ничего исправить? Разве мы не договорились, Этари?       — Ты и вправду совсем ещё ребёнок. — с мрачной усмешкой покачала головой эльф. — Так и осталась им до сих пор. Рейла, люди не глупы, иначе бы они никогда не зашли так далеко. Разве ты ничего не помнишь? — он поднялся на ноги и взглянул на неё свысока. — Они ушли ночью, бросили тебя, как только поняли, что ты стала для них угрозой. Нельзя обмануть саму жизнь, доверившись врагу, ты обрекла судьбы всех, кого только ценила. Ты променяла клятву на принципы и вовсе забыла о том, что для людей никогда не существовала даже их.       — Неправда... — эльфийка взглянула на изувеченную руку. — неправда... — слёзы подкатились к её горлу. — ты л-лжешь, они не могли так поступить.       — Бедное дитя, — вздохнул Этари, и Рейла почувствовала его руку на своем плече. — ты слишком рано ушла отсюда. Я не виню, что ты не справилась, теперь я понимаю: иначе быть не могло. — он наклонился к ней, обхватил руками щеки и приподнял голову девушки, заглянув в её разбитые глаза. — Прости, я был так слеп, Рейла, когда согласился, чтобы он взял тебя с собой.       За его спиной раздался тяжёлый удар — кто-то кричал и изо всех сил начал ломиться в запертую дверь. Пламя затрещало под окном, огненная вспышка озарила комнату. Этари выпрямился и перехватил рукоять меча, отступив на шаг назад. На его иссохшем лице застыла ледяная сосредоточенность.       — Нам пора, — сдавленно ответил эльф. — они уже здесь. Рейла, — он сделал несколько шагов к двери и вдруг обернулся к ней через плечо. Глаза его лихорадочно блестели. — порой нужно отринуть свет, чтобы не поддаться иллюзиям тьмы. Помни, что там ты ещё можешь всё исправить. Помни о том, что для нас превыше всего! — он поднял сверкающий клинок и переступил порог комнаты. Снаружи донесся ещё один удар и дверь затрещала. — Отомсти за них!       — Этари!.. — Рейла хотела броситься вслед за ним, но тело не откликнулось ей. Протянув руку, она упала, уже слыша, как в доме раздались чужие крики, как зазвенели скрестившиеся клинки и как черная тень друга застыла в рыжем свете, подняв клинок над головой.       Прежде, чем яркий солнечный свет заслонил её глаза.       Огонь, удары, мечущиеся тени, вся комната исчезли бесследно в один миг. Она лежала на мшистой земле, среди высоких сосен, чьи кроны чернели на нежно-голубом полотне утреннего неба. Девушка приподняла голову и оранжевый диск Солнца вынырнул над кустами терновника, согревая её лицо первыми лучами дня. Воздух был ещё совсем свеж, а вокруг так тихо, что, казалось, это был просто ещё один сон.       Но боль в руке, резко напомнившая о себе, заставила её разубедиться в этих мыслях. Она взглянула на запястье. Плохо, совсем плохо. Чернота изъедала плоть, ладонь словно была затянута в темную перчатку, не облегающую теперь лишь кончики пальцев. Боль становилась всё сильнее, и ещё, ещё мучительнее, чем прежде. Эльфийка знала, что это закономерно, но о подобном было легко рассуждать неделю назад, когда пальцы на руке ещё слушались её, когда от сдавившей повязки на глаза не наворачивались слёзы. Ничего, день только начинался, у неё достаточно сил, чтобы идти вперед, а у боли достаточно пищи, чтобы не ослабевать ни на миг.       — Рейла!       Каллум подскочил к ней прежде, чем она успела обернуться к нему. Он выглядел ещё бледнее, чем в прошлую ночь, щеки горели румянцев, в волосы набилось немного сухих листьев. Принц опустился рядом с ней, сжимая в руках откуда-то взявшуюся кожаную флягу, и продолжил:       — Т-ты в порядке? Голова не кружится?       Рейла отрицательно качнула головой.       — Всё нормально, — ответила она, приподняв левую руку. — не считая только этого. Как я здесь вообще оказалась? Мы же, кажется, были возле какой-то деревни...       Каллум сглотнул и слегка потупил взгляд, выдержав паузу.       — Ты жутко напугала нас вчера. Не знаю, что это было, но ты вдруг закричала, а потом упала в обморок и не приходила в себя до самого утра. Мы с Эзом думали, что случилось худшее. — мальчик взглянул в сторону, где под деревьями ещё крепко спал его брат. — Мы спустились вниз к утру, хотели разузнать дорогу и, может, прихватить немного еды. Эзран полночи не смыкал глаз и не отходил от тебя, — он нервно усмехнулся, — пожалуй, нам теперь будет трудно его разбудить.       Легкая тень улыбки пробежала по его лицу, после чего он спохватился, откупорил флягу и заботливо протянул её девушке.       — Вот, ягодный сок, мы с Эзом прихватили его из той деревни. Местные оказались такими добродушными, как только узнали, что в одиночку идем на восток, как нагрузили нам сумки угощениями, так, что их до самой Зедии хватит! — Каллум рассмеялся. — Наверное, уставшими мы казались им жутко угрюмыми, вот бы взглянуть на своё лицо после такой ночи!       Рейла бросила хмурый взгляд на протянутую флягу, а затем отвернулась в сторону, раздражённо уставившись между деревьев.       — Значит, вы всё-таки туда спустились. — мрачно произнесла она. — Ладно, как знаете, но к их еде я не притронусь и пальцем.       — Ну вот, ты снова за своё, — строго сказал Каллум. — Рейла, тебе нужны силы! Нам всем ещё так далеко идти, а ты отказываешься помочь себе, когда это нужнее всего?       — Не волнуйся за меня, — не поворачивая головы, ответила она. — я наберу для себя немного ягод в лесу. Эльфам, в отличие от людей, хватит и малого, чтобы восстановить силы.       Каллум только тяжело вздохнул за её спиной.       — Рейла, — как можно мягче сказала он, коснувшись её плеча. — это же только ради тебя, понимаешь? Думаешь, мы поступили назло, когда спустились туда? Да будь там хоть целый лагерь разбойников, если бы тебе понадобилась помощь, я бы стащил у них всё до последней крошки! Я знаю, нам нужно торопиться, потому что тебе становится хуже и хуже. — она резко взглянула на него, но суровый взгляд Каллума не дрогнул. — Но мы не можем позволить случится ещё одной беде, — принц твердо протянул ей флягу. — нам пора.       Девушка фыркнула, но на сей раз приняла её. После иссушающего кошмара прохладный сок показался самым чудесным напитком, что ей только доводилось испробовать в жизни. Жажда вмиг заставила забыть о предрассудках и в несколько жадных глотков девушка осушила флягу почти до самого дна. Свежая сила заструилась в её жилах. Стало намного легче.       — Отлично, — улыбнулся Каллум. — так что, выступаем прямо сейчас?       — Да, — эльфийка поднялась на ноги и взглянула на восходящее солнце. — ты прав, нам нужно торопится.       Каллум кивнул и отправился будить Эзрана. Тот проснулся с большой неохотой, но едва протерев глаза, он взглянул на Рейлу и промелькнувший было страх на его лице сразу же сменился просиявшим восторгом.       — Рейла, ты очнулась! — радостно воскликнул Эзран, подбежав к ней. — Я так испугался вчера ночью, мне даже приснился кошмар, будто ты... — он помотал головой. — Это же всё из-за руки, верно? Из-за того, что тебе больно?       — Всё будет хорошо, Эз, — ответила девушка, с грустью улыбнувшись ему. — сейчас я почти в полном порядке. Как только доберемся до Зейдии, так меня сразу же вызволят из этой западни. — она поджала губы и слегка потупила взгляд. — Прости, что накричала на тебя вчера, я понимаю, ты, вы оба хотели только, как лучше для меня.       — Ничего страшного, — отмахнулся Эзран. — когда у меня болела голова, то я тоже на всех злился. Иногда мне казалось, что из-за боли я злюсь всё вокруг просто потому, что оно есть, я даже сорвался на Бейта в тот день, — хамележаб покраснел и забурчал на его руках. — а ведь никогда раньше не ругал его!       Рейла только усмехнулась и потрепала младшего принца по волосам. В этот же момент она услышала, как хрустнула трава рядом — Каллум сделал шаг к ним, его брови на миг подпрыгнули от испуга. Девушка обернулась к нему.       — Что-то не так?       — Что? — будто пропустив вопрос мимо ушей, отозвался он, но тут же отмахнулся. — То есть, нет, я просто... просто хотел сказать насчёт дороги. Да, нам рассказали, что дорога, по которой мы шли, выведет нас к побережью, но только через неделю. Если хотим скоротать путь, то придется пробираться к реке и двигаться вдоль неё на восток. Это займет у нас примерно день, зато доберемся до побережья в два раза быстрее!       — Получается, я была права? — Рейла с досадой поддела носком сапога мшистую кочку. — А ведь могли бы сберечь столько времени, если бы только свернули вчера! — она со вздохом подняла руку, когда Каллум уже хотел возразить. — Ладно, что сделано, то сделано. Идём, надеюсь, к вечеру будем там.       До реки сил должно было хватить, во всяком случае, Рейла хотела на это надеяться. Но им предстоял путь через лес, уже не столь дружелюбный и безопасный, как дорога, оставшаяся за спиной. И хотя днем здесь было намного безопаснее, чем с наступлением сумерек, эльфийка не питала иллюзий по поводу нежданных встреч, что могли подстерегать на каждом шагу. Вступать в бой сейчас — затея опрометчивая, но Рейла была слишком научена тем, что у судьбы всегда имелись собственные планы.       Но по привычке потянувшись проверить оружие на поясе, девушка вздрогнула. Её единственный уцелевший клинок исчез. Эльфийка испуганно обернулась обратно к дереву, рядом с которым пролежала всю ночь, лихорадочно обшарила взглядом каждый корешок и каждую травинку, но до боли знакомой тёмно-изумрудной рукояти кинжала и след простыл. В растерянности она взглянула на Каллума и Эзрана, вопросительно наблюдавших за её суетливыми поисками.       — Рейла, что случилось? — голос старшего принца прозвучал встревоженно.       — Меч, — пробормотала она, разглядывая землю вокруг. — мой меч потерялся!       — Наверное, он выпал где-то в лесу или возле дороги, — Каллум пожал плечами. — когда мы переносили тебя, он мог зацепиться или...       — Нет, я ещё ни разу в жизни не теряла оружие! — воскликнула девушка. — Крепление специально было сделано так, чтобы он всегда оставался при мне. Его можно снять только...       Она осеклась и подняла взгляд на принцев. Каллум всё ещё слегка растерянно смотрел на неё, но Эзран отчего-то отвернулся, пряча взгляд в землю. Зрачки Рейлы расширились, как только она заметила мелкую дрожь в его руках. Её взгляд резко метнулся к лицу старшего брата — и тот предательски побледнел. Сердце эльфийки сжалось от злости и шока, гробовое молчание, повисшее над ними, не оставило в её душе ни следа сомнений.       Рейла коротко шагнула вперёд. Её кулаки сжались.       — Верни мне его, сейчас же. — процедила она, вглядываясь в лицо Каллума.       — Н-нет, — помотал головой он. — Рейла, так будет лучше, пойми, я не...       — Значит, лучше? — резко прервала девушка. — Теперь я вижу, как вы доверяете мне! Сначала говоришь, что заботишься, а сам отбираешь у меня оружие, когда знаешь, что я ничего не смогу заметить! Так, по-твоему, поступают друзья?       — Ладно, — Каллум скинул свою сумку с плеча. — я хотел оставить этот разговор на будущее, но, похоже, выбора нет. Я боюсь, Рейла, боюсь того, что может случится, если оставить всё, как есть. Тебе становится хуже, боль не просто истощает, она словно сводит тебя с ума, я же вижу! А что будет дальше — завтра, через дней, да хоть сегодня вечером? Пойми, я доверяю тебе, но именно сейчас мы не можем ни за что ручаться, даже ты не можешь. Поэтому это всего лишь мера предосторожности, если вдруг... если что-то пойдет не так, ясно?!       — О, прошу, сделай мне одолжение, прекрати щадить кого-то тем, что он не понимает, о чем идёт речь! В чём дело, Каллум? — она выкинула вперёд почерневшую ладонь, сквозь пальцы взглянув на испуганного Эзрана. — Ну же, скажи, что боишься за своего брата, боишься, что я сойду с ума и сделаю то, в чем поклялась ещё под полнолунием!       — И т-ты думаешь, что я зря этого боюсь? — воскликнул он, оттеснив брата за спину. — Тогда зачем вчера ты потянулась за ножом, когда он не послушал тебя? Почему ты кричала во сне: «Я не убийца»? И... и почему при тебе остался только один клинок, а на его лезвии чья-то спекшаяся кровь?       Рейла оскалила зубы. Проклятие, она была уверена, что там не осталось ни следа! Но отступать поздно, нельзя было позволить загнать себя в тупик окончательно. Она остановилась в шаге от Каллума, в упор заглянула в его ярко-зеленые, горящие страхом и решительностью глаза, и с расстановкой произнесла:       — Если хочешь, я повторю это снова — я не убийца. Или ты думаешь, что забрав у меня меч, вы останетесь в безопасности? Нет, зачем мне клинок, если я просто могу дождаться, когда усталость изморит вас, когда вы уснете и останетесь совершенно беззащитными перед мной. А если ты думаешь, что с одной рукой я не справлюсь с таким мальчишкой, как ты, то очень, очень сильно заблуждаешься. — она почувствовал, как он вздрогнул, как только её пальцы коснулись горла. — В любой момент твоё дыхание может оборваться навсегда, печальный принц...       — Н-нет, ты не посмеешь! — пролепетал Каллум.       — Неужели? Только что ты утверждал совершенно обратное! — девушка отдернула руку и отошла в сторону. — Да, из-за боли мне снятся кошмары, мне снятся они, те, кто погиб в королевском замке, те, кто остался в Зейдии. Мои силы на исходе, с каждым днем, до самого новолуния они будут таять, пока не наступит час возмездия, отплаты за неисполненную клятву. А что до крови и меча — мне пришлось сражаться с тем наемником из города под Кальдерой. Один клинок я потеряла, но другим сумела его ранить. — она презрительно скривилась, взглянув в глаза Каллума. — Не убила, а ранила, ясно? Не надо строить из меня чудовище!       — Я так и не считаю! Просто с того момента, с того момента, как мы покинули Кальдеру ты слишком...       — Изменилась? Каллум, я до сих пор чувствую его тело в своих руках. Стоит мне только закрыть глаза и я снова вижу, как яйцо летит в эту чертову пропасть, как разлетается на части, а я ничего не могу сделать! Разве ты сам не чувствуешь эту боль? Разве можешь спать спокойно после того, что случилось в ту ночь? Боль сдавливает нас всех, но меня она пожирает изнутри, она ни на минуту не дает ранам затянутся. Нет, она будет ворошить их до тех пор, пока не высосет всю кровь, до последней капли! — Рейла смахнула слёзы тыльной стороной ладони. — Т-ты думаешь, мне не страшно? Невозможно не бояться мучений, когда наяву знаешь, что ждет тебя впереди...       Горечь и слёзы звенели в её голосе — только сейчас Рейла видела, как она запуталась, пытаясь понять, что для неё правильно на самом деле. Ей было страшно быть рядом с Эзраном, но ещё страшнее остаться одной, страшно поддаваться мучениям, но ещё страшнее знать, что силы близятся к исходу. Судьба или возмездие, стойкость или долг, агония или смерть, проклятие мертвых или же проклятие живых? Два желания, как пламя и лёд, метались в душе, их крики и шёпот сбивали друг друга, но силы крепли и каждое всё отчаяннее пыталось тянуть решение на свою сторону.       Убегай, мчись так далеко, как только сумеешь...       — Нет, ни шагу от них, помни о клятве, которая...       ...заставляет тебя стать убийцей! Ты не можешь предать их...       — ...потому что нельзя предать своего злейшего врага! Его кровь должна пролиться, если ты не хочешь...       ...взять это проклятие на свою душу, то не посмеешь тронуть его! Слушай мой голос, Рейла...       —... внемли только моим словам и помни...       ...ты обязана поступить по совести!       Рейла обхватила руками голову и зажмурилась. Нет, нет, невыносимо слушать было их обоих, но у неё не хватало решимости или же соблазна, чтобы прислушаться к одному, позволить одержать верх над соперником, и дать заполонить всю душу только его звучанием.       — Рейла... — она вздрогнула, услышав робкий голос Эзрана рядом.       Девушка удивлённо взглянула на него сквозь слёзы. Лицо мальчика было серьёзным, в глазах блестели отголоски испуга, но голос прозвучал так печально и мягко, что Рейла не сразу узнала в нем знакомого ей младшего принца:       — Я доверяю тебе, Рейла. Мы, мы доверяем. Ты ни в чем не виновата, просто с нами случилось столько плохого, что мы и сами стали хуже относиться друг к другу. Каллум, — он осуждающе взглянул на брата. — это неправильно.       Брат отвернулся, замешкавшись на несколько секунд, но затем вздохнул, вытащил из сумки кинжал и нехотя передал оружие ему. Эзран с улыбкой протянул оружие Рейле. Эльфийка с безмолвным изумлением заглянула в его широко раскрытые глаза.       — Возьми, — уверенно сказал он. — прости, что взяли его без спроса.       — Нет, — Рейла пристально взглянула на лоснящуюся рукоять кинжала. — я понимаю, Эз. Но я обещала справиться. — она взглянула на мальчика и убрала клинок за спину. — И прости, что напугала тебя вчера.       Мальчик только примирительно улыбнулся. Он не сомневался ни на секунду. Каллум подошёл к брату и крепко взял его за руку. Когда Рейла мимоходом переглянулась с ним, то трепетная тень подозрения отчётливо промелькнула в глазах старшего принца.       — Ладно, — сдержанно произнес он. — пора в путь.