ментоловые сигареты/карамельные конфеты

Саундтрек: Malia J — Smells like teen spirit.

— Какой цвет тебе нравится? — парень до сих пор держал девушку за руку. Вопрос был немного неожиданным, так как уже две минуты они шли в полной тишине.       Нотт, тебе действительно интересно или ты продолжаешь со мной играть?       — Да ты уже подсела к нему на крючок.       — Ничего подобного! Просто научный интерес.       Пока Гермиона продолжала мысленно спорить со своим подсознанием, Теодор наигранно кашлянул дабы привлечь её внимание. — Прости, задумалась. Коричневый. А зачем тебе эта информация? — шатенка прищурила глаза, резко остановилась и встала на цыпочки, чтобы быть на одном уровне с парнем, но даже это не принесло особого результата. — Хочешь потом использовать меня в каких-то тёмных ритуалах? — таинственно произнесла она, расплываясь в улыбке.       Не удержав равновесия, гриффиндорка буквально упала на грудь парня, что на удивление его позабавило, а она залилась румянцем и резко отпрянула от него, будто тот был какой-то бомбой.       Ты выглядишь как дурочка, Гермиона.       Несмотря на это Нотт всё с таким же непринуждённым видом вместе с легкой ухмылкой вновь подал ей руку. Она неуверенно протянула свою в ответ. — Грейнджер, твой рост просто не позволяет тебе вести себя слишком дерзко, и да, потом сделаю приворот с помощью тёмной магии, — произнося эти слова, парень резко нагнулся к её уху, так что его слова звучали слишком громко. Гермиона пыталась не смотреть ему в лицо.       Чтобы нагнуться к шатенке, ему понадобилось нагнуться слишком низко. В таком положении он походил на Филча, который постоянно ходил с кривой спиной. Несмотря на это он выглядел всё так же привлекательно. Ей казалось, будто парень всегда был слишком привлекательным, именно на это велись все девушки. У Теодора Нотта было острое вытянутое лицо с ярко выраженными скулами, привлекательные кудряшки, которые хорошо сочетались с очертаниями его профиля, сильные руки, высокий рост, при котором Гермиона выглядела прям очень маленькой, если учитывать то, что рост девушки составлял 1.58 – 1.60, то Нотт точно должен был быть не меньше 1.90. Также у брюнета был довольно явный пресс, она поняла это по очертаниям сквозь рубашку. — Ты это сейчас меня мелкой назвал что ли?! — Совершенно верно, Грейнджер, — спасение парня пришло молниеносно: пока они спускались в подземелья, мимо них прошла кучка слизеринских девчонок, которые при виде Гермионы в сопровождении Нотта оживлённо зашептались. — Терпеть их не могу! У них своей жизни что ли нет? Только о других и говорят, — она говорила полушёпотом, чтобы девушки её не услышали. — На каждом факультете есть такие, это уже закономерность, — хмыкнул парень.       Джинни достанет меня своими вопросами, если я войду в этот зал с Ноттом. Но мы же просто войдём вместе, правильно?       Внезапно, когда пара была уже у двери, Тео остановил девушку и шепнул на ухо: — Сейчас просто доверься мне и подыграй, — Гермиона не успела проронить ни слова, когда парень быстро произнёс пароль — «тыквенный пирог», и дверь открылась.       Он обнял спутницу за талию и вошёл в гостиную. — Что ты делаешь?! Убери руки, Нотт! Люди подумают не то, что надо! — зашипела она ему на ухо. — Как раз то они и подумают, просто подыграй мне, — парень сильнее сжал талию девушки, но очень мягко. — Ты же знаешь, что я хочу убить тебя, Нотт? Так хочу, что после вечеринки пойду в то место и прибью тебя... — шатенка не успела договорить, так как к ним очень быстрым шагом направлялась рыжая макушка Джинни Уизли.       Мне конец. — Тео, Гермиона, я думала, вы уже не придёте! Как чудно, вот какой это был сюрприз! Она даже не сказала, что ты будешь её парой! Ладно, об этом потом поговорим, сейчас можете расположиться на диване, я думаю вам стоит зайти к Блейзу в комнату, он искал тебя. Герми, можешь остаться со мной, пока парни поговорят.       Нотт, ты это заварил, не оставляй меня с ней, она меня убьет!       Она умоляюще посмотрела на парня. — А... Джинни, я думаю, Гермионе лучше будет пойти со мной. Блейз тоже не знал, что я приду с ней. — Оу... Ну хорошо, я там с Пэнс и Гарри! — рыжеволосая гриффиндорка направилась к дальнему столику, из-за которого на них с удивлением таращились Гарри и Пэнси Паркинсон, пока Гермиона не помахала им рукой. — Что ты делаешь? Я могу отказаться от этой авантюры? — Нет, — снисходительным тоном произнес Нотт. — Почему? — Ты уже не можешь отказаться, ты уже в это ввязалась, — так же спокойно продолжал он, пока девушка начинала всё больше закипать. — Ты очень плохой человек, Нотт, очень. — Я знаю, Грейнджер, — он лукаво ухмыльнулся и открыл дверь, вероятно, ведущую в свою комнату.       Около кровати стоял Блейз, допивающий своё огневиски из бутылки. Справа от тумбочки, на кровати сидел Драко Малфой, который тоже попивал содержимое своей бутылки. Парни явно никуда не спешили. — А, Тео, мы уж думали, ты... — на звук заскрипевшей двери отозвался Забини, но, заметив девушку рядом с другом, он резко запнулся и вытаращился на обоих так же, как и Драко. — Грейнджер, какого хера ты здесь делаешь? Я думал, ты ходишь только на вечеринки клуба читателей. Впрочем, мне это не интересно, брысь отсюда. Зачем ты вообще её впустил? — теперь вопрос Малфоя был адресован Нотту. — Она та, с кем я пришел на вечеринку, так что придержи язык, Малфой. Я пришёл взять пару бутылочек огневиски, и Блейз, будь добр, переключи эту мелодичную хрень, которая сейчас играет вместо нормальной музыки, я хочу славно отдохнуть, — брюнет кинул свирепый взгляд на платинового слизеринца, и тот умолк. Блейз, не проронив ни слова, вышел с комнаты, вероятно, чтобы переключить музыку.       Ахринел, Малфой? Я, честно говоря, тоже. Что ты задумал, змеёныш? Забини даже забыл, что должен был сказать Тео?       Тео подошёл, вероятно, к своей кровати у окна, вытащил из-под неё три бутылки с янтарной жидкостью и пачку вишнёвых сигарет. — Идём, сегодня прекрасный вечер, — не сказав Малфою ни слова, Нотт подал руку гриффиндорке, и они скрылись за дверью. — Что это было, Нотт?! — зашипела девушка. — Да ничего, просто поздоровался с друзьями.       Шатенка хотела ещё было что-то сказать, но в двери неожиданно постучали. Нотт поднял палочку вверх с красными искрами. Все мгновенно стихли. — Профессор Снегг? — Что у вас там за шум, Нотт? — Да мы это... повздорили немного с Малфоем и Забини, кто первым пойдёт в душ. — Я надеюсь, вы там все не голые и я могу войти? — Снегг уже было называл пароль в гостиную, когда Теодор неожиданно его оборвал.       Мы попадёмся, точно попадёмся! Ещё и Снегг! Чёрт. — Нет-нет, сэр, я сам сейчас к вам выйду, — парень запер портретный проём заклинанием Коллопортус и заклинанием Оглохни. Затем он повернулся ко всем остальным, коснулся палочкой своей шеи, произнёс заклятие Сонорус: — ВСЕМ ЗАЙТИ В ОДНУ КОМНАТУ, ВЕСЬ АЛКОГОЛЬ ЗАБРАТЬ! СРОЧНО, КОПОШИТЕСЬ!       Буквально через десять секунд в гостиной не осталось ни души. Нотт отпер портрет, Грейнджер же сидела в комнате мальчиков со всеми остальными. — Мистер Снегг, рады вас видеть! — Нотт, что здесь происходит? — Не понимаю, о чём Вы, профессор. Ах, да, дело в том, что я хотел с вами поговорить на счёт нумерологии... — Не заговаривайте мне зубы...       Постепенно голоса начали отдалятся, было понятно, что Теодор отвлекает профессора. Тут уже Блейз нанёс оглушающее заклинание на двери. — Сейчас все группами по три-четыре человека расходятся по своим гостиным! Кто-то может заходить в туалеты и так далее, главное не палитесь! Быстрее, пока у Нотта не закончилась фантазия!       Упрашивать Гермиону долго не пришлось, она одна из первых выбежала из комнаты и, проверив далеко ли смог отвести Тео профессора, побежала в не самое близкое, но самое безопасное место.       Беги, Гермиона, беги, не останавливайся... Чёрт, как там делал Нотт?       Она прибежала к тому самому месту, куда её приводил Теодор. И снова эта пыль, чёрт. Девушка нашла тот самый кирпич, по которому два раза стучал Нотт и проделала то же самое.       О Мерлин, Нотт, что ты там говорил?       Шатенка проделала те же движения палочкой, что и при заклятии для открытия дверей, но вместо Алохомора девушка произнесла Amortissement. Пред ней вновь открылась невероятная комната с окном во всю стену.       Amortissement — в переводе с французского означает мой любимый запах, для французов всё немного иначе, даже расшифровка такого зелья как амортенция у них совсем другая.       Наверняка Теодор поменял пароль комнаты, так как он единственный до сегодняшнего дня после выпуска близнецов знал об этом месте.       Как вообще Нотт подружился с близнецами? Змеёныш и Фред с Джорджем? Надо будет спросить их об этом.       Гермиона начала снова более тщательно осматривать комнату, книги, вид из комнаты. Неожиданно для себя, она заметила под одной из книг русской классики блокнот. Он был коричневого цвета, достаточно потрёпанный и с ветхим переплетом, но не сильно большой. Раскрыв его, Гермиона увидела довольно неплохие рисунки. На одном из первых она узнала Пэнси Паркинсон. У девушки засосало под ложечкой, неужели он безответно влюблён в свою подругу? Но, скорее всего, её не так сильно интересовала безответная это любовь или нет, ежели было это любовью, а может быть просто рисунком.       Это просто рисунок.       Просто рисунок, не более.       Шатенка рассматривала каждую страницу. На некоторых она узнала Блейза, Джинни, Гарри, Малфоя и... себя. Ей парень посвятил пять страниц, он изобразил её смеющейся, радостной, сосредоточенной, злой, с сигаретой в руках.       Почему он посвятил мне целых пять страниц?       На последней странице с своим изображением она заметила примечание: «Умная, тихая, красивая».       Нотт считал её красивой? На самом деле парни начали замечать Гермиону не раньше шестого курса, до этого из мальчиков она общалась только с Невиллом, Роном и Гарри. Её никогда не считали красивой и привлекательной, она просто была храбрым, добрым и умным другом. Однажды, на шестом курсе в конце сентября Томас Револьт пригласил её на свидание в Хогсмид. На вид парень был очень привлекательным, старше её на один год, а ещё и с Когтеврана, что обозначало наличие ума. Гриффиндорка согласилась, но тут же пожалела об этом. Она прождала Томаса пять часов около «Трёх метел», но он так и не пришёл. Томас решил немного подшутить над ней, а весь следующий вечер девушка провела в слезах. Конечно, когда об этом узнали Рон и Гарри, они ввязались за неё в драку, но на самом деле Гермиона считала виноватой в этой ситуации только себя. Она повелась на такую простую уловку. Ну да, как же она могла понравится парню за неделю, когда раньше он наверняка не знал о её существовании или же считал одной из скучных заучек.       После этого случая у неё безусловно ещё были свидания, но до большего не доходило. Было время, когда она определенно взаимно была влюблена в Рона Уизли, но они быстро поняли, что им лучше просто быть лучшими друзьями. Гермиона не знала, что такое любовь, а также отрицала её существование. Девушка верила в научные факты, а не в какую-либо бессмыслицу о крыльях любви. Может, в глубине души она надеялась на её существование, но никогда этого не озвучивала. Гарри называл её пессимисткой, но она всего-навсего была реалисткой. Она не верила в сказки, где добро всегда побеждает зло с помощью любви и искренности. Она знала цену победы и выплачивала её, кажется, всю жизнь.       Рассматривая рисунки слизеринца, девушка даже не заметила, как в комнату вошёл сам Нотт и беззвучно наблюдал за ней. Интересно, сколько времени прошло с того момента, как он пришёл?       Наконец, увидев его, Гермиона машинально спрятала блокнот за спину.