Часть 4 «Они настроены дружелюбно?»
27 октября 2021 г., 20:24
Валери проснулась в холодном поту: лоб был покрыт испариной, кожа липла к простыне. Ей снился страшный сон, в котором к её горлу прижимали острый нож. В попытках вернуть себя в реальность девушка засунула руку под холодную сторону подушки в поисках телефона. Несколько движений, но устройства нигде не было. Тогда она откинула набитый мешочек и, задержав взгляд на пустой простыне, замерла.
Взгляд скользнул на незнакомую подушку в руках, которой у неё дома никогда не было. Воспоминания вернулись звонким ударом по черепушке и голова загудела, а бинт на горле будто натянулся туже.
Бинт.
Пальцы коснулись влажной повязки, пропитанной кровью. Она словно душила её. Страхи закружились в тревожном вальсе, происходящее перестало казаться шуткой: её действительно могли убить на месте. Без капли сожаления или терзания совести после этого.
Взгляд метнулся к большому окну. Раскрытые портьеры словно звали подойти ближе, но Валери боялась, страшно было поверить, что за стеклом не окажется привычных городских улиц. И правда. Фонарные столбы и дома так и не появились, когда она подошла ближе. За окном тянулся мрак, и в голове вспыхнула мысль:
«Хочу домой…»
Бесконечные виды — и ни единого намёка на что-то знакомое.
«Мне оставалось всего чуть-чуть, чтобы закончить учёбу.
Мне оставалось всего чуть-чуть, чтобы дойти до подруги.
Я даже не попрощалась с ними.
Я могла бы сейчас печь рождественское печенье.
Я могла бы сейчас смотреть любимое шоу.
Я могла бы писать фанфик…»
Она осеклась. Мысли всё равно возвращались к её зоне комфорта.
На губах появилась странная усмешка. Пара смешков сорвались сами собой, и Валери, схватившись за лицо, согнулась, упираясь ладонями в подоконник. Подумать только… Она здесь.
Эта «зона комфорта» оказалась вовсе не такой уютной, стоило очутиться в ней по-настоящему.
И во всех смыслах: не только в том, что её жизнь оказалась на грани, но и в мелочах. Она не могла даже взглянуть на время в телефоне, не могла зайти в такой желанный душ, чтобы смыть кровь, просочившуюся сквозь бинт на горле.
И всё же это было не впервой. Она уже знала, каково это — жить без экрана телефона месяцами, не мыться неделями, ждать, когда хоть какая-то связь прорежет глухую пустоту. Её жизнь и раньше подсовывала такие испытания, и Валери справлялась, а значит, и сейчас справится. Нужно лишь думать о том, что будет дальше и что сделать, чтобы сделать нынешнюю ситуацию не такой дискомфортной.
Она уже осмотрела эту комнату днем, проверила каждый уголок и нагибалась чтобы рассмотреть деревяшку под стулом. И сейчас меряя комнату шагами, с задумчивым видом, её взгляд перевёлся на колокольчик около кровати.
Верёвочка этого устройства играла с ней в гляделки, и Валери прищурилась. Она знала что это: интересоваться викторианской эпохой и не знать, что это за штуковина, означало, не знать эпоху вообще. Девушка лишь надеялась что, позвонив туда, они догадаются послать кого-нибудь, кроме того самого черноволосого Слэндермена, при одном воспоминании о котором, у неё на спине выступал холодный пот.
Но кровь на горле и этот тугой бинт мешали сильнее любых страхов. Бинт был не просто перевязкой, он ощущался как гипс и клеймо напоминающее ей, что она теперь не дома, а где-то… здесь. Ей захотелось содрать это с себя. Подумать только, ехать на долгожданные каникулы, и оказаться в таком непростом положении!
В голове возник спор самой с собой. Рискнуть? Или оставить всё как есть?
Горло пересохло, но ей хотелось узнать, как далеко она сможет зайти.
Она уже повела себя глупо, когда напомнила графу — кто он на самом деле, а сейчас она смело могла назвать себя настоящей сумасшедшей. Вызывать саму смерть к себе в комнату; это настолько нужно быть идиоткой?
Пальцы дрогнули. Она не сразу поняла, что уже держит веревочку обмотав её вокруг руки. Тихий звон в такой комнате, как здесь, казался громом. Через некоторое время сквозь щели в дверном проёме показалось жёлтое свечение и она сразу залезла под тёплое одеяло наблюдая, как медленно повернулась ручка двери.
Топ… топ… топ…
Свет резанул по глазам и с каждым ударом сердца ожидание становилось невыносимее.
— Мисс, я знаю, вы не спите.
«За что?..» — кольнуло в голове.
— Притворятся бесполезно, — из тьмы закрытых глаз раздавался его спокойный голос.
Она нервно открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света свечи. Валери нагнула голову и слегка отпрянула от края кровати забирая с собой одеяло, лишь бы подальше от высокого дворецкого.
— Почему ты? — шепотом спросила она, почувствовав себя обречённой. За эти сутки с ней случилось столько неудач, что на всю жизнь хватит.
— Господин пожелал, чтобы именно я присматривал за вами. — Он выдержал паузу, — Я подумал, вас мучает жажда.
Его голос звучал профессионально, но почти заботливо. И как только она это подметила, сбоку сверкнула серебряная брошка напоминая ей, что он — просто дворецкий и о никакой заботе, тем более после угроз, и речи быть не может.
— Я также позволил себе принести бинты… заменить повязку.
Валери не выдержала.
— Ты… — голос сорвался. — Зачем ты это делаешь?
— Потому что так велел Господин, — тихо произнес он. — И… потому что, как вы вчера сами сказали…
Он чуть склонил голову, позволив свету упасть на глаза и подчеркнуть их багровый перелив.
— …я, дьявольски хороший дворецкий.
Себастьян поставил на прикроватный столик поднос с водой и аккуратно развернул бинты.
— Уж поверьте, мисс, — его улыбка не менялась, — если бы мне был нужен иной исход, я бы не стал тратить время на повязки.
Её пальцы сжались на одеяле. Казалось, стоит ему протянуть руку и вся эта «забота» в одно мгновение обернётся чем угодно.
— Не подходи… — вырвалось у неё едва слышным шепотом. — Я сама справлюсь. — Но Себастьян уже подготовил новый компресс и медленно, очевидно издеваясь, подошёл ближе.
— Вы боитесь? — Он задал вопрос, как будто бы не замечая самой очевидной вещи. — И всё же вы позвонили в колокольчик. Разве это не было приглашением?
— Я не приглашала именно тебя!
— Но вчера вы довольно ясно дали понять, что за Вами нужен особый присмотр от особенного… человека.
Она сама всю эту кашу заварила, пусть теперь расхлебывает. Хмурый взгляд посмотрел на компресс и быстро переместился в противоположную сторону.
— Я сама справлюсь. — Сказала она желая чтобы он поскорее ушел.
Валери отодвинулась подальше и аккуратно нащупав бант, стала разматывать бинты, наложенные всего несколько часов назад. Куски ткани, пропитанные её кровью и пахнущие медикаментами, вызвали приступ тошнотворного осознания ситуации, выход из которой был разве что в окно поблизости.
— Мисс, вы уверены?
— Вполне. — Быстро ответила она и забрала бинты с компрессом из холодных рук дворецкого.
Казалось, стоит ей протянуть руку — и он схватит её, задушит тем же бинтом. Поэтому она спешила закончить перевязку сама, но компресс то и дело сползал, бинты перекручивались, причиняя боль.
Сбоку послышался тихий вздох. Его тень накрыла её, и холодные пальцы поправили сбившийся лоскут. Она вздрогнула от прикосновения, хотела отпрянуть…
— Осторожнее, мисс, вы держитесь так храбро… а всё же ваши силы слишком быстро иссякают.
Валери стиснула зубы.
— При всем уважении… не напрягайтесь. Ваше благополучие важно для сохранения ясности ума.
«Чтобы потом воспользоваться мной, я верно растолковала?» подумала девушка.
Все неправильные наложенные штрихи бинтом сразу были исправлены, но дворецкий, в силу своего намеренного «непрофессионализма», проявленного именно в эту самую минуту пока накладывал на шею бинт, намеренно тянул время.
— Ты ужасный дворецкий. — Шепотом произнесла она, предполагая, что он непременно докажет обратное и поскорее расправится с этим бинтом.
— Любопытно слышать это от вас мисс. — Спокойно сказал он завязывая на шее аккуратный бант. — Предполагаю что вы как никто другой знаете, какой я — прекрасный дворецкий.
Её тело задрожало то ли от страха, то ли от его словесных пощечин и удара под ребра:
— Слабовато держитесь для той, кто утверждает, что знает будущее.
— Слишком грубо для дворецкого, не думаешь? — вырвалось у неё, хотя голос прозвучал слабее, чем хотелось.
Себастьян чуть склонил голову, позволяя свету упасть на глаза. Уголки губ дрогнули в холодной улыбке:
— К соответствующим гостям — соответствующее отношение.
Пальцы Валери судорожно сжали простыню. «Какая наглость!». С неё хватит.
— Разве в приказ входил пункт довести меня до третьего за эти сутки обморока?! Уходи! — Выпалила она.
— Вы правы. Прошу прощение за грубость. — Он наконец-то отошел от кровати на приличное расстояние и заботливо подал стакан девушке. — Я выразился непозволительно для дворецкого.
Эта ночь уж слишком затянулась.
— Спокойной ночи, мисс. — Дверь тихо щелкнула оставляя её одну со своими мыслями.
***
Когда ночь уступила место утру, поместье постепенно ожило. Снаружи, садовник осторожно перебирал сияющие белые розы, на кухне тарахтели ложки и кастрюли, из приоткрытой двери тянулся запах сладких булочек и молочного чая, намекая на подготовку к завтраку. По длинному коридору, где гулял легкий холодок из открытых окон, неторопливо везли сервировочную тележку с подносами, блюдечками и чашками с фруктовым вареньем. Коридоры всегда проветривали рано утром, а до полудня прогревали поместье от приближающегося осеннего холода. Такие ритуалы специально поддерживались, чтобы не простудить молодого хозяина поместья. Половицы скрипнули под тяжестью башмака, когда за дверью остановились, и постучав пару раз вошли. Как только высокие портьеры были распахнуты, в комнату ворвался утренний свет. Он лёг на лицо Валери, и вместе с ним в воздухе стало явственнее тянуть тёплым молоком, чаем и карамелью. Этот аромат будто издевался: Валери уже ждала, что из соседней комнаты услышит включенный на всю громкость телевизор с утренними передачами или рождественскими колядками. — Госпожа, доброе утро! — голос горничной прозвучал дрожащим и громким для такого прелестного утра. «Что?..» Девушка приподнялась на локте, пытаясь разглядеть фигуру напротив. Валери заметила, как горничная, спотыкаясь о края ковра, упустила из рук поднос. Она почти сорвалась с кровати, чтобы подхватить его, но МейЛин и сама справилась. Лицо горничной слегка исказилось от тревоги и вины. Но, увидев, что Валери, уже полностью взбодрилась от этого происшествия, лишь нежно улыбается ей, МейЛин выпрямилась увереннее. — Ты в порядке? — Д-да! Извините! — Ты не Себастьян… — слабо улыбнулась Валери, в душе радуясь, что сегодня она проснулась не в присутствии чёрного высокого пятна, а от этой неуклюжей попытки проявить заботу. — Э-э… нет, мисс… — она покраснела, — я… просто должна была разбудить вас… и накормить… В подтверждение горничная взялась за чайничек, слегка демонстративно приподнимая его. Она улыбнулась неловкой улыбкой. Валери удивленно посмотрела на поднос и перевела взгляд на горничную удивляясь тому, что они действительно решили её накормить. — Завтрак? — Она смотрела, как МейЛин неловко разливает чай, едва не проливая кипяток, и думала, как странно всё складывается. Вчера её пытались запугать, а теперь — утренний свет, булочки с карамельным запахом и дрожащий голос горничной, которая, очевидно, ничего не знала. Горло неприятно зачесалось. «Кнут и пряник» пронеслось в голове, но пока она осознает это — ей спокойнее, она понимает какие манипуляции они используют, чтобы вытащить из неё ту информацию, которая им нужна, значит может сделать всё наоборот или просто избежать чего-нибудь… невыгодного. Такое пробуждение оказалось лучше того, что Валери представляла себе накануне ночью. Она была бы честна, если бы призналась, что вовсе не хотела просыпаться, но видеть, как горничная едва не разлила чай, всё же было куда приятнее, чем ощутить чьё-то пугающее присутствие. «Кхм…» — Валери сделала глоток и подняла бровь всматриваясь в своё отражение в чашке с чаем. «Видимо, он решил извинится за свою вчерашнюю грубость — отсутствием своего присутствия» — Валери блаженно улыбнулась. Тишь да гладь… — Мисс, сегодня, п-после завтрака… Молодой господин ждёт вас в своём кабинете. Тишь да гладь кончилась. Девушка сжала губы и тяжело выдохнула, делая вид, будто просто дует на чай. Если бы она именно в этот момент сделала глоток, то наверняка захлебнулась бы. «Так сразу?» — мелькнуло у неё в голове. Хотя сама она прекрасно понимала: медлить не стоит, да и лучше уж покончить с этим, как можно скорее. — Ваше платье на это утро уже готово… — Горничная указала на нейтрального цвета ткань в углу кровати, и Валери осторожно кивнула. В голове с самого утра было столько мыслей, с которыми нужно было справится до посещения мальчика. Она бы нагло соврала сказав: что не переживает и не боится. Первая их встреча оставляла желать лучшего, так кто сказал, что после второй она не встретится с Иисусом Христом? «Чего именно он хочет?» — подумала она. Хотя на самом деле у неё было уже множество предположений, которые она успела тщательно обдумать ночью. Валери была готова ответить на любой вопрос. Она попыталась вспомнить всё, что должно случится в ближайшее время. Мальчик Фантомхайв всегда, казалось, проявлял блистательную скептичность ко всему на свете. И если ему недостаточно тех провокационных фраз и знаний, она готова была раскрыть ему что-нибудь ещё. Но на этот раз не такое безрассудно убийственное. Магией самовосстановления она — не обладала. Девушка перевела взгляд на платье, и в её голове невольно возник вопрос: как оно будет на ней сидеть? Наверное на удивление красиво… Прямо так как она представляла и рисовала на себе множество раз! Оно стало единственной причиной, почему она вообще захотела подняться. — МейЛин! Горничная тут же вздрогнула не готовая услышать свое имя от незнакомки. — Помоги мне пожалуйста…***
Платье сжимало ей все кости, а от недостатка воздуха кожа Валери казалась серовато синей. Но фейерверком всего была повязка на горле и прикрывающее её высокая горловина платья. Было ощущение, что с неё вот-вот хлынут реки египетской казни. В кабинете стояла тишина пока мальчик сдержанным взглядом оглядывал Валери снизу до верху. Он остановил взгляд на её синем улыбающимся лице и слегка наклонился в сторону дворецкого. «Это ты её так подлечил?» — немой вопрос графа повис в воздухе. Сиэль искренне интересовался, что произошло в тот момент, когда демон унёс её из зала. В ответ дворецкий, как всегда, лишь изогнул губы в своей фирменной улыбке. Если он дальше так же продолжит, гостеприимство в их поместье обретет печальную славу. Бегло скользнув взглядом по девушке в последний раз, граф сдержано указал на софу. Пока Валери осторожно опускалась, стараясь не зацепиться и не порвать платье, Сиэль сел напротив, не сводя с неё взгляда. — Перейдем сразу к делу, — мальчик скрестил руки и серьезно посмотрел на девушку. — Вчера, когда вы потеряли сознание мне пришло письмо… — Напоминание о приезде мистера Клауса? — не дала закончить девушка. Её пальцы нервно сжались на платье, когда в ответ граф кинул резкий раздраженный взгляд. Он замер и прищурился. Как будто, не задав вопрос, уже получил ответ. — Именно. — Он выдержал паузу. — Чтобы проверить, не совпадение ли это письмо, не блеф ли ваши «познания» и вся та ложь, что вы так уверенно лепетали обо мне… — его голос прозвучал особенно холодно. — Я требую, чтобы вы рассказали всё, что знаете о моём будущем. «Ложь, говорите?» — внутри у Валери кольнуло, но внешне она старалась не дрогнуть. — Я не стану говорить вам всё, что знаю. — Осмелилась сказать она. — Но могу назвать ваши планы на ближайшее время. Валери заставила себя смотреть прямо, хотя каждая мышца подсказывала, что лучше бы опустить глаза. — Не потому, что я не знаю, — добавила она быстро, прежде чем он успел возразить. — А потому, что, чтобы подтвердить мои слова, достаточно лишь этого, не правда ли? Фантомхайв нахмурился и молчал, но взгляд его сверлил, проверяя не дрогнет ли, не соврёт ли она, или может наоборот скажет правду. — Знать будущее не всегда благо, — тихо сказала она, как будто сразу пытаясь оправдать свой смелый ответ и явную дерзость. Не сказать, что она ответила грубо, но его пристальный враждебный взгляд заставил девушку задуматься над своей правотой и тоном. Она невольно задалась вопросом правильно ли поступила отказавшись отвечать на всё, что он хочет. — Говорите. — Коротко приказал граф. — Вчера вы встретились с мистером Клаусом поужинав в саду, а сегодня поедите за тростью, которую случайно сломал садовник… Тишина повисшая в кабинете, была невыносимой. Даже дворецкий не двинулся ни на миллиметр, казалось сзади стоит наряжённая статуя, а от этого было не по себе. Граф прожигал её взглядом словно паяльник, все вокруг замерло в раздумьях. Потом он резко откинулся на спинку кресла и устало прикрыл глаза. — Что вы знаете о мистере Клаусе? Перепрыгнул он с интересующейся его темы. Здесь должен был начаться настоящий допрос, и девушка не удивилась бы, если бы граф спросил её значение какого-нибудь супер банального слова, ожидая, что она расскажет ему какой-то скрытый подтекст о котором знает весь род Фантомхайв. — Если назову вам всё, что знаю, вы первым делом и подумаете, что я шпионка. — Она выдержала паузу и продолжила тише. — Поэтому скажу только одно: мистер Клаус привез кое-какое доказательство, которое вам нужно для разоблачения одного человека в вашей «компании». Сиэль прищурился, его взгляд на секунду стал ещё тяжелее. Девушка поспешила добавить: — И я не настолько глупа, чтобы пытаться обмануть одного из вас. Связываться или противостоять таким людям как они, хуже, чем пойти к мафии в руки. Неизвестно что за секреты и возможности спрятаны в их рукавах и как быстро они расправься с тобой. Хотя, вчера девушка уже прочувствовала подобное на себе и больше играть с жизнью ей не хотелось. На секунду показалось, что этот аргумент удовлетворил мальчика и тот, после пары секунд отчужденного взгляда, кивнул в сторону дворецкого, который наконец-то сделал хоть какое-то движение. — Не настолько глупы, утверждаете, а сами рассказали о существовании конфликта, о котором в нашем «кругу» знают только пару человек. «Ну, так разве это уже не говорит о чем-то?» Пронеслось у неё в голове, но она засомневалась и напряглась. Неужели она всё равно сказала что-то не то? Она уже готова была корить себя за любое сказанное слово, как граф поднял письмо с подноса, которое подал ему дворецкий. — Получается с вашей точки зрения, я должен поехать за тростью? — Граф выдержал паузу слегка махнув письмом. — Раз уж мы начали о сегодняшнем дне, скажите, что здесь написано? Валери с тревогой смотрела на белый сверток и искренне не знала что ей ответить. Письмо было запечатано, на восковой печати отсутствовал герб или какой-то отличительный знак, который мог бы дать девушке подсказку. Если бы он там был. Она тяжело сглотнула предполагая, что письмо пришло сегодня утром, но она подобного не помнит. Неужели что-то упустили в сюжете, она не припоминает или это что-то новенькое, что произошло из-за её появления? — Я не знаю, — с трудом проговорила она понимая, что от ответа зависит её судьба. Фантомхайв слегка улыбнулся уголком губ, уловив её замешательство, но не сказал ни слова, хотя девушка уже чувствовала, что он принял решение. — Так я и думал, — он откинулся назад, будто разговор его утомил. — Впрочем, это даже интереснее. Ладони неприятно вспотели, губы поджались, а по спине прошел озноб. Она провалила этот допрос, без сомнений. Молчание затянулось, мальчик отложил письмо, медленно поднялся и, скрестив руки посмотрел на девушку с таким видом, будто взвешивал её цену. Он смотрел ей прям в душу этим чисто голубым глазом и казалось вытаскивал все секреты наружу. — Тогда кров и еда в обмен на информацию? — наконец произнес он, как будто делая усталую уступку, а не заключал сделку. Валери не веря подняла голову не сразу осознавая что это значит. — Простите? — Вы ведь говорите, что не собираетесь лгать дальше, — холодно уточнил он. — Но не думайте, что я поверю вам на слово. Полагаю, у нас обоих есть причины держаться друг друга. А если нет, граф готов был взять её с собой в Лондон и провести экскурсию по самым нищим переулкам, чтобы уж точно напомнить почему она хочет с ним сотрудничать. Не успела она спросить, как мальчик развернулся к двери. Она встала следом за ним желая переспросить, уточнить, правильно ли она поняла, но он уже направился в сторону двери, как будто сам без её мнения уже все решил, а ведь она даже не давала согласия! — Себастьян, экипаж готов? — Готов уже как четверть часа, — ответил дворецкий и на прощание улыбнувшись девушке своей фирменной улыбкой, исчез за дверью. Кабинет наполнила тишина. Откуда-то доносился тихий звук чего-то гудящего, если это конечно это не были шумы в подсознании несчастной Валери. Голова шла кругом, а холод с окна кажется пробирался ей под тесное платье.***
Дверца экипажа скрипнула и дворецкий стукнул по потолку давая знак, что пора выезжать. Виды владения Фантомхайв сменились деревьями, соснами и пожелтевшей листвой. Мысли о новой проблеме всё никак не оставляли его разум, не давали место покою. Расписание и встречи лежали тяжёлым грузом на его плечах, а теперь, сверху упал ещё один маленький камушек весом в тонну. — Господин, письмо произвело на неё именно то впечатление, на которое вы и рассчитывали. Дворецкий слегка улыбнулся, впрочем как всегда: то ли гордясь, то ли с некой каплей раздраженности. Он смотрел на мальчика так, будто до этого у них произошел спор, в котором Михаэлис с крахом проиграл. — Я не рассчитывал ни на какую реакцию, но если бы она начала угадывать, сразу стало бы понятно, что и её… — мальчик запнулся. — Мои секреты — это всего лишь шпионская уловка и она на самом деле ничего не знает. Если она, конечно, прямо не связана с похитителями. Мальчик достал то самое письмо из кармана и развернул его. — С другой стороны… Если она так уверенно утверждает, что знает мое будущее, то взглянув на письмо не смогла бы сказать его содержимое. — И что же, Господин, вы написали? Мальчик скучающим взглядом посмотрел на бумагу и развернул её к дворецкому. На губах Себастьяна медленно расплылась улыбка. — Какое манящее содержание. — Здесь пустой лист. — Давно ли вы перестали понимать мой сарказм? Граф метнул на дворецкого затыкающий взгляд и сложив лист обратно, засунул его к себе под верхнюю одежду. Отвернувшись от дворецкого Фантомхайв устремил задумчивый взгляд в окно. — Если предположить, что она говорит правду и каким-то чудом знает обо мне всё, учитывая мое будущее, то скорее всего о письме, которое я решил написать после её появления, она ничего не знает. И содержимое его она тоже не знает… — Потому что это письмо не связанно с вами. — Закончил мысль Себастьян и отвернулся. — Вы мыслите слишком нетипично. Вы действительно потратили на это пол ночи? — Замолчи, я потратил на это меньше часа и действительно получил ответ, который мне нужно было знать. — И всё же каким образом письмо не связано с вами? Вы придумали его, вы — писали. Граф ничего не ответил, как будто язык проглотил, они оба знали что мальчик имел ввиду, но дворецкому было в удовольствие лишний раз позлить своего графа. День обещал быть длинным…
