Прости за боль, которую я причинил тебе.

— Наконец-то! — сказал блондин, стоявший у выхода из башни. — Я уже думал, что ты уснула. — Если бы, Энтони. — Марта досадно развела руками, выходя из общей гостиной в коридор. Голдстейн незамедлительно последовал за когтевранкой, машинально пригладив свои волосы, которые и так были в прекрасном состоянии. — Делала домашку на завтра. — Это отработка у Снейпа на тебя так повлияла? — хохотнул парень, пристраиваясь рядом с Мартой. В этот же момент девушка ткнула его в ребро своим локтем, заставляя его пожалеть, что встал подле неё. — Ауч! — Энтони, прекрасно владеющий актерским мастерством, сморщился и скорее рефлекторно стал потирать пострадавшее место, чем ему в действительности стало больно от такого легкого удара. — Ты такая сильная, Олридж. Смотри не убей меня в следующий раз. — тычок девушки лишь раззадорил его, поэтому он не смог удержаться от непринужденного подтрунивания над ней. Его весёлый настрой постепенно передался и самой Марте. Поднимаясь на нужный этаж, они уже вдвоём смеялись над самыми глупыми вещами, которые только могли прийти им на ум. Отсутствие учеников давало им полную свободу действий. — Ты сегодня где дежуришь? — спросила девушка, когда они преодолели последнюю ступеньку лестницы. — На пятом этаже. — А я на этом. Встретимся здесь? — когда парень утвердительно кивнул, они разделились. Энтони поднялся на этаж выше, а Марта прошла через проход, ведущий в коридор четвёртого этажа. Оказавшись как раз недалеко от библиотеки, она застала Гермиону Грейнджер. Гриффиндорка склонилась над учебником и что-то тихо неразборчиво бормотала под нос, увлечённо черкая в тетради. Скорее всего, она занималась переводом рун, который был задан на завтра профессором Бабблинг. Эту работу Марта сделала ещё на выходных, поэтому была спокойна. Перед тем как подойти, она бросила взгляд на библиотечную дверь и на секунду поймала себя на мысли, что было бы не плохо посетить Запретную секцию сейчас. И все бы ничего, но библиотека уже была закрыта. А она, как староста, должна подавать пример остальным ученикам и поэтому при всем желании не могла проникнуть туда. В противном случае, она нарушит школьные правила, которые беспрекословно должны соблюдать, а она вынуждена этому способствовать. Ей ничего не оставалось, как бросить эту затею и двинуться к загруженной гриффиндорке. — Гермиона! — сказала девушка, чтобы заявить Грейнджер о своём присутствии. От неожиданности та чуть не уронила перо, которое крутила в своих пальцах, пока находилась в размышлениях. — Боишься не успеть с переводом? — она кивнула на учебник, лежащий на подоконнике. — Просто в общей гостиной невозможно находиться. — Гермиона пожала плечами и принялась складывать вещи в сумку. — Пришлось брать всё с собой. — Расскажешь? — аккуратно спросила Марта, присаживаясь рядом с девушкой. Когтевранка, естественно, не надеялась на то, что Гермиона была настроена на откровения и выложит ей всё, что её мучает, как на духу. Вряд ли она захочет выносить все внутрифакультетские проблемы на всеобщее обозрение. И в итоге была удивлена, когда Грейнджер все-таки заговорила. — Гарри думает, что Драко Малфой стал Пожирателем смерти. — она тяжело вздохнула и посмотрела на Марту. По всей видимости, гриффиндорка доверяла Олридж, несмотря на недолгое и неплотное общение во время занятий, который вёл Гарри. Но видимо, сам этот факт автоматически вводил всех членов ОД в круг доверия, так как все они целиком и полностью были на стороне Ордена Феникса. — И с чего он это взял? — Перед школой, когда были в Косом Переулке, мы проследили за Малфоем. Не спрашивай, как это получилось. — она заметила взгляд Марты, на котором читался недовольный вопрос: «Зачем?». И дело было в том, что Олридж считала личное пространство очень важной составляющей человеческого бытия. И сама бы никогда не стала ни за кем следить. — Так вот, — продолжила она, — Он направлялся в «Горбин и Бэрк». После, мы услышали, как Драко вёл очень странный диалог с продавцом. Он намекал на каких-то «своих» друзей, и когда Горбин услышал о них, был явно не в восторге. — Ну это же Малфой. Он много чего говорит и делает, только толку от этого? — Вот и я сказала ему точно также. — с облегчением сказала Гермиона. Она была рада, что хоть кто-то разделяет её мнение. — Но Гарри все время твердит одно и тоже, поэтому я и оказалась здесь, чтобы наконец отвлечься от этой приевшейся темы. Видите ли из-за того, что Люциуса Малфоя отправили в Азкабан, Волдеморт нашёл ему замену в его сыне. — гриффиндорка говорила странным голосом, видимо, парадируя Поттера. — И теперь Рон тоже встал на его сторону, потому что посчитал, что мысли Гарри имеют место быть. — Не думаю, что Тому-Кого-Нельзя-Называть нужен не опытный студент 6 курса. Это какой-то абсурд. — Знаешь, у нас с тобой совпадают мысли. Напомни, почему мы почти не общаемся? — задорно спросила Гермиона, поднимаясь на ноги. Марта лишь пожала плечами, даря улыбку гриффиндорке. Они не стали развивать эту тему, так как поняли, что на одной стороне и, потому нет необходимости в споре. В приподнятом духе девушки отправились выполнять обязанности старост.

***

Конец сентября ознаменовался началом тренировок по квиддичу. Роджер Дэвис — капитан команды Когтеврана, был нацелен на победу. В один из солнечных дней, кажется, это был вторник, Марта краем уха услышала вдохновляющую речь Роджера, в которой он призывал команду бросить все свои силы на тренировки, чтобы в этом году Кубок был у них. Наверное, он так сильно стремился к этому, потому что этот год станет для него последним Хогвартсе. Отчего и хотел, чтобы его запомнили, как лучшего капитана, который помог своему факультету в соревновании. Первая игра была только в конце ноября, поэтому у них было много времени, чтобы как следует подготовиться. Тогда Марта возрадовалась, из-за того, что всё-таки не пошла на отборочные в команду своего факультета. Она уверенно держалась на метле и неплохо летала. К тому же, имела все лучшие данные для Охотника. Но, когда узнала о назначении на должность старосты, решила оставить затею с игрой, потому что не вытянет всё сразу чисто физически. Октябрь, 1996 Погода постепенно портилась, но всё еще сохраняла летнее тепло, хоть и не в полной мере. Заколдованный потолок в Большом зале полностью соответствовал небу на улице: большие белые облака, похожие на кусок сахарной ваты, размеренно плыли по голубому куполу, иногда закрывая собой яркие лучи солнца. Они, в свою очередь, играли с земной поверхностью, когда представлялась возможность. Марта завороженно уставилась на изображение октябрьского неба. Она уже пообедала, но не спешила идти в кабинет, так как ждала Энтони Голдстейна. Они договорились пойти на занятия вместе после обеда. В ожидании второго старосты, Марта сочла интересным разглядывание облаков, которые имели уникальные формы. Но за просмотром, поняла, что больше всего предпочитала ночное небо, по которому рассыпаны множество звезд: от самых маленьких до самых больших, от самых тусклых до самых ярких. И при всем этом, они имели свою необычайную привлекательность, собираясь вместе на глубоком черном небе. — Идем? — сказал только что подошедший когтевранец, неловко поправляя сумку на своем плече. Сегодня он был весьма странным, что-то в нем изменилось. Он сменил прическу: теперь его челка не была убрана назад, а висела спереди, разделенная на две части. Такой вид придавал ему небольшую небрежность, что Марта оценила. Его рубашка была расправлена, а верхние пуговицы расстёгнуты. Но Олридж заметила не только внешние перемены, но и внутренние. Только понять не могла, что именно изменилось. — Я думала, ты решил съесть весь стол. — пошутила девушка, намекая на его продолжительным обед. — Да, я тоже так думал. — сказал он с задумчивым видом. — Но после тарелки картофельного пюре, понял, что лопну. Что поделать, — Энтони пожал плечами, — Мне нужны силы, чтобы противостоять нарушителям школьных правил и хорошо играть на тренировках. Иначе Дэвис меня просто слопает и косточек не оставит. — Говоришь, как профессор Макгонагалл. Причем как в отношении старостата, так и в отношении квиддича. — Может быть. — улыбчиво ответил Голдстейн и они направились на занятие. — Стой, а ты откуда знаешь? — Пару раз слышала, как она разговаривает со своими подопечными. — У нас разве сдвоенные Заклинания? — удивилась Марта, когда увидела у кабинета не только своих одно факультетских товарищей, но и слизеринцев. Из-за большого количества студентов в коридоре было душно и практически не хватало места. Казалось, что здесь решила собраться вся школа. Но в эту самую минуту дверь открылась, впуская учеников в класс. — Видимо изменение в расписании? — также удивленно ответил Энтони. — Может сядем вместе? Я видел, как ты сидела со слизеринцем, так что отговорка в виде: «Мне комфортнее сидеть одной.» — не прокатит. Брови Марты медленно, но верно поднялись вверх. С каких это пор Энтони подмечает такие незначительные вещи? Продолжать эту тему она не хотела, поэтому просто ответила: — Хорошо, сегодня сядем вместе. Когда все уселись на своих местах, профессор Флитвик начал вести урок в своей слегка пискливой манере. Сегодня они начали обширную тему Невербальных заклинаний. Спустя пару минут монолога Филиуса Флитвика, его перебил стук в дверь. В кабинет вошел слизеринец — Теодор Нотт собственной персоной. Весь класс устремил свои взгляды на прервавшего урок парня. Он, как и всегда, был в белой немного мятой, местами выправленной рубашке. Зеленый галстук свободно болтался на его шее. Кудрявые волосы были растрепаны еще больше, чем обычно. Весь его вид буквально кричал о том, что он только проснулся. Видимо во время обеда Нотт решил вздремнуть. — Профессор Флитвик, простите за опоздание. Могу я войти? — сказал Теодор на автомате, зная, что ответом будет «да». Ему жутко не нравились эти школьные правила поведения. Как будто за такую маленькую оплошность его могли не допустить к уроку. — Конечно, конечно, дорогой мой! Присаживайтесь. — добродушно сказал учитель, указывая на единственное свободное место рядом с Блейзом Забини. Когда Нотт сел за парту к своему другу, Флитвик продолжил: — Итак, как я и говорил сегодня мы будем учиться невербальным заклинаниям. Но, прошу прощение за мою вольность, я хочу, чтобы вы попробовали изучить заклятие сами. Тема сложная, поэтому предлагаю вам работать в паре, чтобы, так сказать, вы учили друг друга. Таким образом, вы будете закреплять знания, помогая другим, которые тем временем с вашей помощью смогут изучить тему. Так же вы спокойно можете обращаться за помощью к учебнику и, конечно же, ко мне, если станет уж очень сложно. Сейчас я назову пары. — он спрыгнул с небольшой стопки учебников, которые помогали ему быть выше, на стол, чтобы дотянуться до листа пергамента, на котором, по всей видимости, был написан список, и начал читать фамилии в слух. После каждой произнесенной пары, ученики начинали меняться своими местами. — Марта Олридж и Энтони Голдстейн. — они переглянулись друг с другом радостными взглядами, думая, что им не нужно будет менять парту и тренироваться с теми, с кем не хотелось бы. Такой расклад их вполне устроил. — Блейз Забини и… — продолжил профессор, но был прерван снова. — Простите профессор, не могли бы вы меня поставить в пару к Марте? — спросил Нотт. Все снова уставились на Теодора, но он, кажется, и не замечал изумленных взглядов. Всё его внимание завладело решение Флитвика. Больше всех парня прожигали взглядами Марта, которая находилась в шоке от таких настойчивых действий со стороны слизеринца, и Дафна, вновь обжегшаяся своими же чувствами. Её глаза вновь потускнели. На секунду в её голове проскользнула мысль: «Если бы не было этой Марты, он бы также прилюдно попросил у профессора встать в пару к ней?» — Ну-у-у…- Филиус немного замялся и задумался. Он не ожидал, что его ученица, по совместительству староста, дружит с представителем змеиного факультета. Ничего в этом плохого он не видел, а просто раньше не замечал за ней рвения к общению со своими однокурсниками. На его памяти она всегда держалась особняком. Может ему просто так казалось? — Что ж, если вы так хотите и мисс Олридж не против… — Она не против. — слишком самоуверенно отмахнулся Нотт, даже не смотря на девушку, которая от такого ответа пришла в ярость. Марта хотела уже ответить, но профессор её опередил. — Тогда мистер Голдстейн отправится к мистеру Забини, а вы, мистер Нотт, к мисс Олридж. А теперь продолжим. — Флитвик продолжил называть имена, не желая терять ценные минуты, отведенные для урока. Энтони ничего не оставалось как поменяться местами с Теодором, хоть он и не горел желанием. И дело было не в Забини, а в том, что на его замену поставили Нотта и теперь он будет находиться рядом с ней целый урок. — Я не понимаю, чего ты хочешь от меня? — шепотом спросила Марта, когда Теодор сел рядом с ней. Он улыбался и в целом был в приподнятом настроении. Всё вышло так, как я и задумал. Когтевранка не сомневалась, что сейчас слизеринец гордился собой. — Неужели ты против моей компании? — искренне удивился Нотт, делая оскорбленный вид. — Я думал, что мы поладили в прошлый раз, поэтому счел этот урок возможностью для более близкого знакомства. Но если ты против, я могу вернуться к Блейзу. — он блефовал. Теодор знал, что она не заставит его возвращаться обратно, поэтому спокойно мог сказать об этом, давая ей хоть и мнимое, но всё же право выбора. И благодаря этому, она запишет у себя в голове плюсик к его персоне. — Сиди уже. — сказала Марта, так как не хотела вновь прерывать урок. Судя по Флитвику, его скоро допечет постоянное срывание урока, несмотря на то что он был одним из самых добрых и чутких профессоров Хогвартса. Я превосходный стратег. Самовлюбленно, но это правда. К этому моменту все пары были сформированы и уже приступили к выполнению задания. Постепенно все взгляды, прикованные к Нотту и Олридж, исчезли. Марта снова почувствовала себя свободной, а не как на иголках. Когтевранка открыла учебник и приступила к изучению материала. Всё бы ничего, но взгляд Теодора, направленный на девушку, нервировал её, поэтому она не выдержала и спросила, не поднимая глаз с текста: — Что? — Жду, когда ты дочитаешь и мы приступим к практике. — Нотт пожал плечами и показательно достал свою палочку. Она была весьма длинная, на вид около 13 дюймов, и сделана из вяза. Интересно какая сердцевина? Она всё-таки многое может сказать о своем хозяине. — А ты не собираешься изучать теорию? — Мне не зачем, я уже умею использовать невербальную магию. — девушка закрыла учебник и уставилась на него. — Раз мы теперь по твоей воле работаем в паре, учи меня. — потребовала Марта, чем вызвала у парня усмешку. Ему нравился такой исход, особенно когда он услышал слова «мы» и «в паре». Его бескорыстная помощь может стать серьёзным фактором для их сближения и таким образом, он сможет добиться её доверия. По крайней мере, он так размышлял у себя в голове. И его мысли были верными. Слизеринец специально взял её за руку, так как знал, что тактильные ощущения, как и прямой взгляд, предрасполагают любого человека. Они встали в конце класса, где не было парт, к другим ребятам, которые уже приступили к практике. — Теперь слушай внимательно, — начал Нотт, — Ты должна максимально сосредоточиться на заклинании. Представляй, как произносишь его в своих мыслях, но в действительности ты не должна издавать ни звука. Итак, — он сделал пару шагов назад, вставая напротив девушки, — Ты будешь насылать на меня проклятия, а я защищаться. Идет? — Марте ничего не оставалось, как согласиться. В принципе задача для неё не оказалась слишком сложной, но всё это было только на словах. Как много раз показывала ей жизнь, на деле всегда всё по-другому и не так, как хочется. Выбрав заклинание, Марта в мыслях прокручивала его вербальную форму и детально представляла каждый звук, который выходит при произношении. — Остолбеней! — окончательно подумав, Марта направила палочку на Теодора, но всё равно её губы предательский прошептали заклинание. Видимо, всё из-за привычки. Нотт мгновенно и легко отбил парализующее заклятие. Когтевранка уже знала, что на его лице не было удовлетворения, как и у неё самой. Теодор прекрасно видел, как шевелились её губы и собирался исправить этот нюанс. — Никакого шепота. Я все видел! — его слегка суровый и серьезный вид заставил девушку сравнить его с учителем. Она даже немного задумалась о том, какую профессию выбрал слизеринец. Хотя была более чем уверена, что тот точно не собирался становиться учителем. Его семья вряд ли позволит ему сделать такой выбор. Только вот откуда ей знать какая у него семья? Марта никогда не интересовалась чистокровными семьями, хоть и жила в подобной. Только вот никто её не приучал с рождения к ненависти к маглам или маглорожденным и не лишал права голоса и выбора. Тяжело вздохнув, когтевранка кивнула самой себе, когда почувствовала веру в себя, и направила на него палочку, как бы говоря о своей готовности. Теодор вновь сосредоточил всё свое внимание на девушке, чтобы, не дай Мерлин, пропустить её атаку, тем самым получить счастливый билет на первоклассную койку в больничном крыле. И несмотря на огоньки уверенности, которые видел в её глазах, на этот раз ему не пришлось защищаться, как и в принципе что-либо делать. Магический заряд никак не выходил из её палочки. Марта всеми силами пыталась выдать хоть какой-нибудь результат, но ничего не получалось. И только к концу урока она смогла добиться хоть и небольшого, но успеха. Заклятие, совсем слабое по своей мощности, всё же вылетело в направлении Нотта. И всё это было его заслугой, по крайней мере она так считала. Он давал ей небольшие перерывы, чтобы она смогла привести все свои мысли в порядок, тем самым освобождая место для заклятия. Теодор не смеялся над ней после целой серии продолжительных неудач. Он не давил на неё и на протяжении всего урока поддерживал, не давая потухнуть тем самым решительным огонькам в её глазах, и снабжал нужными советами. Всё её обучение слизеринец взял на себя и поэтому они ни разу не прибегли к помощи профессора Флитвика. И когда звонок прозвенел, Марта искренне была благодарна Теодору и даже рада, что её напарником стал именно он. Потому что очень малое количество студентов могли похвастаться своими успехами, и она вошла в их немногочисленный круг. — Спасибо, ты очень помог мне. — сказала девушка, когда она прошли к парте, чтобы собрать свои вещи. — Не стоит. Ты сделала все сама, а я лишь подталкивал в нужном направлении. — эти слова заставили Марту покраснеть, несмотря на то что слизеринец почти в открытую льстил ей. Но в данном случае это была уместная лесть, которая была приятна девушке, и Теодор это чувствовал. -Не зря же ты представительница орлиного факультета. Флитвик задал домашнее задание в виде тренировок по невербальным заклинаниям и прочтении книги «В поисках квинтэссенции». На следующем уроке он собирался проверить успехи каждого, намекая, что отлынивание от внеклассной работы будет видно сразу. — Если не секрет, расскажешь откуда научился такой магии? — спросила когтевранка на выходе из кабинета. Теодор, кажется, не спешил к своим друзьям и старался остаться с Мартой как можно дольше. Поэтому она сочла необходимым воспользоваться этим моментом. Ведь не всегда можно было увидеть слизеринцев по одиночке, да ещё и в хорошем расположении духа. — Нет, — отрезал он, заставляя девушку стушеваться. Такая резкость после добродушного отношения отрезвила её разум. С чего он должен болтать с тобой о его жизни? Он что, твой друг? Дурочка, куда ты лезешь? Возникшая напряжённость и неловкость давала повод Марте мысленно отругать себя и сбежать подальше от прекрасного Теодора Нотта. И вот она уже собралась покинуть коридор, как рука Теодора схватила её в останавливающем жесте. Он развернул её к себе лицом. В этот момент послышался хлопающий звук. Отошедшая от внезапных действий парня, когтевранка обернулась на источник этого шума. В проходе стояла Дафна, а у её ног лежал учебник по Заклинаниям. Видимо именно он издал тот громкий звук. Гринграсс ошарашено смотрела на них, точнее на их руки, но заметив взгляд Олридж, подобрала учебник и поспешила скрыться вместе со слизеринцами. Нотт, кажется, даже не заметил этого, так как всё это время чувствовала его напряженный взгляд на своей правой стороне лица. — Ты не дослушала меня. — мягко сказал он, всё еще не отпуская её руку. Наоборот, Теодор спустил свою руку с её предплечья к ладони, переплетая их пальцы. И вроде как надо было вырвать руку, но физически Марта не могла пошевелить и пальцем. Его ладонь источала легкую теплоту и была такая приятная. — Я готов рассказать, но с одним условием. — в его карих глазах заиграли искорки озорства. Такая маленькая вещь не ускользнула от её взгляда. Марте эта ситуация определенно доставляла наслаждение, что привело её в ужас. И этот ужас настиг из-за того, что она просто не знала, как должна себя повести. Прежде, она читала о таком только в книгах. И сейчас, находясь в подобной ситуации, когтевранка могла понять те описанные автором чувства, которые наполняли главных героинь. Но её ничтожный опыт загонял в тупик, созданный из страха и переполняющих эмоций. Ты что совсем с ума сошла? Это же Теодор Нотт — слизеринец, сын самого верного Пожирателя смерти. А ты стоишь тут как глупая курица, держишься с ним за руки и таешь от одного его касания, как мороженое от горячего солнце. Соберись, сейчас же! Но это не помогло. Мысленная встряска прошла мимо неё. — С каким? — прошептала девушка и не узнала свой голос. Из-за этого ей пришлось повторить свой вопрос, но уже увереннее и громче. — Это будет не сейчас, а тогда, когда мы окажемся в более непринужденной обстановке. — Теодор подмигнул ей. Он специально так сказал, намекая на то, что надеется на продолжение их общения. Нотт собирался ещё что-то сказать, но был перебит. -Всё в порядке? — спросил только что подошедший Энтони. Его настороженный взгляд блуждал по их лицам, особенно по лицу Марты. По нему он пытался считать, сделал ли этот противный слизняк что-то плохое по отношению к его подруге. Он остановился на сплетённых руках и понял, что та совершенно не нуждается в его помощи. На секунду в его глазах вспыхнуло разочарование, а его брови поползли вверх. Тогда Марта подумала, что это чувство адресовано ей, потому что она вела «дружбу» со слизеринцем. — Да, дружище. — Нотт поменял свой голос при обращении к парню. Теперь от него веяло самым настоящим холодом. Как будто перед ними стояла большая ледяная глыба. Но когда вновь перевел своё внимание на девушку, тут же потеплел. — До встречи. — Теодор слегка сжал её руку и, кажется, решил оставить на ней легкий поцелуй, но в итоге повернулся в ту сторону, куда ушли его друзья минутой ранее, и вскоре скрылся с их поля зрения. — Идём? — произнёс Голдстейн, когда проводил недоверчивым взглядом слизеринца и убедился, что тот исчез. Марта кивнула, и они направились в сторону башни Когтеврана. Об этой ситуации она от него не услышала ни слова.

***

— Ловко ты это придумал. — Блейз удовлетворительно похлопал Теодора по плечу. — Теперь ты стал самой обсуждаемой персоной на пару с Мартой. — Я и не думал, что ты начнешь так открыто действовать. — Малфой скинул сумку и упал на свою кровать, как и его друзья. — Особенно в коридоре. Дафна аж дар речи потеряла. Кстати, с чего бы это, не знаешь? — Не знаю и знать не хочу. — отрезал Нотт, взбивая подушку, чтобы было удобнее лежать. — А насчет урока, то это вышло спонтанно. Зато теперь, фундамент для наших будущих отношений положен, осталось построить дом. — конец фразы он сказал немного расплывчато, как будто задумался о чем- то и тяжело вздохнул. Размышления заставили его осознать, что большой объем работы еще ждет его впереди. — В общем, все под полным контролем. Только вот придурок Голдстейн помешал нашему разговору. Если он и дальше будет тереться вокруг неё, то усложнит задачу. — Не парься, он тебе не ровня. — отмахнулся Блейз. — К тому же, ты в любой момент можешь его устранить. — на лице мулата заиграла таинственная улыбка, которой он показывал полную готовность прийти на помощь другу. Нередко его помощь основывалась на чём-то не очень правомерном, поэтому эту улыбку стоило остерегаться. — О чем ты? — Теодор поднял голову, чтобы получше рассмотреть Забини и понять, что он задумал. Все его мысли порой прямо кричали о их существовании, красуясь на лице. — Я о квиддиче. — начал он своё объяснение, которое оказалось весьма логичным. — Это самая лучшая возможность ненадолго избавиться от него, потому что никто ничего не заподозрит. Ты всегда сможешь спихнуть всё на несчастный случай, который произошел в ходе такой опасной игры. — Ну это да. — согласился Теодор, смакуя своё превосходство в этой области. — Как-нибудь воспользуюсь такой возможностью. Если, конечно, понадобится. — Только делай это так, чтобы потом вся команда не пострадала. — заметил Малфой. — Можешь не переживать, я сделаю всё красиво. — За это, я как раз и переживаю. — Как продвигается твоё задание, Малфой? — вдруг вспомнил Забини. Он был готов ему помочь, если тот скажет о том, что не справляется. Но это был Малфой. Он никогда не признается в своей слабости перед чем или кем-либо. — Всё идет точно по графику. — Кстати насчет квиддича. — переменил тему Нотт, когда понял, что блондин не собирается быть многословным. — Вам не кажется, что мы уже опаздываем на тренировку? — спросил он, в прямом смысле вскакивая на ноги. — Хорошо хоть погода хорошая. — невпопад сказал Малфой, поднимаясь с кровати вместе с Блейзом. Слова Теодора послужили пинком для троих слизеринцев. Ургхарт был сейчас, как на иголках из-за предстоящей игры с Гриффиндором. Капитану порядком надоело отдавать победу вездесущим и надоедливым гриффиндорцам, поэтому всерьёз взялся за игроков и тренировки.

***

Облака уступили яркому солнышку. Оно освещало каждую ещё зеленую травинку и обдавало теплом всё, до чего касалось. Легкий ветерок игрался с волосами трёх девушек, которые сидели на лавочке недалеко от школы. Они совершенно случайно встретились у выхода из школы и в итоге решили, что будет неплохо, если они прогуляются вместе. — Так что случилось у вас на Заклинаниях? — спросила Гермиона. У Марты, честно говоря, этот вопрос был уже в печенках. — Все то и дело говорят о том, что ты и Теодор Нотт начали встречаться. — Что?! — воскликнула Марта, злясь на очевидную ложь. — Никаких отношений нет! И быть не может! Что за не адекватная реакция? Откуда столько интереса? Неужели всех так сильно волновал Теодор Нотт, что моментально начали обсуждать его личную жизнь. Да еще и меня приплели. Все настолько скучно живут, что не упускают возможности посплетничать со всеми о других людях? — Смотря на твою реакцию, мы с Гермионой начали сомневаться, что это простые сплетни. — Джинни бросала настороженные взгляды старосте Гриффиндора, на что та отвечала точно такими же. Когтевранка тяжело вздохнула. Всё это было так не вовремя. — Просто не люблю, когда люди приукрашивают то, что видят. Очень раздражает. Ничего такого не произошло. — начала Марта. — Просто мы разучивали невербальные и Нотт попросился ко мне в пару. Кстати, он очень помог мне в изучении. — также она рассказала девочкам и про ситуацию в коридоре, чтобы они точно не начали верить сплетням. Ну и не забыла упомянуть, как Теодор пытался помочь с конспектом по Защите. — Но, Марта, тебе не кажется это слишком странным? — аккуратно поинтересовалась Гермиона. Джинни решила её подержать: — Да! С чего это такому слизеринцу как Теодор Нотт помогать тебе? Слизеринцы вообще умеют помогать безвозмездно? Как мне кажется, Нотт делает всё для того, чтобы ты влюбилась, если учитывать его действия и слова по отношению к тебе. По крайней мере, это логично. — Уизли заметила взгляды девочек и поняла, что они посчитали также. Хотя, на лице Марты всё же проскользнуло неверие. — Я сама не понимаю, что ему нужно. — честно призналась когтевранка. — Не знаю какие цели он преследует, но достигнуть их я ему не дам, будьте уверены. Буду следовать плану. — Какому плану? — двое пар глаз уставились на Олридж в ожидании ответа. — Если его цель моя влюбленность, то я не дам ему такое удовольствие. Буду держаться от него подальше. Таким образом, мой план — не влюбляться. — Я думаю, что это хорошее решение в любом случае. Даже если мы ошибаемся насчет влюбленности. — согласилась Грейнджер. — Мало ли, что у него на уме? Достаточно обсудив эту тему, они перешли к другим, не менее важным вещам, которые волновали их. Но судьба распорядилась иначе, возвращая к прошлому предмету обсуждения. — Олридж, — к ним подошла Дафна Гринграсс. Она была не в настроении, поэтому Марта и не надеялась на спокойный разговор. — Я хочу с тобой поговорить. — Марта дала согласие в немом жесте. Поняв, что девушка собирается говорить при своих подружках, Дафне пришлось добавить: — Наедине. Когтевранка успокоила девочек и отошла с блондинкой на определённое расстояние, которое позволяло оставить разговор строго конфиденциальным. — Я не знаю зачем ты вертишься вокруг Тео, но настоятельно рекомендую прекратить это. — немедля начала Дафна волнующий её разговор. Она обдумывала все его детали с момента, когда наткнулась на них в коридоре, держащихся за руки. — Прости? — Марта нахмурилась, не понимая с чего она решила, что это именно она крутится вокруг Нотта. — К твоему сведению, я ничего не делаю. — Ну да, так я и подумала. — она слегка засмеялась, как будто те слова являлись ни чем иным, как шуткой. — Ты думаешь, я поверю в то, что Нотт сам решил проявить к тебе интерес? Его такие как ты не привлекают. — И чего ты хочешь добиться этими словами? Дорогая одежда не делает тебя лучше меня, раз на то пошло. Это так, на заметку. А если ты говоришь это с целью снизить мою самооценку, то это не прокатит. Я не маленькая девочка и прекрасно знаю, что такие манипуляции надо пресекать на корню. И кстати, этот разговор указывает на твою неуверенность в себе. Тебе нравится Нотт и ты боишься, что он забудет про тебя из-за меня. Чтобы ты знала, мне Теодор не нужен. Советую разбираться с ним, а не со мной. — поток слов так и лился из уст Марты. Она была взбешена словами Гринграсс, поэтому не могла остановиться. Тем более, если сейчас она поставит её на место, тогда можно будет избавиться от казусов в будущем. — Да как ты смеешь так со мной разговаривать? — блондинка ртом хватала воздух, как рыба, которую выбросило на берег. Складывалось ощущение, что она сейчас задохнется или, на крайний случай, взорвется, но этого не произошло. — Послушай, давай опустим эти приевшиеся фразы. Я просто хочу сказать, что Теодор не заслуживает твоего унижения. И если у вас сложатся отношения, то я не буду мешать. Я не твоя соперница, Дафна. — Олридж взяла её за руку и слегка сжала. — Приятного вечера. Марта ушла, оставляя для Гринграсс пищу для размышлений. Её слова так въелись в подкорку её сознания, что, казалось, не исчезнут никогда. Но она очень любила Теодора, еще с первого курса. Поэтому не могла контролировать себя. Еще тогда Теодор помог ей влиться в общий коллектив первокурсников факультета Слизерин. И с тех пор она не могла перестать о нем думать, постепенно становясь помешанной. А сам Нотт относился к ней не больше, чем к лучшему другу. Но Дафна не желала признавать себя больной фанатичкой, поэтому постоянно отбрасывала эту мысль в своей голове. Её состоянию также поспособствовал поцелуй, произошедший на пятом курсе, после которого, как она думала, всё наконец-то изменится. Но после него слизеринец больше, к её большому сожалению, ничего не предпринимал.

***

18 октября, 1996 С завтрашнего дня Марту ожидали два выходных и ко всему прочему поход в Хогсмид. Поэтому сегодня она сидела в библиотеке, делая домашнее задание на понедельник, в компании «Золотого трио», Джинни и Энтони. Такой же компанией они собрались посетить магическую деревушку. Марта даже не заметила, как за такой короткий срок они все смогли сдружиться. Каждый день у них становилось всё больше тем для разговоров и общих шуток, которые понимали только они. Теперь у них был даже личный стол в библиотеке, за которым они уже как неделю совместно занимаются. В такой компании все чувствовали себя комфортно, и никто не ощущал себя лишним. Сейчас они были увлечены заданием, но не упускали возможности отпустить какую-нибудь шуточку, после которой все обязательно будут смеяться. А мадам Пинс будет грозиться выгнать из, как она называла библиотеку, «святой святых». Конечно, было пару раз, когда её угрозы воплощались в жизнь и тогда им приходилось не сладко. Испытывать гнев мадам Пинс было ужасной пыткой. Хорошо, что она еще не запретила нам появляться в её обителе. Но самое ужасное, что она могла сделать — запретить Марте появляться в Запретной секции. Совсем недавно она наконец-то забрала долгожданный пропуск у профессора Флитвика. Но когда пришла в библиотеку с мыслями, что всё наконец наладится, была вынуждена услышать отказ. — Я не хочу видеть вас в той секции. — просто сказала она, когда Марта показала ей пропуск. — Там хранятся очень драгоценные книги. А вы, со своими сомнительными друзьями, — Марта услышала смешок позади себя и почему-то решила, что смеются над её ситуацией, но решила проверить свою теорию после разговора. — Подорвали моё и без того шаткое доверие. Упаси Мерлин, если вы ещё начнете туда таскать того же Рональда Уизли. Я не хочу лишаться ценных книг и своей работы. — И как я, по-вашему, должна буду делать доклады? — когтевранка сказала это куда громче, чем нужно. Из-за этого Ирма Пинс скривилась и явно ещё раз убедилась в правильности своего решения, о чем она и решила заявить: — Мисс Олридж, это библиотека и здесь надо вести себя тихо. Вы снова доказываете мне, что я делаю всё правильно. — спокойно сказала заведующая. — Если вам понадобится литература Запретной секции, вы сможете обратиться ко мне, и я предоставлю вам нужные книги, но пользоваться ей вы будете только под моим присмотром. Марта поняла, что спорить с ней бесполезно, поэтому учтиво попрощавшись она пошла к выходу, не забыв посмотреть на автора смешка. Какого её было удивление, когда она увидела одиноко сидящего за партой Теодора Нотта, который до сих пор не сводил с неё своего взгляда. На его столе лежала куча пергаментных листов, стопка книг и все принадлежности для письма. Очень смешно. Мне от безысходности хочется выть, а он веселится. И теперь она совсем не понимала, что ей делать. Наверное, единственным вариантом оставалось ждать. Только чего ждать? Того что мадам Пинс уволится или подобреет? Ни то ни другое не случится раньше конца света, она была уверенна. Когтевранка даже думала пойти пожаловаться на такую несправедливость профессорам, но сочла это не очень подходящим вариантом. Мало ли, что потом начнет вытворять заведующая, чтобы отомстить. Проблем у неё и так хватало и добавлять новых не очень-то хотелось. Девушка не знала, как сказать родителям, что скорее всего они не получат нужную книгу, если она всё-таки находится тут. Её единственной надеждой оставался тот факт, что возможно, такой фолиант может находится в общедоступном отделении. Но процент такой удачи был практически равен нулю. Поэтому она начеркала родителям записку о том, что все-таки начнет с основной части библиотеки и только потом примется за Запретную секцию. Благо времени было предостаточно. Может быть, когда она прошерстит всю библиотеку, мадам Пинс оттает. И всё наладится. Но для этого должно произойти чудо.