Из грязи - в Лорды

— Это что здесь произошло?! — гневный голос опекуна заставил Мартина пятиться назад. Внутри всё будто бы остановилось. Страх сковал мальчика полностью и ему только оставалось смотреть на Ловеласта испуганными глазами. «Мне конец.» — единственная мысль пронеслась в его голове и он замер, уперевшись задницей в стол. — Я, кажется, задал вопрос: что. Здесь. Произошло?! — вновь повторил Кент. — Я оставил тебя одного буквально на пять минут! Каким образом за эти пять минут кабинет превратился в разгром?! Глаза Мартна нервно забегали, а сам он еле прохрипел: — Я… Я… Я не виноват! — А кто это сделал? Барабашка? — Ну-у-у… Духи… — неуверенно произнёс Витчер. — Духи? — Ловеласт вопросительно поднял бровь. — Да, духи! — воспрял духом Мартин. — Тот нудный старикашка прилетел сюда и сказал: «Что вот ты, наследник Витчер, здесь делаешь? Вот мне твой Кент давно не нравится, поэтому поломаю-ка я ему тут всё.» — Прямо так и сказал? — чуть успокоился и даже заинтересовался мужчина. Мартин обрадовался своему успеху и чуть улыбнулся. — Да-да, так и было. А потом он увидел розги и решил меня пожалеть, поэтому поломал их тоже. — Прямо так и поломал? — уже во всю веселился Ловеласт, еле сдерживая смех. — Да. Он взял их в руки, — принялся «вспоминать» проишествие Витчер, — взял прямо в руки и Р-РАЗ! И они сломались. И так все остальные. Вот что от них осталось. Мартин притворно вздохнул и продемонстрировал ошмётки от веток. На этом Кент уже не мог сдерживаться и в голос расхохотался. — И каким образом… — мужчина перевёл дыхание и продолжил. — Каким образом дух смог разломать розги руками? Как он вообще смог что-то взять? Он же ДУХ! В этот момент юноша понял своё упущение в рассказе. — Ой… — Вот тебе и «ой»! — Кент строго взглянул на подопечного. — Давай выходи и пошли знакомиться с Леоном. Мартин тяжело вздохнул, взглянув на то, что случилось с кабинетом и поплёлся за Ловеластом, еле передвигая ногами. Он понимал, что позже ему всё-таки придётся ответить за произошедшее. Вот только сейчас встреча с этим неизвестным Леоном была самым страшным, что вообще могло с ним произойти. Как бы Витчер не пытался двигаться как можно медленнее, злополучная гостиная всё же оказалась пред ним. И почему некогда приятная и тёплая комната вдруг в мгновение стала холодной и страшной? Почему место, где он любил проводить вечера за интересной книжкой, за такое короткое время стало самым ужасным? Ответов на эти вопросы Мартин не знал и это было ужасно. Несмотря на весь страх и полное нежелание этого делать, Витчеру всё же пришлось войти в гостиную. Комната осталась всё той же, какой он её и помнил. Вот только на кресле, на любимом кресле Мартина, сидел другой мальчик. Незнакомец ростом был чуть меньше Витчера. На его плечи опускались мягкие на вид иссиня-чёрные волосы. На нём была простая голубая рубашка и чёрные брюки. Мальчик сидел и читал какую-то книгу, но поднял серые глаза на вошедших. Серые глаза в очках. Обычных круглых очках. «Зануда!» — сразу же подумал Мартин. — Здравствуй! — «Зануда» поднялся и протянул маленькую тонкую руку Витчеру. — Меня зовут Леон Фен-Кент. А тебя как? Юноша не хотел пожимать руку и вообще знакомиться с этим зазнайкой. Вот ещё! Ещё и Кентом себя назвал! А ведь он безродный. Рода Фен в их мире просто не существовало. Осознание этого ещё более отвратило Мартина. Какой-то безродный и зовётся Кентом! Но как бы Витчер не желал быть подальше от Фена, под суровым взглядом опекуна ему всё же пришлось пожать руку и представиться: — Мартин Аристарх Витчер! — гордо произнёс он, как когда-то учил его отец. В душе же Мартин скорчил Фену рожу и плюнул в лицо. Но при Кенте делать этого не решился. Юноша резко отдёрнул руку от ладони Леона и обтёр её об брюки. — Вот и прекрасно! — улыбнулся Ловеласт. — А теперь, Мартин, не мог бы ты показать Леону его комнату? Она соседняя от твоей. — Это которая чулан? — ухмыльнулся мальчик. — Это которая комната, Мартин! — строго сказал мужчина. Мартин печально вздохнул и поплёлся к выходу. В проходе он обернулся и сказал: — Пойдём, Фен, покажу тебе твои хоромы. — и пошёл, не дожидаясь Леона.

***

Комната Леона оказалась точно такой же, что и у Мартина. Только оформлена она была в серо-голубых тонах. Кровать по размерам была точно такой же, а вот полка для книг была больше, намного больше. «Он не зануда, а заучка! Это ж можно так много читать!» — подумал Мартин, оглядывая комнату. — Добро пожаловать в персональную библиотеку со спальным местом! — уже вслух произнёс он. — А я пожалуй отправлюсь к себе. — Не такая уж это и библиотека. — Леон довольно улыбнулся. — Я уверен, что у тебя не меньше. Но Мартин этого уже не услышал, он отправился доделывать домашнее задание — урок уже завтра. А как известно, Кент лени не прощает.

***

Витчер уже дописывал последний ответ на вопрос по зельям, как вдруг раздался резкий стук в дверь. Звук оказался настолько неожиданным, что рука дрогнула и чернильница опрокинулась на домашнюю работу. Чернила растеклись грязной лужей по бумаге, испортив все труды. Мартин грязно выругался и обматерил того, кто решил нарушить его спокойствие. Но стук повторился. Юноша резко поднялся, протопал к двери и яростно открыл её. За ней оказался Фен. — Что?! — зло крикнул он. — Из-за тебя моя домашняя работа испорчена! Леон в испуге отступил на шаг. Он не ожидал, стучась в дверь, что его встретят так негостеприимно. — Я… Ловеласт сказал, что ты объяснишь мне правила… — Да? — всё так же яростно спросил Витчер. — Так вот, первое правило: никогда не лезь ко мне! — Но… — Всё! А теперь мне нужно всё переделывать! Из-за тебя! — и он резко захлопнул дверь. Мартин сел за стол, а из-за двери прозвучало: — А как же правила? — Спроси у своего папочки! — и наступила тишина. До самого вечера совершенно никто не беспокоил Витчера и он спокойно смог доделать домашнее задание. Только Поль пришёл позвать на ужин. Но и он отстал от юноши, когда тот резко отказался. Это было странно, ведь раньше ему никто не позволял пропускать приёмы пищи. Может, он никому не нужен? Вон, даже Кент не пришёл ругаться. Солнце уже зашло, но Мартин всё ещё сидел на любимом подоконнике и смотрел на звёздное небо. Где-то там находятся его родители. Интересно, а они гордятся сыном? А, может, им недовольны? Неизвестно… По щеке ребёнка покатилась одинокая слеза. Потом ещё одна и ещё… Он резко смахнул их и попытался улыбнуться. В отражении стекла было слабо видно его расстроенное лицо и натянутая улыбка. Как же он хотел назад. К маме и к отцу. И пусть отец был строгий, пусть. Зато он был один в семье и был сыном, а не каким-то подопечным. Мартин жалел, что раньше не ценил семью. Сейчас, когда он понял, что Кент ему просто опекун и учитель, стало понятно счастье иметь родителей. Любых, абсолютно любых. Ведь он всё равно, несмотря на строгость отца, мог залезть к нему на колени. Да, тот бы возмущался, но в конце концов всё равно обнял бы сына. А мама… А мама всегда была ему рада. — Мама… Отец… — тихо прошептал мальчик, смотря в небо. Вдалеке мигнули две яркие звезды.