Такие разные сероволки

      — Ого! — воскликнул Сергей. — Где ты это достал?!       — На местном рынке. Выбрал самое дешевое, чтобы еще деньги на пластинку остались.       Олег закрыл дверь их с Сергеем комнаты. Майское солнце согревало пространство, край занавески трепетал из-за легкого ветерка.       Волков притащил старый проигрыватель виниловых пластинок, который уже на ладан дышал. И парень смог даже купить парочку пластинок, иначе какой смысл держать проигрыватель без предмета, ради которого он и был создан. Все карманные деньги ребят ушли на это чудо техники. На кассетный магнитофон они не стали замахиваться, а просить у других ребят в детдоме было неловко.       Скоро будет их выпускной вечер, и Сергей боялся, что облажается на танцах. Никто из этой парочки никогда не вальсировал и даже не думал танцевать, но если вдруг так случится, что дамам не хватит кавалеров, то Волков и Разумовский не должны ударить в грязь лицом.              Пока Олег настраивал проигрыватель и стряхивал пыль с пластинок, Разумовский сел на край кровати и любовался мощной спиной друга. Макушка Волкова подрагивала от весеннего ветра, кулон с волком позвякивал.       Настроив технику и сняв кроссовки, Олег подал руку Разумовскому.       — Эт че? — Сергей вопросительно поднял бровь. — Ты вести будешь что ли?       — Я… — Олег замялся и покраснел. — Я не знаю. Мы оба должны вести, но никто из нас не умеет.       Тихая и спокойная мелодия заполнила собой пространство. Парни смотрели друг на друга и не шевелились.       — Давай так, — предложил Волков. — Кинем монетку. Кто выиграет — тот сейчас ведет. Через десять минут меняемся.       — Орел!       — Решка.       Выпала решка. Олег неловко начал покачиваться из стороны в сторону. Сергей стал пунцовым: его притянули за талию. Мурашки рассыпались по спине, а дыхание стало прерывистым. Но Волкову было смешно от всей этой ситуации. Он по памяти пытался воспроизвести движения, но получалось это весьма скверно: он наступал на ноги Сергею, а тот кряхтел и проклинал танцы. Поменявшись ролями, лучше танцевать они не стали. Никто не хотел уступать первенство. Каждый хотел вести.       — Олег, моя очередь!       — Прости!       Иногда парочка отвлекалась, чтобы перевернуть пластинку.       — Мы — два додика, — заключил Сергей. — К нам не подойдут даже если мы будем единственными пацанами, которые придут на этот вечер!       — Не нагнетай, а! Дай лучше руку. Теперь я веду.       Олег старался быть нежным и предельно осторожным. Ему безумно понравилось танцевать с Разумовским, хотя танцем это было очень сложно назвать. А Сергей же нервничал, когда его талию обхватывала сильная и грубая рука партнера. Но в глубине души он не хотел, чтобы это заканчивалось. Сергей даже специально пропустил свою очередь под предлогом того, что у Олега якобы начинает получаться. Они были настолько близки к друг другу, что могли слышать стук сердец.       — Серый, ты чего напрягся?       В ответ на это Сергей просто не выдержал и, встав на носки, потянулся к лицу Волкова. Осторожно, боясь спугнуть его, Разумовский медленно целовал Олега. Он просто касался его губ, без дальнейшего продолжения. Но этого Сергею было достаточно. Холодные губы Олега таяли под натиском рыжеволосого чуда. И вот уже вторая рука съехала на талию Сергея, а тот в свою очередь прильнул к телу Волкова. Они замерли, как замерло все вокруг. Они забыли о танцах, о пластинке, которая давно молила убрать ее с проигрывателя. Олег не оттолкнул Сергея, и Разумовский ликовал. Парочка наслаждалась друг другом, стоя посреди комнаты, в которой вокруг них витала пыль.       Как же хорошо, что Олег купил пластинки.