Лианна и сын

      Хакс смотрел на Лианну уже другими глазами, он никак не ожидал от нее такой жестокости, она только что плакала от того, что выпорола Рена, да у него все пройдет через пару дней, а теперь так спокойно говорит о насилии над Дэмероном. Армитажу хотелось отомстить, но он думал об убийстве, простом убийстве, а тут… но генерал Первого Ордена, тоже не был ангелом и такое наказание По, ему понравилось. Он усмехнулся, кивнул ей и пошел в спальню, к тому, кого любил вот уже больше года. Разговор с миледи заставил вспомнить как трудно они пришли к этой любви, к нормальному сексу, и все благодаря Дэмерону… так что по делом ему.             Хакс сидел в кресле и смотрел на спящего Рена, вспоминая как все было…       Армитаж обнял Кайло со спины и прижал к себе. Они были в дорогом гостиничном номере, Хаксу хотелось, чтобы их первый секс запомнился Рену, хотелось, чтобы никто и ничто не мешало им. Генерал почувствовал как дрожит его тело под руками, он начал целовать черные волосы Кайло, шею, его руки прошлись по груди, опустились ниже, обхватили живот, Хакс прижал его ягодицы к своему паху и уперся в них вставшим членом. Вдруг услышал резкие вздохи Кайло, как при рыданиях, Армитаж повернул его к себе и взглянул в лицо.       — Рен, что с тобой? Что, Кайло? Что происходит?       На генерала смотрели огромные, ставшие черными от страха, глаза, подернутые пленкой слез, Кайло хватал ртом воздух и едва выговаривал:       — Нет… нет… не надо… нет… пожалуйста… нет… не трогай меня… — потом уперся руками в грудь Хакса, пытаясь вырваться из объятий, а когда это не получилось, расплакался все так же повторяя: — Неет… не надооо… неет… пожалуйста… нет! Не трогай! Армитаж гладил его по волосам и шептал, пытаясь успокоить:       — Рен, любимый, что с тобой? Не плач… это я — Армитаж, я не обижу тебя… я тебя люблю… слышишь, люблю.       Кайло все так же плача, обнял себя руками как бы закрываясь, перестал вырываться, уткнулся Хаксу в плечо и продолжил уже тихо и горько плакать. Генерал прижал к себе вздрагивающее тело Рена, погладил по плечам, потом поднял на руки и отнес на кровать. Он ничего не понимал, они и раньше обнимались, и целовались, Хакс не первый раз прижимал к себе Кайло, ласкал любимое тело, Рену нравилось, он охотно отвечал и никаких слез… что изменилось? Непонятно… Он укутал, всхлипывающего Кайло в одеяло, осторожно гладил по плечам, волосам и шептал:       — Тихо, милый, тихо… я не трогаю… успокойся, не хочешь — ничего не будет… я не сделаю тебе больно, я не насильник. — Армитаж хотел успокоить Рена этими словами, но именно после них Кайло закрыл лицо руками и зарыдал в голос, с новой силой, громко и отчаянно, чем уже основательно испугал генерала.       — Не плачь, Кайло, я знаю первый раз всегда страшно и немного больно, но я постараюсь, очень постараюсь и все пройдет хорошо, тебе понравится. Сквозь рыдания Хакс вдруг услышал:       — Не пер-вый… не пер-вый… раз…       — Рен, что? Не первый? У тебя кто-то был? Тогда почему ты плачешь, не плачь… пожалуйста, я ничего не понимаю… — плач не стихал, Армитаж перестал говорить, он просто гладил Кайло по плечам, волосам, спине и ждал, когда истерика закончится, потом уже отпаивал Рена водой, он все еще тихо плакал, но начал рассказывать:       — Я был… заму-жем. Недолго, полгода… но все это время… он насиловал ме-ня, бил… и насило-вал как хотел и куда хотел… а мне бы-ло боооль-ноо… очень боль-нооо… Армиии… про-сти, я не могу… я боюююсь…       Генерал сидел как громом пораженный, он ожидал чего угодно, но такого не ждал точно. Понятно, что его решимость и вставший член так напугали Кайло. Хакс вздохнул, член уже не стоял и желания не было, он не насильник его не возбуждают слезы и крики, он любит нежный секс, ласки, поцелуи, объятия, хотя вот уже потом ему нравиться вбиваться в податливое тело, в растянутую тугую попку. Ему нравится, когда кричат от удовольствия, а не от боли… ему нравился Рен ласковый, сильный, уверенный в себе, а не плачущий, зареванный большой ребенок.       — Все, Рен, я ничего не сделаю… ничего… не бойся, не плачь, тихо, хороший мой.       Когда Кайло понял, что Армитаж ничего не будет делать, он медленно, но верно стал успокаиваться, он все также кутался в спасительное одеяло. Вскоре Рен уже тихо всхлипывал и смущенно смотрел на генерала своими карими заплаканными глазами. Потом тихо, испуганно спросил:       — Ты теперь уйдешь… от меня? Да?       — Нет, не уйду. Я не сделаю тебе больно. Никогда!       Их второй раз был похож на первый, только слез было меньше, но страх никуда не ушел, но теперь Армитаж знал об этом и знал, что сделает сегодня. Он предложил начать с малого:       — Кайло, давай я приласкаю тебя, тебе же нравятся ласки, я обещаю, что входить не буду… обещаю, просто приласкаю, доставлю тебе удовольствие… руками и ртом.       — Ртом? Это же… неприятно и больно. Как же ты сам, это сделаешь? Я не хочу, чтобы тебе больно было… я тебя тоже… люблю.       Хакс почти завыл про себя и поклялся найти этого ублюдка, который сделал такое с парнем, и придушить… медленно, не торопясь, чтобы увидеть в других глазах боль и страх, какие сейчас он читал в глазах любимого человека, но вслух спокойно сказал:       — Нет, милый, это не больно… ни тебе, ни мне. Я знаю, как сделать чтобы было хорошо… очень хорошо. Давай я тебя раздену… не бойся, доверься мне. Ты же мне веришь?       Рен кивнул, раздеваться было страшно, но Хаксу он верил и позволил уверенным сильным рукам генерала снять рубашку, потом штаны, он только вздрогнул, когда Армитаж стягивал с него белье. Кайло лежал голый перед Хаксом и усиленно давил в себе желание закрыться, спрятаться. Но ласковый голос генерала успокаивал:       — Тише, хороший мой, не бойся. Я хочу видеть тебя, ласкать… не бойся я не буду входить и попку твою сегодня трогать не буду, может поцелую только. Ты у меня такой красивый!       — К-куда поцелуешь?       — Вот куда захочу, туда и поцелую, лежи спокойно и ничего не бойся. Хорошо? Рен снова закивал, ему нравились ласки и поцелуи, их он не боялся и решил довериться любимому человеку.       Армитаж снял только рубашку и сапоги, потом сел на кровать рядом в обнаженным Кайло и начал водить по его телу руками, лаская плечи, грудь, дотронулся до сосков, потом наклонился и обхватил один губами, языком начал ласкать горошинку соска, с удовольствием услышал стон и возбужденный вздох Рена. Его никогда так не ласкали, его вообще в сексе не ласкали, брали сразу грубо, иногда без смазки и растяжки, а если и растягивали, то не менее грубо и болезненно, а тут под ласковыми руками генерала, его медленно накрывало возбуждение. Губы Армитажа уже опускались по животу ниже, прошлись по дорожке черных волос и опустились в пах, ладонь погладила полу вставший член, приласкала яички, потом погладила промежность и вернулась к члену. Губы уже обхватили его, язык проходил по стволу, поднимая его, руки гладили по бокам, бедрам, заставляя расслабиться. Кайло смотрел как Хакс насаживается ртом на его член, который уже поднялся под уверенными руками любовника и стоял как часовой на посту. Армитаж поцеловал нежную кожу головки, обвел ее языком, и начал облизывать член, то едва касаясь, то глубоко заглатывая его, то плотно обхватив губами насаживаться на него головой. Его руки не переставая ласкали тело Рена, потом Хакс переместился между его ног, согнул их в коленях, давая себе доступ к ягодицам Кайло, чем немного напугал последнего, но губы плотно обхватившие член, не дали разгореться страху в полной мере, а потом и погасили его совсем. Рен откинулся на подушку и наслаждался ласковыми руками, гладившими его попку вместе с его членом во рту генерала это было восхитительно… и совсем не страшно. Хакс выполнил свое обещание, не входить внутрь, и не сделал этого даже пальцами, он вообще не прикасался к анусу, хотя и хотел приласкать Рена именно там, но… не сейчас, не сейчас… сейчас надо дать понять, что секс может быть безболезненным и прекрасным, и Армитаж старался вовсю, он умел и любил делать минет, ему нравилось как тело под его ласками выгибается, а любовник стонет от удовольствия, в этот момент он принадлежал ему… только ему! И теперь Кайло принадлежит ему целиком, потерявшись в этих новых ощущениях. Руки и ласковый ротик Армитажа довели Рена до разрядки достаточно быстро и он, издав тихий рык, кончил, прямо в рот любовника. Купаясь после оргазменной дымке, Кайло разрешил повернуть себя на живот, а Хакс уже гладил и целовал его ягодицы, потом осторожно раздвинул их и прикоснулся языком к анусу, поцеловал его и быстро повернул Рена на спину. Только спустя несколько минут Кайло понял, что произошло, но уже не испугался, а удивился, что можно целовать… туда и со смущением смотрела на довольного Армитажа, который уже устраивался рядом с ним на кровати, обнимая и прижимая его голову к своему плечу. Потом спросил куда-то в черные волосы:       — Ну как, Рен? Не больно и не страшно? Правда? Понравилось? — Кайло спрятал лицо на груди генерала и прошептал:       — Дааа… — отвечая, одним словом, на все вопросы.       Армитаж не торопился, в следующий раз он уже долго и уверенно ласкал попку Рена, раздвинув ягодицы целовал анус, ласкал его языком, немного проникая внутрь, в первое такое проникновение Кайло вздрогнул, но осознав что боли нет, что это очень приятно расслабился, одновременно рука Хакса ласкала его член и Рен кончил, от этих новый и приятных ласк. Генерал намеренно не просил удовлетворять себя, сейчас важен только Кайло, а свою разрядку Хакс получал после в освежителе, ему не хотелось заставлять Кайло, пусть сделает это сам, когда будет готов. Со временем все пришло в норму, Рен уже не боялся своего генерала, он любил и доверял ему.

***

      По Финализатору уверенно шла женщина, маленькая и стройная, ее шаги четко раздавались по коридору. Ее ярость была огромной, глаза стали темными от злости, она буквально ворвалась на крейсер, используя свою Силу. Иначе ее бы просто не пустили, от ярости ее Сила стала огромной, она подчинила себе всех… диспетчеров, штурмовиков, офицеров… она заставила их впустить ее на корабль и сейчас ее вели к генералу Хаксу.       Когда дверь распахнулась Армитаж обернувшись увидел Лианну и удивился, очень удивился, во-первых, как она проникла на корабль, во-вторых почему ему никто не сказал об этом, а в -третьих почему дверь все еще держится на одной петле, а не впечаталась ему в спину или не разбила голову… судя по глазам миледи именно этого ей и хотелось, а судя по голосу, вообще удивительно что он еще жив.       — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ С МОИМ СЫНОМ!!! Сила билась под сводами комнаты, усиливая ее слова, Лианна тяжело дышала, руки сжаты в кулаки она стояла как боец на ринге, готовая убивать… за своего сына… Хакс спокойно и быстро произнес:       — Я люблю его… и больше ничего. Лианна закрыла лицо руками, несколько раз вздохнула, успокаиваясь и усмиряя Силу, потом тихо произнесла:       — Тогда, что происходит? Рен изменился. Ему 26 лет, он десять лет рядом со мной, он стал сильным уверенным взрослым мужчиной, а сейчас рядом со мной опять испуганный маленький мальчик! Он почти каждую ночь приходит ко мне в спальню и засыпает, свернувшись калачиком в кресле, завернувшись в плед. Произнося все это миледи, подходила к Армитажу и вдруг уткнувшись ему в плечо тихо продолжила:       — И плачет… тихо и отчаянно… что происходит, Арми? Что? Он ничего мне не говорит. Хакс обнял ее за плечи, и прошептал:       — Не знаю. Я не знаю, Лани, он и со мной такой. Кайло то звонит и требует встречи, то злиться по любому поводу… а недавно заявил, что нам надо отдохнуть друг от друга и ушел. Это ОН бросил меня! Так что ты зря прилетела меня убивать… тебе же именно этого хотелось? Оторвать мне голову?       — Нет, твоя голова на плечах еще может понадобиться моему сыну… я хотела оторвать кое-что другое. Армитаж посмотрел ей в глаза, усмехнулся и ответил:       — Это… кое-что… тоже еще может понадобиться твоему сыну… так что повремени. Давай спокойно поговорим и обсудим ситуацию.       — Я не знаю, что обсуждать, на все мои вопросы Рен вымученно улыбается и говорит, что все в порядке. Я осторожно считываю эмоции, когда читаю мысли он это чувствует и злиться. Он растерян, напуган… а почему я не могу понять. Вот и прилетела к тебе пока он на вилле. Не волнуйся, там есть кому за ним присмотреть, да и я лечу туда. — Лианна осторожно считала эмоции генерала…       Хакс тоже был растерян и напуган, только скрывал это более умело, чем Кайло.       Рен несколько месяцев жил на крейсере рядом с генералом в качестве супруга, хотя их отношения и не были оформлены. Иногда принимал участие в боях, он был отличным пилотом, что помогало Армитажу в воздушных стычках, хотя с Финализатора генерал выпускал его нечасто, Хакс не хотел рисковать им. Кайло так и жил на «два дома» то с Армитажем, то возвращался к Лианне, это всех устраивало, и вот теперь предложил Хаксу пожить отдельно. Генерал Хакс кивнул, гордость не позволила ему начать просить и умолять Рена остаться, хотя очень хотелось и Кайло улетел. Зато прилетела Лианна, Армитаж усмехнулся про себя, хорошо хоть сразу не убила. Они еще пообщались пару часов, договорились держать друг друга в курсе, если что-то выяснится и миледи покинула крейсер.       По коридорам дорогой клиники шел молодой человек, его дорогой черный плащ развевался, похожий на крылья большой птицы. Человек шел быстро и уверенно, ему хотелось поскорее покончить с делом, ради которого он и прилетел. Едва он открыл дверь приемной мед. сестра тут же проводила его в кабинет, пробормотав:       — Проходите мистер Рен, Вас ждут.       Кайло медленно накрывал страх, он боялся врачей, до истерики, но решительно сделал пару шагов и почти упал на стул.       — Мистер Рен, у меня все готово. После операции Вы проведете у нас несколько дней, необходимо убедиться, что нет кровотечения, а потом будете долечиваться дома.       — Да… то есть нет… я… передумал, мне не нужна эта операция. Я не буду делать аборт. Хочу оставить ребенка. — На доктора взглянули испуганные карие глаза, вся решимость Кайло растаяла, он снова был испуган, как всегда, когда видел врачей, но он твердо повторил:       — Не буду… оплату можете оставить себе, — он поднялся, но его остановил голос доктора:       — Это хорошо, Вы прияли правильное решение, хотя и непростое. Пройдите в смотровую, я осмотрю Вас, раз уж Вы здесь. Рен не готовый к осмотру, панически зашептал:       — Нет… не надо. Все хорошо, меня ничего не беспокоит.       Он вскочил и бросился к выходу, потом отшатнулся от него… в дверях стояли Лианна и Хакс. Глаза миледи были спокойны, а вот зеленые глаза генерала метали громы и молнии, он тихо, прошептал едва сдерживая ярость:       — Доктор, я могу навредить малышу, если отшлепаю Рена. Очень хочется надрать ему задницу за такие выходки. Аборт! И как такое в голову только пришло. Подержишь его Лианна, пока я с него штаны снимать буду.       Миледи пожала плечами, Кайло медленно отходил от них, пойманный на месте преступления, его губы дрожали, он и так еле сдерживался от рыданий среди такого количества врачей, а теперь еще и они. Он всхлипнул и спрятался за не менее испуганного доктора, который быстро проговорил:       — Его нельзя пороть, ему нужен покой и… и… — врач не знал, что еще сказать, чтобы спасти своего не состоявшегося пациента от этих сумасшедших, готовых выпороть беременного парня. Он стоял и закрывал испуганного, тихо плачущего Рена, готовый защитить его любой ценой. Когда раздался спокойный женский голос:       — ВсЁ. Тихо… упокоились все. Доктор никто не собирается его пороть. Просто мы немного… удивлены его решением сделать аборт, вот генерал и погорячился. В глазах врача читалось недоверие и Лианна продолжила:       — Я его мать, а это его… супруг. Мы немного не курсе дел, немного растерялись… узнать сразу и о беременности, и о желании от нее избавиться, это, знаете ли, непросто. Она подошла к плачущему Кайло и заговорила, уже обращаясь к нему:       — Рен, не плачь, пожалуйста не надо, не тронет он тебя. Генерал шутит — при этих словах миледи посмотрела на Хакса и тот уверенно кивнул, она продолжила:       — Не плачь, тебе нужно беречь себя. Как мы услышали аборта не будет? Теперь кивнул, тихо всхлипывающий Рен,       — Значит все хорошо, не надо плакать. Иди ко мне.       Кайло вышел из-за кресла доктора и обняв миледи, доверчиво прижался к ней, подошедший Армитаж погладил его по плечам. Эту идиллию прервал голос врача:       — Я все же еще раз предложу осмотреть Вас, мистер Рен. У меня все готово, к осмотру. Насколько я понимаю врач Вас еще не осматривал. Беременность поставили только по результатам УЗИ и анализов?       Рен кивнул, и закусил губу, он понял, что так ненавистного осмотра не избежать, на него смотрели уже три пары глаз и решимость читалась в каждой из них. Доктор, желая немного приободрить пациента предложил:       — Вы можете взять кого-нибудь с собой в смотровую. Чтобы не так страшно было. И уже тише закончил: — Я советую — маму… так будет лучше, поверьте.       При этих словах доктора губы миледи тронула победная улыбка, в когда Рен испуганно кивнул, Армитаж задохнулся от обиды, он сел в кресло, скрестил руки на груди и обиженно засопел. Лианна и Рен, медленно пошли за доктором, оставив Хакса одного. Его обида сменилась страхом, когда из-за двери донесся тихий, испуганный голосок Рена:       — Нет, не надо, не надо, пожалуйста, я боюсь… не надо… пожалуйста, доктор! Если бы в палате не было Лианны, Хакс уже ворвался бы туда с бластером в руке. А так придется сидеть и ждать, миледи не позволит причинить боль ее мальчику, значит все нормально, а Рену просто страшно, как всегда, рядом с врачами. И все-таки хотелось быть там, а не сидеть здесь, изнывая от неизвестности.       Когда ему позвонила Лианна и просила срочно прилететь, он сразу, бросив все, прилетел. Его звание позволяло ему отлучаться с Финализатора никому ничего не объясняя. Как миледи выяснила, что собирается сделать Кайло, она не объяснила, просто поставила его перед фактом и ждала реакции. Которая ту же и последовала — Хакс забыв, что он высокопоставленный офицер, что всегда сдержан и невозмутим, что перед ним женщина, в конце концов, орал как портовый грузчик, орал захлебываясь словами так, что Лианна половины не поняла, но главное она уловила — Армитаж не хочет аборта! Это то, что она хотела услышать, и схватив, все еще орущего генерала, потащила на Лео.       И вот теперь Хакс сидел в кабинете доктора и ждал, когда закончится осмотр и он сможет обнять свое кареглазое чудовище, обнять и уже никогда и никуда не отпускать. Армитажа почему-то начал охватывать страх, страх за Рена, за их будущее, за еще не родившегося малыша… он вдруг в полной мере осознал, как все непросто впереди. Он боевой генерал, Первый Орден ведет войну, ему не просто будет покидать Финализатор. Его изворотливый ум уже начал искать выход из ситуации и нашел, единственный выход. Он сделает Рену предложение, Кайло станет его законным супругом и останется на крейсере именно в этом качестве, а Лианна в качестве тещи. Он вдруг немного истерично засмеялся, назвав миледи — тещей! Ниберия помогает Первому Ордену деньгами, именно с этой планеты поступает наиболее серьезные денежные вливания, и вряд ли Верховный Лидер будет против такой партии для своего генерала и проживания на Финализаторе герцогини Ниберии и ее приемного сына. О том, кто именно является биологической матерью его мужа, Сноуку знать не обязательно. Хакс облегченно выдохнул, он нашел решение, поэтому, когда из смотровой вышел зареванный Кайло, его судьба была уже решена… генералом. Армитаж подошел, ладонью вытер дорожки слез на лице своего «чудовища», потом накинул на него плащ, поднял на руки и понес по коридорам клиники, под завистливыми взглядами пациентов.       Генерал уверенно вводил свой план в жизнь, Кайло немного смущенно, но радостно принял его предложение и через несколько недель стал законным супругом генерала Хакса, Лианна немного удивленно, но тоже приняла предложение жить на крейсере. Ей хотелось быть рядом с Реном, тем более сейчас.