Часть 2
27 октября 2021 г., 22:41
* * *
После библиотеки Луи направился на крышу — привычным маршрутом. До окончания тренировки Билла оставалось время, и это давало ему несколько минут тишины — ровно столько, чтобы собраться с мыслями перед разговором. Вид, открывающийся с крыши школы, был одной из причин, по которым Луи продолжал приходить сюда даже после периода адаптации к новому окружению. Огромный мегаполис с его небоскрёбами, пробками и живым потоком людей создавал ощущение нескончаемой энергии и движения. Жизнь здесь, казалось, кипела и днём и ночью, набирала обороты в два раза быстрее, чем где бы то ни было. Люди сновали в разных направлениях, машины беспрерывно гудели на улицах. В этом и заключалась главная проблема Луи: привыкший к спокойному, неторопливому ритму Калифорнии, он долго адаптировался к «Имперскому штату», который очень резко контрастировал с домом — как будто и сам Нью-Йорк не спешил принимать его. — Лу? Он обернулся и увидел Билла, уже переодетого, с влажными после душа волосами. — Ты быстро. — Ушёл раньше, — просто ответил Билл и, подойдя ближе, обнял его, прижался губами к виску. — О чём хотел поговорить? Луи на мгновение прикрыл глаза, вдыхая знакомый запах — цитрусовый гель, слабые ноты парфюма. Потом осторожно отстранился. — Насчёт ужина, — произнёс Луи, стараясь сохранить непринужденность. Он ловил себя на том, что возвращается мыслями к ужину с родителями Билла чаще, чем следовало. Не из-за волнения — скорее из-за непонимания, почему это вообще его беспокоит. Всё произошло недели полторы назад. Билл подвозил его домой после школы, и они, как часто бывало, задержались в машине. Целовались на прощание — без спешки, с той самой неторопливостью, которая появляется, когда не хочется размыкать дистанцию. Луи уже потянулся к дверце, когда Билл вдруг заговорил. Сказал это спокойно, почти между делом: предложил устроить ужин, познакомить с родителями. Ни паузы, ни напряжения — будто озвучил давно решённое. Луи не сразу понял, что именно ему предлагают. Он помнил только, как кивнул, почти машинально. Не потому, что хотел, и не потому, что не хотел. Просто момент не располагал к сомнениям, а Билл — к возражениям. Теперь это воспоминание цеплялось за него, оставляя после себя смутное напряжение. Как будто он согласился на что-то, не до конца осознав, на что именно. — Не думаешь, что мы спешим? Я просто… — он замялся под внимательным взглядом. — Я ещё не готов. Давай отложим? Билл некоторое время молчал, разглядывая его лицо, затем кивнул. — Не буду же я тащить тебя силой, — сказал он спокойно, хотя разочарование всё же прорезалось. — Прости. — Всё в порядке, правда. Поужинаем, когда созреешь. — Билл провёл пальцем по его щеке и наклонился за поцелуем.* * *
— Всё, на сегодня хватит. Завтра в то же время. И чтобы без опозданий, Хопкинс! — тренер Рид окинул Райана привычно суровым взглядом и, не дожидаясь ответа, ушёл, оставляя игроков приходить в себя. Клод первым направился к скамейке. Он вытер лоб тыльной стороной ладони, открыл спортивную сумку и достал бутылку воды. Пластик хрустнул в пальцах, и почти сразу за спиной раздалось недовольное: — Доползти бы до душа. Клод обернулся. Райан стоял, тяжело опираясь на колени, словно любое лишнее движение могло его добить. Лицо было бледным, взгляд — пустой и тяжёлый, как у человека, которого только что оставили в покое после долгого допроса. — Слушайте, — сказал Филипп, подходя ближе. Он был мокрый насквозь, майка липла к спине, но держался он, как всегда, собранно. — Если я пропущу именины её брата, это будет проблемой? Речь шла о Лайле — его девушке. — Я бы дал по яйцам, — буркнул Райан. — Не хочешь идти? — перебил Клод. — Нужно съездить забрать байк у Роджера. И, если честно, я не хочу снова иметь дело с её отцом. Клод знал, что за этим стоит. Не скандалы и не ультиматумы — всего лишь долгие разговоры за столом, где каждый вопрос звучал как проверка на соответствие. — Так скажи ей прямо. Филипп на мгновение поджал губы. — Она считает, что это «шанс всё наладить». Клод хмыкнул, но ничего не ответил. Откинулся на скамейке, уперевшись ладонями позади себя, и скользнул взглядом по небу. Облака медленно тянулись над полем, ветер приятно остужал разгорячённое тело, а солнце слепило, заставляя щуриться. Было редкое ощущение покоя — такое, которое возникает, когда день уже почти закончился и, кажется, ничего не может его испортить. Именно тогда он заметил движение на крыше школьного здания. Светлые волосы. Знакомая фигура. Клод прищурился, сначала решив, что показалось. Но нет — Миллер. Луи стоял слишком близко к какому-то парню, руки у того лежали у него на талии, и они целовались, не особенно заботясь о том, что их видно. Парень со спины напоминал Билла: та же куртка, которую носили только спортсмены. Клод машинально отметил, что капитана сейчас нет на поле, и сложил детали в одну неприятную картину. Он отвернулся. — Не похоже, что они расстаются, — заметил Филипп. Гарсия смотрел туда же, куда он сам секунду назад. — Ты должен рассказать ему, — сказал Филипп настороженно. — Всё слишком затянулось. — Сомневаюсь, что наш дорогой капитан в это поверит, — Райан уселся рядом, зачёсывая мокрые волосы назад. — Он свято уверен, что его «Лулу» чист, как ангел. Вот увидите: Билл рассорится с нами, решив, что мы специально нашли какого-то левого чувака и подговорили его очернить Миллера. — Зачем он вообще это делает? — спросил Джейсон, вытирая шею полотенцем. — Деньги, — ответил Хопкинс, будто это было очевидно. — Не замечаете, как Билл его задаривает? — Да, но разве его отец не директор какой-то компании? — Не знаю, — коротко ответил Филипп и поднялся. Клод тоже собирался уходить, когда его окликнули. — Так что делаем? — спросил Блэк, подняв голову. Мийо сглотнул и снова взглянул на крышу. Там уже никого не было. — Я… — выдохнул он, собирая слова. — Поговорю с ним завтра. А дальше видно будет.* * *
На следующий день, идя по пустому коридору второго этажа, Луи заметил Клода в тот момент, когда тот закрывал дверь кабинета истории. Улыбка тут же тронула его губы. Прислонившись плечом к стене, он скрестил руки на груди. — Кого-то ищешь? Клод вскинул голову. Их взгляды встретились, и Луи отметил, как быстро чужое лицо собирается — напряжение, сосредоточенность, что-то жёсткое, едва сдерживаемое. На мгновение ему показалось, что Клод просто пройдёт мимо, сделает вид, что не заметил. Но тот оглянулся по сторонам, оценивая пустой коридор, и шагнул к нему. Луи не успел ничего сказать. Его схватили за руку — резко, без предупреждения — и потащили вперёд. — Знаешь, мне уже кажется, что я тебе небезразличен. Эта настойчивость в желании остаться со мной наедине… Фраза оборвалась. Клод толкнул его в подсобку и прижал к стене всем телом. Дверь захлопнулась, погружая их в полумрак. «Ну вот, — подумал Луи. — Не заставил себя долго ждать». — Твоё время вышло. — Он вцепился в воротник куртки, удерживая Луи на месте. — Сейчас мы идём к Биллу, и ты рассказываешь ему всё. Попытаешься соврать — я тебя поправлю. — А что я такого сделал? — Луи поднял руку и обхватил его запястье. — М? Клод, словно убеждаясь, что ему не показалось, посмотрел на чужую ладонь, затем снова на Луи. — Ты и сам прекрасно знаешь. — Нет, не знаю. Просвети. — Ты за наркоту трахнулся с дилером, припоминаешь? — Клод сильнее сжал ткань в кулаке и наклонился ближе. — А-а-а, ты про это? — усмехнулся Луи. — Ты, кажется, не заметил, но Билла здесь нет. Если я захочу избить тебя, вмешиваться будет некому. Луи издал смешок. — Ну давай. Потеряешь Билла — зато выпустишь пар. Ты и сам знаешь, чем это обернётся. — Тем, что ты очнёшься в палате и будешь долго вспоминать, с чего всё началось. Луи приоткрыл губы и задумчиво коснулся языком верхних зубов. Он выждал ещё несколько тягучих секунд и только потом, с азартным блеском во взгляде, спросил: — Ты ничего не помнишь, верно? — Уголки его губ потянулись вверх. Смесь гнева и отвращения на лице Клода постепенно сменилась непониманием. Он нахмурился и затих. — Вчера. На вечеринке, — протянул Луи, следя за реакцией. — Ты, как обычно, схватил меня, потащил в какую-то пустую комнату. Запер дверь. — Что ты… — прошептал Мийо, но Луи его перебил: — Знаешь, ты меня тогда здорово напугал; я был пьян, беспомощен. А ты придавил меня к кровати. Начал расстёгивать штаны. Не знаю даже, как мне удалось выбраться, ты был чертовски тяжёлым. Думаешь, Биллу понравится, если я расскажу, от чего мне стало плохо? Он наблюдал внимательно, не отводя взгляда. Видел, как с лица Клода сходит уверенность, как сомнение медленно вытесняет ярость. — Ты врёшь, — вдруг догадался Клод после затянувшегося молчания. Луи улыбнулся. — Да, ты прав, — хмыкнул он и, пользуясь чужим замешательством, достал из заднего кармана телефон. — Припоминаешь? — Он продемонстрировал фотографию, на которой они целовались. Клод наклонился, пытаясь рассмотреть внимательнее, потянулся за телефоном, но Луи отдёрнул руку. Клод посмотрел на него уже иначе — с резким, почти болезненным осознанием. — Не на того ты нарвался, — сказал Луи. В следующее мгновение карие глаза вспыхнули злостью. Не успел Луи опомниться, как Клод замахнулся и одним точным ударом сшиб его с ног. — Ублюдок, — прошипел Мийо, опускаясь перед ним на корточки. — Это, — достав из ослабевших пальцев телефон, он демонстративно поднял его, — ты зря сделал. Несколько быстрых движений — и экран погас. Телефон отлетел в сторону. Луи тихо засмеялся. Боль отдавала в челюсть, по губе потекла тёплая кровь. — Я сохранил копии, — протянул он. — На компьютере. — И что ты с ними сделаешь? — Если расскажешь о Сене, я отправлю все фотографии Биллу и скажу, что изменял ему ещё и с тобой. Клод замер. Его лицо на мгновение утратило привычную собранность — словно с него сдёрнули маску. Тишина растянулась, густая и неподвижная. Никто не спешил прервать её. Клод будто бы размышлял, что ему делать дальше. Луи не торопился. Он смотрел из-под опущенных ресниц, позволяя словам осесть. Внутри тёмной каморки слышался приглушённый гул снаружи, а через небольшие щели пробивался свет. Становилось невыносимо душно. — Зачем тебе это? — наконец нарушил тишину Клод. Этот вопрос сбил Луи с толку. Он ожидал угроз, ярости, чего угодно — но не этого. — Как — зачем? — нахмурился он. — Чтобы не потерять Билла, конечно. — Он же тебе безразличен. — С хера ли ты так решил? — отозвался Миллер, не скрывая раздражения. На этот раз засмеялся Клод. — С хера? — переспросил он. — Может быть, потому что ты его обманываешь, спишь с кем попало и употребляешь хрен знает что? — Это не твоё дело. — Это как раз таки моё дело. — Клод угрожающе наклонился к нему. — Оставь его в покое, Миллер, иначе, клянусь, ты пожалеешь об этом. Луи смотрел ему в глаза и видел в них своё отражение — уязвимое, загнанное. Странное чувство беспомощности накрыло его, хотя он был уверен: Клод не переступит черту. Не ту, которую когда-то провёл Билл. Клод выпрямился и вышел. Дверь хлопнула. Луи прислонился затылком к стене и закрыл глаза.
