Звёзды на кончиках каменных пальцев

      Кристальные гео бабочки обожали Люмин. Куда бы она не пошла, они, обычно пугливые, чуткие и шустрые на побег, слетались к ней, словно она была самым сладким и желанным цветком. Бабочки садились в волосы, образуя воистину королевский венец из изящных золотисто-коричневых крыльев, щекотали щеки лапками и цеплялись за ремни на одежде. Чжун Ли только сдержанно блестел глазами и старательно прятал улыбку, которая так и норовила появиться на губах.       Сила Гео Архонта действительно была велика, как и желание найти соулмейта. Люмин с трудом представляла, как посылал воздушные поцелуи, особенно будучи суровым богом, взявшим под крыло Ли Юэ во времена Войны Архонтов: ну серьезно, жесткий, непримиримый Моракс – и такая нежность, как воздушный поцелуй, призванный отыскать соулмейта?       Чжун Ли обладал воистину удивительной памятью, раз помнил каждую бабочку, которая когда-либо сорвалась с его пальцев. Бабочки обычных людей исчезали сразу же, если не находили соулмейта в радиусе ста метров или же наоборот – садились на щеку родственной души. Люмин не раз видела, как пары соединялись во всполохе разноцветных искр, и как люди оставались ни с чем.       Думать о том, сколько раз Чжун Ли искал соулмейта и не находил, не хотелось. Тысячи лет он терпеливо ждал, пока Люмин окажется в Тейвате, и наконец-то дождался – нашёл ту, которая была ему предназначена и которой был предназначен он.       – Моя старая подруга, – мягким, спокойным голосом сказал Чжун Ли, когда золотистая бабочка села на подставленный палец и затрепетала крылышками. Созданная могущественным Гео Архонтом, она жила долгие года – огромный срок для соул-бабочки. – Припоминаю ее. Она слетела с пальцев, когда я находился в Каменном лесу Гуюнь, запечатывая поверженных богов. Рад видеть, что с ней все в порядке.       Под внимательным взглядом Чжун Ли бабочка вспорхнула с импровизированной жёрдочки и, оставляя за собой след из золотой пыльцы, приземлилась на щеку Люмин и рассыпалась тёплыми искрами. Люмин улыбнулась, касаясь кожи, и подняла взгляд на Чжун Ли, который смотрел на неё не отрываясь.       – Мне жаль, что я заставила тебя долго ждать, – честно сказала она, беря Чжун Ли за руку. Тот аккуратно сжал ее ладонь и переплел их пальцы, чуть склоняя голову вбок – так он показывал, что слушает. – Но прийти в Тейват раньше я не могла.       – Я знаю, – просто ответил Чжун Ли, а затем поднял их сцепленные руки и мягко, но чувственно поцеловал тыльную сторону ладони Люмин, не отводя взгляда от ее лица. Было в этом что-то… интимное и очень-очень личное, что не хотелось разделять ни с кем другим. – Если соул-бабочка слетает с пальцев, значит, твой соулмейт жив. Это понимание неизменно придавало мне сил даже в самые тёмные, тяжёлые времена. Каждый раз, когда держаться становилось невыносимо, я посылал тебе воздушный поцелуй, моя драгоценная, и знал, что когда-нибудь ты его получишь.       Люмин ничего не ответила, лишь улыбнулась – светло и нежно, – а после прижала к губам пальцы и позволила золотисто-белой бабочке спорхнуть с них. Легкокрылая, почти прозрачная, она приземлилась на щеку Чжун Ли и разбилась яркими искрами, и тогда Чжун Ли улыбнулся в ответ: уголками губ, так, что янтарные глаза наполнились лаской.       Он мягко притянул Люмин к себе, а после склонился над ней, и Люмин, привстав на носочки, нетерпеливо потянулась за поцелуем.       Кристальная гео бабочка, запутавшаяся в светлых волосах, лениво помахивала крылышками.