Ломая проход / Breaking the Window

Лестница. Самая настоящая лестница, вырубленная в скале, широкая и извивающаяся вверх по самому высокому холму этого плавучего острова. Очевидно, что это не природное явление. Но что это могло означать? После того как Беллатрикс и Гермиона расчистили лианы с помощью тщательно разложенных магических костров, они увидели, что лестница спускается к пляжу. — Ха, если бы мы только нашли это раньше, — рассмеялась Беллатрикс. — Это избавило бы нас от долгих блужданий по джунглям. — Мы здесь явно не первые, — сказала Гермиона. — Мы говорили о том, что все это место может быть искусственным сооружением, — сказала Беллатрикс. — Может быть, его построили древние волшебники? Так много древнейшей магии было потеряно во время Гиперборейского катаклизма. Тем не менее, странно, что это единственный признак человека. — То, что мы не видели других зданий, не означает, что их там нет, — сказала Гермиона. — Это просто значит, что мы их не нашли. — Хорошо сказано, — ответила Беллатрикс. — Судя по состоянию лестницы, куда бы она ни вела, она не использовалась очень долгое время. Но я готова поспорить, что мы найдем хорошее место для лагеря. — Я согласна, — сказала Гермиона. Обе девушки пошли по лестнице вверх, вдоль горы, по пути убирая лианы и заросли. Даже Молния помогала по-своему, летя впереди и обрывая лианы своими мандибулами. Лестница, как они и ожидали, привела их на вершину самого высокого холма. За ними открывался великолепный вид на атолл и джунгли, а также на другие плавучие острова высоко в небе. Несуществующее солнце садилось, и скоро день сменится ночью. Вершина горы имела необычную форму, и вскоре они поняли, почему: на ней возвышалось куполообразное сооружение, напомнившее Гермионе обсерваторию, которую она однажды посетила с родителями, когда была намного моложе. Оно настолько заросло, что обе девушки совершенно не заметили бы его с более низкой точки обзора. Лестница привела их к большому открытому входу без дверей. Может быть, вестибюль? Природа сделала все возможное, чтобы вернуть себе это место: здание было пронизано корнями, лианами и ветвями. Вход в это место напоминал вход в собор Святого Павла: высокий потолок, внушительные колонны и высокие арки. И все же было что-то такое в форме этого здания, что заставляло его казаться очень чужим. Формы, очертания. Оно казалось… органичным. Как будто здание было выращено или сформировано, а не построено. Сбоку от них находились остатки, похоже, какого-то вестибюля, а впереди — большая центральная лестница, ведущая как на большой этаж, похожий на чердак, так и ниже в гору. Однако время взяло свое: часть здания обрушилась, пропуская свет заходящего солнца и заваливая путь вниз обломками. Беллатрикс остановилась, чтобы осмотреть упавший камень, ветки и гравий. — Я вижу сквозь обломки, — сказала Беллатрикс. — Там внизу еще что-то есть. Обрушившаяся лестница, ведущая вниз, казалось, уходила вглубь комплекса, но любой доступ был полностью отрезан. — Думаю, мы сможем пройти, — сказала Беллатрикс с ухмылкой. — Я не знаю, — сказала Гермиона. — Вся эта лестница выглядит опасно нестабильной. Беллатрикс задумалась на мгновение. — Я думаю, что хорошо расположенная бомбарда может очистить ее. Или, возможно, расщепить несколько более тяжелых валунов. — Ты с ума сошла?! — воскликнула Гермиона. — Это может обрушить его полностью. Посмотри, как шатко выглядят эти трещины в потолке? Ты можешь обрушить весь комплекс на наши головы! — Мы не можем просто оставить это! — ответила Беллатрикс. — Судя по всему, под нашими ногами еще много этажей. Вся гора может быть вырублена, как Министерство магии дома! Кто знает, что мы можем найти там внизу? — Наши гробницы, если нам не повезет! — надавила Гермиона. — Допустим, нам удастся очистить эту явно неустойчивую лестницу, и мы спустимся вниз. Потом, когда мы будем внизу, она снова обрушится, но на этот раз гораздо сильнее. Мы застрянем там, и, поскольку никто не знает, где мы, а мы единственные люди в этом месте, мы умрем там, когда закончится еда и вода. Для этого нас двоих не хватит. Нам понадобится опытная бригада землекопов со специализированным оборудованием. Потолок и коридоры должны быть укреплены. Не только здесь, но и на нижних уровнях. Кто знает, в каком состоянии находятся нижние уровни? Беллатрикс закрыла глаза. — Ладно! — воскликнула она, принимая аргумент, но все еще будучи безмерно расстроенной из-за него. — Выше нос, — ответила Гермиона. — Нам еще многое предстоит увидеть. Кроме того, разве ты не должна фотографировать? Беллатрикс моргнула и бросила на нее взгляд, как бы говоря: «Как я могла забыть об этом?!». Тут же камера была извлечена, и вспышки осветили темнеющее здание, когда кудрявоволосая ведьма начала делать снимок за снимком. — Подожди, — сказала она, оправдываясь. — Я хочу сделать несколько снимков снаружи, пока еще есть свет. Вернусь через минуту. Когда Беллатрикс выбежала на улицу, Гермиона осталась размышлять о последствиях того, что они нашли. Кто это построил? Для чего это было нужно? Как долго оно было заброшено? Почему оно было заброшено? С его внешним видом, напоминающим собор, и видным местом, естественно, ее первой мыслью было, что это может быть храм или место поклонения. Это также заставило ее укорить себя, потому что именно так сказал бы каждый студент-антрополог первого курса. Ее мысли были прерваны яркими вспышками снаружи: видимо, света все-таки не хватало. Сама по себе проблема невелика, но с вершины холма их было бы очень хорошо видно с большого расстояния. Вплоть до того, что это могло бы насторожить единорога-убийцу. К счастью, Беллатрикс вскоре оказалась внутри, сделав по пути через вестибюль еще несколько фотографий. Одна из вспышек привлекла ее внимание к чему-то на стене между двумя лестницами. Молодая ведьма шагнула вперед, прошептав быстрый «люмос», и поднесла свою палочку ближе. Беллатрикс сделала то же самое, и они вместе уставились на довольно впечатляющую и красочную мозаичную фреску. На ней был изображен этот самый плавучий остров с атоллом вдали, а многочисленные фигуры стояли на склоне горы и смотрели на многочисленные плавучие острова вдали. Хотя это была скорее репродукция художника, обе могли ясно видеть, что, хотя фигуры казались человеческими, они определенно таковыми не являлись. Они были высокими и почти неестественно стройными, с длинными волосами. На их лицах выделялись высокие скулы, миндалевидные глаза и… изящно заостренные уши. — Эльфы… — прошептала Гермиона. — Эльфы?! — Беллатрикс недоверчиво посмотрела на нее, прежде чем выпустить смешок. — Эльфы — жалкие, ничтожные существа, которые даже не могут нормально действовать, когда им не отдают приказ! Как они могли построить что-то такого масштаба? Вопиющий расизм Беллатрикс заставил Гермиону на мгновение вздрогнуть, но, хотя это было грубое заявление, трудно было отрицать правду. — Я не думаю о домовых эльфах. Я думаю скорее о… дворе короля Оберона, — сказала Гермиона, переведя взгляд на плакат с письменами на мозаике. Это был рунический шрифт, изогнутый и элегантный, как и окружающая их архитектура. Ее расстраивало то, что она почти узнавала их, но чувствовалось, что знание алфавита, на который она смотрела, просто ускользало от нее. — Бесит, — сказала Гермиона. — Я не узнаю их, но чувствую, что должна. Рядом с ней кивнула Беллатрикс. — Я согласна. Здесь много сходства со старой рунической иконографией, только… гораздо более замысловатой и сложной. Они решили оставить мозаику в покое, и пока что единственный путь был только наверх. Лестница слева, ведущая наверх, вела всего на один этаж выше, к абсолютно массивному плато на вершине здания. Если раньше это здание не производило впечатления, то теперь оно точно производило. Над плато возвышался огромный стеклянный… нет… хрустальный купол. И хотя он частично зарос лианами, с этого места был хорошо виден каждый плавучий остров. Купол был треснут и пробит в нескольких местах под тяжестью назойливой листвы, но в остальном камера была почти полностью цела. Пятнадцать круглых металлических площадок выстроились по краям купола, все они находились на одинаковом расстоянии от большого круглого помоста, на вершине которого возвышалась круглая конструкция высотой примерно по пояс. Сначала Гермиона подумала, что это какое-то украшение. Возможно, фонтан. Но чем больше она смотрела на него, тем больше сомневалась в этом. — Вау, — прозвучало рядом с ней, и она затихла от благоговения. — С языка сорвала, — сказала Гермиона. — Ну, — сказала Беллатрикс, ухмыляясь, снимая свой рюкзак и ставя его рядом с лестницей. — Я знаю, где мы сегодня разобьем лагерь. Представь, как это будет выглядеть, когда солнце полностью сядет и появятся звезды. — Несомненно, захватывает дух, — сказала Гермиона. — Что ты думаешь об этой комнате, Трикс? — Хм, — подумала Беллатрикс. — Может быть, какая-то обсерватория? Отсюда можно увидеть все царство Фейри. Гермиона и Беллатрикс шагнули вперед, Беллатрикс, конечно же, деловито делала снимки. То, что Гермиона сначала приняла за фонтан, оказалось большим круглым каменным столом. Жужжание Молнии действительно вызвало небольшое эхо, пока она не приземлилась на вершину стола и не застыла на мгновение. Пока Гермиона и Беллатрикс не подошли к столу так близко, что… он ожил. Испуганная оса торопливо взлетела и бросилась обратно, чтобы пролететь рядом с Беллатрикс, настороженно глядя на стол. Тем временем обе ведьмы в изумлении смотрели на голубоватую голографическую проекцию царства Фейри — большое изображение всех пятнадцати плавучих островов. Гермиона подошла к нему и смогла разглядеть больше тех же изящных рун, которые они видели на мозаике внизу. Почти инстинктивно она протянула руку, чтобы коснуться одного из островов. И тут же изображение изменилось, увеличив масштаб. Плавучий остров, о котором шла речь, был биомом лугов — тем самым, через который они попали в царство Фейри. В увеличенном масштабе это было голографическое изображение с невероятно реалистичными деталями. Она могла видеть саванны и леса, причем обе части острова были четко обозначены разными наборами рун. Еще один взмах руки, и изображение еще больше увеличилось, показывая пасущееся стадо лошадей. — Боже мой, — прошептала Гермиона. — Я думаю, это реальное время. — Что это за штука? — спросила Беллатрикс, проведя рукой по голограмме, в результате чего изображение вернулось к видимому начальному экрану. — Это не просто обсерватория, — заключила Гермиона. — Центр управления! Это какой-то компьютер. Но… Я не вижу никаких технологических деталей или источника энергии. И все же он оставался активным, будучи заброшенным бог знает сколько времени. Беллатрикс наклонилась вперед, положив руки на каменный стол. — Он магический. Глубоко магический. Я чувствую это в своих костях. — Я думаю, что технология и магия не должны быть так далеки друг от друга, как мы думали раньше, — ответила Гермиона. Молния, тем временем, немного успокоилась и снова приземлилась на стол. — Что это? — спросила Беллатрикс, указывая на участок карты, возле которого было несколько красных точек и мигающих красных рун. — Разве это не то плато, на которое мы попали, когда вошли в это царство? — Так и есть, — сказала Гермиона. — Мигающий красный свет обычно означает что-то плохое. Например, тревога. Или предупреждение. — Или нарушение, — предположила Беллатрикс. — Может быть, мы не должны были попасть в царство таким образом. Да. Да, это имело смысл. Гермиона попробовала несколько движений и обнаружила, что, взмахнув рукой в определенном направлении, она может увеличить масштаб и посмотреть на все царство Фейри. Очевидно, почти на каждом острове были такие же красные точки. Это имело смысл, поскольку зеркала Фейри появлялись полурегулярно на протяжении веков. Если они были вызваны каким-то сбоем, то логично, что так много предупреждающих огней было включено. — В этом есть смысл. Точка, где мы вошли в царство Фейри. Это было на краю острова, как и все переходы через диких животных. Каким-то образом… эти переходы должны были как-то контактировать с нашим миром, — сказала Гермиона. — Я… не уверена, что они должны были это делать. Наверное, это какой-то сбой. Это объясняет, почему зеркала Фейри встречаются так редко и по своей природе нестабильны. Я не могу представить, как долго это место могло существовать. Сложные системы ломаются со временем. А это, похоже, очень сложная система. Гермиона решила ориентироваться на центральный остров, на котором они находились. Хотя он все еще считался одним из биомов, она видела, что здесь есть еще несколько вариантов на выбор. Она выбрала один наугад, и проекция изменилась. Появилось голографическое изображение гиппогрифа, рядом спираль, похожая на нить ДНК, и большое текстовое поле, заполненное рунами. Над текстовым полем находилось еще одно поле меньшего размера, изображавшее биом острова с рунами, которые она узнала в предыдущей проекции. Возможно, названия биомов? Конечно, Беллатрикс старательно фотографировала каждую проекцию, и после нескольких её жалоб Гермиона стала пролистывать базу данных немного медленнее. Она продолжала листать эту базу данных магических существ, очевидно, обитателей биомов. Ей попадались знакомые, странные и новые магические существа. Она остановилась, когда в проекции показалась гигантская чудовищная рыба, несколько напоминающая целаканта. Если бы кишечнополостные были достаточно большими, чтобы проглотить кита целиком, они были бы такими. — Разве ты не рада, что мы не оказались в этом океаническом биоме? — Гермиона хихикнула. — Ты шутишь? — рассмеялась Беллатрикс. — Это только заставляет меня еще больше хотеть увидеть эту штуку вблизи! Гермиона закатила глаза и продолжила махать руками. — Эй, Молния! Это ты! Молния, казалось, была больше увлечена игрой с каким-то камнем, который она нашла, чем вниманием к проекции. Но, действительно, оказалось, что этот вид ос нашел свой дом в биоме улья насекомых. Хотя назвать это биомом-ульем было не совсем верно: с голограммы он больше походил на тщательно продуманный город, с искусно выполненными высокими органическими шпилями. Части этого «города» были четко выделены, и казалось, что, помимо корма, общество ос выращивает свою собственную пищу в сельскохозяйственной секции. В целом, осы оказались более умными и способными, чем Гермиона считала. Следующая проекция тоже была до жути знакомой. — Наш друг единорог-убийца, — скрестила руки Беллатрикс. Неудивительно, что вспыхнули красные руны, и большая часть текста в окошке тоже окрасилась в кроваво-красный цвет. Тот, кто создал это место, осознал опасность этого существа. Однако то, что появилось дальше, заставило ее задуматься. Над ней, почти в натуральную величину, возвышалась четкая проекция мужчины и женщины. Описание, хотя и неразборчивое, казалось намного длиннее, чем у других существ, и это вызывало интересный вопрос. Как и у всех других существ в базе данных, в спирали ДНК имелись части, выделенные желтым цветом. Но что это могло означать? Может быть, выделенные точки интереса? Или… правки? Размышления об этом были немного подавляющими. Тем не менее, не имея возможности прочесть руны, невозможно было ничего сказать. «Любая достаточно продвинутая технология неотличима от магии», — вот цитата, которая сейчас крутилась у нее в голове. Артур К. Кларк. Ее отец гордился бы ею. Тем не менее, чувства остались в силе. Гермиона перешла к другой проекции. Сразу же на полу зажглась дорожка энергии, ведущая ко всем пятнадцати панелям в углу. Мягкий гул наполнил комнату, когда над всеми панелями появился мерцающий портал. Достаточно большой, чтобы через него мог пройти человек, и сквозь мерцающую дымку виднелись отблески различных биомов. — Что ж, — улыбнулась Гермиона. — Стабильный транспортный узел. Это должно значительно облегчить передвижение. — Я согласна, — сказала Беллатрикс, приложив руку к подбородку. — А что делает другая функция? — Есть только один способ узнать, — улыбнулась Гермиона и взмахнула рукой. Мгновенно появилось еще одно мерцание, когда все пятнадцать порталов сдвинулись. Появилась более сложная проекция, показывающая десятки различных вариантов. Что еще более интересно, все порталы показывали новые места. В одном из них можно было сразу узнать Запретный лес. Там все еще царила ночь, что, в общем-то, было неудивительно. Другие порталы показывали другие места. — Зеркала Фейри, — сказала Гермиона. — Панели соединяются с Зеркалами Фейри. Или, может быть, открывают их сами. — Вау, — сказала Беллатрикс, подойдя для исследования. — Пятнадцать панелей. Пятнадцать Зеркал Фейри. Пятнадцать островов. Еще больше троек. Для чего было это место? Были ли эти врата предназначены для того, чтобы заманивать существ в это царство или… приводить их в наше? Они работают в обоих направлениях. — Это похоже на заповедник. Или, возможно, исследовательский центр. Или… место размножения? Все три? — сказала Гермиона. — Невозможно сказать, пока мы не переведем некоторые из этих рун. — Скажем «спасибо» за это, — усмехнулась Беллатрикс, беря Гермиону за руки. — Если мы будем управлять Зеркалами Фейри, мы сможем установить постоянные врата между этим местом и обеими нашими временными линиями! Мы… мы могли бы быть вместе, и мне не пришлось бы отказываться от своих сестер! Может быть, я даже смогу взять своих сестер с собой в 1998 год! Гермиона не могла не улыбнуться энтузиазму Беллатрикс, но она должна была оставаться приземленной. — Не хочу портить тебе настроение, но это выглядит очень сложным. Нам придется либо найти способ перевести эти руны, либо пройти через множество проб и ошибок, чтобы сделать это. — Может быть, где-то в глубине комплекса есть ключ к этому, — сказала Беллатрикс. — Но у нас есть стабильный портал до марта, верно? Мы могли бы использовать его для организации настоящей экспедиции! Подумай об этом, Герми. Мы могли бы изменить мир с помощью того, что мы здесь нашли. Я… я должна сделать несколько снимков. По правде говоря, она редко видела Беллатрикс такой… бодрой, хотя, конечно, не винила ее за это. Пока Беллатрикс шла к порталам возле купола, Гермиона начала возиться с консолью, пытаясь разобраться в настройках этой проекции. Через несколько мгновений ее отвлек от размышлений звук удара камня о камень. Рядом с ней Молния все еще возилась с найденным камнем. Сначала она подумала, что это обычный камень между его мандибулами, но когда он попал на свет, то показалось, что он блестит. — Что у тебя там, Молния? — спросила Гермиона. Оса подошла и предложила свой приз — гладкий и почти прозрачный кристалл размером с кончик пальца. Она взяла его в руки и заметила, что он примерно такого же размера, как щель у края каменного стола. Любопытствуя, она поместила его в прорезь и обнаружила, что он идеально подходит. Появилась вторая, меньшая проекция, и через несколько мгновений заработал проигрыватель. Когда это закончилось, кристалл был извлечен из прорези, и Гермиона поднесла его к куполу. Голубой свет, переходящий в фиолетовый, пробегал по кристаллу в завораживающих узорах. Похоже, она что-то заряжала. Или, возможно, что-то скачивала. Содержимое базы данных или, возможно, журналы? Хотя было сомнительно, что при ее жизни человечество сможет разработать технологию, способную прочитать этот кристалл, она считала, что лучше иметь его, чем не иметь. Гермиона положила драгоценный камень в карман и продолжила возиться с консолью. — О, ничего себе, этот ведет куда-то под воду! — крикнула Беллатрикс с другого конца комнаты, ее голос громко отдавался эхом. Она с энтузиазмом начала делать еще несколько фотографий. Гермиона на мгновение подняла голову, чтобы улыбнуться, но затем снова погрузилась в работу, пытаясь разобраться в панели управления Зеркалом Фейри. Насколько она могла определить, порталы здесь были такие же, как и на островах, но те, что были открыты и выдавали красные предупреждающие сигналы, были своего рода «дикими» порталами. Какая-то системная ошибка, которая объясняла, почему они были такими нестабильными. Как раз в тот момент, когда она возилась с некоторыми элементами управления, появился новый предупреждающий огонек. Но этот был на экране, с которым она работала, и соответствовал их точке входа — порталу, ведущему обратно в Запретный лес в их временной линии. — Трикс! — позвала Гермиона. — Я собираюсь немного проверить кое-что. — Конечно! — крикнула Беллатрикс в ответ, пока Молния взлетала. Гермиона прошла к площадке и, на первый взгляд, ничего необычного не обнаружила. Однако когда она ступила на площадку для более тщательного исследования, время вокруг нее словно замерло. Молодая ведьма обернулась и увидела, что Молния застыла в полете. То же самое произошло и с резкой вспышкой камеры Беллатрикс. Поскольку портал мог соединять разные временные периоды, Гермиона предположила, что это должно быть что-то вроде временного шлюза. Однако у нее не было времени размышлять об этом, так как с другой стороны портала раздался знакомый голос. — Мадемуазель Грейнджер? — послышалось издалека. Из-за искажений трудно было разобрать, кому принадлежит голос, пока она не заглянула в портал. За ним она увидела знакомый вид ночного Запретного леса. Над озером, делая глоток из бутылки коньяка, стоял Ахилл Розье. — Мистер Розье? — сказала Гермиона, поворачивая голову, чтобы позвать Беллатрикс, пока Ахилл не приложил палец к губам. — Нет, — покачал он головой. — Пусть она сохранит свою невинность. — Что вы делаете? — спросила она, наблюдая, как подвыпивший мужчина слегка покачивается над озером. — Я прошу прощения за то, что солгал вам, — сказал Ахилл. — На самом деле я хороший исследователь, если так можно выразиться. Я обратил внимание на странствия отца. Просто мне гораздо больше нравится рисовать. Я утаил от вас кое-что. Тем не менее, я поражен, что вы так быстро все поняли, мадемуазель Грейнджер. Вы действительно умная ведьма. Если бы у вас с Беллой было больше времени, вы бы наверняка нашли способ самостоятельно разорвать временную петлю, я в этом уверен. Это просто риск, на который я не могу пойти. Он достал из поясного плаща два пузырька с красной жидкостью и протянул их Гермионе. — Кровь прошлого. Кровь настоящего. Гермиона моргнула. — Наша кровь… Откуда она у вас? — сказала она, прежде чем поймать себя на мысли. — Из тела Беллатрикс. А мою вы взяли во время моего визита. — Та легкая боль, которую вы почувствовали, покидая мое ателье, — он извиняюще улыбнулся. — Моя ассистентка. Я прошу прощения за обман. Кровь прошлого… — сказал он, выливая кровь Беллатрикс в озеро. — Кровь настоящего… — сказал он, выливая кровь Гермионы. Сам портал окрасился в темно-красный цвет, когда кровь растеклась по воде. — И для этого нужен третий ингредиент, — сказал он, доставая мясницкий нож. — Кровь живых… Гермиона тяжело сглотнула, когда поняла, что собирается сделать Розье. — Подождите! — зашипела она. — Не делайте этого! Вы не должны! Я уже уговорила Трикс поехать со мной в 1998 год! Вы скоро сможете увидеть ее снова! Пожалуйста, не надо! — Простите, мисс Грейнджер, — покачал головой Ахилл. — Но петля времени будет разорвана только в том случае, если никогда не будет пути назад. Вы и Белла, да? Я так понимаю, вы уже целовались? Гермиона медленно кивнула. — А, то, что ваша любовь принесла плоды, дает мне надежду. Вы целовались и… возможно, даже больше? Мгновенно Гермиона почувствовала, что ее щеки начинают гореть. Ахиллу не нужен был больший намек, чем этот. Он тепло улыбнулся. — Моя племянница всегда была страстной, мадемуазель Грейнджер. У нее было много любви, но некому было ее дарить. — Тем более вам не нужно делать то, что… что вы собираетесь сделать! — отчаянно повторила Гермиона. Ахилл усмехнулся. — Вы не поняли, мадемуазель Грейнджер. Все это. Все пережито. Уже «пережито». В прошлом, в настоящем. Но этого недостаточно. Зеркало Фейри все равно будет разрушено в апреле. И несмотря ни на что, моя племянница все равно будет не на той стороне, когда это произойдет. Царство Фейри существует вне времени, понимаете? Временные линии уже расходятся, растягиваются и растягиваются, как резинка. Я просто собираюсь защелкнуть ее, пока вы обе существуете вне времени. Гермиона покачала головой. — Не делайте этого… — Я сделаю, — усмехнулся Ахилл. — Так будет лучше. — Ты не знаешь этого! — шипела Гермиона. — Для моей семьи хуже быть не может, не так ли? — сказал Ахилл, и Гермиона не нашлась, что ответить на это. Она могла только нервно наблюдать, как Ахилл держит нож. — Вы беспокоитесь о невиновности Беллатрикс, — сузила глаза Гермиона. — А как насчет моей невинности? Я и так потеряла слишком много! Вы не имеете права отнимать у меня еще больше! — За то, чему вы станете свидетелем, мне искренне жаль, — мягко произнес Ахилл. — Обещайте мне хорошо заботиться о моей племяннице, мадемуазель Грейнджер. Она гораздо более хрупкая, чем может показаться. Ей больше всего нужна любовь. Видя, что она ничем не может его переубедить, Гермиона просто вздохнула и коротко кивнула. — Я обещаю… — прошептала она. Ахилл кивнул ей напоследок, прежде чем поднести нож к горлу. Гермиона зажмурила глаза, отворачивая голову. Но даже не видя его, она слышала, как нож пронзил его шею и как брызнула кровь. Она слышала звук падающего тела и плеск воды от падения в озеро. Ее сердце колотилось в груди. Гермиона не хотела смотреть, но, более того, она не хотела, чтобы Белла видела. Было очевидно, что подруга очень любит своего дядю, и увидеть его лицом вниз, истекающего кровью в озере, не способствовало бы ее здравому уму. Хотя она все еще была заморожена во времени, она поняла, что Ахилл сделал… что-то… расстраивающее магию царства Фейри. Она и представить себе не могла, насколько все плохо, пока не сошла с площадки. Гермиона едва не упала на пол, когда земля задрожала под ее ногами. Глубокий гул доносился из самой сердцевины острова. Удивленная Беллатрикс упала на пол, а небо над головой окрасилось в сердитый кроваво-красный цвет. Молния в панике металась вокруг, а проекция на каменном столе менялась… на голографических картах по краям всех островов появились красные пятна, а также новые сообщения красного цвета. Через несколько секунд проекция превратилась в одну красную руну… очевидно, серьезное предупреждение или какая-то фатальная ошибка. Сам остров, очевидно, сдвигался, и при этом внезапном сдвиге Гермиона действительно оказалась на спине и на земле. — Герми! — крикнула Беллатрикс. — ЧТО ПРОИСХОДИТ?! Глаза Гермионы расширились, когда она увидела над собой два плавающих острова, движущихся прямо друг к другу. Они собирались столкнуться. И купол был прямо под ними. — НАМ НУЖНО ВЫБИРАТЬСЯ ОТСЮДА! — сказала Гермиона, вскарабкиваясь на ноги. — ИДЕМ! К ПОРТАЛУ! Порталы мерцали, то появляясь, то исчезая. Вся система стала нестабильной. — МОЙ РЮКЗАК! — Беллатрикс бросилась к краю лестницы, где она бросила свой рюкзак. Когда Гермиона посмотрела, она увидела, как он упал и заскользил вниз по лестнице. Еще один толчок, и Гермиона упала на колени. Беллатрикс умудрилась устоять на ногах и бросилась к лестнице. Гермиона зарычала и бросилась к ней, потянув ее за руку, когда она, наконец, достигла ее. — ОСТАВЬ ЭТО! крикнула Гермиона. — ЗДЕСЬ ВСЕ НАШИ ОБРАЗЦЫ! НАШИ ФОТОГРАФИИ! НАШ ЖУРНАЛ! НАША СЕМЕЙНАЯ ПАЛАТКА! — Беллатрикс кричала, повернувшись к ней лицом с отчаянием, вытравленным на ее лице. Она рывком высвободила руку и прыгнула на лестницу, уходящую вниз. — ТРИКС! — крикнула Гермиона как раз в тот момент, когда Беллатрикс выхватила свою палочку. — АКЦИО РЮКЗАК! — Беллатрикс произнесла заклинание с отчаянием в голосе, и только широко улыбнулась, когда ее рюкзак взлетел вверх. Как раз в тот момент, когда она схватилась за ремень, произошел еще один толчок, от которого содрогнулся весь остров. Беллатрикс вскрикнула, потеряв опору и едва не свалившись с лестницы. С рефлексами, о которых она и не подозревала, Гермиона бросилась вперед и схватила Беллатрикс за руку, держась при этом за перила. К счастью, Беллатрикс была невысокой девушкой, не очень тяжелой, как и ее рюкзак. В противном случае, Гермионе удалось бы только заставить их обеих кувыркаться по лестнице и, возможно, сломать себе шеи. Как бы то ни было, Гермиона смогла поднять ее обратно на твердую землю. — Спасибо, — улыбнулась Беллатрикс, закидывая рюкзак на спину и закрепляя его. Над ними с оглушительным грохотом столкнулись два острова. Обе девушки посмотрели вверх и с ужасом увидели, как два острова скрежещут друг о друга, посылая волны обломков, готовых обрушиться на центральный остров. — Пойдем! — Гермиона прикрикнула на Беллатрикс и, все еще держа ее за запястье, начала тянуть ее обратно к порталу. На этот раз Беллатрикс не отстранилась. Они вдвоем бросились обратно к площадке, где находился портал в Запретный лес. Как только их ноги коснулись площадки, время замерло, и у них появилось мгновение, чтобы отдышаться. — О, Мерлин, — усмехнулась Беллатрикс, не обращая внимания на себя. — Ну, я ведь обещала тебе приключение, не так ли? — Честно говоря, я этого не ожидала, — сказала Гермиона. — Почему это произошло? Что пошло не так? — спросила Беллатрикс. Гермиона задумалась на мгновение. Несмотря на то, что это был высший акт любви со стороны любимого члена семьи, сказать Беллатрикс, что ее дядя отдал свою жизнь, чтобы обеспечить ее будущее, было бы, по меньшей мере, очень печально. — Я не знаю, — солгала она вместо этого. — Я могла активировать не ту опцию на проекции, но кто знает… Беллатрикс улыбнулась. — Ты не знаешь, ты ли это сделала. А даже если и так, откуда ты могла знать? Это было больше доброты со стороны Беллатрикс, чем, по мнению Гермионы, она заслуживала после того, как солгала ей в лицо. — О нет, — внезапно замерла Беллатрикс. — Где Молния? Ты не видела ее? Действительно, гигантской осы не было с ними в темпоральном шлюзе. Кудрявоволосая ведьма начала судорожно оглядывать помещение. — Мы должны вернуться за ней! — потребовала Беллатрикс. — Трикс, — тихо произнесла Гермиона. — Посмотри выше. Над ними большой обломок только что врезался в хрустальный купол. Огромный камень вместе с градом хрустальных осколков застыл во времени прямо над их площадкой. Это завораживающее зрелище, когда осколки отражали свет красного неба, создавало впечатление, что их вот-вот осыплет кристаллизованной кровью. — Если мы выйдем туда, нас раздавит в считанные секунды, — тихо сказала Гермиона. Беллатрикс закрыла глаза и вздохнула. — Ты, конечно, права. Но… черт возьми… — Мне жаль, Трикс, — сказала Гермиона. — Пора… пора идти. В этот момент что-то зашевелилось в рюкзаке Беллатрикс. Сначала показались два усика, а затем голова. Очевидно, Молния укрылась в рюкзаке, как и раньше в туманном биоме. Беллатрикс не стала терять времени и прижала осу к груди. Оса, казалось, была очень рада объятиям и угостила Беллатрикс несколькими укусами, но не настолько счастлива, как Беллатрикс. Гермиона решила, что ей лучше привыкнуть к тому, что оса будет рядом. Молния шла с ними, нравится ей это или нет. Выражение лица Беллатрикс стало страдальческим, когда она посмотрела на столкнувшиеся острова, теперь застывшие во времени. — Мерлин… все эти бедные животные… — Мы ничего не можем для них сделать, — сказала Гермиона. — Единственный путь — вперед. Беллатрикс бросила последний взгляд на царство Фейри, а затем внезапно поцеловала Гермиону в губы. Вместе, с осой на буксире, они шагнули через портал.

***

— Беллатрикс должна появиться очень скоро, — сказала Энди, когда они с Цисси все еще сидели на своем насесте за поваленным бревном. Беллатрикс только что исчезла после проведения ритуала крови, но если предыдущий опыт был хоть каким-то признаком, она должна появиться снова в ближайшее время. Так что они ждали. И ждали. — Как скоро? — спросила Цисси, когда прошла минута. Энди, теперь очень обеспокоенная, вышла из своего укрытия. — Что-то не так. Взяв Цисси с собой, Энди осторожно приблизилась к озеру. Конечно, если ей повезет, Беллатрикс снова появится в тот момент, когда они придут. Несомненно, их старшая сестра была бы вне себя от радости, увидев их там вдвоем. Она уже представляла, какие инсинуации будут брошены ей и Цисси. Но она быстро отогнала их: В конце концов, они с Цисси должны злиться на Беллатрикс. В конце концов, это Белла хранила от них секреты. Это Белла делала кровавые ритуалы с совершенно незнакомым человеком. Это Белла занималась Мерлин-знает-чем в каком-то сомнительном магическом озере! Да, когда Белла вернется, Энди будет готова высказать ей все, что думает. В конце концов, она не должна так волновать своих сестер. Как раз когда они подходили к озеру, земля начала сотрясаться. Вспышка силы вырвалась наружу, и Энди почувствовала, как магическая дрожь пронзила ее насквозь, сбив с ног и ее, и Цисси. Каждый дюйм ее тела болел, когда она открыла глаза и обнаружила, что не может пошевелиться. Впереди, из озера, высоко в небо поднимался столб кроваво-красной энергии. Он просуществовал около десяти секунд, а затем исчез так же быстро, как и появился. — О, Мерлин, — простонала Цисси. — Это… это то, на что похоже проклятие круциатуса? — Надеюсь, что нет, — скрипнула зубами Энди. — Озеро! Белла! — крикнула Цисси. Обе сестры, не обращая внимания на боль, бросились вперед. Там, где когда-то, в центре рощи, стояло окаменевшее мертвое дерево с озером между корнями, теперь осталась только куча грязи. Не было абсолютно никаких признаков того, что здесь когда-то было дерево или озеро. — Нет, — крикнула Энди, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. — Белла! Энди опустилась на землю и начала копать руками. В глубине души она понимала, что это бесполезно. В глубине души она знала, что то, что только что произошло, закрыло портал, через который прошла Беллатрикс. Но, может быть, им удастся найти воду, и озеро снова поднимется из земли. — Белла! — закричала Цисси в знак отрицания, когда начала копать рядом с Энди. — Белла, вернись! То, что произошло дальше, было немного туманно, но в какой-то момент они с Энди просто обняли друг друга, плача в ночи, когда до них начало доходить, что их сестра… их любимая старшая сестра… пропала.

***

Рональд Уизли шел по лесу уже несколько часов. По правде говоря, он никогда особо не умел ориентироваться. Даже если у него была карта, Запретный лес был густым и темным, и в нем не было подходящих ориентиров. Найти место, где пересекаются магические линии, было легче сказать, чем сделать. Он покинул Хогсмид около одиннадцати часов вечера, и сейчас, вероятно, наступил час ведьм. Снег также не облегчал передвижение по лесу. Тем не менее, он не сдавался. Гермиона нуждалась в нем, и, хотя его навигационные навыки были довольно слабыми, он все еще обладал врожденным упорством Уизли. Прорыв произошел, когда он наткнулся на проходящего мимо кентавра, который действительно счёл нужным поговорить с ним и, что самое удивительное, был готов дать ему правильные указания. Теперь он был на верном пути и действительно чувствовал поток магии под ногами. Кто же знал, что чистокровность в конце концов на что-то годится? — Отвисшее яичко Мерлина, аллилуйя, — прошептал про себя Рон. Рон достал свою палочку и подошел к поляне: он понятия не имел, чего ожидать, в конце концов, и не знал, находится ли еще где-то поблизости человек, который обманом заставил Гермиону сделать кровавые ритуалы. Пока что поляна казалась достаточно тихой. Он спрятался за деревом и осмотрел поляну. Заклинание выявило единственный источник магии, и это было озеро. Пока что Рон чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы исследовать озеро. Рон замер. Тело. В воде плавало тело. Страх схватил его за горло. — Нет, — шипел он. — Гермиона? Бросив всю осторожность на ветер, Рон бросился к озеру. — ГЕРМИОНА! Не успел он приблизиться, как из озера раздался магический удар. В тот момент, когда ударная волна ударила в него, Рон был сбит с ног. На мгновение он почувствовал боль, схожую с осколками. Рон лежал на земле, и ему нужно было время, чтобы прийти в себя. В небо с огромной скоростью устремился столб яростной красной энергии. Как только он рассеялся, Рон застонал, поднимаясь на ноги. Он моргнул, увидев, что осталось: поляна была почти полностью разрушена. Озеро, дерево и тело полностью испарились, а деревья вокруг него упали или частично распались. Снег исчез, как будто вспышка энергии уничтожила его вместе с большой частью верхнего слоя почвы. По правде говоря, Рон чувствовал, что ему повезло остаться в живых. — Гермиона? — спросил он. Ответа не было. И никогда не будет.

***

Как только Беллатрикс и Гермиона приземлились на землю леса, холод зимнего воздуха резко ударил по ним после тропического климата островного атолла. Гермиона прижалась к телу, а ее выдох превратился в невесомый шлейф. Беллатрикс была в таком же состоянии: к сожалению, их плащи были в палатке, которая находилась в их рюкзаке. Хотя они пережили немало приключений, было приятно оказаться дома. Больше не нужно беспокоиться о плавучих островах, парализующих цветах, туманах, изменяющих сознание, или единорогах-убийцах. Оса, казалось, была немного удивлена холодом, но, похоже, с любопытством жужжала вокруг поляны. Правда, остался вопрос. Но с этим вопросом придется подождать. Тем более что Беллатрикс и Гермиону внезапно подняло в воздух и с силой швырнуло через всю поляну волной магической энергии. Они приземлились с грохотом, слишком сильным, чтобы понравиться Гермионе. Она застонала, когда из нее выбили весь воздух. В тот момент, когда она приходила в себя, в небо взметнулась еще одна волна магической энергии. Она услышала крик Беллатрикс, поскольку та была гораздо более чувствительна к изменениям магической энергии вокруг нее. Энергия была близко, она была дикой и испускала обжигающий жар. А потом все закончилось. Беллатрикс лежала, задыхаясь, а Гермиона повернулась к ней. — Трикс, — спросила она. — Ты в порядке? — Да, — ответила Беллатрикс, внезапно всхлипнув и схватившись за левую руку. — Нет… — поправила она. Гермиона посмотрела на то место, где раньше была поляна, а теперь была просто идеально круглая воронка. Молодая ведьма почувствовала, что ее тело болит, когда она встала и заглянула за край. Почва превратилась в стекло под воздействием обжигающего жара магического разряда, и все это вело в яму, дна которой она не могла разглядеть. — Что ж, — вздохнула Гермиона. — Мы не вернемся через портал. — По крайней мере, мы сохранили все наши улики, — Беллатрикс снова скорчила гримасу, когда Молния приземлилась рядом с ней на землю. Кудрявая ведьма погладила ее по голове, прежде чем снова всхлипнуть от боли. Гермиона помогла ей подняться, за что Беллатрикс была ей благодарна. — Осторожно, — шипела Беллатрикс. — Похоже, эта рука сломана. Кажется, я слышала, как она сломалась, когда я упала на землю. — Нам нужно отнести тебя в лазарет, — сказала Гермиона. — Возможно, мы сможем добраться до Хогвартса по проходу из «Кабаньей головы». — Так как мы объясним новую гигантскую дыру в лесу? — Беллатрикс усмехнулась. — Это не тот вопрос, который меня волнует, — сказала Гермиона. — Какой вопрос? — спросила Беллатрикс. — Когда мы?