Ломая проход / Breaking the Window

Четыре человека и оса прошли через портключ. Вышли три человека и оса. А потом… хаос. Молния вцепилась мандибулами в прутья дверцы своей переноски, пытаясь выбраться наружу. Гермиона сочувствовала ей, но гигантская оса, летающая вокруг огромной группы следователей, прибывших из офиса мракоборцев, была бы отвлекающим фактором, который сейчас нельзя было допустить. Она уже дала показания первым помощникам, и теперь они опрашивали ее родителей. Естественно, путешествие через портключ сразу же заподозрили с обеих сторон, и для расследования прибыло несколько неофициальных лиц из Министерства Великобритании и Франции. Все это было очень сюрреалистично. Нельзя сказать, что Гермиона совсем не волновалась. Всегда считалось, что путешествие с помощью портключа абсолютно безопасно: стабильный портал с двумя связанными конечными точками. Гермиона никогда не слышала, чтобы кто-то «потерялся» во время путешествия. С тех пор как сотни лет назад портключи стали экспериментальной магией, такого не случалось. Но вопрос оставался открытым. Что случилось с Беллатрикс? Она боялась, что что-то произошло из-за временного перемещения Трикс. Возможно, магия перемещения взаимодействовала с ней не лучшим образом, потому что каким-то образом «знала», что Беллатрикс не принадлежит к этой временной линии, но она быстро отбросила эту мысль, потому что Беллатрикс и раньше путешествовала через портключи в этой временной линии, не испытывая ни малейшего дискомфорта. Гермионе показалось, что она заметила Рона вдалеке, она окликнула его и побежала за ним… но ее остановил охранник. Естественно, поскольку Гермиона не была членом Министерства или мракоборцем, ей было отказано в доступе, какие бы аргументы она ни приводила. Разозлившись, Гермиона стиснула зубы и для пущей убедительности пнула мусорный ящик. Поэтому она уселась на скамейку и предалась страданиям, пока не появились члены семьи Блэков. Она заметила их вдалеке за толпой охранников и попыталась привлечь их внимание. К сожалению, ей это удалось, так как ее заметила мать Беллатрикс. Друэлла Блэк, державшая под руку Нимфадору, указала на нее и направилась к ней. Когда Гермиона разглядела выражение ее лица, ее сердце оборвалось. Глаза Друэллы были красными, руки дрожали, а макияж потек от слез. Нимфадора тоже выглядела очень обеспокоенной, часто шептала ей что-то на ухо и сжимала ее руку. Мать Беллатрикс никогда не казалась такой… хрупкой. — Мадемуазель Грейнджер, — воскликнула Друэлла. — Cela se produit encore! Pas encore! Pas encore! Ma pauvre enfant! Ma douce Bellatrix! Trouve-la! Aidez-la, s'il vous plaît! S'il vous plaît! Je l'aime tellement! Гермиона не знала, что сказать, когда мать Беллатрикс заключила её в слабые объятия. Друэлла плакала в ее объятиях, как могла. Нимфадора бросила на нее обеспокоенный взгляд. — Гермиона, она такая с тех пор, как… узнала новости, — сказала Нимфадора. — Что бы ни случилось, все следы, оставленные тетей Беллой, тоже исчезли. Бабуля так расстроена. Гермиона положила руки на плечи Друэллы. — Миссис Блэк? — сказала она как можно мягче. — Я хочу, чтобы Беллатрикс была найдена так же сильно, как и вы. Я сделаю все, что в моих силах, и даже больше. Вы меня понимаете? Друэлла всхлипнула, но кивнула. Тем временем Нимфадора подняла палец и закричала. — Маааааааааааааааам! — раздался по залу усиленный магией голос, от которого у Гермионы зазвенело в ушах. Однако это привело к желаемому результату: Андромеда, одетая во все свое великолепие, обернулась и заметила Нимфадору, указывающую на Гермиону, после чего начала убеждать охрану немедленно пропустить ее. — Спасибо, — сказала Гермиона. — Не благодари, — ответила Нимфадора. — Слушай, я должна позаботиться о своей бабуле, ладно? Пожалуйста, найди Беллатрикс, хорошо? Гермиона кивнула и стала наблюдать, как Нимфадора уводит безутешную бабушку на скамейку возле автомата с напитками, крепко обнимая ее, пока та плакала. Гермиона подхватила кошачью переноску и направилась к тому же охраннику, который, побледнев, пропустил ее вперед и любезно указал ей на боковой офис. Прежде чем войти внутрь, Гермиона вздрогнула, услышав душераздирающий плач отчаявшейся матери над ропотом множества людей, снующих по терминалу. Боковой офис оказался комнатой отдыха для персонала с кучей столов, креслами и кофеваркой. Единственным человеком внутри был Рон, который поднял глаза от стопки отчетов. — Гермиона, вот ты где. Я сказал нескольким людям пойти поискать тебя. — Ну, они могли бы поискать и получше, — сказала Гермиона. — Рон, ты отвечаешь за расследование? — Что есть, то есть, — пожал он плечами. — Я только что получил отчеты от Невыразимцев. — Так быстро? — надавила Гермиона. Рон фыркнул. — Что я могу сказать? Когда кто-то вроде Андромеды Блэк просит, дюжина высокопоставленных чиновников Министерства бросается выполнять просьбу. В любом случае, портключи по обе стороны в идеальном состоянии, и с телепортационным туннелем между ними все в порядке. Человеческие аналоги, которые они отправили через него, в порядке, все измерения в норме. — Как это может быть? — спросила Гермиона, но вскоре ее внимание было нарушено грохотом, доносившимся из кошачьей переноски. — Не возражаешь, если я выпущу Молнию? Она стала какой-то беспокойной. — Конечно, — сказал Рон. — Только не позволяй ей вылетать в терминал. Если она приземлится не на том портключе, то может оказаться в Тринидаде. Молния была очень рада, что ее отпустили, весело жужжала и нашла себе место на потолке. Гермиона и Рон были слишком сосредоточены на карте. — Туннель телепортации — это всегда прямая линия… ну, вроде того… он изгибается вместе с кривизной Земли, но в остальном это прямая линия от Страсбурга до Лидса. Сбой в туннеле мог забросить ее в любое место на этой линии… будем надеяться, что это не середина Северного моря. — Не может быть, чтобы это был провал в туннеле, — сказала Гермиона. — Она вошла туда сразу после нас с папой и моей мамой. Мама бы тоже погибла, если бы это был провал в туннеле. А может, и мы с папой тоже. — Ты права, — вздохнул Рон. — Но это не объясняет, куда делся след Беллатрикс. Ее мать говорит, что он был там в одно мгновение и исчез в следующее. Не буду врать, Гермиона, я в растерянности. Я рад, что ты здесь, чтобы помочь. Твой большой мозг может пригодиться. В этот момент в дверь вошли Андромеда и отец Беллатрикс. Андромеда выглядела рассеянной, а Сигнус опирался на свою трость. Хотя Сигнус выглядел гораздо более спокойным, чем Андромеда, Гермиона могла сказать, что он волнуется. — Что случилось?! — гневно спросила Андромеда. — Где моя сестра?! — Мадам Блэк, — пробурчал Рон. — Мы делаем все возможное, чтобы… — Не надо меня опекать! — воскликнула Андромеда. — Я требую, чтобы мою сестру нашли! Вы видели, в каком состоянии находится моя мать?! И, поверьте, вам лучше не знать, что сейчас творится у меня в голове. Гермиона приложила палец к губам. — Ладно, давайте я подведу итог тому, что мы знаем. Четыре человека вошли в портключ, а вышли только трое. Предварительные тесты показывают, что с портативными ключами и телепортационным туннелем все в порядке, и мы бы знали, если бы что-то было не так. Это не может быть сбой в туннеле, потому что в этом случае пострадали бы все четверо, учитывая, как близко мы находились друг к другу. След в любом случае не пострадал бы от сбоя в туннеле, а его все равно нет. — Гермиона, — надавила Андромеда. — Беллатрикс не могла исчезнуть с лица земли. — Андромеда, — Сигнус положил руку ей на плечо. Глава дома Блэк крутанулась на месте. — Нет, я не успокоюсь! Черт возьми, отец, мы только что вернули ее! Мне только что вернули мою старшую сестру, а теперь эти отбросы из Министерства говорят нам, что она пропала и они не могут ее найти! Я НЕ ЖЕЛАЮ ПРОХОДИТЬ ЧЕРЕЗ ЭТОТ АД ВО ВТОРОЙ РАЗ! Гермиона закрыла глаза и вспомнила, что произошло до и сразу после перехода через портключ. Она старалась отгородиться от всех звуков криков, чтобы попытаться мыслить ясно. И тут её осенило. Человек в плаще, который столкнулся с Беллатрикс. У него не было причин сталкиваться с ней. Беллатрикс шла в противоположном направлении по другой полосе. Чтобы столкнуться с Беллатрикс, мужчине пришлось бы специально выйти на встречную полосу. Это вообще не было несчастным случаем. — Андромеда? — заговорила Гермиона. — Пожалуйста, скажи мне, что ты еще не отозвала группы наблюдения. Несколько мгновений спустя Рон, Гермиона, Андромеда и Сигнус рассматривали разложенные на столах стопки движущихся фотографий, на которых были запечатлены моменты, непосредственно предшествующие тому, как они вчетвером отправились в Страсбург. Рон поднял бровь. — Вы… э-э-э… вы поручаете агентов следить за Гермионой и фотографировать ее круглосуточно? — Да, — сказала Андромеда. — В течение многих лет. Все ее действия и взаимодействия. — Взаимодействие с… всеми? — Да, — сказала Андромеда. — Прежде чем вы спросите, у меня есть довольно обширное досье и на вас, мистер Уизли. Рон заметно покраснел и слегка сглотнул, обдумывая последствия этого. Но Гермионе сейчас было не до того, что Рон испытывает дискомфорт, ведь она изучала движущуюся фотографию с большой лупой. — Похоже, моя интуиция была права, — сказала Гермиона, внимательно посмотрев на фотографию, на которой был запечатлен тот самый момент, когда человек в плаще столкнулся с Беллатрикс. — Видите? В тот самый момент, когда он столкнулся с Беллатрикс, он также сунул что-то в ее карман. — Обратный карманник? — спросила Андромеда. — С какой целью? Сигнус потер подбородок. — Теоретически можно захватить телепортационный туннель. Изменив конечную точку. — Портключ внутри портключа! Гермиона щелкнула пальцами. — Телепортационные туннели — это чистая концентрированная магия. Перенаправить поток можно только в радиусе 20 миль от первоначального пункта назначения, при этом тело путешественника остается нетронутым. Рон хмыкнул. — Но это означает, что похищение могло произойти в любой точке маршрута. А это более пятисот миль пути. — Чтобы пробить туннель из чистой концентрированной магии, нужна чистая концентрированная магия, — сказал Сигнус. — Это оставит магический след. — И если мы найдем этот след, то найдем и Трикс, — улыбнулась Гермиона. Рон поджал губы. — Но это все равно не объясняет, куда делся след. Андромеда на мгновение поджала губы. — Следы не работают в портативных ключах. Слишком сильное магическое искажение. Когда объект покидает туннель, магии следа нужно время, чтобы «наверстать упущенное» после путешествия. Именно в этот промежуток времени кто-то может отменить или скрыть действие следа. — Могу ли я спросить, откуда вы так много знаете о следах? — Рон поднял бровь. — Как же, мистер Уизли, — лукаво усмехнулась Андромеда. — Неважно, — сказала Гермиона. — Для таких точных измерений потребуется дорогостоящее и деликатное оборудование. Оно должно уметь различать сильные магические токи в существующем туннеле и тонкие показания разрыва туннеля в точном месте. — Что тебе понадобится? — спросила Андромеда. — Все будет доставлено в течение часа. — Магиметр, осциллирующий рассеиватель и анализатор сигналов, — сказала Гермиона. — Могу я предложить вам также измеритель искажений? — добавил Сигнус. — Я помогу вам, мисс Грейнджер. У меня есть некоторый опыт анализа портключей, я работал над созданием портключей в Инвернессе в качестве стажера. — Мы разберемся с этим, — сказал Рон. — Для твоего же блага! — зашипела Андромеда. — Андромеда, — Сигнус положил руку ей на плечо. — Успокойся. Мы все хотим ее вернуть.

***

Когда Беллатрикс открыла глаза, она все еще была слегка не в себе. Пока глаза привыкали к свету, она заметила две вещи. Во-первых, она лежала на чем-то очень мягком и упругом. Во-вторых, она находилась в крайне неудобной позе: ее руки были вытянуты над головой и зафиксированы. Когда она наконец смогла осмотреться, то увидела, что находится в затемненной комнате какого-то дома. Здесь было довольно опрятно, но занавески, частично закрывавшие окно, окутывали комнату тенью. За окнами виднелись скрюченные деревья. Сама комната выглядела как гостиная, с диванами, камином и картинами. По ее мнению, здесь было довольно мило. Сама Беллатрикс лежала на уютной двухместной кровати, выглядевшей довольно неуместно в гостиной. Судя по отсутствию пыли и тому, как была сдвинута мебель, чтобы освободить место, она была добавлена совсем недавно. Беллатрикс подтянулась на руках и обнаружила, что они прикованы к изголовью кровати, а вокруг запястий обвиты заколдованные веревки. Беллатрикс дернулась, но веревки оказались крепкими. — Наконец-то ты проснулась, — раздался серьезный голос из темноты. Беллатрикс замерла. — Кто… кто там? — спросила она. — Боже, боже, неужели ты не узнаешь мой голос? — прозвучало в ответ, когда фигура шагнула на свет. — Полагаю, прошло уже много времени. Облаченный в черную мантию мужчина был широкоплечим, но истощенным. Его кожа была бледнее обычного, а шея и голова были покрыты шрамами от магических ожогов. Большую часть лица закрывала клочковатая борода, но по чертам лица и глазам можно было безошибочно определить, кто это. — Родольфус? — заикнулась Беллатрикс. — Ты помнишь! — он разразился раскатистым смехом. Неприятным смехом. Невеселым смехом. — В отличие от меня, ты не постарела ни на день. А я говорю, Белла, что ты доставила мне немало огорчений. И тебе, несомненно, будет приятно это слышать. Родольфус стоял около кровати, рядом с ней. Он снял перчатку со своей мозолистой руки и взял Беллатрикс за лодыжку. Кудрявая ведьма почувствовала, как по всему телу пробежала дрожь, когда он медленно провел рукой от лодыжки до колена, немного приподняв платье. — Знаешь, я всегда восхищался твоими ногами, — усмехнулся он, убирая руку. — Все считали, что я убил тебя и закопал в лесу. Даже Темный Лорд! О, он был в ярости. «Ты лишил нас потенциального рекрута и привлек к нам слишком много нежелательного внимания в самое неподходящее время». Но я благодарен: Мне пришлось работать вдвое усерднее, чтобы улучшить себя и доказать Темному Лорду свою ценность. И я стал его самым доверенным, самым верным лицом! — Куда ты меня завел? — настороженно спросила Беллатрикс. — Тебе нравится? — спросил Родольфус. — Тебе должно нравиться. Ты проведешь здесь остаток своей жизни. Беллатрикс изо всех сил старалась сохранить ровное дыхание: хотя она была полна решимости не сдаваться, положение ее далеко не радовало, и она чувствовала, как на краю ее существа зарождается паника. — Охотничий домик. Принадлежал моему деду, — сказал Родольфус. — Он очень хорошо спрятан, и он не упоминается ни в одной книге. Сюда никто не приходит, кроме меня. Белла, никто и никогда не найдет тебя здесь. Твоя прежняя жизнь закончилась. Точно, паника грозила вторгнуться в ее спокойный образ жизни. Она судорожно оглядывалась по сторонам, на окна, на дверь. И снова ее внимание привлекли искривленные деревья снаружи. — Мы… — прошептала она. — Мы в Запретном лесу! — Умная, умная маленькая ведьма, — усмехнулся он. — Но, впрочем, ты всегда была такой. Ты, конечно, права. Последние полтора года я нахожусь здесь только ради своего бесконечного развлечения. Это восхитительно просто — подкупить каких-нибудь ничтожеств, чтобы они приняли оборотное зелье, и заставить их несколько часов бродить по континентальному городу, наблюдая за тем, как пресса и мракоборцы теряют голову от бешеной погони за гусями! Это действительно довольно комично. А я, между тем, все это время был здесь, прятался прямо у них под носом. И если ты можешь заплатить кому-то за зелье, то можешь заплатить и тому, кто подсунет тебе в карман кое-что, чтобы ты пришла ко мне, дорогая Белла. — Зачем ты привел меня сюда? — спросила Беллатрикс. Родольфус крутанулся на пятках, его лицо исказилось от ярости. — Потому что, — прошипел он. — Мне причитается чистокровная невеста! Голос был настолько громким, что у Беллатрикс зазвенело в ушах. Он навис над ней, схватил за челюсть и сжал. — Забавно, но репутация убийцы будущей невесты, по слухам или нет, не слишком способствует брачным перспективам в кругах чистокровных. Даже если ты лучший лейтенант Темного Лорда. Но ты вернулась, и это был как будто знак самой магии! Ты вернулась как раз вовремя, чтобы помочь мне подготовиться к возвращению Темного Лорда! — Возвращению? — Беллатрикс нахмурилась. — Разве он не умер? Беллатрикс еще не раз пожалеет, что сделала это замечание. Быстрее, чем Беллатрикс успела заметить, его кулак столкнулся с ее щекой с такой силой, что ее голова откинулась назад и врезалась в подушку. Затем последовал второй удар — чуть ниже глаза. — Как ты смеешь?! — прорычал он, и удар в живот заставил Беллатрикс зайтись в приступе кашля. — ГРЯЗНАЯ ШЛЮХА! Беллатрикс вздрогнула, когда его мозолистая рука зажала ей рот, а большим и указательным пальцами зажала нос. И без того обессиленная Беллатрикс начала бороться за дыхание. Она извивалась и поворачивала голову в тщетной попытке освободиться. Он наклонился к ней и приблизил свое лицо так близко, что напуганная Беллатрикс почувствовала его бороду на своей коже. — Ты ничего не знаешь, маленькая сучка, — шипел он, находясь в нескольких дюймах от нее. — Ты ничуть не изменилась, Белла. Все та же невыносимая всезнайка. О, горе мне, моя свобода важнее моего долга. У тебя есть долг перед чистокровными волшебниками, Белла! Долг, который ты выполнишь. Ведь Темный Лорд ждет от всех нас величия и преданности! Ее легкие кричали, требуя воздуха, в то время как зрение начало расплываться, а конечности становились все тяжелее. А потом, так же быстро, как на нее напали, ее отпустили. Беллатрикс сделала большой вдох и закашлялась. Родольфус, со своей стороны, поднял руки. — Извини меня, извини, — сказал он. — Я не должен винить тебя за твое профанное невежество. На самом деле, я должен тебя пожалеть. Ты пропустила последние тридцать лет. Ты упустила возможность взглянуть на великолепие Лорда Волдеморта. Ты упустила шанс преклонить колени у его ног и приобщиться к его славе. Я не должен винить тебя за то, что ты не могла повлиять. Беллатрикс пристально посмотрела на него. Родольфус был далеко не тем капризным школьником, каким он был раньше. Это был солдат, закаленный в боях маг. Это был человек, который измучил Гермиону до полусмерти. Кем бы он ни был в прошлом, он стал жестоким, свирепым и отчаянным. Если он был способен почти до смерти избить Гермиону, то уж с ней он точно мог сделать то же самое. Если судить по тому, как горела ее щека или болел глаз, он мог поступить гораздо хуже. — Пожалуйста, прости меня, — склонил он голову. Очевидно, Беллатрикс слишком долго не отвечала. — Пожалуйста, — сердито повторил он сквозь стиснутые зубы, опасно сжав кулак. — Прости меня. Хорошая чистокровная жена должна быть доброй и милосердной и прощать измены, если ей приносят достойные извинения. Беллатрикс вскрикнула. — Я прощаю тебя! Я прощаю! Просто… все это немного… — Ошеломляюще? — закончил Родольфус. — Ты не должна быть подавленной. В конце концов, от тебя этого ждут. Темный Лорд никогда не умрет! Он всегда с нами! Мы будем ждать его возвращения, и когда он вернется, мы будем готовы к нему. — Почему… я… здесь?! — гневно спросила Беллатрикс. На мгновение она ожидала нового удара, но его не последовало. Вместо этого Родольфус широко раскинул руки. — Здесь, в этом логове, у нас есть все необходимое для подготовки! — крикнул он. — Вместе, Беллатрикс, мы с тобой создадим армию из самых преданных последователей, чтобы подготовиться к возвращению Темного Лорда! Чем дольше он будет ждать, тем больше будет его армия! Создадим… армию. Создадим. О, Мерлин. О МерлинОМерлинОМерлин! В полной панике она начала дергать за веревки, которые только сильнее стягивались вокруг ее запястий. Родольфус уже навис над ней, укладывая ее на спину, пока она боролась. Рука легла ей на щеку, на то самое место, куда он ударил ее несколько минут назад. Беллатрикс начала задыхаться, и Родольфус, похоже, принял это за возбуждение. — Ну же, — сказал он. — Служба Темному Лорду может быть весьма приятной. Давай начнем. — Подожди… — Беллатрикс зажмурила глаза, когда он начал проводить пальцами по ее волосам. — Подожди! — закричала она, когда он начал освобождать ее плечи от платья. — ЧТО?! — воскликнул он. — Мы не женаты! — в отчаянии крикнула Беллатрикс. Родольфус склонил голову набок. — Ты называешь меня своей чистокровной невестой, верно? — сказала она. — Но… мы не женаты официально. И… что скажет Темный Лорд, когда вернется и узнает, что армия, созданная для него, полностью внебрачная? Это будет… так ужасно для него. И для тебя! Родольфус размышлял над этим, потирая бороду. Беллатрикс прикусила губу, надеясь, что он хотя бы сейчас образумится. — Видишь, Белла? — наконец усмехнулся он. — Ты только что предотвратила мою отвратительную ошибку! Ты уже отличная жена! Но где найти чиновника?! Я в бегах. Она заметила, что теперь он переосмысливает ее слова. Беллатрикс поняла, что ей придется действовать быстро. — Я знаю викария! — объявила Беллатрикс. — Церковь Святого Иуды на холме, в Лондоне. Там есть викарий по фамилии Фрост. Родольфус сузил глаза. — Маггл? — Лучше, чем ничего, — попыталась Беллатрикс. — И они не знают, что ты в бегах. На мгновение ей показалось, что он отмахнется от ее предложения, но когда он схватил свой плащ и накинул его на плечи, ее охватило облегчение. — Я сейчас же пойду и найду нам викария! — сказал он, направляясь к двери. — Я скоро вернусь. Никуда не уходи, — он усмехнулся собственной шутке и захлопнул за собой дверь. Снаружи послышался звук хлопка. Беллатрикс вздохнула с облегчением, но знала, что времени у нее мало. Как только он найдет викария и они поженятся, его уже никто не остановит… от того, что он собирался сделать… Ей нужно было убираться оттуда, а время поджимало. Давным-давно Цисси подшутила над ней и с помощью волшебной веревки похожего типа привязала ее за ногу к их садовому домику. К огорчению Цисси, нужно было найти нужный поток магии, который бы синхронизировался с магией веревки, и тогда она смогла бы вырваться. Если бы ей удалось повторить этот подвиг здесь, она смогла бы сбежать. Поэтому Беллатрикс принялась за работу, изменяя поток магии, проходящий через ее руки, чтобы понять, что заставит веревки сжаться, а что — ослабнуть. У Беллатрикс было мало времени.

***

Самое лучшее… ну, второе лучшее… в том, чтобы быть связанным с благородным и древнейшим Домом Блэков, — это быстрый доступ к огромным ресурсам в любой момент. Андромеда оказалась верна своему слову и доставила все оборудование менее чем за час. К счастью, оборудование также было предварительно откалибровано, что сэкономило драгоценное время. После этого оставалось только снова и снова проходить через телепортационный туннель, созданный портключом, чтобы снять показания в надежде найти нужную магическую подпись. На самом деле Гермиона совершила уже около шести путешествий в оба конца, когда ее снова переместили в Лидс. Приземлившись на ноги, она немного пошатнулась и тут же бросилась к ближайшему мусорному баку, чтобы выплеснуть содержимое своего желудка. С привкусом желчи во рту она слабо подняла голову, но тут же почувствовала, что ей снова хочется захлебнуться. Когда она наконец немного пришла в себя, то обнаружила, что Рон стоит над ней и протягивает бутылку с водой. Благодарная Гермиона взяла бутылку. — Присаживайся, Гермиона, — сказал Рон. — Мистер Блэк уже откалибровал… э-э… сканирующую штуку. Следующие несколько путешествий проведу я. — Спасибо, Рон, — проворчала Гермиона и подошла к скоплению сидений, где Сигнус устанавливал оборудование. Старик положил свою трость, чтобы прислонить ее к деревянному станку высотой до пояса, который выглядел как нечто, вышедшее из лаборатории доктора Франкенштейна. Пока Рон доставал счетчик и совершал первое путешествие через портключ, Сигнус еще раз взглянул на циферблаты. — Возможно, мы что-то нашли. Есть определенный всплеск в нижней части электромагического диапазона. Потребуется больше показаний, чтобы сузить диапазон. Гермиона сделала глоток из своей бутылки, чтобы смыть неприятный привкус во рту. — Как вам удается сохранять спокойствие? — спросила она, чувствуя, что ее тошнит от тревоги. Сигнус на мгновение замер, прежде чем заговорить. — Годы деловых сделок и переговоров по контрактам дали мне навык казаться спокойным, собранным и уверенным в себе при любых обстоятельствах… даже если это не так… Гермиона опустила взгляд. — Мне очень жаль. Я не хотела намекать… — Все в порядке, мисс Грейнджер, — сказал Сигнус. — Меня больше всего беспокоит тот факт, что до сих пор не было отправлено никаких требований о выкупе. Последствия этого весьма тревожны. А что насчет вас, мисс Грейнджер? Вы очень сильно напряжены. Гермиона вздохнула. — Неужели это настолько очевидно? — ответила она. — Кажется, это было так давно, когда я впервые встретила Трикс через Зеркало Фейри. Мы все знали историю о ее исчезновении. Это ужасно — знать, что человек, с которым ты разговариваешь, будет убит через несколько месяцев. Конечно, Трикс взяла с меня обещание ничего не рассказывать ей о будущем. Я пыталась убедить ее в том, что с ней произойдут плохие вещи, и при этом не могла сказать ей, что это за плохие вещи. Это не описать словами. — Хм, — улыбнулся Сигнус. — Наверное, то, что моя свирепая девчонка упрямее особо упрямого мула, не помогало. — О, конечно, — скрестила руки Гермиона. — Я только убедила ее держаться подальше от Родольфуса и Темного Лорда, а этот старый козел Дамблдор снова отправляет ее на какое-то полупустое шпионское задание! Как будто он не понимал, насколько это опасно. Пальцы Сигнуса зависли над механизмом. Он сделал шаг назад и медленно сел рядом с Гермионой. — Беллатрикс не оказалась бы в таком положении, если бы я не поставил ее в него с самого начала, — сказал Сигнус. — Я видел, как она была несчастна, когда над ее головой висел брак с Родольфусом Лестрейнджем. Я знал, как сильно она хотела вырваться из него. Я довел ее до такого отчаяния, мисс Грейнджер. И мне пришлось жить с этим тридцать три года. Гермиона наблюдала за ним, пока он смотрел вдаль, казалось, погрузившись в раздумья. Гермиона уже видела это выражение — сочетание вины и беспомощности — на лице собственного отца, узнавшего о ее страданиях. Выражение лица Сигнуса было очень похоже на лицо страдающего отца. — Я бы так не сказала, — сказала Гермиона. — Я читала газетные статьи. После исчезновения Беллатрикс вы пошли на конфликт с главой вашего дома и заняли позицию, которая привела к отречению многих предыдущих Блэков, ради вашей дочери. Это требует мужества. — Очень мило с вашей стороны, — ответил Сигнус, и уголки его рта дрогнули в легком намеке на улыбку. — Но если бы у меня действительно хватило смелости, я бы сделал это раньше ради Беллы. Но я не сделал этого. Моя бедная Белла никогда не видела свою семью и даже своего отца в лучшем виде. — Думаю, теперь она это понимает, — улыбнулась Гермиона. — Мой отец тоже справляется со своим чувством вины. Несмотря на то, что я продолжаю утверждать, что сама делаю свой выбор, он винит себя во всем, что мне пришлось… пережить. Он не должен чувствовать себя виноватым ни в чем, но я не могу убедить его в этом. — Отцы должны защищать своих детей, — сказал Сигнус. — Думаю, я вполне понимаю его позицию. Даже если Беллатрикс простит меня, не думаю, что я так быстро прощу себя. — Вам с моим отцом стоит поговорить, — сказала Гермиона. — Несмотря на все ваши различия, у вас обоих много общего. — Честно? — сказал Сигнус. — Думаю, мне бы это понравилось. — Технически, это я забрала ее у вас и ее семьи, — признала Гермиона. — Убедив ее отправиться со мной в будущее, я стала причиной ее исчезновения. — Нет, — покачал головой Сигнус. — Мисс Грейнджер… Гермиона. Вы вернули ее мне. Я не сомневаюсь, зная, каким безумным фанатиком стал Родольфус Лестрейндж, что Беллатрикс ждало бы либо ужасное будущее, либо насильственный конец в юном возрасте. Я не знаю, что бы произошло, если бы она не путешествовала во времени, Гермиона. Это единственная реальность, которую я знаю, и я считаю, что для Беллатрикс получить второй шанс на жизнь будет лучше для нее и для нашей семьи. Ты не сделала ничего плохого. Гермиона улыбнулась. — Спасибо. — Мы еще найдем Беллатрикс, Гермиона, — сказал Сигнус. — Что касается тебя, то я понимаю, что ты спасла Беллатрикс ценой больших потерь. Будь уверена, что благородный и древнейший Дом Блэков заботится о своих друзьях, союзниках… и будущих членах. Гермиона вскинула голову и посмотрела на старшего волшебника расширенными глазами. — Вы имеете в виду…? — Давай сначала найдем ее, а? — усмехнулся он, встал и вернулся к машине, обнаружив, что Молния уже приземлилась рядом. — А, привет, мой маленький друг. Гигантская оса мягко укусила Сигнуса несколько раз, прежде чем Гермиона подошла к ней. Выпив еще воды, она снова села и прижала осу к груди. Пусть Молния и не была мягкой и пушистой, как когда-то Живоглот, но обнимать осу было так же приятно. — Да, — прошептала Гермиона. — Я тоже за нее волнуюсь. Через несколько минут Рон вышел из своего третьего кругового путешествия с последними данными. Рон, уже выглядевший слегка позеленевшим, позволил Сигнусу проанализировать последние данные, после чего уселся на пол и принялся пить. — Мерлин, — пробормотал он. — У меня такое чувство, будто мои кишки отбивают чечетку. — Никому не рекомендуется совершать столько путешествий за один день, — сказал Сигнус. — Следующие несколько путешествий я возьму на себя. Однако мы добились определенного прогресса. Я настрою рассеиватель на нужную частоту МагиГерца. В следующие несколько поездок мы, возможно, сделаем прорыв. — Нет, — сказала Гермиона. — Вам нужно держать голову в ясном состоянии. Я возьму на себя следующие несколько путешествий. Со мной все будет в порядке, просто мне нужно будет немного сосредоточиться. Гермиона отступила к портключу и сделала несколько глубоких вдохов: ее желудок уже начинал сворачиваться при мысли о новых путешествиях туда и обратно, но она взяла себя в руки и принялась за дело. В тот момент, когда она уже собиралась прикоснуться к портключу, Молния приземлилась на постамент рядом с ним и посмотрел на нее своими огромными глазами. — Ладно, — сказала она и расстегнула молнию на куртке. Оса забралась внутрь и, когда Гермиона снова застегнула молнию, высунула голову прямо под подбородком Гермионы. Она схватилась за измерительные приборы и рассеиватель, глубоко вздохнула и пошла внутрь. Первые две поездки туда и обратно прошли как обычно. Она появлялась в Страсбурге, возвращалась в Лидс и делилась своими выводами, после чего Сигнус заново калибровал оборудование. В третий раз что-то произошло. Рассеиватель сделал свое дело: резкий толчок прошел по всему телу Гермионы, и на мгновение ей показалось, что ее разделили на две части. Ее швыряло по телепортационному туннелю, как тряпичную куклу, она плакала и кричала, казалось, целую вечность, пока ее довольно грубо не выкинуло на землю. Первое, что случилось с Гермионой, — ее вырвало. Второе, ей нужно было оправиться от дезориентации: в данный момент она не могла отличить верх от низа и лево от право. Она перевернулась на спину и задыхалась, во рту все еще ощущался неприятный привкус. Когда она открыла глаза, перед ней было голубое небо. Гермиона сделала еще несколько глубоких вдохов, услышав шум за окном и блеяние овец вдалеке. Она определенно приземлилась не в Лидсе. Гермиона приподнялась и обнаружила, что находится посреди поля рядом с рощей деревьев. Никто из них не ожидал встретить здесь какую-либо опасность, ведь со стороны похитителей Трикс было бы глупо оставаться здесь. Как они и договаривались, Гермиона достала из своего ранца маячок. Посадив ракушку на палочку в землю, она принялась изучать окрестности. Она услышала, как вдалеке жужжит Молния — то ли оса сама вылезла из ее куртки, то ли Гермиона сбросила ее с себя. Гермиона поднялась на ноги и, недолго думая, медленно подошла к кусту, где Молния жужжала крыльями. Оса приземлилась и уткнулась головой во что-то. Шляпа Беллатрикс. Остроконечная шляпа лежала заброшенной и покрытой грязью. Гермиона подняла ее и взяла в руки: Трикс определенно была здесь, и она никогда бы не оставила свою любимую и обожаемую шляпу без присмотра. Молния жужжала кругами, и было очевидно, что она хочет, чтобы она следовала за ней. Может быть, она уловила запах? Могут ли осы вообще так делать? Молния привела ее к роще деревьев на краю поля, рядом с которой, судя по всему, проходила дорога в плачевном состоянии. Молния, казалось, кружила над рощей, расположенной у самого края, и поначалу Гермиона не могла заметить ничего необычного. Вытащив палочку и пошарив ею вокруг, она обнаружила очень слабый магический след. На самом деле, он был настолько слабым, что если бы Молния не сидела рядом, она, скорее всего, никогда бы его не обнаружила. Отверстие в узле было заколдовано, чтобы стать еще одним портовым ключом, местоположение которого неизвестно. Все, что ей нужно было сделать, — это прикоснуться к нему. Они с Роном решили собраться в любой точке, куда их доставит портключ, оценить ситуацию и при необходимости вызвать подкрепление. Как оказалось, это похищение было хорошо спланировано и, скорее всего, подготовлено заранее. Вероятность столкнуться с опасными людьми была высока. Но… если бы ситуация была обратной, Беллатрикс даже не колебалась бы: ради Гермионы она проскочила бы через все и встретила бы опасность лицом к лицу. Почему бы Гермионе не поступить так же? Она на мгновение поджала губы, сомнения все еще терзали ее. Что толку, если Гермиону схватят или она сама погибнет? Как это поможет Трикс? Гермиона вздохнула и воткнула в землю рядом с деревом еще один конусовидный маячок. Достав из ранца волшебный маркер, она нарисовала вокруг сучка ярко-розовый светящийся круг со стрелкой, указывающей на него. Даже Рон уловит эту подсказку. Затем она засунула шляпу Трикс в свой ранец, а Молнию — снова в куртку. С мрачной решимостью она прикоснулась к портключу и унеслась в неизвестность.