Прощаю и люблю

      Время шло.       Жизнь в большом особняке Кингов постепенно входила в обычное русло. Алекс оправился от болезни и смог присутствовать на суде. Трейси осудили на большой срок, хотя многие, если не все, отлично знали, что он не выйдет из тюрьмы. Присутствие в зале заседаний Кирилла Стаута, державшего за руку омегу, похищенного альфы, давало понять, что жить Тони оставались считанные дни.       Дело против Даниэля Стаута рассыпалось в прах, оно было прекращено за недостатком улик, как ни старался адвокат Трейси. Свидетелей избиения не было, и судья решил, что в банде мог произойти разлад, в результате которого потерпевший и получил травмы, показаний самого Тони, естественно, было недостаточно.       Где-то через месяц в прессе появилась статья, рассказывающая о беспорядках в тюрьме, в результате которых несколько осужденных пострадали, а один был убит, им и оказался осужденный на 15 лет, Тони Трейси. Газета, со статьей, была прочитана и выброшена, как и многие другие, в семье Кингов это событие не обсуждалось.       Алекс и Даниэль уже не чурались общения со старшим Стаутом и тот с удовольствием посещал дом сына, зятя и внука! Кирилл прекрасно понимал, что маленький Ник не является его кровным внуком, но малыш понравился альфе и он общался с ним с не меньшей радостью, чем с сыном.       Ник очень тяжело приходил в себя, такое потрясение не прошло даром для шестилетнего ребенка. Его мучили кошмары, он неохотно выходил из своей комнаты и не расставался со своей белкой, о которой почти забыл за год спокойной жизни в семье.       Постепенно малыш начал выходить из комнаты, и даже спускался в сад, но выходить за пределы поместья категорически отказывался, даже в зоопарк! Он вежливо и тихо отказался от предложения Леонарда поехать посмотреть на его любимых рыб.       Взрослые обратились к психологу. Молодой бета поговорил с ребенком, но ничего нового не сказал: все пройдет со временем, как только малыш поймет, что он под защитой и боятся не чего.       Выслушав доктора, Леонард пришел в ярость:       — То же мне, психолог! — гремел он — «Открыл Америку» *! Это мы и без него знаем! Лучше бы сказал, как этого добиться! Да, за такие деньги он должен был пять листов мелким почерком рекомендациями исписать! Что именно нам делать?!       Супруги Кинг и старший-Стаут молча сидели и смотрели как бешеный Лео мечется по кабинету, что делать они тоже не знали. Потом Кирилл предложил:       — А что, если приставить к мальчику охрану? — сын окинул его недовольным взглядом и альфа пожал плечами, как бы говоря: «Я только предложил…», но неожиданно этим предложением заинтересовался Алекс.       — Может и правда нанять охранника, если Ник будет уверен, что рядом с ним взрослый альфа или бета, который сможет его защитить, то его страхи пройдут быстрее.       — Да, но…- неуверенно протянул омега — мы и так все время рядом с ним.       — Мы и раньше были рядом, но это не спасло его — Алекс, чуть помолчал и исправился: — нас… от неприятностей. Возможно, нужен другой человек, чтобы Ник чувствовал себя за ним, как за «каменной стеной».       — Есть у меня такой человек — Кирилл Стаут усмехнулся, — не человек — стена!       После недолгого разговора с доктором по этому поводу, одобрение было получено и на следующий день в особняк прибыл охранник.       «Да, папа, не обманул, действительно — стена!» — думал Даниэль, разглядывая огромного бету, стоящего в холле, он смутно помнил, что именно этот человек вынес его измученного супруга из «тюрьмы» и уложил в карету «Скорой помощи». Тогда омега его не разглядел, запомнил только его огромный рост и широченную спину. И вот теперь разглядывал бету.       — Здравствуйте, я — Даниэль Кинг, — представился омега и напомнил — мы встречались, но я так и не поблагодарил Вас за помощь в спасении супруга и сына.       — Я был рад помочь — спокойно, уверенно и неожиданно мягко, ответил громила.       Когда после взаимных реверансов, они сидели в библиотеке и подписывали контракт, Дэни разглядывал гиганта. Да, рост был не менее двух метров, широкие плечи, сильные руки, но лицо довольно приятное, карие глаза, темные волосы, и самое удивительное — голос. Он не был очень низким, как ожидалось при его комплекции, у Мартина Гроса, как звали нового «бебиситтора» Ника, был приятный баритон. Пока Дэн нанимал его на работу, Алекс разговаривал с сыном.       Как ни странно, Ник, сейчас так неохотно подпускающий к себе новых людей, быстро сошелся с Гросом, Мартин попросил называть его именно так, его все так звали из-за говорящей фамилии** и он привык.       Наверное, именно из-за внешности нового «няня» ребенок постепенно начал приходить в себя. Он перестал бояться, чего пугаться-то, когда рядом с тобой огромный бета, который одной рукой вилку гнет (Грос как-то, под недовольным взглядом омеги, показал такой фокус за столом). Нику нравилось, что, завидя огромного охранника у него за спиной, к нему не подходили журналисты, похищение известных по всей стране альф Кингов, заставило их толпами топтаться около особняка и преследовать его обитателей.       При этом большой Грос, совершенно спокойно играл с детьми на детской площадке и если вначале папочки-омеги пугались огромного детину рядом с качелями или горкой, то потом привыкли, а некоторые едва не текли, когда взрослый крепкий молодой мужчина, осторожно брал Ника на руки и нес к машине. А потом долго обсуждали, что вот достанется же кому-то такой парень, хотя и бета, но сильный, крепкий, такой прижмет так прижмет и детей любит, а их альфы только и могут, что вставить разок в попку вечерком да спать завалиться… и вздыхали.       Когда проблема с состоянием ребенка была решена: он медленно, но верно, приходил в себя, супруги вспомнили о себе.       Прошло уже больше месяца как у них не было секса. Вначале Алексу было не до него от слова совсем, потом омега никак не мог расслабиться, все время думал о мальчике и искал решение как помочь ребенку. И вот теперь им ничего не мешает!       Даниэль стоял у окна, он уже принял душ и ждал супруга. Алекс подошел, обнял мужа со спины и зашептал ему в ухо:       — Дэни, я так соскучился… хочу тебя, аж яйца звенят — он крепче прижал омегу к себе, и Даниэль ощутил, как к его ягодицам прижался колом стоящий член, тонкие пижамные штаны альфы, не скрывали его желание. А возбужденный супруг продолжал шептать:       — Так хочу вставить тебе, войти в твою крепкую попочку, целовать тебя везде-везде! — альфа недвусмысленно терся бедрами о попу омеги, а тот уже возбужденно дышал, откинув голову на плечо мужа. Алекс начал целовать шею мужа, опускаясь ниже, потом развернул супруга к себе и провел по его груди, задержался на сосках, чуть покрутил их в пальцах, потом обхватил губами. Дэни рвано вздохнул и выгнулся навстречу ласке, его руки гладили спину и ягодицы мужа, потом он отстранился от ласковых рук и, смотря альфе в глаза, медленно опустился перед ним на колени.       Омега потёрся щекой о бугор на пижамных штанах, потом стянул их с альфы, оголяя член. Дэн снова посмотрел на супруга, лукаво улыбнулся и подул на головку колом стоящего члена, альфа резко вздохнул и протяжно выдохнул, когда язычок омеги облизал её, а потом обхватил губами. Алекс запрокинул голову и полностью отдался ощущениям, минет его омега делал потрясающе. Он точно знал, когда надо пройтись по стволу легким касанием, когда нежно полизать, а когда и глубоко насадиться, пропуская член в горло. Через несколько минут этой сладкой пытки, альфа начал слегка подмахивать, пока еще осторожно, а потом уже сильнее вбиваться в умелый ротик мужа. Омеге это тоже нравилось, нравилось все — от первых робких вздохов альфы, до его сильных толчков и громкого рыка, когда доведенный до края супруг, кончал.       Даниэль крепко держал Алекса за ягодицы, вцепившись в половинки, когда альфа попытался отстраниться, вероятно, все же надеясь насладиться попкой мужа, омега резко притянул его к себе, при этом его пальцы сместились, они оказались глубоко в расселине между половинок и коснулись ануса, резко нажав на тугое колечко мышц.       Альфа громко, как-то испуганно, вскрикнул и вдруг сорвался в невероятно яркий оргазм. Его тело выгнулось дугой, из горла вырвался, не знакомый и любимый омегой, рык, а крик и член, извергаясь спермой, заполнил ею рот омеги так, что тот едва успевал сглатывать. После такого бурного оргазма, Алекса не держали ноги, он опустился рядом с супругом и буквально свалился ему на руки, уткнувшись лбом в плечо Даниэля, замер, купаясь в послеоргазменной дымке. Потом запустил руку в штаны омеги и ласками довел его до долгожданного оргазма.       Они лежали не на полу, на большом пушистом ковре, чем-то напоминавшем шкуру животного, а уже в постели, обнявшись и наслаждаясь близостью друг друга, когда омега чуть смущаясь спросил:       — Лекси, что это было?       — Самый лучший из оргазмов — лениво ответил альфа, его клонило в сон, но после следующих слов супруга, его как рукой сняло. Даниэль тихо спросил:       — А этот, самый лучший оргазм, не был связан с… — он смущенно замолчал, подбирая слова, но все-же закончил — тем, что я, дотронулся до тебя там?       — Нет, что ты? Просто у нас с тобой долго не было секса, вот я и не сдержался. — такой ответ показался альфе более достойным, чем признание того, что именно от прикосновения пальчиков супруга к анусу, его пронзило удовольствие и он сотрясался в самом потрясающем оргазме за всю свою богатую сексуальную жизнь.       — Ясно — спокойно ответил омега, хотя он то, не понаслышке знал, какое удовольствие приносят прикосновения к чувствительной дырочке, но раз супруг не готов пока признать это, пусть будет так, и предложил:       — Давай спать, родной. Поздно уже, а завтра наш сын и его любимый «нянь» собрались с утра в город и зовут нас с собой. Отвертеться не получиться, так что, спим.       Алекс кивнул и зарылся носом в волосы мужа, очень радуясь, что тот прижимается спиной к его животу и не видит красного от смущения лица. Ему и правда, очень понравилась эта новая, неожиданная, и главное, такая не альфья, ласка.       Утром, в душе, Алекс осторожно коснулся пальцами ануса, он никогда этого не делал, ну только когда мылся, а вот так, чтобы специально ласкать себя там… никогда. Он провел пальцем по дырочке, почувствовал тугое колечко, чуть надавил и тут же убрал палец. Может быть, повлияло то, что возбуждения не было, а может от страха, что он делает что-то непотребное, недопустимое для альфы, наслаждения, которое он испытал вчера тоже не было, было лишь ощущение приятной ласки, и член, так ярко взорвавшийся от нее ночью, сегодня чуть среагировал. Альфа смутился, хотя он в душе один, но стало как-то неловко. Он быстро помылся, привел себя в порядок, обычными утренними процедурами и вышел к супругу, решив забыть все это как страшный сон (хотя где-то на краю сознания, альфа и понимал, что если это и сон, то далеко не страшный)       После такого необычного, но чрезвычайно запоминающего секса прошло четверо суток. Днем Алекс уже понемногу занимался делами, а ночью не получилось даже обычного секса, Даниэль приболел.       Все симптомы указывали на приближающуюся простуду: слабость, головокружение, даже небольшая тошнота, хотя температуры пока не было. Даниэль категорически отказался от доктора, кутаясь в плед, он смущенно говорил Алексу, что он еще не чихнул, а тот уже бригаду скорой готов вызвать. Альфе не нравилось состояние супруга, но противоречить он не решился, ведь и правда ничего серьезного пока не случилось. Да и, что греха таить, вынужденный перерыв в сексе давал Алексу возможность еще раз обдумать ситуацию с новой «не альфьей» лаской. Забыть её не получалось!       Чтобы окончательно убедиться, что ему «показалось» и прикосновения к этому месту могут вызывать наслаждение только у омег, альфа в очередной раз решил поэкспериментировать.       Когда измученный слабостью омега уснул, Алекс ушел в ванную комнату в гостевых покоях, чтобы уж наверняка никто не мешал. Он наполнил ванну горячей водой, даже немного пены добавил, что никогда не делал если принимал её один, опустился в воду, положил голову на бортик и расслабился.       Минут через десять его разморило, накатывала дремота и альфа начал фантазировать. О чем может фантазировать половозрелый голый альфа в ванной? Конечно, об омегах, точнее об одном конкретном омежке, который так сладко сопит в кроватке, что будить жалко. Да и зачем будить, когда есть фантазии и руки, свои руки, но пока за неимением лучшего.       Алекс погладил себя левой рукой по груди, правая привычно опустилась в пах, провела по промежности, погладила яички и сжала член. Альфа не торопился, фантазии только-только набирали обороты, так что можно спокойно ласкать пенис пока он не прижмется к животу, готовый ко всему. Альфа представлял, что его гладят руки омеги, что это Даниэль теребит его сосок и крепко держит в ладошке член… да, вот так… потом фантазии полетели дальше.       «Дэни, сними трусики… сними. Повернись, разведи попку ручками, я хочу посмотреть… прелесть. Какой ты у меня… дырочка розовенькая… растяни еще половинки в стороны, откройся для меня… шире… еще шире, хочу видеть как попка раскроется… покажи мне себя… поласкай себя, пальчиком… вот тааак, хорошо…» — перед глазами так и стоял омега с широко разведенными половинками, и его тонкий пальчик медленно входил и выходил из раскрытой розовой дырочки. Рука альфы все крепче сжимала член, он действовал уверенно и привычно, когда надо, замедляясь, когда надо, наращивая темп. Не сказать, что Алекс уж так любил самоудовлетворение, но иногда в период гона, не всегда успевал вовремя вызвать хастлеров и первое время приходилось решать проблему своими руками.       Картинка ласкающего свою попку супруга, так ярко встала перед глазами, что альфа едва вспомнил зачем он сюда пришел. Он повернулся на бок, и завел левую руку за спину, медленно провел ею от поясницы к ягодицам, и, не переставая двигать правой рукой, просунул пальцы между половинок. Пальцы замерли на пару секунд и дотронулись до ануса. Алекс застонал, теперь, когда он был возбужден, эта ласка принесла массу новых ощущений, он потер сжатое колечко мышц и снова застонал… Боги… как хорошо… возбуждение накрыло альфу с головой, вытеснив из нее все мысли о неправильности этой ласки, о том, что она только для омег, о том… да обо всем! Было так приятно, что останавливаться не хотелось и он продолжил. Мыльная от пены вода облегчила скольжение и Алексу захотелось большего, он решительно протолкнул палец внутрь. Небольшая боль сзади смешалась с наслаждением спереди, и альфа отчаянно задвигал обеими руками, оргазм накрыл его неожиданно и, как говориться, с головой, он зарычал, забился в нем, выплёскивая семя в воду.       Алекс залез под одеяло к Даниэлю, обнял его как любил, прижав мужа спиной к своему животу, вдохнул любимый омежий запах и закрыл глаза. Сегодня он окончательно понял, что ласки ануса ему нравятся, что в сексе нет «правильных» и «неправильных» ласк, есть только, то, что доставляет удовольствие. Еще альфа подумал, что пальчики супруга, нежные, осторожные, тонкие доставят ему больше наслаждения чем свои собственные. Вот только как теперь донести это желание до омеги? Он еще раз обнюхал Даниэля и подумал, что муж все-таки болен, такой любимый и знакомый омежий запах чуть изменился. _________________________________________________________________________ *«Открыл Америку» — говорить, объявлять о том, что всем давно известно; делать открытия, на самом деле давно и всем известные, и громко заявлять об этом. ** Грос (фр.) — Большой