Молчание равносильно признанию

      Ночь сгущается всё сильнее. В большинстве городских зданий уже давным-давно померк свет в комнатах, но на засекреченной государством базе по-прежнему слишком светло.       С явно подпорченным настроением часть команды спускается по лестнице, прямо к душевым помещениям, чтобы поскорее смыть с себя последствия неудачной миссии. Некоторые из парней оживлённо перешёптываются между собой, изредка оглядываясь на Чонгука, медленно идущего позади всех.       — Интересно, какие у него сейчас мысли?              — А ты как думаешь? Явно что-то по его «голубой» части…              Двое молодых, совсем неопытных парней, только-только приступивших к выполнению своих обязанностей в команде бет, сильно понижают голос, словно боясь, что их могут услышать. Но к ним тут же подбегает светловолосый юноша и вклинивается между двумя друзьями, очевидно, нацеливаясь обсудить новые сплетни.              — Вам не кажется, что присутствует ощущение некоего дискомфорта?              — Ты бы потише… — цыкает на него парень слева. — Вдруг он решит наброситься на нас?       Чонгук быстро, при этом сохраняя бесстрастное выражение лица, проходит мимо них, занимая самый крайний душ из всех. Юноши тут же замолкают, с неловкостью толкают друг друга в бок и разбредаются по своим местам, не забыв бросить на старшего взгляд, полный презрения.       — Как у него вообще хватает самообладания, чтобы стоять здесь с нами? — вдруг вновь доносится тихий голос светловолосого парня, который сразу включает сильный напор воды, словно чего-то боясь.       — У него ведь даже не стоит… — в эту же минуту отвечает кто-то из другого угла, а затем вновь слышится громкий шум запустившегося душа.       — Может быть, вы всё же поимеете хоть какое-то уважение к человеку, который старше вас?       Громкий голос заставляет всех присутствующих, кроме самого Чонгука, вздрогнуть от неожиданности. Молодые напарники мгновенно замолкают и начинают усердно намыливать голову и тело, словно минуту назад в этом месте ничего и не происходило.       — Вам так завидно, какой жизнью он живёт? — вновь подаёт голос парень со входа. — Наверное, это так, раз обсуждаете за спиной.       Юнги, очевидно, являющийся обладателем громких высказываний, проходит до конца душевой и становится в соседнюю кабинку, рядом с Чоном, который всё так же не поднимает голову, лишь продолжает стоять и буравить взглядом напольную плитку. Со старшего уже довольно продолжительное время стекает грязная, смешанная с остатками несмывшейся крови, вода, но ему, кажется, до этого совсем нет дела.       — Как ты себя чувствуешь? — мягко положив ладонь на плечо парня, спрашивает Мин.       — Как я могу ощущать себя, когда убийца бродит где-то по округе и вдобавок является родственником человека, который мне дорог?       — Я не совсем об этом… но я понимаю тебя… — сочувствующее отвечает Юнги. — И, думаю, что мы сможем поймать его и решить всё другим путём.       Он выходит следом за Чонгуком, пребывающим всё в таком же трансе и в отстранённости от окружающего его мира. Насухо вытерев всё тело и закончив со сменой одежды, Чон всё же позволяет себе ненадолго расслабиться, по привычке убирая заряженный и так и не использованный в этот вечер пистолет за пояс.       — Я уже приготовил набросок плана, — словно почувствовав, что парень слегка оттаял, произносит Юнги. — могу показать тебе, если хочешь.       В доказательство к своим словам Мин достаёт свёрнутый в несколько раз листок и протягивает другу. Тот нехотя берёт бумагу и вновь погружается в себя, с каждой секундой мрачнея всё больше и больше.       — Вот здесь я бы хотел…       Но Юнги не успевает договорить, поскольку дверь раздевалки громко хлопает и внутрь помещения заходит господин Кван. Парни даже не успевают осознать происходящего, а мужчина уже стремительно приближается к ним и встаёт прямо напротив растерявшегося Чонгука.       — В иной ситуации я бы не стал этого делать, ты знаешь, — с лукавой ухмылкой оглашает начальник. — Но я просто не мог больше ждать…       Чон в эту же секунду забывает, что ему необходимо дышать. Он застывает на месте, не в силах даже пошевелиться, когда слышит эту фразу. Его сердце бьётся так быстро, что кажется, будто оно сейчас выскочит из груди.       — Мне одобрили твой переход! — с явной радостью в голосе восклицает мужчина. — Отправишься, как только поймаешь Ким Намджуна. И не забудь предоставить мне план по его поимке. Остальные уже сдали, но всё зависит от твоего решения.       Кван с удовлетворённым выражением лица расценивает реакцию замершего Чонгука, а затем разворачивается на пятках и быстро удаляется из раздевалки, оставив парней наедине.       — Гук… — тут же пытается отвлечь Юнги и хватает старшего за запястье, словно боясь, что тот может сотворить с собой что-нибудь плохое или вновь упадёт в обморок, как это уже случилось в середине дня.       — Сделаешь мне одолжение? — не обращая на слова друга должного внимания, внезапно спрашивает Чон. — Подбрось меня до Кванджингу.

***

      Тэхён, находясь лишь в одной, растянутой белой футболке и нижнем белье, в спешке открывает входную дверь, пропуская внутрь квартиры Чонгука. Тот выглядит крайне встревоженным, а ещё таким бледным и измученным, что всё это пугает не на шутку. В последнее время с Чоном и впрямь стало твориться что-то странное…       — Что случилось? — парень с осторожностью дотрагивается до чонгукова лица и заставляет обратить на себя внимание. — Я волнуюсь за твоё состояние в эти дни.       Старший внимательно засматривается на Кима, на секунду опускает взгляд и закусывает губу, так и не решаясь ответить на вопрос. Вместо этого парень снимает с себя обувь и утягивает Тэхёна за собой вглубь помещения. Остановившись посреди гостиной, Чонгук поворачивается к нему, и тот замечает, как в глазах старшего появляется странный блеск.       Горячими ладонями Чон обхватывает лицо Тэхёна, а после притягивает к себе, стискивая в объятиях так, словно боится отпустить или потерять человека перед собой. Ким в недоумении застывает на несколько секунд, но потом вдруг не выдерживает и вместо того, чтобы ответно обвить руками чужую талию, с долей грубости отталкивает парня от себя.              — Почему?       С явным недоумением на лице старший продолжает долго и быстро моргать, словно ему кажется, что происходящее в этот момент лишь плод его странно разыгравшегося воображения.       — А ты как думаешь? — вздёргивает бровь младший. — Ты оставил меня одного после нашего свидания и хочешь, чтобы я был к тебе добр?       — Тэ, прошу…       Чонгук берёт тэхёновы ладони в свои и крепко сжимает, будто думает, что это хоть как-то скрасит его оправдания. Но Ким продолжает стоять с каменным выражением лица и даже не думает о том, чтобы хоть немного смягчиться и сжалиться над старшим.       — Я даю тебе последний шанс для того, чтобы ты всё мне объяснил, — от его слов Чон чувствует, как по коже начинают бегать колкие мурашки. — Либо я узнаю всё то, что ты от меня скрываешь, либо я… не собираюсь больше с тобой разговаривать и как-либо контактировать.       — Нет, пожалуйста, только не делай этого… — почему-то вздрагивает Чонгук и с ещё более жалостливым взглядом всматривается в глаза парня. По его виду младший замечает, что тот не на шутку встревожен, и понимает уже в который раз, что задевает какую-то глубокую рану на сердце Чона.       — Тогда я…       Вдруг фраза обрывается на середине и странная тишина повисает между ними. Она длится лишь несколько секунд, но так сильно настораживает, что зрачки старшего сужаются, а сам он слегка теряет равновесие, но тут же оправляется и ещё сильнее стискивает ладони парня.       — Всё в порядке?       — У меня — в полном, — встряхнув головой, произносит Тэхён и отводит взгляд. — Я лишь боюсь, что ты связался не с теми людьми. И мне показалось, что они не внушают должного доверия…       — Я хорошо знаю их, не волнуйся… — Чонгук не выдерживает и вновь пытается притянуть парня к себе, в этот раз удачно заключив в объятия. — Прошу, только не нужно так сильно переживать…       С этими словами он закрывает глаза, утыкаясь носом в макушку Кима. Проходит некоторое время, прежде чем он, наконец, ослабляет хватку и, кажется, осознаёт, что младший от него никуда не денется.       — У меня больше нет сил на то, чтобы ругаться с тобой сейчас… — тихо шепчет Тэхён и, наконец, заводит руки за чонгукову спину, начав нежно водить руками по ней.       Чон в ответ на это медленно отстраняется и проводит большим пальцем по тэхёновой щеке, а затем с долей грубости целует парня в губы. Ким мгновенно отвечает на поцелуй, полностью растворяясь в моменте и ощущая слабость, которая уже давно подкралась близко к сердцу.       Кажется, что чувство влюблённости в парня с каждым днём становилось только сильнее. И от осознания всего происходящего, как бы в подтверждение, сердце отбивает несколько быстрых ударов.       Неожиданно для младшего Чонгук начинает более настойчиво и требовательно вбиваться языком в его рот. Губы сами продолжают тянуться к нему в ответ, а кровь внутри вскипает с новой силой.       — Надеюсь, что в этот раз мне снова удастся перед тобой извиниться…       — Только сегодня, — в секундном перерыве между поцелуями, выдыхает младший. — Лучше вообще забудь об этих словах.       — Но как быть, если, глядя на тебя в таком виде, практически без одежды, хочется делать подобное постоянно?       Чон целует с каждым разом всё мягче и мягче, слепо двигаясь вглубь квартиры и увлекая за собой смеющегося в ответ на его слова Тэхёна, который в этой внезапно начавшейся суматохе даже сам не разбирает, куда они идут.       — Чимина же здесь нет? — на секунду отрываясь от манящих губ, спрашивает старший и, не дождавшись ответа, открывает дверь, ведущую в комнату Пака.       — Он напился и перепутал наши спальни, поэтому…       — В таком случае понадеемся, что алкоголь подействовал на него как надо, — Чонгук с хитрым выражением лица поворачивает защёлку на двери и одним резким движением придавливает Кима к стене.       Руки уже успевают проскользнуть под футболку младшего, а пальцы начинают очерчивать контуры затвердевающих сосков. Ким еле сдерживается от ощущения, что его тело сейчас расплавится прямо на руках у старшего. Медленными шажками Чонгук движется от губ Тэхёна до его шеи, опускается всё ниже и ниже, при этом словно специально задерживаясь на некоторых местах и оставляя хаотичный ряд красных и тёмно-бордовых отметин на коже. Младший лишь до боли закусывает губу, чем приводит в ещё большее безумство наблюдающего за ним старшего.       Тэхёновы ладони с нетерпением стягивают с Чона водолазку и начинают скользить по широкой спине, особое внимание уделяя и мышцам на руках и выделяющимся кубикам пресса на животе. Чонгук сам ощущает, что не в состоянии больше ждать, поэтому ответно оголяет торс парня, скидывая его футболку на пол.       После этого Чон неожиданно быстро стягивает с парня остатки одежды и, немедля, приближается к возбужденному органу Тэхёна, а в следующую секунду тот уже оказывается у него во рту. Вязкая слюна обволакивает весь член, а язык проводит вверх-вниз, очерчивая контуры взбухших вен.       Киму кажется, что сейчас он определенно испустит дух от получаемого удовольствия. Он закрывает глаза и откидывает голову, машинально сжимая волосы на чонгуковой макушке, а после издает томный вздох удовлетворения. Его рот слегка приоткрывается, губы растягиваются в нелепой улыбке, а на каждом выдохе парень непроизвольно повторяет имя старшего, едва справляясь с собственными ощущениями.       — Гук… — ему в самом деле с трудом удается сохранить сосредоточенность и не терять чувство реальности. — Не… останавливайся.       Старший согласно издает хлюпающие звуки, а затем медленно ведет языком вверх, облизывая головку члена. Сделав ещё несколько таких движений и замечая, что Тэхён уже находится на пике оргазма, Чонгук отпускает в самую последнюю секунду, когда темноволосый слегка подается бедрами вперед и забрызгивает лицо старшего полупрозрачной жидкостью.       Ким испуганно и с долей вины смотрит на парня, но тот лишь ухмыляется и как ни в чём не бывало вытирает капли с лица большим пальцем правой руки. Лишь после этого, одарив младшего ещё одной лёгкой улыбкой, парень подхватывает его за талию и быстрыми шагами направляет в сторону кровати.       Мебель слегка скрипит под напором двух тел, одновременно упавших на мягкое постельное белье. Старший нависает над Кимом и вновь сливается с ним в жарком поцелуе, не оставляя на и без того опухших губах хоть каплю живого места. В ходе этой борьбы становится намного труднее дышать, но каждый раз, когда Тэхён пытается открыть рот, чтобы вдохнуть хоть немного кислорода, Чонгук накрывает его губы своими, заставляя ощущать вновь нарастающее покалывание внизу живота.       На секунду в глазах старшего пробегает некий страх, когда он отвлекается и вместе со своими брюками отбрасывает в дальний угол небольшой, но увесистый предмет, который с глухим стуком падает под прикроватную тумбочку.       — Что это было? — Тэхён слегка приподнимает голову с подушки, но Чон не дает ему встать, придавливая своим же телом и вновь оставляя поцелуи на его коже.       — Наверное, телефон. Не беспокойся об этом…       Ким действительно решает не обращать больше внимания ни на что вокруг, поэтому фокусируется лишь на ощущениях, которые создавал для него Чонгук. Парень жадно исследует каждый сантиметр, лишь слегка прикасаясь кончиком языка к разгорячённому телу, и от этого младшего будто разрывает на части.       Чон уже собирается подготавливать Тэхёна к дальнейшему процессу, но тот резко поднимается и целует старшего в губы, а затем медленно начинает опускаться всё ниже, хватаясь рукой за набухшее возбуждение старшего.       — Я тоже хочу сделать тебе приятно.       Под удивленным взглядом Чона, Ким уверенно начинает водить рукой по члену, а затем чуть опускается и заглатывает орган практически по самое основание. Старший от неожиданности мычит что-то неразборчивое и запускает ладонь в волосы младшего, слегка надавливая, чтобы тот продолжил задуманное.       — Чёрт, как же хорошо!       Ким ловко орудует языком, перемещаясь по всей длине члена, сопровождая всё громким посасыванием. Спустя пару мгновений Чонгук начинает содрогаться, но Тэхён остаётся на месте, дожидаясь, когда старший кончит прямо ему в рот.       Довольный своим результатом, Тэхён слизывает остатки с губ, но Чон не дает ему завершить это действие, поскольку больше не может терпеть того, как возбуждающе всё выглядит со стороны. Парень набрасывается на младшего, совершенно наплевав на то, что им нужно сохранять хоть какую-то тишину в этой квартире.       Ким смущенно ойкает, а затем начинает тихо смеяться, когда Чонгук устраивается сзади него и нежно, едва касаясь кончиками пальцев, выводит на его руках и спине различные линии. Затем, слегка смочив пальцы в слюне, Чон начинает медленно вводить их один за другим, пока Тэхён зажмуривает глаза и изредка вздрагивает от движений внутри себя.       — Потерпи немного, не напрягайся.       Успокаивающий голос действительно даёт расслабиться, поэтому Ким через некоторое время начинает улыбаться и охотнее двигаться навстречу чонгуковым пальцам. Сам Чонгук затыкает парня своими поцелуями, ловя каждый стон, который пытается сорваться с губ Кима.       После он так же трепетно поглаживает тэхёновы ягодицы и настойчиво продолжает тереться о них, словно дразня парня. Младший, ощущая, что вот-вот не выдержит, нетерпеливо подаётся бёдрами назад, стараясь прижаться ещё сильнее, и намекнуть, чтобы Чон поскорее утолил его постыдное желание. Но тот, не прекращая движения, утыкается в поясницу младшего, задевает губами мочку его уха, шепча ласковые слова, которые постепенно превращаются во всё более порочные. Тэхён то и дело вздрагивает и судорожно прижимает руку к паху, словно уже собираясь разобраться с собой самостоятельно, но Чонгук также внезапно накрывает его ладонь своей и сдерживает порыв.       — Так вот, значит, какие у тебя тайные помыслы… — старший начинает улыбаться, а после и вовсе переходит на тихий и низкий смех, что у Кима перехватывает дыхание, а вся кожа покрывается мурашками.       Немного полюбовавшись смутившимся парнем, Чонгук на несколько секунд отрывается от него, принимаясь копошиться в кармане брошенных брюк и затем также быстро пристраивается обратно.       Аккуратно оторвав краешек пакетика зубами, старший раскатывает презерватив по члену и начинает вновь поддразнивать Тэхёна, неспешно проводя головкой между его ягодиц и неожиданно останавливаясь точь в точь на самом уязвимом месте. Ким, в самом деле не ожидавший какого-либо подвоха, расслабляется, но тут же тихо вскрикивает, чувствуя, как постепенно движения становятся плавными и уверенными. Пальцы старшего впиваются в его зад, и Ким закрывает глаза. Теперь он ощущает не только ритмичные движения старшего, но и продолжает поддаваться чонгукову напору, принимая его с возрастающим удовольствием.       С каждой минутой Чон постепенно ускоряет движения бедрами, с долей грубости вбиваясь внутрь парня. Для удобства он подхватывает тэхёнову левую ногу, сгибая в колене, и входит под новым углом. Ким не выдерживает и из его рта вылетает ещё несколько несдержанных вскриков. Страх, что его такого рано или поздно могут услышать, пересиливает и он утыкается лицом в простыню, крепко сжимая в зубах ткань. А Чонгук лишь ещё сильнее начинает ощущать прилив адреналина, поэтому сам отрывисто выдыхает рядом с ухом Кима. Эхо от тихих стонов разносится по комнате, смешиваясь со шлепками двух тел.       Тэхён чувствует, что находится практически на пределе, когда замечает, что толчки становятся реже и намного грубее. Чонгук вбивается внутрь по самое основание, пока в один момент не ощущает, что младший начинает сжимать его член изнутри.              Голова Кима уже идёт кругом от получаемого удовольствия, перед глазами будто бы белеет, проходит ещё пара секунд, и он кончает себе на живот. Сквозь этот туман чувствуются последние соприкосновения тел друг о друга, а затем, старший едва успевает вытащить член, как в ту же секунду сам начинает содрогаться от полученного наслаждения.       Издав удовлетворенный стон и на автомате стянув с себя презерватив, парень падает на спину и с блаженством закрывает глаза, пытаясь перевести своё сбившееся дыхание. Ким, более-менее пришедший в себя, поворачивается к Чонгуку лицом и с трепетом целует в щеку. На губах ощущается привкус пота, но сейчас на это не хотелось обращать внимания, хотелось лишь доказать всеми силами, что произошедшее было великолепным. В полной тишине они продолжают лежать, жадно втягивая носом воздух, и даже не двигаясь несколько минут.       Чонгук на ощупь тянется к тумбочке и достает оттуда несколько салфеток, начиная обтирать себя и младшего от последствий бурного примирения. Тэхён молча наблюдает за ним, а после того, как старший заканчивает, закидывает на него свою ногу и крепко прижимает к себе.       — Ты такой красивый прямо сейчас.       — Ты намного красивее, — Чон утыкается носом в макушку парня и не забывает вновь оставить поцелуй. Он замолкает и какое-то время просто любуется Кимом, после чего его губы непроизвольно расплываются в улыбке.       — Как будем извиняться перед моим братом? — спустя несколько мгновений спрашивает Тэхён.       — Он сам виноват, что оказался в твоей комнате сегодня.       Младший смеется. Проходит еще некоторое время, прежде чем он успокаивается и приходит в себя. Чонгук нежно водит пальцами по его спине и практически засыпает, но, как и в очередную свою бессонную ночь, продолжает размышлять о проблемах, не дававших ему должного отдыха.       — Какой он, твой брат? — неожиданно нарушает тишину парень.       — Ты же и так прекрасно знаешь Чимина. Но, несмотря на свою придурковатость, он очень понимающий и заботливый человек.       — Я не о нём, — Чонгук немного ёрзает и устраивается напротив глаз Тэхёна. — У тебя же есть второй брат.              — Намджун? — Ким поджимает губы и решает забраться под одеяло, также пропуская туда и Чона. — Ну, он забавный… Как-то пролил на меня суп прямо перед выходом на важное мероприятие, а потом впопыхах искал новую одежду, — парень тихонько усмехается, предаваясь мимолетным воспоминаниям, но не замечает должной реакции у старшего, поэтому просто продолжает: — Сейчас мы редко видимся, и я… скучаю по нему, хоть и стараюсь не признавать этого.       — Понятно… — Чонгук внимательно следит за движениями младшего, стараясь не пропустить ни одной скрытой эмоции. — Значит вы втроем хорошо ладите, верно?       — Да. Что-то вроде того… — Тэхён слабо улыбается и притягивает к себе старшего, удобно устраиваясь у него на руке. — Почему спрашиваешь?       — Просто интересно, кто он такой, — бесстрастно отвечает тот. — Мне же нужно знать, перед кем я буду представляться твоим парнем.       Младший на мгновение теряется, когда слышит такой ответ. Со смущением он отводит взгляд в сторону и начинает улыбаться, чем вызывает сдавленный смешок у Чонгука.       — Я до сих пор считаю самой безбашенной идеей поехать в тот день с тобой на пляж, — Тэхён поворачивается обратно и вглядывается в темные глаза напротив него. — Но я остался доволен тем…       — Где мы оказались в итоге, — продолжает мысль старший, а в его глазах появляется слабый блеск, когда он начинает смеяться над своими же словами. — А помнишь ту ночь в твоей спальне? Я хотел от тебя уйти, когда ты точно также прижался ко мне. Но я не смог.       Тэхён ничего не отвечает на эти слова. Лишь на ощупь находит ладонь Чона и крепко сжимает в своей. Ему кажется, что в этот момент весь мир замирает только лишь от того, что их руки просто соприкасаются друг с другом. И больше ему ничего не нужно. Важно только то, что прямо сейчас они вместе.       — Знаешь, ты должен знать, что твоя улыбка заставляет мое сердце биться чаще. Серьезно, когда я увидел, как ты улыбаешься в нашем кафе… Мне показалось, что я сошёл с ума. — Ким закрывает глаза и в последний раз удобнее устраивается в объятиях старшего. — Теперь ты в моих мыслях настолько, что иногда я не могу уснуть без тебя, пока не увижу, что ты лежишь рядом со мной, а твое горячее дыхание не опаляет мою кожу. Я правда хочу проснуться с тобой завтра… и послезавтра… и…       Тэхён, очевидно полностью измотанный, еле договаривает последние слова, заставляя Чонгука сильно покраснеть, а затем проваливается в глубокий сон, так и оставив свою речь недосказанной, но сжимающей сердце до размера горошины.              Старший приходит в себя, полностью осознав то, насколько он важен Киму, и на его лице появляется улыбка. Но она была с нотками печали и сожаления, поскольку тяжелый груз с силой сдавливал его грудную клетку.       — Давай не думать о завтрашнем дне… — Чонгук судорожно сглатывает, пытаясь побороть комок в горле, и покрепче обнимает парня за талию. — Ведь я знаю, что скоро потеряю тебя.

***

      Мирный сон прерывает внезапная громкая мелодия звонка, доносившегося со стороны Чонгука. Он никак не реагирует, лишь недовольно переворачивается на другой бок и покрепче обхватывает подушку.       Звонок повторяется ещё несколько раз, прежде чем Тэхён не выдерживает, садится и открывает глаза, чтобы понять причину своего пробуждения. Солнечные лучи, ярко светившие в окно, почему-то вовсе не радуют в этот момент, а наоборот, слегка раздражают, и парень резко отворачивает голову в сторону, глазами выискивая злополучный телефон.       — Как ты можешь продолжать так крепко спать? — Ким откидывает одеяло чуть в сторону и ползёт через ноги спящего старшего, продолжая поиски уже на полу.       Спустя несколько мгновений виновник происшествия оказывается в тэхёновых руках. Младший, нахмурив брови и впопыхах загладив взлохмаченные волосы назад, усаживается посередине кровати, злостно взглянув на экран смартфона. Несколько пропущенных уже отображаются в строке уведомлений, а сам абонент, судя по всему, понял, что дозвониться в столь ранний час до Чона вряд ли получится.       Тэхён бранится и бормочет под нос ещё несколько проклятий, а после, как ни в чём не бывало, поджимает губы и оставляет телефон на прикроватной тумбочке. Вновь накрывшись одеялом, парень пододвигается ближе к телу Чонгука и кладёт ладонь на его спину, начиная нежно поглаживать кожу.       Старший издаёт несколько хриплых звуков, правой рукой на ощупь находит тэхёнову, притягивая к себе и сцепляя пальцы в замок, но так и не просыпается. Младший лишь усмехается и не замечает за собой, как вновь проваливается в лёгкий сон.       Не проходит и получаса, как в комнате вновь слышится очередной звонок, от которого Ким тут же вздрагивает и, с твёрдым намерением послать человека, нарушающего их спокойствие, хватает смартфон с тумбочки, нажимая на зелёную кнопку.       — Послушайте… — прикладывая трубку к уху, произносит он, но так и застывает, забыв о своём плане.       — Чонгук, где тебя носит?! — начинают орать в трубку. — Дело очень срочное! Код красный!       Тэхён чувствует, как сердце уходит в пятки. Вызов уже в спешке сбрасывают, а он, наоборот, слишком медленно переводит взгляд на слегка улыбающегося старшего, очевидно, видящего новый хороший сон.       — Чон Чонгук, — с силой хлопая по его ноге, повышает голос парень, едва оправившись от минутного шока после звонка. — Что, чёрт возьми, происходит?!              Старший в эту же секунду подскакивает и уставляется на Кима заспанными глазами. Несколько раз зажмурившись, он всё же приходит в себя и пододвигается к явно напуганному младшему.       — Тэ, почему ты такой шумный с утра? — шепчет он и выдавливает из себя сонную улыбку.       — Ответь на мой вопрос, — еле сдерживаясь, произносит парень и протягивает Чону телефон. — Ничего не хочешь сказать?       — О чём ты?       Чонгук уставляется в экран, но не замечает там чего-то такого, что должно было взволновать младшего.       — Я попросил тебя об этом ещё вчера, но ты каждый раз ловко увиливал от ответа, — стягивая с себя одеяло и медленно надевая нижнее бельё и футболку, взятые с пола, тихо проговаривает Ким. — Или хочешь сказать, что все твои слова — ложь, и я для тебя совсем ничего не значу?       — Послушай, — по спине старшего мгновенно пробегает холодок, и он начинает отчаянно выискивать зрительный контакт с Тэхёном. — Никогда не смей даже думать о подобных вещах. Я попробую рассказать тебе небольшую часть, но даже для этого нужна подготовка…       — Какая ещё подготовка? — младший вновь усаживается на кровать, а Чонгук мгновенно хватает его ладони, притягивая к себе.       — Причина в твоей травме… — начинает старший, но тут же его взгляд падает на свой телефон, в очередной раз начавший проигрывать мелодию звонка.       — Опять они? — закатив глаза, бросает Тэхён и, мгновенно охладев, отодвигается чуть в сторону.       — Юнги? Что случилось? — игнорируя вопрос, но продолжая удерживать в своей руке тэхёнову ладонь, произносит Чонгук.       После этих слов с каждой последующей секундой его лицо становится всё мрачнее и мрачнее. Он пару раз в страхе переводит взгляд на младшего, проговаривает несколько коротких фраз и, наконец, сбрасывает вызов.       — Снова этот Юнги? — повторяет вопрос Тэхён, стараясь не выдавать дрожи в голосе.       — Ты отвечал на мой телефон? Что тебе сказали?       Чонгук неожиданно встаёт, полностью изменившись в лице, и начинает собираться, уже, похоже, как показалось Киму, наплевав на всё, что происходило до этого.       — Ничего такого…       — Ты уверен? — во взгляде старшего пробегает какая-то непонятная эмоция, но даже она почему-то заставляет Тэхёна в страхе и ступоре замереть на одном месте.       — Если это так важно, тогда сначала ответь мне!       Чон на секунду застывает, но тут же находит в себе новые силы, чтобы отвернуться и надеть на себя водолазку — последнюю вещь, которая уже так долго задерживала в этой комнате.       — Что такого ужасного случится, если я узнаю что-то о твоей жизни? — вскакивает на ноги Тэхён, едва замечая какую-то непривычную для старшего резкость и отстранённость, что тот будто уже готов вновь скрыться и избежать их разговора.       — Тэхён, — выдержав паузу, с болью в голосе произносит Чонгук. — Сейчас совершенно не до объяснений… Давай поговорим позже…       Он открывает дверь и выходит в коридор, в самом деле нацеливаясь увильнуть от ответа. Младший в эту же секунду подрывается и бежит следом за парнем, в совершенном отчаянии схватив того за запястье. Но Чонгук не оглядывается и не реагирует на его бессмысленный жест, лишь молча продолжает идти к выходу.       — Не до объяснений? — вдруг вскрикивает Ким, на секунду даже опешивает и по-глупому уставляется на остановившегося старшего. — Уж извини, что пытаюсь узнать хоть что-то о своём парне! Что пытаюсь выпросить у него лишь минуту, чтобы просто расставить всё по местам.       — Я знаю… — сердце в этот момент слишком сильно сжимает от невыносимой боли, но вместе с тем уступает черёд внезапно нахлынувшей злости. — Но… Зачем ты вообще ответил на звонок с моего телефона?       — А… — Тэхён застывает в ещё большем ступоре и вздёргивает бровь. — Значит, мне вообще нельзя лезть в твою жизнь, так получается? Что-то ты не думал об этом, когда без спроса залез в мою.       Чонгук закрывает глаза и шумно выдыхает воздух. Простояв так долю секунды, он решает развернуться, пытаясь при этом зачем-то сохранить в своём взгляде каплю безразличия и спокойствия. Но всё это получается с таким трудом, что, едва увидев глаза, эти полные отчаяния и боли карие глаза, дыхание мгновенно спирает, а в горле появляется предательский комок.       — Ты даже не попытаешься сказать хоть что-то в своё оправдание? — с каким-то невероятным усилием Ким продолжает без тени сомнения или дрожи смотреть на парня, которого самого изнутри уже разрывало от собственной лжи. — Ты просто… уйдёшь… как и всегда?       — Тэ… — лишь хрипит в ответ на вопрос Чон и с силой прижимает к себе младшего, который тут же отчаянно начинает вырываться из сильных рук.       — Ты уйдёшь, потому что знаешь, что я всё равно буду тебя ждать? Потому что понимаешь, что я никуда не денусь и всегда прощу любые проступки?       Всё же собрав в себе все силы, Тэхён отталкивает от себя старшего, который, судя по всему, уже даже и не пытался этому воспротивиться. Переводя на него взгляд, младший еле сдерживается, чтобы не закричать. Но в какой-то момент начинает осознавать, что где-то в глубине его тела вновь появилось странное, будто бы знакомое до этого момента ощущение. Он непроизвольно хватается за горло и в испуге опирается о край дивана, словно ему резко перестало хватать сил.       — Тэхён?       Чонгук тут же, не менее взволнованный, подходит ближе и слегка склоняет голову, пытаясь увидеть причину странного поведения младшего. Тот лишь на мгновение закрывает глаза, сглатывает пару раз и вновь выпрямляется, становясь таким же непоколебимым, как несколько мгновений назад.       — Уходи.       — Тэхён.       — Сделай хотя бы это, — в тэхёновом взгляде неожиданно начинают мелькать явные признаки раздражения. — Я не хочу больше тратить на эти бессмысленные споры уйму времени. Иди туда, куда тебе так сильно нужно. Как я и сказал, ты всё равно… всегда меня найдёшь.       Парень окончательно замолкает, при этом договорив последние слова слишком тихо. Он старательно начинает искать путь, по которому с лёгкостью сможет проскочить мимо старшего, но тот, похоже, совсем не хотел заканчивать их разговор на такой ноте.       — Ты же знаешь, что я не делаю этого с целью навредить тебе.       — А ты должен понимать, что я не люблю людей, которые пытаются что-то от меня скрыть.       С этими словами Тэхён ловко огибает старшего и не находит варианта лучше, чем скрыться за дверью собственной комнаты. Чонгук, обладая хорошим навыком быстрого реагирования, тут же устремляется следом за парнем, но всё равно упускает свой шанс, больно стукнувшись лбом о возникшее препятствие перед собой.       — Пожалуйста, открой дверь, — старший начинает громко стучать кулаком по двери, но с другой стороны по-прежнему не доносилось никаких звуков. — Я скажу тебе…       Он ещё несколько раз на автомате бьёт рукой, с каждым разом делая это всё тише и тише. Прислонившись головой к холодному дереву, он глубоко вдыхает, пытаясь собрать в кучу сбившиеся мысли.       Ему безумно страшно. Страшно потерять человека, который терпел всё это даже дольше, чем предполагалось изначально. И теперь, когда Тэхён, наконец, позволил своим чувствам выйти наружу — Чонгук просто испугался.       Тэхён доверял ему. Безоговорочно верил практически с самого начала и считал, что Чонгук такой же. Что он тоже ничего не утаивает от него, либо же обязательно поделится всеми переживаниями и тайнами в ближайшее время. А старший в ответ на это постоянно убегал. Скрывался. Пытался отплатить чем-то другим, чтобы отогнать в сторону ненавистные расспросы.       И к чему же это в итоге привело?       — Послушай, я знаю, что всё слишком затянулось… — тихо начинает он. — Я лишь беспокоюсь о твоём состоянии, если ты узнаешь… что я не тот, каким ты привык меня видеть.       Мобильный начинает звонить очень некстати. Но именно в данную секунду не ответить было похоже на то, чтобы самому себе подписать смертный приговор. Чон крепко сжимает в руке смартфон, но всё же игнорирует, лишь нажимает на кнопку беззвучного режима и вновь прислоняется к двери.       — Возможно, что нынешний я уже не такой богатый, каким ты знал меня при нашей первой встрече. Возможно, что у меня и в самом деле больше не будет дорогой машины. И возможно, что моя истинная сущность, которую я так тщательно скрывал, покажется тебе слишком пугающей и навсегда оттолкнёт от меня.       Экран зажигается вновь. Мелодия, ставшая такой раздражающей, эхом раздаётся по всей квартире. Чонгук с усталым видом в последний раз прикладывает ладонь к двери и закрывает глаза.       — Просто знай, что я схожу с ума в моменты, когда не слышу твоего голоса.       С этими словами он неохотно отходит на несколько шагов, принимает вызов, последний раз бросает взгляд на вход в тэхёнову комнату и выходит из квартиры, негромко захлопнув за собой входную дверь.       В этот же момент Тэхён с силой кусает изнутри ладонь слегка расслабившегося Чимина, который всё это время так отчаянно зажимал ею рот брата.       — Ай… Ты что делаешь? — отпрыгнув на несколько шагов в сторону, вскрикивает светловолосый и начинает трясти рукой, словно это поможет ему быстрее облегчить боль.       — Почему ты не дал мне выйти и поговорить с ним?! Он же почти всё рассказал!       Ким со злостью уставляется на него и становится в боевую позу, будто намереваясь наподдавать старшему за его непристойное поведение.       — Я лишь пытаюсь защитить тебя!       — От кого? От Чонгука?       — Да, — кивает Пак и усаживается на смятую постель.       Он, очевидно, проснулся совсем недавно, но не по своей воле, а по причине громких разборок между двумя парнями. Сразу осознав, что дело нечисто, Чимин приготовился выйти в любой момент, чтобы предотвратить назревающую драку, как вдруг всё стихло, но, как оказалось, совсем ненадолго.       Ведь в следующую минуту разъярённый Тэхён пулей влетел в свою комнату, собираясь закрыться в ней и нырнуть с головой под одеяло, как он всегда делал, когда был слишком зол.       — Мне нужно тебе кое-что рассказать.       Как раз после появления младшего, в голове у Пака быстро пролетают все события прошлого вечера. Включая и тот факт, где он узнал о подставной работе Чон Чонгука.       И как же совпало, что именно сегодня они начали ругаться по причине недосказанности со стороны Чона. Но, если изначально казалось, что ничего нового они так и не узнают, как парень сам произнёс странную речь, в ходе которой поставил свою личность под ещё большее сомнение.       — Правда всегда была рядом, — с грустью произносит Чимин и достаёт из кармана смятую визитку.       Тэхён медленно подходит к брату и усаживается на край кровати, взяв из чиминовых рук маленькую бумажку. Повертев её со всех сторон, он по-прежнему ничего не понимает, поэтому с любопытством вновь поворачивается к парню лицом.       — Зачем ты дал мне это?       Пак, уже успевший взять в руки свой телефон, поджимает губы и протягивает его младшему. Тот слегка прищуривается, заметив странный текст, расположенный в центре экрана. И через несколько секунд тэхёново лицо вспыхивает, а сам парень от изумления приоткрывает рот.       — Ты же слышал его предпоследние слова? Он был готов сказать что-то, но явно боится, что ты его не поймёшь, — Чимин отбрасывает в сторону телефон и глубоко вдыхает, собираясь с мыслями. — И я тоже его не понимаю. Подаренная косметика действительно оригинальная, значит, он не замышлял какую-то аферу. Да и вообще, он с самого начала казался мне хорошим парнем, но теперь я ещё больше боюсь за тебя… Вдруг он захочет что-то такое, что мы не сможем никогда дать ему взамен… И потом…       — Нет, — тут же отчаянно начинает мотать головой Тэхён. — Он не такой. Я не поверю.       — Я тоже не хочу в нём сомневаться! Но… У меня есть причины…       Чимин резко встаёт и открывает дверь. Несколько секунд он стоит, судя по всему, пытаясь придумать в голове какой-то план.       — Я съезжу до нашего кафе и повешу объявление о закрытии на неопределённый срок.       — Что?       — И ещё мне нужно уладить некоторые дела, поэтому…       — Подожди… Зачем это всё? — вскакивает на ноги младший.       — Мы дождёмся его и добьёмся всех ответов, а пока никуда не суйся и не выходи из дома…       Чимин подхватывает под руку небольшую сумку со своими вещами, брошенную рядом с прикроватной тумбочкой ещё вечером, и выходит в гостиную. Ким сразу же выбегает следом за ним.       — Почему ты так волнуешься?       — Тэ, боюсь тебя разочаровать, но я тоже знаю некоторые вещи, которые и заставляют меня прямо сейчас усомниться в твоей безопасности. Одна из них — это, несомненно, твоя не так давнопрошедшая травма. — парень мягко улыбается брату и быстро надевает обувь. — Не заставляй себя слишком сильно переживать, я скоро вернусь. И прикройся, а то, кажется, я заметил у тебя парочку следов, о которых сейчас мне бы знать не очень-то хотелось…       Входная дверь хлопает во второй раз.       Тэхён застывает на несколько секунд, обдумывая слова брата, а затем медленно опускается на пол, почему-то машинально приложив ладонь к своему горлу. Сейчас на парня навалилось слишком много всего, голова начинала потихоньку болеть, а силы разом улетучились из его тела.       Хотелось лишь лежать и громко кричать в пустоту.       Кричать? А сможет ли он?       Странное чувство, которое охватило его ещё ночью, когда он встретил на пороге Чонгука, а после, прямо посреди разговора, ощутил холод внутри себя и замер, не проронив ни слова. Через пару мгновений оцепенение, конечно, спало, но почему… Почему оно снова вернулось к нему?       Второй раз это повторилось даже не через неделю или месяц. Оно пришло к нему вновь уже на следующее утро. И заметно окрепло, сковав значительно бо́льшую часть, чем тогда. А теперь ещё и Чимин с таким ярым беспокойством просит его не волноваться так сильно…       Они оба. Чимин и Чонгук. Постоянно твердят одно и то же, о расслаблении и его травме. Но ведь та болезнь уже давно была излечена, доктор похвалил его за скорый результат, сказав, что он может позабыть об этой проблеме.       Но, похоже, забывать не стоило. Она могла вернуться снова. Заставить его чувствовать себя беспомощным и бесполезным. Человеком, который не в силах даже рассказать о той боли, что ему приходится испытывать буквально каждый раз, когда слова или даже крики, мольбы о помощи, так и не достигают адресата.       На телефон, оставленный на столике возле телевизора, внезапно приходит новое сообщение. Тэхён испуганно вздрагивает, вырываясь из своих мыслей. Он медленно встаёт и на шатающихся ногах поднимает смартфон, собираясь прочитать спам, который наверняка пришёл по рассылке от какого-нибудь интернет-магазина.

«Приходи в каннамскую квартиру, тогда сможешь узнать всю необходимую тебе информацию».

      Сообщение с неизвестного номера. Отправил ли это Чонгук со своего второго телефона? Или же это кто-то другой, кто точно так же хотел раскрыть все тайны этого парня?       По спине пробегают мурашки, а сердце начинает биться чаще, предвкушая какую-то непредвиденную ситуацию. Ким немного медлит, продолжая вглядываться в странное послание и будто надеясь, что там появится что-то ещё.       Он не должен волноваться. И он не будет. Тэхён выше этой странной болезни, которая прямо сейчас уже сжимала его в своих объятиях, целясь вновь поглотить с головой. Именно поэтому прямо сейчас нужно быстро съездить до места назначения, узнать всё, что так хотелось, а уже потом можно будет задумываться обо всех последствиях, которые, несомненно, сразу же проявят себя.

***

             Через полтора часа Тэхён уже подходит к знакомому зданию, крепко сжимая в руке телефон. Для безопасности парень оглядывается по сторонам, поправляет воротник бежевой рубашки и заходит в помещение.       Точно так же, поднявшись на лифте, как они делали это с Чоном, Ким выходит и устремляется вперёд, стараясь игнорировать взгляды покосившихся на него охранников. Завернув за угол, он сразу же утыкается в знакомую стойку и слегка стучит по ней, привлекая внимание госпожи Ли.       — Кто тут у нас? — поднимая голову, произносит женщина и сразу же расплывается в тёплой улыбке, увидев знакомое лицо. — Наш Тэхён, любимый друг господина Чона. Что привело Вас сюда?       — У меня встреча в его квартире…       — Не может быть, — госпожа хмурится и начинает что-то усиленно искать в своей тетради. — Разве господин Чон не предупредил Вас о том, что ещё ночью съехал отсюда?       — Что?       — Мне жаль это говорить, но… Кажется, у него случилось что-то серьёзное… Все его вещи были вывезены в спешке, поэтому…       — А он сам?       Тэхён начинает понимать, что во всей этой истории не хватало какой-то большой, но очень значимой детали. И именно она не позволяла в том числе самому Чонгуку разглашать парню его главный секрет.       — Самого господина здесь не было. Я думаю, что вам стоит ему позвонить и ещё раз уточнить все детали.       Ким отступает на шаг, слегка растерявшись от происходящего. Но в эту же минуту он берёт себя в руки и, поспешно откланявшись, решает выйти на свежий воздух, чтобы вновь всё обдумать.       — Ну, конечно… Доверился какому-то странному незнакомцу…       Он выходит из здания и собирается уйти с территории, чтобы присесть на ближайшую лавочку и вызвать такси. Но, пройдя лишь несколько шагов и выйдя за ограждение, парень получает мощный удар чем-то твёрдым и тяжёлым по голове.       От силы толчка Тэхён не выдерживает, слегка пошатывается и падает на землю без чувств. В этот же момент люди в чёрном сбегаются вокруг него, в спешке надевают на голову мешок и, с лёгкостью подхватив тело, утаскивают в неизвестном направлении.

***

      Чонгук нервно трясёт ногой, пытаясь сконцентрироваться на собственном плане. Уже больше часа они добираются до предполагаемого места встречи с «Чёрным ангелом» и его группировкой, но так и не могут приблизиться к цели из-за постоянных пробок, возникших будто специально именно в этот день.       — Гук, всё будет в порядке, ты же предоставил отчёт… — вырывает из мыслей Юнги и слегка прикасается к голове парня. — И его одобрили, хоть и пришлось внести некоторые изменения.       — Ты думаешь, что я только поэтому беспокоюсь?       — Тэхён всё-таки что-то узнал о тебе настоящем?       Слова словно молнией прознают тело Чона, и он в страхе поднимает глаза на друга. Тот виду не подаёт, что ему самому не по себе от подобных разговоров, лишь выдавливает совсем небольшую улыбку и одаривает ответным, но не испуганным, а тёплым взглядом.       — Помимо телефонного разговора, он теперь знает, что вся прошлая информация обо мне — ложь.       — И… Какая у него была реакция?       — Я не знаю.       — В смысле?       Юнги тут же улавливает удобный момент и с ловкостью пересаживается на сидение рядом с Чонгуком, стараясь игнорировать недовольного товарища по команде, отсевшего подальше от них.       — Оставшуюся часть разговора я не видел его лица. Но совершенно точно могу сказать, что до самого последнего момента… он молчал.       Мин собирается с силами, чтобы приобнять и немного приободрить парня словами, но в эту же секунду с переднего сидения раздаётся не слишком довольный голос Хосока, так некстати решившего напомнить об их задании.       — Ребята, нам нужно прояснить один момент, — парень оборачивается назад и всматривается в лица пятерых агентов. — Какие у вас есть варианты, чтобы банда сама пришла к нам в руки? Чувствую… такими темпами мы ещё не скоро их нагоним.       Чонгук мгновенно оживляется и подаётся телом чуть вперёд, чтобы его заметили.       — Как я и предложил… Мы не должны убивать их сразу. Нам необходимо узнать больше информации об их деятельности.       — Давайте возьмём его родственников в заложники?       Внезапно подавший голос крепкий парень, сидевший рядом с Юнги, заставляет всех присутствующих с изумлением уставиться на него.       — Нет! — тут же вскрикивает Чон и теперь уже сам оказывается в центре внимания.       Юнги сразу же кладёт ладонь на его ногу, будто бы стараясь утихомирить внезапную вспышку страха. Он хмурит брови, тихо шепчет Чону на ухо какое-то предостережение, но тот отмахивается. Люди вокруг по-прежнему смотрят на него, ожидая, видимо, что сейчас их босс начнёт крушить всё вокруг.       — Гук, давай просто выслушаем… — вновь пробует Мин, произнося каждое слово так спокойно и непринужденно, что это на удивление срабатывает и Чонгук выпрямляется, сделав каменное выражение лица.       — Я просто знаю, что это не лучшее…       — Нам необходимо запугать или убить одного из его братьев! — вдруг вскрикивает парнишка, сидевший напротив Чона.       Джин, всё это время сидевший и старавшийся не подавать никаких признаков жизни, вдруг вздрагивает и с гневом переводит взгляд на своего соседа. Тот лишь начинает беззвучно шептать ему какие-то возмущения, но вдруг очередной крик в машине заставляет всех замереть:       — Нет!       Чонгук уже еле сдерживает себя, чтобы не наподдавать своей команде, но ладонь Юнги, всё ещё находившаяся на его ноге, сжимается сильнее и вновь сдерживает его внезапный порыв гнева.       — Чонгук!       Хосок, продолжавший длительное время наблюдать за их потасовкой, всё же решает встрять и вставить своё слово. Парни резко замолкают и устремляют взгляд уже на него.       — Я понимаю, что ты хочешь их защитить, потому что один из них тебе чрезмерно… дорог. Но для нас ситуация видна под совершенно иным углом! Ты являешься нашим боссом и сейчас должен понимать, что не стоит так сильно опекать людей, которые могут оказаться потенциально опасными…       — В их семье есть какие-то секреты, поэтому тебе лучше стать более бдительным, Гук, — внезапно перебивая, но при этом не отрицая слов Хосока, всё так же спокойно произносит Юнги.       Он переносит свою руку на спину парня и слегка поглаживает, пытаясь привести в чувства. Чонгук больше не находит слов, поэтому просто закрывает глаза, чувствуя, как внутри всё вскипает от несправедливости ситуации.       И почему Намджун оказался братом именно Чимина и Тэхёна? Почему приходилось так много скрывать от них двоих, хотя теперь это напрямую касалось и их тоже?       И почему теперь казалось, что Чонгук уже окончательно потерял Тэхёна? Почему ощущалось, что теперь, зная вероятную концовку их отношений, он сам уже никогда не сможет найти себя?       — Стоп! Остановите машину! — почему-то вскрикивает Хосок, хватая водителя за руку.       — Что?       — Что случилось?       Джин, находившийся ближе всех к парню, поворачивается и заглядывает ему через плечо. Через несколько мгновений его лицо проясняется, и он с улыбкой возвращается к остальным парням.       — Кажется, что сейчас мы сможем поймать «Чёрного ангела».       Не тратя больше времени на бесполезные разговоры, парни один за одним покидают гелендваген и разбредаются по небольшому пустырю, готовясь к нападению.       — Все помнят наши действия? — тихо спрашивает Хосок, прижимаясь к стене кирпичного здания. — Схватить, обезоружить, сделать всё что угодно, но не доходить до крайностей.       Чонгук, находившийся возле соседней стены, сдавленно хмыкает и решается на то, чтобы оценить ситуацию. Слегка выглянув из-за угла, он успевает заметить краем глаза, как несколько крупных накачанных парней продолжают внимательно искать что-то по углам. Вдруг со стороны младшего напарника, который ещё совсем недавно предлагал вариант захвата в заложники, слышится странный звук.       То ли в силу своей неопытности, то ли по случайности, но он наступает на какой-то странный предмет, и в этот же миг бледнеет, как полотно.       — Сану! — тут же от неожиданности вскрикивает парень, стоявший рядом с Чонгуком.       Было нетрудно понять, что ничего хорошего это не предвещало.       Старший мгновенно прижимает его к себе и зажимает ладонью рот. Тот сразу поникает, осознавая, что совершил глупейшую ошибку, чуть не выдав их с головой.       — Заткнись или произойдёт кое-что похуже, — цедит сквозь зубы Чон и отталкивает от себя парня, начав вновь выглядывать из-за угла.       Но там, к несчастью, уже никого не было.       Чонгук в спешке переводит взгляд на Хосока, но тот лишь поднимает руку и указывает куда-то за спину старшего. Тот оборачивается и в этот же момент замечает, как с крыши соседнего здания в его голову направляют пистолет.       Всё действие происходит так быстро, что Чонгук не успевает ничего понять. Блондин, стоявший наверху, прицеливается и спускает курок, но его палец так дрожит, что несмотря на громкий выстрел, пуля проходит куда-то в сторону.       — Всем укрыться! — вскрикивает Чон и в спешке переводит взгляд на Сану, лицо которого по-прежнему продолжало излучать неописуемый страх.       Только сейчас до старшего доходит, что тот встал не на обычную банку из-под напитка, а на заранее подготовленное в этом месте взрывчатое устройство. Выругавшись, старший разворачивается и бросается к дальней стене.       На автомате Чонгук тянется к задним карманам, чтобы вытащить оттуда своё оружие, но обнаруживает, что ни в одном из них его не было. Но он же с полной уверенностью забирал пистолет ещё прошлой ночью и положил в специальный отсек, чтобы тот точно остался на месте…       Если только он не выпал, когда во время полнейшей потери контроля над своими чувствами, парень не сбросил его вместе со своими брюками и не продолжил окутывать вниманием Тэхёна, напрочь позабыв не только о своей безопасности, но и добавив к последующему дню ещё больше проблем.       — Босс, ты чего тут застыл? — Джин подкрадывается так незаметно, что старший невольно вздрагивает от его присутствия.       — Я… кажется, забыл прихватить с собой пистолет…       Остальные участники их команды уже разбрелись по разным углам, а периодически и вовсе слышались выстрелы с абсолютно разных сторон, как если бы они наталкивались на противников и пытались избавиться от них. Сокджин мгновенно улавливает обеспокоенную реакцию Чона, а также прослеживает за его взглядом, который теперь упирался в Сану, беспомощно севшего и пытавшегося отчаянно придумать план по спасению своей ноги.       — Возьми мой, — без раздумий произносит парень и протягивает старшему своё оружие. — Я попытаюсь разобраться с его проблемой.       Чонгук не успевает опомниться, как в следующую минуту Джин уже бросается на помощь к своему товарищу, собираясь собственноручно обезвредить предмет. Стараясь больше не отвлекаться, Чон забегает внутрь здания и с грубым пинком вышибает дверь, ведущую на крышу.       Подойдя к краю, он осознаёт, что стрелявший в него парень находился на соседней крыше, а не на той, где прямо сейчас был он. Чонгук уже решает, что тот благополучно скрылся, поэтому бегло оглядывается по сторонам, в попытке найти хоть кого-нибудь из оставшихся беглецов.       Как вдруг сзади слышится небольшой шорох, а затем на его плечо ложится тяжёлая мужская рука.       — Так ты и есть Чон Чонгук?       Парень перед ним выглядит гораздо моложе, чем показалось на первый взгляд. В один момент Чонгук даже понимает, что тот вполне мог быть одного возраста, что и Тэхён, если не моложе. Бритые виски, крашенные и коротко постриженные белые волосы, а поперёк глаза красовался бледноватый, словно оставленный уже слишком давно, шрам.       — Чонгук, ты где?       Снизу, кажется, уже всё давным-давно закончилось, в то время как здесь ситуация могла накалиться с каждой последующей секундой, которую они продолжали буравить друг друга испытывающими взглядами.       — Босс, они резко разбежались! Нет ни одной души…       Теперь голос уже принадлежит Джину. Значит, он уже разобрался с Сану и теперь присоединился к его поискам. Оно и понятно, ведь вид снизу им перекрывала большая труба, не дающая разглядеть, что прямо сейчас он находится на крыше и при этом вовсе не один.       — Я…       — Тебе лучше помолчать, — вдруг произносит блондин.       Чонгук на мгновение мешкает и мимолётно делает незамысловатое движение, бросив к краю крыши небольшой предмет, чтобы привлечь парней на подмогу. Но, заметив это действие, парень перед ним хмурится и делает большой шаг в его сторону, будто собираясь схватить.       В эту же секунду со стороны лестничной площадки слышатся какие-то странные звуки. Чонгук почему-то до сих пор не решается поднять пистолет, потому что теперь осознаёт, кто именно перед ним находится.       — Ты Ким Намджун, верно?       Неожиданно раздаётся громкий выстрел, а пуля попадает прямо в стену здания, находившегося рядом с крышей, где прямо сейчас они и находились. Реакция Чонгука не заставляет долго себя ждать, он мгновенно разворачивается спиной к своему собеседнику, почему-то решив, что тот не станет ничего предпринимать, и начинает глазами выискивать стрелявшего человека.       Но в этот момент кто-то сзади хватает парня за руку и оттаскивает в сторону. Чон уже решает, что таким образом всё же попался на уловку того странного «Чёрного ангела», но внезапно видит перед собой знакомое лицо со шрамом на щеке. Старший, уже совершенно ничего не понимая, лишь в изумлении округляет глаза и больше не находит в себе сил, чтобы сказать хоть одно слово.       — Чонгук, почему ты вышел на столь открытую местность и даже не защищался? — в испуге спрашивает Юнги.       — Я… был не один.       — Но я больше никого там не видел…       — Наверное, это был кто-то из банды «Чёрного ангела»… Разберёмся с этим в следующий раз.       Они спускаются туда, где остальная часть команды уже оживлённо обсуждала произошедшее. Завидев их, Сану поджимает губы и опускает взгляд, явно продолжая винить себя за то, что не смог прийти на помощь.       — Джин, твой пистолет… — Чонгук решает поскорее перевести тему, почему-то не захотев раскрывать истинную личность того блондина.       В груди появилось какое-то странное предчувствие, словно этот парень уже знал его, но как такое было возможно? Хоть при самом первом упоминании его банды у Чонгука и были какие-то предположения, что он может помочь в деле об убийстве его родителей, но теперь же казалось, что здесь было замешано что-то другое…       Да и сам парень не внушал какого-то страха со своей стороны. Да, он был опасным, а его вид и впрямь наводил ужас, но почему-то в глубине души Чонгука сложилось впечатление совсем иное, как если бы подобный образ был создан с целью отпугнуть только каких-то конкретных людей.       — Подожди, Гук, а где твоё оружие?       Хосок, проследивший за тем, как Чон перебрасывает пистолет Джину, начинает хмуриться и подходит к старшему практически вплотную, словно начав подозревать в каких-то вещах.       — Я…       — Ты ведь не сдавал его ещё с прошлой ночи, не так ли?       — Так вот почему ты сказал по телефону, что тебе оно не нужно, — вдруг встревает в их разговор Юнги.       — Ты потерял его? — Джин тоже подходит ближе, так что Чонгук окончательно теряется и отступает на шаг назад.       — Кажется, я в спешке оставил его в машине, — тяжело сглотнув, произносит он.       — Она проверяется каждый раз после нашего ухода, а значит, нам бы сообщили о подобном. — Хосок вдруг становится необычайно серьёзным и крепко вцепляется в плечо старшего. — Куда ты дел пистолет?       Чон на мгновение замирает, а затем опускает голову, тяжело выдохнув воздух. Пятеро парней с удивлением продолжают смотреть на него, пока он не выпрямляется, словно всё же решившись сознаться в произошедшем.       — Похоже, что он остался в квартире…       — В какой?       Юнги, мгновенно осознавший, в чём дело, выходит чуть вперёд и загораживает собой Чонгука.       — Не докладывай на него, пока мы не вернёмся.       — Почему это? — Хосок убирает руку с чонгукова плеча и теперь его взгляд, полный недовольства, устремляется уже на Мина. — Он подвергает нас опасности, необдуманно оставляя такие важные вещи прямо перед носом людей, напрямую связанных с Ким Намджуном!       — Возвращайся на базу вместе с Джином, а я, Сану и Джихун сопроводим нашего босса до той квартиры, предоставим отчёт, ну и в случае опасности поможем ему… обезвредить тех, кто начнёт нам препятствовать.       Чонгук одаривает его благодарным взглядом, но тут же вновь меняется в лице, становясь ещё более серьёзным. Джин лишь качает головой, но ничего не произносит вслух, хотя старшему показалось, что он явно чем-то недоволен. Хосок также собирается сказать ещё что-то, но потом всё же кивает и ещё раз почему-то злостно оглядывается на Чонгука, а после удаляется с места происшествия.       Спустя некоторое время чёрная машина останавливается чуть поодаль от дома, где проживали оба брата. Чонгук, едва посмотрев на знакомое окно, ощущает, что сердце в груди предательски заныло.       Поднявшись на седьмой этаж и машинально оглянувшись на парней, столпившихся чуть ниже на лестничной клетке, он набирает код, с полной уверенностью того, что братья наверняка уже находятся в кафе, а значит, в доме определённо будет пусто и никто даже близко не узнает об их вторжении.       Зайдя на порог, он тихонько прикрывает за собой дверь, в глубине души всё же страшась того, что кто-то по стечению обстоятельств окажется в квартире. И почему-то больше всего на свете ему не хотелось застать именно Тэхёна, ведь если он увидит его в таком свете — объяснений уже точно не сыскать.       Но, едва повернувшись и собираясь сделать несколько маленьких шагов, он в оцепенении замирает, ощутив, как к груди в эту же секунду прикладывают дуло его собственного пистолета.       — Не это ли ищешь? — холодно спрашивает Чимин.       А на его лице проскальзывает отчётливая тень пугающей улыбки.