Снова там, где нет луны (э20).

*** Пробуждение было легким и светлым, как дома или в деревне, у бабушки. Это ощущение пришло от солнечных лучиков, игравших на потолке. И вокруг все было такое уютное и теплое, деревянные пол и стены, с играющими бликами света. Кровать, тумба, стол, стулья, полки, другие предметы — тоже оказались из дерева, чуть грубоватыми на первый взгляд, но тщательно отделанными. Он проснулся, как будто от прикосновения, с ясной головой, сел рывком — в небольшой комнате он был один, хотя напротив стояла еще одна кровать, обычная, точно такая же, вовсе не капсула. Никаких болевых или неприятных ощущений, разве что некоторая тяжесть в теле напоминала о произошедших событиях. На нем ничего не было, но на стеллаже рядом обнаружились стопки одежды и белья, легкие парусиновые туфли внизу. Вспомнив напутствие не стесняться и хозяйничать, Глеб оделся и отправился изучать обстановку. Туалет и душ нашлись сразу, с полотенцами, халатами и всем необходимым, сверкающие чистотой, самые обыкновенные. В комнате напротив обнаружился Вадик, как и предупреждал Алекс, он еще не проснулся, спал, широко раскинувшись на кровати. На спокойном лице остатки синяков и ссадин и зловещая дорожка от уколов на руке. Еще широкие полупрозрачные манжеты-повязки на обоих запястьях. Его явно не следовало будить, и Глеб тихонько ретировался. Небольшая кухня со всем необходимым, закамуфлированный под деревянный шкаф большущий холодильник, деревянная столешница стойки и такие же табуреты. Обнаружил бутылки и кувшин с водой, напился и вышел наружу. Огромный мир обрушился на него яркими красками солнечного утра, невероятной бирюзой неба, шелестом листвы, пряными запахами неведомых растений. Просторная веранда широкими ступенями спускалась на белый песок пляжа и дальше, всего метрах в двадцати, ленивым прибоем шипел океан. Ведь Алекс сказал об отпуске, и поэтому закинул их в это прекрасное место. Глеб уселся на ступеньку, легкий бриз шевелил волосы, нес свежий соленый запах моря. Ни единого облачка на небе, ни одной точки на водных просторах. Гора справа длинным острым мысом вдавались в воду, отдельные скалы были разбросаны рядом с основной каменной массой и еще чуть дальше. Налево пляж уходил широкой длинной лентой, сколько хватало глаз. Зеленым языком пышных зарослей меж гор спускалось ущелье, на границе которого стоял этот единственный здесь дом на сваях. Нарочито грубоватое бунгало, тем не менее тщательно отделанное и скрывающее комфорт внутри. Более ничего, ни строений, ни дорожек не было заметно ни вдоль пляжа, ни на склоне горы и холмов. Глеб спустился и теперь увидел площадку внизу, уложенную каменными плитами, каменный же очаг и мангал с решеткой чуть в стороне. Деревянные столешницы на каменных основаниях и деревянные скамьи вдоль них, все как будто рассчитано на посиделки довольно большой компании. Небольшая часть пространства под домом, остальное под легким навесом из бамбуковых жердей с пальмовыми листьями поверху, по дикому живописно и тщательно ухожено. Буйная тропическая растительность окружала дом с трех сторон, уходила в глубь и вверх по ущелью сразу за тыльной стороной — там каменистая тропинка-проход между деревьями с экзотическими плодами, кустами цветов и пальмами вела чуть вверх и в сторону, по направлению к мысу. Уходить по ней далеко Глеб не решился, вернулся после первого же поворота. На стеллажах в тени под скалами — разномастные серфы. Еще один стеллаж хранил бамбуковые шесты, разных размеров, украшенные орнаментами, обвитые разноцветными веревочками и ленточками. А за бамбуковой решеткой — более грозное оружие — гарпуны со стрелами, остроги, трезубцы — там уже не было и следа примитивизма, строгие, лаконичные формы, блеск стальных наконечников. Уже некоторое время Глебу казалось, что за ним кто-то наблюдает, затылком, всей кожей чувствовал взгляд. Нарочито не спеша развернулся оглядываясь, поднес бутылку с водой к губам, запрокинул голову — и встретился взглядом с аборигеном, сидящим на верхней ступеньке веранды. Тот как будто дожидался, когда его наконец заметят, улыбнулся и поднял руку в приветствии. Глеб чуть поклонился в ответ и тогда парень спрыгнул вниз на песок, в два шага оказался рядом. — Извините, не хотел вас напугать. Здравствуйте. — Он говорил по-русски, тщательно выговаривая слова. Смуглый, темноглазый, темноволосый, долговязый мальчишка лет пятнадцати. — Здрасти. — Глеб внимательно разглядывал собеседника, тот очень старался не смущаться. — Меня зовут Никас, сегодня я ваш куратор. Как можно к вам обращаться? — Улыбка у него была очень располагающая, открытая и настоящая, не дежурная, в глазах любопытство и дружелюбие. — Глеб. — Ответом на протянутую руку было короткое крепкое рукопожатие. Мальчишка был выше его ростом, худой и жилистый, в свободных шортах и сандалиях, светлая рубашка-гавайка завязана узлом на плоском животе. Короткие волосы торчали ежиком. — Вы, наверное, еще ничего не ели? Пойдемте завтракать! Глеб вспомнил, что ел в последний раз он действительно очень давно, в пустом желудке была сейчас только выпитая вода. Никас хозяйничал уверенно и быстро. Никакой автоматики здесь не было, и манную кашу он сварил в простой кастрюльке. С кусочком тающего масла и политая сиропом она показалась восхитительной. Чай уже был заварен в большущем глиняном чайнике, белый хлеб и сыр к нему мальчишка ловко нарезал огромным ножом на деревянной доске. Еще он выставил коробку с брусочками пастилы. Завтракали вместе, Никас никак не выглядел прислугой, скорее гостеприимным хозяином. — Это не самое вкусное, что здесь есть, но вам нужно немножко привыкнуть. — Спасибо, на самом деле все вкусно. А это бабулин чай? В глазах мальчишки полыхнуло веселое недоумение, некоторое время он соображал, может не совсем понимая как перевести. — Это просто чай, травяной чай. Когда он говорил чуть быстрее, больше слышался акцент. — Никас, а где мы находимся? — Этот простой вопрос снова вызвал некоторую задержку. — Мы на острове. — А где находится этот остров? — На океане. — Очень честные глаза смотрели совершенно серьезно, возможно ему было непонятна такая тяга к детализации, или вообще непонятно, как можно не знать такие вещи. — Я бы показал вам окрестности, но это чуть позже. Ваш брат может скоро проснуться и будет лучше, если вы будете рядом. — А что здесь есть интересного? Может какие-то старинные сооружения? Храмы или статуи? — Храмы? — Никакс как будто прислушивался к звучанию слов, не понимая их смысл. — Здесь находиться школа первой ступени, для самых младших учеников. — А ты тоже учишься? — Да, конечно, только в другом месте. Здесь мы на стажировке, помогаем преподавателям, занимаемся с малышами. — Это сложно? Ты хочешь сам стать преподавателем? — Возможно, это очень интересно, но еще хочу быть лекарем. — Поэтому тебя прислали сюда? Присматривать за нами? — Я лучше других знаю язык, и потом — выполнять поручение принцев — это большая честь. Ого, это что-то новенькое, кто же тут за принцев? Глеб не успел спросить — Никас насторожился, потом обернулся. — Ваш брат… Глеб не стал дослушивать и поспешил внутрь. Как раз вовремя, потому что Вадик сидел и крутил недоуменно головой, рассматривая обстановку и свои руки, прозрачных манжет на них уже не было. — Вадь! Через мгновение они уже обнимались. — Тихо, увалень, задушишь. — Вадик чуть отстранился и вглядывался пытливо в голубые глаза брата. — Ты как? — В порядке я, в порядке. Как себя чувствуешь? Вадик пожал плечами, в глазах было сомнение. — Не знаю, вроде бы хорошо, только это правда или действие кайфа? — Глеб вглядывался в карие глаза брата, такие бархатные и лукавые, где-то в самой глубине их сейчас прятался страх. — Что будет дальше? — Все будет хорошо, ведь малыш так сказал. Ты справишься, мы вместе со всем справимся. Деликатный стук в полуоткрытую дверь прервал их разговоры, оба одновременно обернулись в ту сторону и сказали «да». Брови Вадика удивленно взлетели вверх — дверь распахнулась сильнее и вошел Никас с подносом в руках. На нем дымилась большая чашка рядом с маленьким стеклянным сосудом, еще был небольшой ломтик белого хлеба. — Знакомься, Вадик, это Никас, наш дежурный ангел-хранитель, а мы с тобой, считай в отпуске в каком-то экзотическом санатории. Мальчишка поставил поднос на тумбу, пожал протянутую Вадимом руку и тотчас протянул ему склянку. — Приятно познакомиться, это надо выпить. — Потом сразу же дал в руки чашку. — Это совсем не вкусно, но необходимо, и можно съесть кусочек хлеба. И конечно, все будет хорошо. — Я уже позавтракал! — Глеб поспешил ответить на вопросительный взгляд брата. — А ты пей, да закусывать не забывай! — Парень, ты не знаешь, что такое невкусно! — И в сторону Глеба. — Это протеиновый коктейль, Рада нас таким поила. Никас спрятал вспыхнувший в глазах огонек за ресницами, принял опустевшую чашку, попросив разрешения, взял Вадима за руку. Его пальцы задержались на запястье, там, где пульс, потом обеими руками он осторожно приподнял голову за подбородок, долго всматривался в глаза. Ладонь на лоб, пальцами на виски, движение вниз по щеке — такие знакомые для них движения и жесты. — Из рук принцессы все вкусно. Обещаю, что обед и ужин будут гораздо лучше завтрака. Вадик-сан, вы можете вставать, если хотите. — Еще он надел каждому на запястье по браслету — прозрачные силиконовые полоски. Конечно, Вадик хотел, его как ветром сдуло с кровати, Глеб скрипуче бурчал, глядя как он выбирает одежду из той, что была сложена стопочками на полке. Едва не упал, теряя равновесие, ухватился за руку подоспевшего брата. — Ты не торопись, успеешь, здесь нет нетерпеливо ожидающих тебя восторженных поклонниц… Длинные, по колено шорты, свободная рубашка — почти то же самое, что у Глеба. Постоял, упираясь руками о тумбу, вытер выступившие капли пота со лба. — Показывай, что тут и как. Начали все-таки с туалета. На кухне обнаружили Никаса, убирающего вымытую посуду. — Ник, ты с нами? — Спускайтесь, я догоню. Снаружи стало жарче, тропический день вступал в свои права и только с воды тянуло прохладой. Вадик вдохнул воздух всей грудью, орнул восторженно со всей дури. Мельком взглянул на каменную площадку со столами, на серфы, с интересом на оружие. Его манил океан, сбросив обувь, по теплому песку устремился к воде. Ник улыбчивой молчаливой тенью следовал за ними в нескольких шагах. Глеб уселся на песок на границе сухого и мокрого, обнял колени руками, Вадик прошелся по воде. — Здесь ровное дно, пологий спуск, если вы хотите поплавать, только… — Конечно. А что только? Акулы? Никас показал какой-то баллончик. — Защитный крем, от солнца. — А он не смоется? — Нет, конечно. Вадик уже скидывал рубашку, и Глеб последовал его примеру. Они дурашливо мазали друг друга кремом, точнее размазывали спрей, Никас к этому подходил более серьезно. Ему было не до застенчивости, пока тщательно растирал каждого, особенно плечи и спину. У мальчишки оказались сильные руки, это был почти настоящий массаж, при этом он очень осторожно прикасался к участкам с остатками гематом. — Лицо тоже надо. — Тут он чуть замешкался и оба просто подставили ладони и сами размазали все по физиономиям. Парень вроде бы остался доволен результатами. Глеб заходил осторожно, вода оказалась в самый раз, не холодной, и не слишком теплой, Вадик прыгнул с разгона, вынырнул отфыркиваясь, поплыл, широко загребая руками. Мальчишка присоединился к ним одним мигом. Разбежался и нырнул без всплеска, быстро оказался уже рядом с Вадиком. Глеб отбросил все опасения и бросился их догонять. Братья плавали хорошо с детства, научившись когда-то на речке в деревне. Гребли в охотку, наперегонки, а пацан легко, без усилий скользил рядом, тихонько разводя воду руками. Отстал только на обратном пути, просто держался позади, понятно, что подстраховывал их все время. На берегу Вадик растянулся на песке животом кверху, Глеб уселся рядом. Было хорошо и спокойно, дышалось легко, вода как будто смывала призраки всех неприятностей. — Тебе не кажется, что солнце тут странное. Оно зеленое как будто… — Вадик прикрыл ладонью глаза и смотрел вопросительно. — Может у тебя в глазах зеленеет? — Через секунду он пожалел, что ляпнул не подумав. — Я этого и опасаюсь. Все слишком хорошо… — Он сел, скрестил ноги, посмотрел на воду тоскливым взглядом. — И море какое-то не такое. — Ты думаешь мы под кайфом оба? — Может быть, только я и ты мне снишься? Глеб тотчас щипанул его за бок. — А так? — Он ойкнул, но не сдался. — Это ничего не доказывает, ты же знаешь. Они знали это оба и слишком хорошо, но в себе Глеб был уверен. До такой степени он не мог напиться. И все же Вадик был в чем-то прав, что-то было не так. Но если это не глюк, то что? Была одна догадка, но она казалась слишком невероятной, слишком желаемой и поэтому маловероятной. — Давай пока повременим с выводами. Ты ведь чувствуешь себя нормально? Вадик пожал плечами, смахнул песок с рук. — Тяжесть давит, как будто я поправился килограмм на двадцать. — На этот раз Глеб решил промолчать. — В остальном все нормально. — Меня интереснее, где мы находимся и как здесь оказались. Надо разговорить этого мальчика. Это оказалось не просто и не быстро. Пока они сохли и болтали, парень развлекался с шестом. Он немножко красовался, со свистом вращая свое оружие, крутясь в финтах и кувыркаясь на песке. Выглядело это зрелищно, хотя они оба видели и более искусное представление. Наверное, одинаковые мысли к ним пришли одновременно, оба переглянулись. — Нырнем? Вскочили бы, но действительно было тяжеловато, разогнались и плюхнулись в воду одновременно — надо же было смыть песок. Глеб только теперь почувствовал, что же странного в этом море-океане. Вода держала не так, обычно в море плавать легче, чем в пресноводном водоеме или бассейне за счет большей плотности. Здесь было не так, под водой гораздо проще было донырнуть до дна и сложнее выплыть на поверхность. Их нянька была тут как тут — караулил их и под водой, ушел отвесно на дно, легко двигаясь со стремительностью акулы. Выплыли на поверхность, чуть задыхаясь, выбрались на берег, подождали Никаса — в песке торчал воткнутый им шест. — Ты все время будешь нас пасти? — Мгновенное замешательство, но он понял смысл, кивнул серьезно. — Да. У Глеба укреплялась все больше его бешеная догадка, но были еще сомнения и делиться с Вадиком пока не стоило по понятным причинам. — Значит мы на острове? — Да. — А остров в океане? — Да. — А океан-то какой? — Вадик влез со своим вопросом, и улыбка парня стала еще шире. — Океан — это океан. Слово для океана и мира одно. Каждый из них понял это по-разному, один просто пожал плечами, у другого холодок восторженного страха пробежал по спине. На просьбу найти что-нибудь попить Никас сказал, что сейчас все устроит. А пока они расселись на удобных плетеных креслах на веранде. Солнце было в зените, в тени, под сенью тропических зарослей не было жарко, они уже вполне высохли и оделись. Щебетали птицы, пролетали бабочки, изредка что-то ухало и этот звук резонансом метался по ущелью. Никас не заставил себя ждать, вернулся с огромным подносом, на котором были бокалы, большущий кувшин с каким-то напитком, плетенка с фруктами. Апельсины — они были оранжевыми, но с гладкой и мягкой шкуркой, которая снималась легко, как у банана и вкус был как у банана, но с цитрусовыми нотками. Яблоки, ярко-красные, со светлыми полосками, сочные и хрустящие, темно-синий виноград без косточек. Напиток, разлитый парнем по бокалам, прохладный, не ледяной, с лимонно-мятным освежающим вкусом, прекрасно утолял жажду. Глеб разглядывал фрукты с опасением, Вадим трескал без сомнений. — А нам плохо не станет? — Не волнуйся, туалет рядом. Никас улыбнулся весело, покачал головой. — Нет. Проверено. — Скоро обед, это для аппетита. Вадим глянул жалобно. — Все в порядке с аппетитом. — Ура! А вот и доставка! — Мальчишка смотрел в сторону моря. Из-за скалистого мыса появились три точки, три фигурки, скользящие по воде волшебным образом. Дальнозоркий Вадик рассмотрел, восторженно присвистнул. — Они на досках! Их тянут дельфины! Как всадники на колесницах, стоя на досках и держа поводья в руках, они летели, рассекая спокойную воду, а дельфины, как веселые морские лошадки мелькали плавниками и лоснящимися спинами перед каждым. Несколько минут и они уже были у берега, Никас помчался встречать их. Дельфины сбросили кольца упряжек и ушли в глубину, а с разогнавшихся досок, с шипением выскальзывающих на песок, соскакивали их наездники. Наверное, это все было отработано неоднократно, никто не свалился, не потерял равновесие. Все уверенно спрыгивали на песок, вытаскивали доски. Двое парней и одна девушка, в разноцветных гидрокостюмах, защитных очках, специальных тапках. Они проорали что-то высокими голосами в сторону океана, в ответ огромные дельфины выпрыгивали, кувыркались, один даже прошелся на хвосте по воде. Потом они дружно ушли в глубину, видно было только мелькание плавников. Молодые люди приветствовали своего товарища шлепками по ладоням, короткими объятиями, с девушкой он расцеловался. У каждого за спиной был внушительный рюкзак-вещмешок, обтекаемой формы. Никас сразу забрал ношу у девушки, они пошли вперед, остальные повтыкали все доски в песок и последовали за ними к бунгало. Мокрые и веселые, болтали о чем-то по пути. Примерно одного возраста, девушка выглядела чуть старше, с хвостом темных волос, одного роста с высоким светловолосым парнем. Второй был помельче всех остальных, смуглый, быстроглазый. Так же дружненько они поднялись, взлетели по ступенькам на веранду — любопытные взгляды, улыбки — они здоровались — на русском — один за другим и проходили внутрь. Никас последним. — Сейчас все сделаем. — И он тоже скрылся внутри. — Красивые детки. — Мы монстры для них, наверное. Через пару минут двое парней вышли обратно, переглянулись, шагнули к братьям. — Финн. — Это был светловолосый, с голубыми глазами — Арти. Серьезно пожали протянутые руки, длинный Финн присел на лавку, Арти прислонился к столу. — Вы рыбу любите? И всякое такое… — Они переглянулись и перекинулись непонятными словами. — Морское такое, из моря? — Морепродукты? Да, конечно. — Парни снова переглянулись. Они говорили по очереди, не слишком уверенно, подбирая слова. — Мы будем готовить, разрешите вас угостить? Вечером? — С удовольствием, если доктор разрешит. Минутное замешательство и обмен взглядами, они, кажется, поняли, кивнули. — Да, конечно. — До вечера. Они спрыгнули вниз через перила, в ту сторону, где были стеллажи с досками и снаряжением. А минуту спустя появился Никас с девушкой — они шустро накрывали на стол, расставляли приборы. — Кейт. Она точно так же представилась мужчинам, пожала руки. Поверх бодигарда на ней была туника, перетянутая фартуком, движения уже не угловатые подростковые, грациозные и ловкие. Похоже они привезли с собой готовый обед в термосах, откуда-то там, с другой стороны, наверное там, где школа. Все просто, суп, похожий на куриный, котлеты с картофельным пюре на второе, компот и печенье. Никас попытался свалить к товарищам, но Кейт прикрикнула и он покорно уселся обедать вместе с братьями. — А остальные? — Мы все пообедали в школе. — Кейт говорила вполне уверенно. — Сегодня ученики разъезжаются по домам к родителям, поэтому у нас свободное время. — У вас необычный способ передвижения. — Можно было пешком по берегу, но так быстрее, и дельфинам интересно. — Других способов передвижения у вас нет? Дети переглянулись, после этого ответил Никас. — Есть, но здесь свои традиции. — Понимай, как знаешь, называется. — Впрочем, старшие иногда передвигаются, как хотят, но на то они и старшие. — Кстати, возможно, сегодня здесь будут гости… От этой лукавой фразы Кейт парень взвился как фейерверк. Он разразился потоком взволнованных фраз, Кейт, улыбаясь, выслушала все и добавила несколько слов. — Ты понял? Может малыш или Док появятся. — Вадим пил компот и поглядывал на печенье. Глеб только потянулся за ним же, но все-таки передумал. Оба с интересом посматривали на пикирующихся детей. Девушка явно поддразнивала Никаса, а тот отражал атаки довольно успешно, очевидно для них это было привычно. — Кейти, Ник! — Двое других подали голос откуда-то снизу. А вскоре оба появились в зоне видимости. Маски болтались на локтях, ласты в руках, пояса с грузиками, ножи на голенях и гарпуны — все для подводной охоты. Они несли с собой еще один комплект снаряжения. — Чао! До вечера! — Девушка помахала всем рукой и присоединилась к товарищам, уже внизу скинув тунику с фартуком и опоясываясь на ходу снаряжением. Никас подошел к парапету веранды, провожая их взглядом. — Почему ты не пошел с ними? — Я дежурный. — То есть тебя обязали сидеть с нами? Мы же не дети, не пропадем. Парень развернулся, глянул серьезно. — Во-первых, я дежурный по базе, во-вторых, подготавливаю все к вечеру, в-третьих, я не должен оставлять вас одних, так просил принц. — А принц у нас кто? Никас уже принялся за уборку посуды, Вадик взялся помогать, прижав Глеба к сиденью. — Тот, которого вы знаете и называете Алексом. Он доставил вас сюда. — Принц — это его титул? — Нет, это не совсем титул. — Никас немного подумал, подбирая слова. — Это профессия, образ жизни, личные качества — как-то так. — Хм. — Странное определение, надо будет потом спросить поточнее. — А кто сюда в гости собирается? Про кого говорила Кейт? — К нам в школу постоянно кто-то прибывает, гости с разных мест, по обмену. — Этот ответ показался несколько уклончивым. Вадик прислонился к перилам и смотрел на океан. Три фигурки у камней одна за другой скрывались под водой. Никас оставил на столе чистые стаканы и кувшин с напитком. Потом попросил обоих посидеть спокойно в креслах и расслабиться. Встав за спиной сначала у Глеба, положил руки на виски, пальцы шевелились, нащупывая ведомые ему точки, потом он замер. Момент головокружения, потом поток успокоительной прохлады и парень перешел к Вадику. Там было то же самое, только задержался он чуть дольше, хотя это могло и показаться. Вадик после этой процедуры сидел, откинувшись на спинку кресла довольно долго, как будто задремал, но вскоре провел рукой по лицу, открыл глаза, взглянул мельком в небо. Не нравилось это его настроение Глебу… После обеда было лениво очень, вот только беспокойный брат не хотел, не мог сидеть просто так, он присоединился к Нику, похоже они подготавливали все необходимое для пикника у костра — таскали дрова к мангалу и печке. Потом пацан притащил ведро воды и тряпки, и они вместе принялись драить деревянные столы и лавки. Глеб только хохотнул и пошел в дом, чтобы не дай бог не привлекли к работам. Не напрасно он прошелся по комнатам, в одной из больших, с несколькими кроватями и диванами обнаружил гитару. Даже присвистнул от приятной неожиданности. Простая, акустическая, похожая на гавайскую. Спрашивать разрешения было не у кого, и он снял инструмент с крючка, провел по струнам. Глеб с довольной физиономией удобно устроился на веранде и вскоре к звукам природы присоединился звон гитары. Незамедлительно две любопытные головы показались из-под дома — радостно-удивленная Вадика и просто удивленная Никаса. — Чья гитара? Ничего, что я поиграю немножко? — Это гитара шефа, наверное, Финн принес, ему разрешается пользоваться. — Шеф у нас кто? Начальник? Директор? — Нет, это наш куратор с младших классов, вел нас так же, как мы теперь малышей. Сейчас мы скорей друзья, но для нас он все равно шеф, босс, вожак, маленький принц. — За гитару же никто не обидится? — Финн нет, а вот Леонардо бывает очень строгим. — О, да! — Значит малыш у них шеф, вот откуда у него большая практика строить, учить и командовать. Словил повеселевший взгляд Вадима, он тоже сообразил, что к чему. И гитару сюда скорее всего доставил вовсе не пацан. Глеб распевал все, что вертелось на языке и под эти звуки работа внизу шла гораздо шустрее. Никас весело скалил зубы, они о чем-то переговаривались, шутили, слышался смех обоих. Вскоре потянуло ароматным дымком — они раскочегарили печь и мангал и затихли, исчезли из поля видимости. Глеб побренчал еще немного и не выдержал, спустился вниз. Вадик подставил ладонь, по которой незамедлительно хлопнул Ник. Понятно, что поспорили на него, сколько продержится один наверху, в неведении. А они оказывается чистили картошку, у парня получалось довольно шустро и у брата на удивление тоже. Глеб посопел и тоже взялся за нож — ему досталось чистить морковку и лук. — Это че такое будет? — Судя по всему — уха. — Это на какую же ораву столько? — Я так понял, что у них типа обмена студентами, кто-то в гостях, а этот домик — достопримечательность, только не совсем понял почему. И народу соберется прилично. — Дом-музей, и нас сюда поместили, как экспонаты. Гы… На огонь поставили внушительных размеров котел с водой, чтобы закипала. Через некоторое время появились подводные охотники-добытчики. Улову позавидовали бы завзятые рыбаки — неслабого размера рыбины, ведро с лангустами. К разделке рыбы гостей не подпустили, мальчишки всем занимались сами, ловко и уверенно орудуя ножами, Кейт промывала порезанные куски рыбы, пересыпала специями. Головы, плавники, хвосты предназначались для ухи, крупные красивые ломти будут пожарены на решетке, как и лангусты. Вадик без дела, кажется, снова заскучал, слишком копаясь в своих ощущениях и Глеб кивнул на гитару. — Можем устроить музыкальное сопровождение. — Финн, кстати, весьма удивился при виде гитары, это действительно не он притащил ее сюда, даже не помышлял о таком. — Только давай что-нибудь повеселее. Они очень постарались отобрать все свои самые веселые песни, так, чтобы совсем без мрачности — не очень получалось. В дело пошли все пришедшие на память детские песни. Молодые люди весело скалились, пританцовывали, подпевали даже, не отрываясь от дела. Мусор аккуратно убрали, все испачканное протерли. На столах появились стопки посуды — стекло, керамика, сталь столовых приборов и никакой одноразовой посуды. Еще кувшины с компотом и холодным чаем, блюда с фруктами — уже знакомыми и совершенно незнакомыми экзотическими плодами. Ребята пили сами и поставили наполненные бокалы поближе к братьям. Кейт спохватилась и скомандовала почистить и убрать снаряжение и оружие — гарпуны и остроги, скинутые небрежно в кучу. Все было сделано без возражений, всеми вместе, привычно быстро. Солнце уже почти касалось края воды в стороне скал, закипела вода в котле, Финн и Кейт закинули туда картошку. Никас с Артом раскладывали ломти рыбы на решетки для жарки. Начали зажигаться первые звезды и появляться первые гости. В паре шагов от дома и каменной площадки начинались заросли тропической растительности, окружающие бунгало почти со всех сторон, оставляя открытым только пространство в сторону океана. Там угадывалась тропинка, узкий проход между кустами и деревьями в сторону скалистого мыса. Возникшая оттуда тонкая фигурка встала прямо за Вадиком, который закрыв глаза перебирал струны, две другие расположились за первой, чуть поодаль: тени, едва различимые в зарождавшихся сумерках. Он не успел среагировать, предупредить, как руки первой обхватили голову брата, закрывая ладошками глаза. Звякнули струны под соскользнувшим по ним от неожиданности пальцам, из тени проявилась кудрявая голова с лукавой улыбкой. Она подмигнула Глебу, сделала большие глаза обернувшимся к ней стажерам и те послушно замерли, остановив готовые вырваться слова приветствия. Вадик ухватился за ручки, закрывавшие его глаза, радостная улыбка узнавания засветилась на его лице, и Глеб перехватил скользнувшую с колен гитару. — Ани! — Ее ладошки в своих руках Вадик поднес к губам, целуя нежно и она выскользнула уже вся из тени, чмокнула в щеку его, обняла одной рукой и также поцеловала опустившегося перед ней на колено Глеба. Подняла голову, кивнула стажерам, сказала что-то, те так же приветствовали ее, на всю сценку смотрели с любопытством и улыбками. Глаза Вадика подозрительно сильно блестели, Ани провела по его уху и покачала головой. — Прости принцесса, я потерял твой подарок. — Плохо, не делай так больше. — Она уже вытаскивала сережку из своего ушка и пристраивала ее на новое место. — Больше не буду. Какое-то движение происходило вокруг, стажеры резко стали серьезными и буквально выстроились как на параде, Ани чуть отстранилась. — Вадик-сан, Глеб-сан, познакомьтесь с моим дедушкой.