Кровавые игры ночных пионеров

Когда Гриша привёл Даньку на место, тот увидел небольшой домик, он был совершенно таким же, какой Даня видел в деревне у своей бабушки, голубая краска слезала с него под влиянием времени и погодных условий, зелёные треугольники, которые были нарисованы на фасаде дома, тоже под влиянием не щадящего ничего времени, осыпались. Он был совершенно не новым, но и не прогнившим до такого состояния, что туда было страшно зайти.  — Откуда здесь взялся этот дом? — настороженно спросил Данька.  — Хах, а я знал что тебе станет интересно, — усмехнулся вожатый. — Во время Великой Отечественной на месте этого лагеря была небольшая деревушка, ее разгромили немцы, но этот дом, как видишь, остался. Теперь он просто стоит, заросший деревьями и о нем мало кто знает, даже не вся администрация знает что здесь находится этот домик.  — А ты откуда узнал. — пока пионер слушал Гришу, он не вникал в саму историю, он слушал лишь его голос, который приятно разливался. Немного грубый, басистый и просто прекрасный голос, который Данька мог слушать часами.  — Какой-то из ночей не мог уснуть и пошёл прочесать территорию лагеря, вот и наткнулся на него. — Гриша говорил спокойно, размеренно, не торопясь. Соблюдал все паузы и интонации. Данька просто не мог оторваться от звуков его голоса.  — Пошли. — произнёс Данька и недожидась одобрения вожатого отварил дверь домика. Зайдя внутрь Данька окунулся в атмосферу тех времён. Все стены были обклеены желтыми выцветшими обоями, а на одной из них весел ковёр, конечно дома у него тоже весел ковёр на стене, но этот казался таким уютным и атмосферным. Во всем этом доме веяло непередаваемым уютом, который царил в каждом его уголке. Посреди комнаты, которая была единственной в этом доме, стояло кресло-качалка, укрытое плюшевым пледом, а позади этого кресла большой шкаф, в котором было множество книг. Неподалёку от этого шкафа, на небольшой тумбочке, стояла целая ваза конфет, которые давно просрочились и есть их было не желательно, и стол, полный разных исписанных бумажек. Первым делом Данька подошёл к столу и начал рыться в этих бумажках. Все выглядело так, будто в этом доме до сих пор кто-то жил. Целый, не разворованный дом по среди леса, такое нужно было ещё постараться найти, а Даньку привели сюда за просто так. Пионер схватил первую же бумажку и начал вслух читать то, что было там написано. Это было письмо, имя отправителя было совершенно неизвестно, но имя получателя было написано.  — Володе. Дорогой сынок, пишу тебе из «Ивового», по всей стране шумят выстрелы, началась война. Надеюсь в Москве все хорошо, сиди дома. Я за тебя очень переживаю, как будет возможность, сразу приеду в Москву. К нам немцы ещё не добрались, хотя бог его знает. Выстрелов в нашем селе я ещё не слышала и надеюсь не услышу никогда. Будь хорошим. Как вообще семья? Детки? Как Любочка поживает? Вы же вроде ещё вместе? Ты мне про неё давно не рассказывал. Надеюсь у вас с ней все хорошо. Прошу, будь на связи, твоя любимая мамоч… — письмо оборвалось. Просто было недописанными. — И на этом все. — сказал Данька.  — Пока ты читал я порылся в других бумажках и нашёл одну, на ней следы крови. Может женщину застрелили когда она писала это письмо? — немного напуганным голосом сказал Гриша.  — Дай посмотреть, — Данька выдернул листок из рук вожатого. — И правда кровь, все может быть. Хорошо что сейчас мы не живем в этом времени. Все мирно и спокойно.  — Да, — выдохнул Гриша. — Старушка писала из какого-то «Ивового»? Может в честь этого села, сожжённого немцами и назвали лагерь? — предположил Гриша.  — Скорее всего, кто-то по любому знает о его существовании, может спросить у Николаевны? — предложил Данька, но тут же замахал головой. — Нет, плохая идея, ещё нас виноватыми выставят в чем-нибудь.  — Правильно, этот дом будет нашим с тобой небольшим секретом. — улыбнулся Гриша. Его улыбкой можно было озарить весь свет, она была такой искренней, такой красивой. Ямочки на его щеках так и манили. Данька не понимал этого чувства, он думал, что это простая дружеская симпатия, хотя на неё это было мало похоже. Данька улыбнулся ему в ответ и направился к шкафу, в котором стояли книги. Очень много книг, и все разные, но все были давольно интересными. Данька пробежался взглядом по всем этим книгам и понял, что искать ему там было нечего, почти все было на английском, который Данька не то что не знал, он у него был очень плохой. Ребята побыли в этом доме совершенно недолго, может полчаса, может час, но этого не хватило для того, чтобы рассмотреть там все. Гриша подозвал Даньку и предложил уйти отсюда, пока не закончился тихий час. Они вернулись на территорию лагеря и были давольно удивлены, когда увидели пятый отряд, гуляющим на площадке. Вожатая пятого отряда стояла в стороне и просто смотрела на бегающих детей, которые кричали и кидались всем, что попадалось им под руки. Гриша подбежал к ней, о чем-то поговорил и пришёл обратно к Даньке, который стоял недалеко от медпункта, рядом с которым находилась площадка для малышей, и ребята пошли в свой отряд.  — А почему они гуляют? — спросил повышенным голосом Данька.  — Валя сказала что не смогла их уложить и поэтому вывела на улицу, щас набегаются, устанут и пойдут спать, — ответил ему Гриша, когда они уже подошли к их отряду. — Ладно, ещё есть время, можешь пока пойти отдохнуть и я пойду. — сказал вожатый и скрылся за дверью своей комнаты. Данька очнулся только тогда, когда прозвучал горн с тихого часа. Он уснул, непонятно сколько проспал, толи час, толи два. После тихого часа сразу наступало время обеда и все ребята, уже проснувшись ждали, пока за ними придут вожатые, чтобы те отвели их в столовую. В столовой все прошло так же гладко, как и на завтраке. Никто не шумел, не кричал, не бросался едой, только несколько ребят, стоявших на выдаче добавочных порций, в шутку толкались. Вдруг к Грише подошла та самая вожатая пятого отряда — Валя. Она была абсолютно спокойной, но шепнув что-то на ухо вожатому первого отряда, стала ждать, пока тот решит вопрос с Юлей Петровной. Юля Петровна посмотрела на Даньку, показала на него пальцем и подозвала к себе. Данька, оставив на столе недоеденный суп-лапшу, стремительно направился к вожатым.  — Слушаю вас, Юля Петровна. — отчеканил Данька.  — Дань, слушай, — начала вожатая. — Это Валя, вожатая пятого отряда, она попросила забрать кого-нибудь из вас, для того, чтобы помочь. Мы с Гришей решили отправить тебя, так как ты вроде приличный мальчик. Ты же не против? — Юля Петровна улыбнулась ему и похлопала по плечу.  — Нет конечно, я всегда рад помочь. — с широченной улыбкой сказал пионер. Он будто ждал того момента, когда нужно будет кому-то помочь. У пятого отряда был лишь один вожатый, Валя. Ее отряд был единственным, где не было второго вожатого. Вожатых в этом году пришло мало и одного как раз и не хватило для пятого отряда. Данька должен был выполнять функции второго вожатого, пока Валя отходила куда-то по делам. Она выглядела на самом деле не очень. Заспанная, побитая на вид, будто каждый день ее кто-то бил, синяки под глазами выдавали то, что девушка не спала примерно около суток. Ее руки не были оголены, как у остальных вожатых и ребят, она ходила в белой рубашке с длинными рукавами и синих спортивных штанах. Ее длинные волосы всегда были собраны в высокий хвост, который торчал у неё прямо на макушке.  — Пятый отряд! — громко крикнула вожатая, настолько громко, что даже у Даньки в ушах зазвенело. — Это Даня, он будет сегодня, а может и завтра, вашим вторым вожатым, чтобы все его слушались, поняли меня? — заключила девушка.  — Да! — хором выкрикнули маленькие ребятишки, которым было от силы, лет по шесть-семь. После того, как ребята ответили вожатой, та скрылась в корпусе, минут через пять вышла оттуда и направилась куда-то в лес. Данька не придал этому особого значения и повернутся к детям, которые к тому моменту уже окружили его со всех сторон и задавали ему разные вопросы.  — Тихо, тихо, — с улыбкой произнёс Данька. — Давайте по одному, я не могу услышать сразу вас всех. — усмехнулся парень и уставился в глаза первого же мальчишки, который стоял перед ним и подпрыгивал, чтобы их «новый вожатый» спросил именно его. — Вот ты, говори. — указал Данька на этого самого мальчика.  — Даня, — назвал его мальчик. Сразу по имени, коротко и ясно, Даня. — А можно мы пойдём поиграть в теннис? Там как раз поставили новые столы для нас. — кричал мальчик изо всех сил. Его соотрядники поддержали его громкими криками: «Да!». И Данька просто не смог устоять перед этой мелюзгой.  — Ну пойдёмте. — выдохнул Данька. Улыбка с его лица так и не сползала, а наоборот, только становилась все больше и больше. Приведя малышей на «теннисный корт», так он сам для себя называл это место, по факту тут просто стояло настолько столов для игры в теннис, Данька и правда увидел, что для них поставили отдельные столы и теперь пятый отряд тоже может играть в теннис, хоть они делали это очень нелепо и неуклюже, не зная совершенно никаких правил, но они старались изо всех сил и что-то у них выходило. Все играли, толкались, кричали и даже в шутку дрались. Данька подбегал пару раз разнимать такие шуточные драки и у него все отлично получалось, но в один момент он заметил стоящую отдельно ото всех девчонку. Она терлась около столба, который держал навес над столами, чтобы если пойдёт дождь, никто не промок. Данька аккуратно подошёл к этой девчонке, он сразу ее узнал, это та девочка, о которой он разговаривал в Гришей. Подойдя к ней, он сел на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне.  — Тебя как зовут, малышка? — нежным голосом спросил Данька.  — Лиза. — ответила ему девчонка, убрав руки за спину и рисуя ногой полукруг.  — Лизочка, а ты почему здесь одна стоишь? — вежливо поинтересовался Данька.  — Я не люблю когда много народу. Не хочу с ними играть, они мне не нравятся. — ответила девочка, опустив голову.  — А хочешь мы с тобой вместе поиграем? Без ребят? Попросим у них освободить стол и поиграем. — предложил Данька, натянув улыбку до ушей.  — Давай. — засмущалась в ответ девчонка.  — А сколько тебе лет? — спросил пионер, когда шёл с девочкой за ручку к теннисному столу.  — Шесть. — ответила Лиза. Она была ещё совсем маленькой, но уже такой очаровашкой. Очень милая, с двумя косичками, сплетенными из длинных, светлых волос, очаровывала своей красотой и милотой, казалось, весь мир. Данька подошёл к мальчикам, которые играли за одним из столов и попросил их, когда те доиграют, занять стол, ребята были совершенно не против и доиграв свою партию, пустили за стол Даньку и Лизу. Когда все ребята устали и закончили играть, Даньке пришлось отвести их в отряд, чтобы те отдыхали. Пионер остался с малышами, для того, чтобы удостоверится, что все уснут и уже тогда со спокойной душой идти к себе и потом, уходить с Гришей на уборку. Так как это был самый младший отряд в лагере, отбой у них начинался не в девять вечера, а в пол восьмого. К этому времени, Данька как раз и привёл отряд в корпус. Он уложил сначала девочек, потому что они были намного спокойнее чем парни и уже потом пошёл в комнату ребят, которые кричали на весь корпус. Долгими мучениями, спустя полчаса Даньке удалось уложить мальчиков и наконец, в половину девятого он пришёл в свой корпус. Все ребята уже лежали по кроватям, а кто-то даже похрапывал. Первый отряд не нужно было уговаривать ложиться спать, они сами, как взрослые и ответственные люди ложились и сами засыпали, но вот только Данька зашёл в корпус и прилёг на кровать, в комнату тут же зашёл Гриша.  — Пошли. — прошептал вожатый.  — Да иду я, иду. — заохал Данька, поднялся с кровати и поковылял в сторону вожатого.  — Ну что, как дети? — спросил Гриша, когда Данька уже вышел в коридор.  — Они просто прекрасны! Такие лапочки! Я познакомился с Лизой, крестницей твоего отца. Она тоже очень милая! — Данька несчетное количество раз за сегодня расплывался в улыбке и этот, конечно же, был не исключением.  — Лиза это вообще что-то с чем-то. — согласился с ним Гриша. — На самом деле ода давольно милая и общительная, просто не привыкла находиться в таком скоплении людей.  — Я знаю что она общительная, мы сегодня с ней прекрасно пообщались. — ответил Данька. Пока они разговаривали, Данька не успел даже заметить, как они пришли на место. Все те же полугнилые корпуса, которые им опять пришлось разбирать.  — Не знаю, обрадует тебя эта новость или нет, но завтра, ты проведёшь с пятым отрядом весь день и скорее всего пойдёшь вести театральный кружок, вместо Вали. Она приболела, нужно ее заменить. — сказал Гриша и приступил к работе.  — Конечно обрадует! — воскликнул Данька. — Я с удовольствием!  — Ну, это замечательно. — посмеялся вожатый, таким нежным, таким приятным смешком, что у Даньки по спине побежали мурашки. Он до сих пор не понимал что это за чувство, точнее нет, понимал, но отвергал его. Ну просто не может парень любить другого парня, это противоестественно, природа создала мужчину и женщину, Адама и Еву, но никак не Адама и Адама. Не может быть такого, чтобы парень любил парня, просто не может. Уборка прошла абсолютно успешно, ребята сегодня потрудились на славу. Все обошлось без внезапных находок или ещё каких-либо происшествий. Во время уборки ребята говорили о разном, о литературе, о политике. У них было много общих тем, но ведь не только это держало Даньку рядом с Гришей. Но нет. Это всего лишь дружеская симпатия. не больше. С такими мыслями Данька и уснул.