Короли разбитых слёз

      Астрагор гордо вышагивал по Расколотому замку, всё ближе и ближе подходя к двери одного из роскошных кабинетов для переговоров, в которой его уже ждали. Правители стран Великого Союза, пятеро детишек, уже давно не боялись появляться здесь. По крайней мере, делали вид.       Ему до безумия нравились эти животные. Зверушки, которых он держит на коротком поводке. Дрессированные существа, жаждущие убить своего хозяина, но при этом покорно выполняющие любой его приказ.       Астрагор лично поработал над каждым из этих детишек. По-своему, с тонким индивидуальным подходом, строящимся на кнуте и прянике. Именно жажда получить обещанный пряник заставляла их подчиняться.       — Рад, что все пришли, — Астрагор напыщенно улыбнулся, когда, зайдя в кабинет, увидел всех пятерых. — Надеюсь, вы меня не разочаруете, — произнёс он, садясь на кресло с высокой спинкой за большой округлый стол.       Правители Четвертей молча сели за стол на свои места, не обращая никакого внимания друг на друга.       — Результаты месяца? — Астрагор заинтригованно оглядел своих зверушек.       — Великий Союз всё ещё держит звание сильнейшего союза стран, касаемо военной мощи. Уровень обучаемости солдат растëт. Были мелкие проблемы, но они решались по мере своего появления. Отчёты о них я отправил вашему советнику несколько часов назад, — кратко и чётко произнёс король Востока, Маркус Ляхтич.       Филин. Умная, быстрая и сильная птица. Искусный охотник, тщательно следящий за своей добычей. На вид он не представляет угрозы: холодный, умный и не создающий лишнего шума. Только вот, крепкий клюв и смертоносные когти, подобные острым лезвиям, выдают голодного и безжалостного охотника. Филин — убийца, хищник, «санитар леса», уничтожающий ненужных этому миру зверьков.       — А как дела обстоят с культурным развитием? — Астрагор перевёл взгляд на задумчивую девушку, сидящую бок о бок с Ляхтичем.       — Всë больше стран желает получить специалистов с нашим образованием, как я и предполагала. Сейчас средства активно выделяются на изучение ряда знакомых вам теорий. Подробнее в отчëте. Его я отправила вашему советнику по часолисту сегодня утром, — Мари навела на себя свою наигранную дерзость и самолюбие.       Астрагор улыбнулся.       Змея. Грациозная, словно тихая река, текущая с гор, приминая самые плавные очертания. Уверенная в себе сущность с пугающей красотой, приводящей одновременно в ужас и восторг. Бесшумная, подобно травинкам в безветренную погоду. А ещё ядовитая. Неотразимая убийца, прекрасно знающая, чем может закончится для других мимолётный блеск её клыков. Женщины рода Резниковых всегда были змеями.       — Рад это слышать, — Астрагор кивнул Ляхтичу и Резниковой. — А что с самими основами?       Ярис Чаклош, всё это время не отрывающий взгляда от стола, даже не удосужился посмотреть на своего Повелителя. Или боялся, что не сможет выдержать натиск красивых, но столь жестоких глаз Астрагора.       — Всë хорошо. Риск голода минимален. Казна всех Четвертей полна и не требует повышения налогов. Весомых проблем не возникало. Я отправил отчëт вашему секретарю прошлым вечером.       Пёс. Умное, понятливое и невероятно способное животное. Эти звери чётко понимают чувства окружающих, а потому, лишь недорощенный щенок станет относиться ко всем одинаково. А умный представитель этого вида воспользуется своим умением. Человек накормил — нужно быть мягким. Пнул — в следующуй раз стоит попытаться отгрызть ему ногу. Хорошая собака способна расставлять приоритеты и ждать, когда можно будет показать себя другим.       — Рад слышать. Что по политическим программам? — Астрагор остановил взгляд на правителей «Двухглавого зверя».       — Всë так же, как и в течении этих десяти лет, — начала Адейль. — За последний месяц произошло двенадцать попыток бунта на Западе, семь на Севере и три на Востоке. Каждый инцидент был остановлен ещё в самом его начале. Из положительного могу отметить, что за последние восемь месяцев количество сильных и здоровых людей, с помощью часодейство состаренных до возраста совершеннолетия, выросло на треть. Все документы я отправлю вам после собрания, когда будут готовы окончательные вердикты.       Адейль закончила также резко, как и начала. Произнеся последнее слово, она молча приковала своё внимание к брату.       — Связь с миром у Союза вышла на новый уровень, — с гордостью продолжил за сестрой Нортон Огнев. — Королевство Денролис с завтрашнего дня официально начнёт поставлять странам Великого Союза линтерит. Также, за последние дни послу Запада, коим я и являюсь, удалось добиться торгового договора со Старым Астрагом. Мы получаем их редкие травы, а они — наши разработки и продовольствие. Но главное... — в глазах Огнева сверкнул хитрый огонëк, выделяющий его среди остальных правителей. — Теперь у нас есть доступ к главной морской торговой линии. Безвозмездно.       — Весьма занятно, — протянул Астрагор и кивнул двойняшкам, остановив свой взгляд на них.       Адейль и Нортон-младший Огневы. Тонкорог и Ящер. Эти двое идеально подходили под существ, в которых обращаются.       Тонкороги прекрасные и мудрые звери, предпочитающие не лезть в бой, а смотреть из далека. Они пугливы, но крайне злопамятны, что делает их опасными врагами. Тонкорог при первой же возможности сбросит с себя человека, не сумевшего завоевать его доверие, не ставший для зверя «хозяином». Красота и сила в одном лице.       Ящер. Гордый, смышлённый, напыщенный монстр, вспышку ярости которого невозможно предугадать. Эти существа никогда не нападут без причины. Только вот, эти самые «причины» могут на деле оказаться сущими пустяками. Даже простое резкое движение рядом с ящером может вызвать у того сперва тревогу, а затем и жажду крови.       — Рад, что вы отлично справляетесь со своими должностями, — Астрагор расплылся в довольной улыбке.       Правители Великого Союза ответили молчанием. Каждый понимал, что все эти собрания проходят лишь смеха ради. Так сказать, подействовать на нервы членам Союза необходимостью находиться не только рядом друг с другом, но и с Временем.       — Может быть, у вас есть интересные новости? Что-нибудь, на что стоит обратить внимание? — Повелитель Времени внимательно следил за тем, как его питомцы принялись непонимающе переглядываться.       Обычно Астрагор распускал их сразу после этого «отчëта». Почему он не наигрался сейчас... Загадка для всех.       — Так? — Повелитель Времени ожидающе приподнял бровь.       — Зависит от того, что именно вы хотите услышать, — взял на себя ответил ответить Ярис. Он всё также отказывался смотреть на своего Повелителя.       — Хм. Думаю, истории из ваших личных жизней окажутся довольно интересными, — на лице Астрагора сверкнул оскал.       Повисла неловкая, удушающая тишина. Напряжение, вызванное требованием Повелителя Времени, так и витало в воздухе.       — Ну что же вы молчите? Нортон, — Огнев тут же отреагировал на своё имя, потерянно глядя на своего хозяина. Во взгляде серо-зелёных глаз читалась целая буря эмоций: от печали, что выбор пал на него, до безразличия. — Как дела на личном фронте? Как я помню, у тебя целый гарем. Напомни, сколько там кого?       — Около ста девушек и тридцати юношей. Не помню, зачем мне их считать? — беззаботно ответил король Западной Четверти.       Он выпил перед собранием. Ничтожные два бокала для блеска в глазах. Разве Нортон виноват, что его тело давно не может отдохнуть от такого количества? Пришлось вкусить пару дурманов, что сейчас так легко развязывали ему язык.       Адейль встревоженно шикнула на брата, но тот не отреагировал. Подобное поведение вызвало открытое недовольство королевы.       — Больше, чем я думал. Да ещё и столько мужчин. Решил остаться в памяти людей мужеложцем? — Астрагор обращался с королём, словно с неосознанным ребёнком.       Ляхтич позволил себе короткий смешок, который моментально исчез, стоило ему почувствовать на себе разъярённый взгляд Адейль.       — Женолюб, мужеложец, какая разница? Нынешний мир настолько погряз в разврате, что люди моего статуса могут проводить ночи даже с животными. Так что такого в том, чтобы возжелать красивого мужчину? — рассуждал Нортон.       — Нортон, замолчи!.. — голос Адейль дрогнул.       Нортон-младший растерянно уставился на сестру. Дурман, сверкающий в его глазах, уже захватил разум.       — Ну что же ты, Адейль? Нам всем очень интересны речи твоего брата, — Астрагор говорил это с неприкрытой издёвкой. — Нортон, продолжай.       Огнев одарил Повелителя Времени долгим взглядом и покачал головой. Он не чувствовал страха или сомнений сейчас, только усталость. Адейль показала своим видом, что недовольна поведением Нортона, а ему так не хотелось спорить с ней.       — Кхм… учитывая то, в каком Нортон сейчас состоянии… — задумчиво встряла Мари Резникова, с презрением глядя на выше названного. — Вряд-ли он скажет что-нибудь. Еë слово для него — закон, даже тогда, когда его мысли явно далеки от уровня приличного человека. Голос разума среди жажды пьяных голых тех, так сказать.       Адейль возмущённо насупилась. Она резко выпрямилась, гордо подняв голову.       Подобное поведение тут же привлекло внимание не только Астрагора, но и других правителей. Ляхтич и Резникова обменялись насмешивыми взглядами. Чаклош же позволил себе лишь поднять голову, дабы увидеть, чем обернётся нарастающий конфликт.       — При всём… уважении… Мари, но попрошу следить за тем, что и про кого ты говоришь, — Голос королевы Западной Четверти был ровным, но то, с каким нажимом она произносила слова, говорило о бушующей в ней ярости. — К слову, дорогая, не хочешь ли рассказать о слухах вокруг себя? Тех самых, в которых в твоих покоях оказался сын простого купца. Неужели и впрямь хочешь повторить судьбу своей матушки и понести невесть от кого?       Королева Северной Четверти возмущённо охнула.       — Адейль, ты переходишь границы, — осудил Огневу Маркус.       — Мари обвинила моего брата в низких мыслях, хотя сама попалась на постыдном роман. Я всего лишь восстанавливаю справедливость, — на этот раз Адейль даже не скрывала неприязнь к Резниковой.       Руки Мари, сжатые в кулаки, нервно дрожали, глася о том, что королева еле сдерживает свои чувства. Лицо Маркуса не выражало ничего, кроме осуждения. Один лишь Чаклош, как обычно, сохранял спокойствие.       Астрагор не мог налюбоваться этой сценой. Мари и Адейль — змея и тонкорог. Две самые могущественные из ныне живущих женщин на обоих планетах. Престиж, грация, красота и хитрость — то, что помогло им в кратчайшие сроки завоевать любовь элиты. Нельзя сосчитать, сколько дам по всему миру стремятся стать хоть на каплю похожими на них. И сейчас эти королевы еле-еле сдерживаются, дабы не вцепиться друг другу в глотки. Потрясающее зрелище.       Астрагор внимательно следил за поведением не только дам, но и мужчин. В конце-концов, именно от них исход этой перепалки мог измениться в любой момент. Если главную роль в конфликте сохранят Адейль и Мари, то вполне реально увидеть мирный конец. Но если вдруг Огнева позволит себе слишком многое, за королеву Северной Четверти тут же вступится Маркус, становясь полноценным участником этой драмы. И дальше кровавость ссоры будет зависеть от того, насколько далеко он зайдёт.       Повелитель Времени кинул взгляд на Нортона-младшего. Тот активно следил за словесный перепалкой, но рассеянные глаза показывали, что король Западна мало что понимал из сказанного. Казалось бы, безобиднейшее создание. Но Астрагор знал, что таким он будет ровно до того момента, пока Ляхтич не встанет против Адейль.       Мари — давняя влюблëнность Нортона. Пока она не перейдëт настоящую грань, Огнев даже не взглянет в их сторону. Но Маркус был совершенно другой ситуацией. Он враг. Вот так просто и ясно. Одно оскорбительное слово из его уст в адрес Адейль тут же обернëтся против него руками Нортона.       — Может быть успокоитесь? — ни с того, ни с сего вмешался Чаклош.       Услышав его, конфликтующие замолчали, но не из-за уважения к Ярису, а из-за простой неожиданности.       Астрагор тихо хмыкнул. Это был третий исход событий: вмешается пёс, и всё утихнет.       — Давайте сохранять лицо, друзья. Мари, тебе не следовало так отзываться о Нортоне. Будь выше скандала. Если тебя правда волнует поведение Нортона, то выскажи ему это в лицо, когда он будет.. чуть трезвее, — в интонации Чаклоша не чувствовалось осуждения, но и поддержки от него можно было не ожидать.       Мари подавила возмущение и нехотя кивнула, отвернувшись от остальных. Адейль, наблюдая за этим, победно хмыкнула, но тут же осеклась, поймав на себе холодный взгляд Яриса.       — Адейль, при всëм уважении к тебе и Нортону, я разочарован. Мы не на базаре, чтобы так начинать скандал.       Огнева даже не думала спорить. В отличии от Резниковой, она умела принимать свои ошибки без лишних возмущений и долгих обид.       — Как всегда блестяще, Ярис, — Астрагор в шутку поаплодировал королю Южной Четверти.       Чаклош быстро кивнул.       — Мы закончили? Я устал, лишь глядя на вас, — вздыхая, спросил Нортон-младший.       Астрагор громко захохотал. Его звонкий приятный смех вызвал явный дискомфорт у каждого из присутствующих.       — Могу понять, почему ты заскучал, Нортон. Нынешний диалог вышел на уровень вопросов личных отношений. Тебе уж смысла в них точно нет, — хохот Повелителя Времени стал протяжнее и громче.       Огнев лишь вопросительно приподнял бровь. Сейчас он был не в состоянии злиться на вполне понятную издëвку. Возможно, оно и к лучшему.       — Раз уж у нас зашëл разговор о детях... — на лице Астрагора просиял злорадный оскал. — Вы все прошли третий десяток. Неужели не думали о наследниках? Что скажешь, Ярис?       Чаклош вздрогнул, страдальчески вздохнув. Он больше всех ненавидел, когда Астрагор обращался к нему лично.       — Сейчас для меня вопрос наследника стоит на втором плане. Если я сочту время подходящим, то мне легко найти наложницу.       — Поддерживаю позицию Чаклоша, — поднял руку Маркус.       Астрагор насмешливо прищурился. Эти двое настолько уверены в своём будущем, что слишком легко относятся к настоящему. Глупые, наивные животные.       — Может в моëм случае рождение ребëнка сложнее, чем у мужчин, но я не вижу в этом проблемы, — подхватила Мари, но, почувствовав на себе злорадный взгляд Адейль, продолжила чуть тише. — Я красива, властна и умна. Этого хватает для решения этого вопроса.       Стоило королеве Северной Четверти закончить, как взгляды тут же устремились на брата и сестру Огневых.       Нортон не слушал ни Яриса, ни Маркуса, ни Мари. Его взгляд потерянно следил за стрелками настенных часов, выражая полную незаинтересованность в разговоре. Адейль же почувствовала ещë большее напряжение, чем ранее.       — А чем ты можешь похвастать, любимая дочь могущественного Нортона-старшего и мудрой Ниры Огневых? — бархатным голосом обратился к королеве Запада Астрагор.       От такого обращения, Адейль едва заметно замешкалась. Весь её вид кричал о том, что даме меньше всего хотелось говорить на эту тему. Но, увы, она слишком хорошо знала, что Астрагор не терпит отказов, чтобы спорить.       — Скажу честно: странно хвастаться чем-то таким. Род Огневых продолжится, это главное, — Адейль собрала все силы, чтобы её голос звучал максимально равнодушно. — Вопрос лишь во времени. А касаемо отца ребëнка... Он будет по-настоящему влиятельным человеком, а не случайным проходимцем.       Резникова насмешливо цыкнула, выражая своё явное пренебрежение словами королевы Запада. Наблюдая за ней, Астрагор в который раз уверил себя в том, что между их компанией никогда и не было настоящей дружбы. Ещё в прежние времена, до захвата власти, Астрагор прекрасно видел, что истинными авторитетами, теми, чьё мнение всегда учитывалось, были Маркус и Мари. Ярис уже тогда выбрал для себя нейтралитет, стараясь общаться с каждым, но не делая себе любимцев. А вот Огневы были чем-то вроде послушных зверушек для авторитетов. Что Нортон, что Адейль во всём слушались Ляхтича и Резникову. И конечно же, новое положение и поведение Огневых вызывает у их прошлых «хозяев» нескрываемое недовольство.       — Ах, точно! У вас ведь великий род Огневых, дети которого могут родится лишь от элиты! — сарказм в голосе Резниковой был столько же жесток и остр, как и яд в клыках змеи.       — Да, так и есть. Род Резниковых никогда и рядом не стоял с родом Огневых. Потому я вынуждена быть более избирательной, чем ты, дорогая Мари, — не осталась в долгу Адейль.       Напряжение повисло в воздухе.       Тяжёлое молчание могло продолжаться невесть сколько, если бы кое-кто не решил прервать тишину. Нортон-младший без всяких предупреждений вышел изо стола и направился к выходу из кабинета.       — Далеко направился? — хохотнув, спросил Астрагор.       Огнев остановился посреди пути.       — В замок Западной Четверти. Устал. Спать хочу, — не оборочиваясь, ответил Огнев. Он полностью игнорировать шёпот сестры, требующий остановится.       Послышались наглые смешки. Маркус и Мари даже и не думали скрывать своё отношение к подобному состоянию короля Западной Четверти.       — Думаю, Нортон прав. Я тоже весьма устал. Собрание окончено, — внезапно произнёс Астрагор.       Поймав на себе непонимающие взгляды, Повелитель Времени загадочно ухмыльнулся.       Астрагор, миновав короля Запада, вышел из кабинета, оставляя своих питомцев в полном недоумении. И это нравилось ему ещё больше.       Всё шло именно так, как ему сообщил Примаро. А это значит, что в скором времени маленькая задумка Астрагора наконец-то свершится.       Пятнадцать лет...       Астрагор блаженно прикрыл глаза, слушая свои шаги по каменному полу, отдающимися звоном. Он ждал пятнадцать лет, чтобы получить возможность наконец вновь увидеть их. Двух могущественных личностей, умудрившихся скрыться от него сразу после коронации. Астрагор до сих пор не смог раскрыть, как им удаётся столько времени скрываться. Но ничего, скоро он всё узнает.       А его зверушки отлично помогут ему в этом.