Смерть тоже умеет любить

      Беллатриса резко открывала одну дверь за другой, пока не ворвалась на кухню. Гермиона взвизгнула, роняя деревянную кухонную лопатку на пол. Девушка испуганно посмотрела на то, как женщина, выставив вперед свою волшебную палочку, тяжело дышала.       Смех разошелся по всей кухне и вылетел на улицу через открытое окно. — Убери её, пожалуйста, — Гермиона ткнула вилкой в палочку и ещё раз хохотнула.       Беллатриса смутилась, но оружие убрала. Перед женщиной уже стояла тарелка с яичницей и горячий черный кофе. — Доброе утро и приятного аппетита.       Гермиона улыбнулась, усаживаясь за стол, поджимая ноги. Она подцепила кусок бекона и отправила его в рот, наблюдая за тем, как Беллатриса немного расслабляется. Женщина покрутила кружку с кофе в руках, а затем понюхала содержимое. — Всё ещё надеешься на яд?       Беллатриса фыркнула, закатила глаза и не ответила. Женщина взяла вилку и нож и принялась резать свой завтрак на небольшие кусочки, а Гермиона упивалась этим зрелищем, ломая яйца в тарелки одной только вилкой.       Лестрейндж нахмурилась, заметив то, что нож был только у неё. Она невольно покрутила его в руках, отражая солнечные лучи от блестящего металла, а после продолжила есть. — У тебя есть полчаса, — сказала Беллатриса, подкидывая в раковину свою тарелку под возмущенный взгляд Гермионы. — Что? До чего? — девушка откинула голову назад, чтобы лучше видеть уходящую женщину. — Советую поторопиться, — крикнула Беллатриса и добавила, — спасибо.       Гермиона расплылась в улыбке. Она раньше часто готовила мальчишкам в походах, но они воспринимали это как должное и редко её благодарили. Рон уплетал её еду за обе щеки, не церемонясь, где-то даже руками, Гермиона знала, что ему нравится, но ей всегда не хватало элементарного «спасибо».       На кухне Гермиона закончила раньше, чем Беллатриса успела выйти из душа. Девушка застала Лестрейндж ещё с мокрыми спутавшимися волосами. Гермиона залюбовалась тем, как маленькие черные кудряшки спадают на плече женщине, как с них капает вода, стекая по шее.       Беллатриса проследила взгляд Гермионы и хитро улыбнулась. — Готова? — ответом послужил кивок. — Надевай, от меня не отставать. Скажу сесть — ты сядешь, скажу бежать — побежишь, прыгать на одной ноге — начнёшь прыгать.       Гермиона хлопала глазами, пялясь на женщину, и та рассмеялась. — Не переживай, просто не снимай капюшон и держись рядом.       Беллатриса наколдовала две мантии. Волшебницы оделись. Женщина протянула руку Гермионе, и они мгновенно аппарировали в Косой Переулок.       Несмотря на ранний час, вокруг них слонялось множество людей. Кто-то торопился в банк, а кто-то в магазин с совами. Беллатриса легонько подтолкнула Гермиону, когда та застыла на месте оглядываясь по сторонам.       Они быстро прошли мимо сверкающих витрин и магазинчиков, свернули в небольшой проход, выложенный камнем, и оказались напротив лавки с волшебными палочками. Гермиона успела только открыть рот, как Беллатриса резким движением затащила её внутрь.       В магазине было малолюдно, только несколько первокурсников осматривали огромные стеллажи с палочками, восхищённо задирая головы. Беллатриса под руку с Гермионой подошли к прилавку, и из глубин магазина тут же послышался мужской голос. — Давно я вас не видел.       Старая лестница на колёсиках скрипнула, и владелец магазина появился перед волшебницами. Он стоял на самой верхней ступени и что-то тщательно искал на полках, то и дело поправляя сползавшие с переносицы очки.       Олливандер поспешил слезть со своего приспособления, чтобы лучше разглядеть посетителей и, когда он подходил ближе, захватил несколько коробочек с палочками.       Казалось бы, его ни капли не удивило то, что он увидел перед собой Пожирательницу Смерти, разыскиваемую по всему миру, и пропавшую Гермиону Грейнджер. Мужчина лишь одёрнул съехавший набок пиджак, прочистил горло и продолжил. — Чем могу помочь в столь прекрасный день? — он посмотрел сначала на Гермиону, а затем перевёл взгляд на женщину. — Здравствуй, Гаррик, — начала Беллатриса, — сегодня нам нужна палочка для этой особы.       Лестрейндж головой указала на Гермиону, и девушка смущенно улыбнулась. — Так, так, посмотрим, — старик развернулся к многочисленным полкам и осмотрел их так, будто видел впервые, — сердечная жила дракона? А вы не эмоциональны.       Олливандер вытащил несколько коробочек и протянул их Гермионе. Девушка перепробовала все палочки, что предложил ей создатель, но ни одна из них её не слушалась, только выстреливала заклинаниями в разные стороны, создавая беспорядок. — Неужели в вашей жизни что-то сильно изменилось, мисс Грейнджер? — вопрос был адресован больше самому себе и не требовал ответа, но Гермиона смутилась.       Мужчина развернулся и ушел вглубь магазина за многочисленные полки. Через четверть часа он вынес одну лишь коробочку, но отдавать её не спешил. Гаррик очень внимательно посмотрел на Гермиону, зажмурился и произнес. — Да, я чувствую перемены.       Гермиона взяла в руку палочку и тут же ощутила, как магия окутала её. Будто этот предмет только что стал продолжением её собственной руки, девушка почувствовала невероятную уверенность в себе. — Эбеновое дерево, — медленно проговорил старик, — а вы возмужали, мисс Грейнджер.       Беллатриса с удивлением смотрела на то, как черная палочка удобно располагалась в руке девушки. Теперь Гермиона стояла и любовалась своим оружием под два вопросительных взгляда. — Что значит эбеновое дерево? — спросила девушка, когда они вышли из магазина. — Только то, что мне стоит тебя опасаться, — Беллатриса подмигнула Гермионе, и они трансгрессировали обратно в квартиру.       Как только они приземлились в гостиной, Беллатриса тут же отскочила и вынула свою палочку, оскалившись. Гарри быстро вытащил свою и наставил её на Беллатрису. В комнате повисла тишина. — Гарри? — медленно спросила Гермиона, приближаясь к нему. — Что ты тут делаешь? Как ты узнал?       Поттер не сводил глаза с женщины, он не замечал Гермионы и не слышал её вопросы. Всё его сознание сейчас застилала ярость и ненависть к человеку напротив. Руки Гарри задрожали, и Гермиона знала, что он может выпустить заклинание. — Прекратите, опустите свои палочки, — крикнула девушка. — Живо.       Гермиона сначала пронзила взглядом Беллатрису, и та очень медленно принялась опускать свою руку, а затем Гермиона повернулась к Гарри, и тот сделал тоже самое, но всё ещё не сводя взгляда с Лестрейндж. — Беллатриса, оставь нас, — скомандовала Гермиона, на что женщина шумно вышла из комнаты, хлопнув дверью, но напоследок не отказала себе в презрительном взгляде.       Гарри выглядел ошарашенным после того, как Пожирательница Смерти легко послушала его подругу. Он всё ещё сжимал палочку в своей руке и переминался с ноги на ногу. — Гермиона, как? — всё, что он сумел сказать.       Девушка подошла и обняла своего друга, на что тот тоже крепко сжал её. Она почувствовала родной запах, исходивший от его одежды, и на миг закрыла глаза. — Это слишком долгая история, — сказала Гермиона, усаживаясь на диван. — Однажды я наложил защитное заклинание на твою квартиру, чтобы сразу почувствовать, если кто-то проникнет в неё, — объяснил Гарри, измеряя комнату шагами.       Поттер нервничал. Он перекидывал палочку из одной руки в другую, то и дело поглядывая на закрытую дверь. — После того, как тебя забрали, я подал несколько бумаг на обжалование, — он посмотрел на подругу, — и тебя оправдали, Гермиона.       Гриффиндорка сидела и не верила своим ушам. Её взгляд заметался по комнате в поисках успокоения. Она была свободна, но продолжала скрываться всё это время. Гарри добился её освобождения, как и обещал, теперь это кажется нереальным. — Ты можешь сказать, что она пытала тебя и заставляла скрываться, — продолжил парень, расхаживая по комнате. — Они поверят нам, а её упекут обратно в Азкабан.       Гарри поправил очки, нахмурившись. Его мантия развивалась на ветру и черной пеленой следовала за Поттером. Он остановился в нескольких шагах от девушки и ещё раз неё посмотрел. — Мы все очень скучаем по тебе, особенно Рон.       Гермиона вздрогнула, услышав имя друга. Она догадывалась, что парень питает к ней чувства более, чем дружба, но девушка никогда бы не ответила ему взаимностью. — Гарри, я не могу вот так всё бросить, — сказала наконец Гермиона, и юноша непонимающе на неё уставился. — Прошло столько времени, столько всего произошло.       Поттер занервничал ещё сильнее. — Скажи мне, она пытала тебя? Била? Заставляла что-то делать? — Нет! — вскрикнула Гермиона, перебивая друга. — Я следовала за ней добровольно.       Друг отшатнулся назад, задев журнальный столик. Он нервно сглотнул и поправил мантию. — Всё это время я не знала, что свободна, и Беллатриса помогла мне скрыться. Ты знал, что министерство отправляло авроров, чтобы они убили нас? — Гермиона сделала паузу, позволив другу понять слова. — Они находили нас каждый раз, и нам приходилось убегать, Гарри. Каждый, кто видит её сразу готов выпустить проклятие, но поверь мне, она меняется.       Гермиона умоляющим взглядом посмотрела на парня напротив. Друг отрицательно покачал головой. Он не верит, и, наверное, никогда в это не поверит. Гарри ещё раз сделал шаг в сторону, глубоко вздыхая. Внутри него сейчас борются ненависть к женщине и желание поверить своей подруге, которая никогда бы и ни за что не стала ему лгать. — Они посылали авроров? Как давно? — Несколько дней назад, — Гермиона встала и подошла к окну. — Этого не может быть. Я всё время проводил в министерстве, я теперь аврор, Гермиона.       Девушка резко обернулась и столкнулась с зелеными глазами Гарри. Он внимательно смотрел на неё, пытаясь прочитать всё, что девушка скрывает внутри себя. Стать мракоборцем давняя мечта Поттера, и сейчас Гермиона искренне за него рада. — Поздравляю, Гарри, ты давно этого хотел.       Гарри смущенно провел рукой по коротким волосам и слабо улыбнулся. — Нам надо сообщить Министру, что она тут, — парень указал рукой на дверь. — Нет.       Поттер шумно вдохнул воздух. — Ты можешь позвать их сюда хоть прямо сейчас, но я уйду с ней, — тихо произнесла Гермиона и заметила, юноша вздрогнул. — Но почему? — Потому что у неё не было выбора, Гарри, она делала это, защищая свою семью. Нарцисса поступила точно так же, и я уверена, что на этом примеры не заканчиваются.       Гарри кивнул головой и присел на диван. Он думал о том, что сказала ему подруга, пытаясь придумать что-то ещё в такой запутанной ситуации. — Ты ведь знаешь, как сильно я люблю тебя, — Гарри повернулся к девушке и смущенно улыбнулся. — Да, но только не говори так при Джинни.       Они рассмеялись, но Поттер почти сразу принял обратно серьёзный вид. — Если она, — парень скривился, — даст кое-какие показания, то есть призрачный шанс. Я поговорю с остальными в Норе, это всё не быстро, сама понимаешь.       Гарри заметно нервничал. Он был не уверен в своих словах ровно на столько же, как был не уверен в том, что в Норе его вообще будут слушать. — Спасибо, — прошептала Гермиона, обнимая своего друга. — Ты многое делаешь для меня. — Я ещё ничем не помог, — мягко ответил парень, отстраняясь.       Гарри подошёл к камину и достал летучий порох. Он в последний раз окинул взглядом комнату и уже собирался сказать «Нора», как Гермиона его окликнула. — Тогда, в Хогвартсе, — друг замешкался, — она никого не убивала.       Гарри кивнул и тут же исчез в зеленом пламени. От его присутствия остался только лёгкий запах пороха и маленький огонек, потухший уже через минуту. Гермиона боялась сдвинуться с места, она боялась открыть эту дверь и не увидеть за ней Беллатрису, её чёрного взгляда и кучу возмущений.       Гермиона застыла на месте посреди гостиной, разглядывая старый камин. Девушка думала о том, а получится ли у них оправдать Беллатрису. Даже в голове это звучит, как безумие, но что они теряют, попытавшись.       Грейнджер расслабилась, когда увидела, как Беллатриса сидит на кухне. Женщина подняла на неё тяжелый взгляд, услышав шаги, но так и не пошевелилась. Гермиона села напротив. — Вспыльчивый мальчик, — начала Беллатриса, когда Гермиона открыла рот. — Послушай… — Я запомнила его другим. — Он может… — Мне казалось, он выше, — Беллатриса сделала вид, что задумалась. — Послушай… — Или это был тот рыжий… — Прекрати!       Беллатриса намеренно перебивала Гермиону, боясь услышать плохие новости. Женщина больше не пыталась сказать что-то ещё, вместо это она сильно сжала кулаки. Её руки побелели. — Меня оправдали, — Гермиона потупилась на свои пальцы.       Лестрейндж нервно рассмеялась, смотря куда угодно, только не на Гермиону. Она встала со своего места и сделала небольшой круг у обеденного стола. Беллатрисе было необходимо выплеснуть свои чувства, но использовать магию в самом центре Лондона, среди маглов, было опасно и глупо. Женщина поправила волосы и произнесла: — В таком случае, — начала Беллатриса, выпрямляя спину идеально ровно, — я больше не смею тебя задерживать.       Беллатриса хотела аппарировать сразу с места, но Гермиона её удержала. Девушка вцепилась в её руку и крепко сжала, наверняка, на белоснежной коже женщины останутся синяки. Беллатриса стерпела выходку, и девушка сразу одёрнула руку. — Он теперь мракоборец, и… — И ты думаешь, от этого мне станет легче? — женщина рассмеялась, расхаживая по кухне. — Перестань меня перебивать, — Гермиона начинала злиться, — он имеет некое влияние на Министра, и если Рон поддержит его, то у тебя есть шанс.       Беллатриса остановилась. Она посмотрела на Гермиону так, будто перед ней сидел лесной тролль, пытаясь оценить, шутит та или нет. Но лицо девушки было серьёзным и сосредоточенным. Гриффиндорка так же изучала реакцию Беллатрисы на свои слова. — Я могу помочь, но если мы будем тянуться в разные стороны, то из этого ничего не выйдет.       Беллатриса быстро села на своё место и сложила руки на груди. — Какая выгода ему помогать мне? — в голосе женщины слышались скептические нотки. — Он помогает мне, Беллатриса, и выгоды здесь никакой нет.       Гермиона встала из-за стола, с силой задвигая стул. Она не желала больше продолжать этот бессмысленный диалог, когда Беллатриса глумится над ней, не скрывая этого. Минуя гостевую комнату и спальню родителей, девушка зашла к себе и закрыла дверь.       Беллатрису не было слышно весь оставшийся день. Гермиона сидела за своим письменным столом и разглядывала палочку. Что имела в виду женщина, когда говорила про опасность? Чем так примечательно это черное дерево, что сейчас в руках девушки? Она не знала, только чувствовала, что эта палочка намного мощнее её предыдущей.       Ближе к вечеру, когда на Лондон стал опускаться закат, а людей на улице убавилось, Гермиона вышла из своего укрытия и пошла на кухню. Она наспех приготовила ужин на двоих, но Беллатриса, в отличие от Гермионы, не собиралась покидать выделенную ей комнату.       Девушка лишь постучала костяшками пальцев по дереву и скрылась за поворотом. Женщина быстро открыла дверь и тут же почувствовала манящий аромат еды. Беллатриса вышла в узкий коридор, заглянула на кухню, но там было пусто.       Лестрейндж застала Гермиону в гостиной, сидя на полу с тарелкой и кружкой, а на столе стояла и её порция. Женщина села рядом, подхватив за собой посуду, но Гермиона даже не повернулась       Они давно поели, но разговор так и не завязался. Пару раз Беллатриса хотела что-нибудь сказать, пошутить или просто толкнуть девушку, но что-то внутри останавливало её. — У тебя очень вкусно получается, — женщина показала пустую тарелку. — Спасибо, — смущенно ответила Гермиона. — Моя мать никогда нам не готовила, — начала Беллатриса, — я даже не уверена, знала ли она, как выглядит картошка.       Гермиона не сдержалась и засмеялась. Лестрейндж улыбнулась. — У вас были домовые эльфы? — Конечно, их было много, они делали всю работу по дому. — Наверное, это удобно, — Гермиона отставила тарелку, чтобы встать.       Беллатриса лишь кивнула в ответ и подала свою посуду. Девушка расставляла кружки на кухне, когда за спиной легонько скрипнул пол. Беллатриса, оперевшись на дверь, молча наблюдала за ней. — Я сделаю всё, что ты скажешь.       Гермиона замерла. Она посмотрела на женщину через плечо. Беллатриса выглядела уверенно и спокойно, но то, как часто она дышала выдавало в ней волнение. — Я рада, что ты решилась на это.       Лестрейндж промолчала, ещё раз бросила короткий взгляд на кружку и Гермиону, а затем растворилась в темноте.       Этой ночью Гермиона спала в своей постели, но снов не было. Чувство тревоги каждый час будило её, не разрешая расслабиться. Гермиона ворочалась, шуршала простынями и злилась на саму себя, но под утро наконец сдалась. Она взяла подушку, одеяло и пошла в гостиную. Гермиона улеглась на диване, разожгла огонь в камине и всё-таки смогла немного поспать.