Смерть тоже умеет любить

      Гермиона злится. Чувство стыда и неловкости переполняют её, когда она сидит в комнате Джинни и не может отвести взгляд от своих ботинок. Подруга нервно расхаживает по комнате, попутно бормоча себе что-то под нос, Гермиона никак не может разобрать слова. — И ты не собираешься больше с ней поговорить? — аккуратно поинтересовалась рыжая девушка, усаживаясь на край кровати рядом с подругой. — Придётся.       Гермиона давно перестала плакать. Это было её минутное помутнение рассудка из-за переживаний. Да, она боится за Беллатрису. Эта своенравная ведьма заставляет её испытывать чувства доселе ей неизвестные. Гермиона, конечно же, переживает и за своих друзей, как тогда на войне она боялась за Гарри или Рона. Но сейчас всё иначе.       Гриффиндорка порылась в своем разуме, ей на мгновение показалось, что Белла вновь в него вторглась. Однако, чувства неудобства и смущения девушка не испытывала, значит, она придумывает себе.       Джинни слегка коснулась колена подруги в примирительном жесте и улыбнулась. — Я поговорила с Роном, и он повел себя, как полная задница, — рыжие локоны встрепенулись, когда волшебница качнула головой. — Этого стоило ожидать, Беллатриса явно не пришлась ему по душе. — Может, спустимся вниз? Разведаем обстановку у родителей?       Гермиона послушалась подругу. Они быстро покинули комнату и отправились на первый этаж. Когда девушки дошли до лестницы, то услышали громкие споры, доносившиеся этажом ниже. Подруги спрятались, но это была больше идея Джинни, и прислушались. — Она явно знает, что делает, — это был голос Гарри, в нем обе девушки услышали раздражение. — Поттер прав. Я не могу подвергать кого-то ещё опасности. Тем более, когда речь идёт о заключенных, готовых на всё.       Дальше Беллатриса резко прервалась, и голоса затихли. Гермиона почувствовала, как шевелится её разум, и сразу попыталась ни о чем не думать. Джинни смотрела на подругу с озадаченным лицом, рыжая решила, что ей резко стало нехорошо. Джин потрясла Гермиону за рукав, задавая немой вопрос.       Гарри подошел незаметно. Гермиона тихо вскрикнула, когда юноша громко прочистил горло, намекая им, что их рассекретили. Джинни и Гермиона встали с корточек и виновато улыбнулись. Гарри сделал жест рукой, чтобы подруги шли за ним.       В гостиной сидели Молли, Артур и Рон. Последний явно был без настроения. Скрещенные руки на груди и нахмуренные брови читались как злость и защита. Когда Гермиона демонстративно прошла мимо Беллатрисы, стоявшей у журнального столика, и села рядом с рыжим другом, лицо парня засияло. Белла насупилась, но промолчала. — А мы как раз шли к вам, — Джинни улыбнулась, сделав ангельски честное лицо. — Что ж. Значит, вы в курсе, насколько затруднительна наша ситуация, — сказал мистер Уизли со своего места.       Беллатриса фыркнула и чуть было не закатила глаза. Её вид показывал всем, что только она знала правильно решение. В глазах женщины появился хищный огонёк, когда Рон наклонился к Гермионе, что-то шепнув, а девушка тихо хохотнула. — Я и Артур считаем, что нужно держаться вместе и ни в коем случае не разлучаться, — сказала миссис Уизли.       Рон закатил глаза и вздохнул. — У кого есть другое мнение? Рональда мы уже выслушали, — последняя речь была произнесена явно с укором.       Парень отвернулся и уткнул свой взгляд в катышки на свитере. Гарри молча стоял поодаль от Беллатрисы. Он грел руки у камина. Языки пламени плескались в каменном своде. Гермиона сразу узнала. Этот огонь наколдовала Белла. — Мы абсолютно с этим солидарны, — подала голос Джинни, дергая подругу за рукав. — В таком случае голоса разделились, но большинство всё-таки за то, чтобы вы остались с нами, — Артур перевел взгляд с дочери на Беллатрису.       Мужчина выражал полнейшее спокойствие. Он внимательно изучал эмоции Беллатрисы, но они были нечитаемые. Идеально прямая спина, острые скулы и болезненно белая кожа лица. Гермиона слишком долго смотрела на ведьму, изучающе, и та повернула голову в её сторону. Всё в этой женщине привлекало Грейнджер, и теперь девушка этого не отрицает. — Они могут прибыть в любой момент. Днем или ночью, — голос Беллатрисы отдавал сталью. — Да, — ответил Артур с сожалением, — мы все это понимаем. Но для чего тогда была эта война? Мы боролись не за диктатуру и поощрительные убийства, а за свободу. Я уверен, мы и сейчас сможем всё изменить.       Беллатриса покачала головой. — Я благодарна вам всем, — она провела взглядом по каждому, находившемуся в гостиной, — вы имеете право мне не доверять и злиться, я это понимаю. Ничто не проходит бесследно, и я постараюсь вас не подвести в этом.       Молли молча кивнула. Она посмотрела на женщину, стоявшую перед ней. Казалось, Беллатриса всегда была такой и от прежней безумной ведьмы не осталось ни следа. Только Гермиона всегда будет помнить колючий страх и видеть шрам на своей руке. Он отрезвлял её всякий раз, когда Беллатриса поступала так, как угодно ей. Гермиона не могла злиться на женщину, ведь где-то глубоко внутри себя она понимала, что прошлое всегда будет преследовать Беллу.       Блэк, мистер и миссис Уизли вышли на улицу. Солнце садилось за горизонт, и ярко-оранжевый свет мягко ложился на поля, оставляя тень вокруг дома. Волшебники встали в ряд и достали свои палочки. Вокруг них искрилась и играла магия, как играл теплый ветерок с черными локонами Беллатрисы.       Они вытянули свои руки, устремив палочки вверх, в него, и зашептали в унисон. Никто, кроме них, не мог разобрать слова. Гарри запрокинул голову назад, чтобы лучше рассмотреть магию и белые вспышки. Медленно прозрачный купол дошел до крыши, спустился на третий этаж, обогнул ветвистое дерево во дворе. Джинни и Гермиона не дышали. Они кожей чувствовали, как энергия струилась вокруг них. Легкое покалывание проникало в их тела сквозь одежду, и это ощущение ни с чем не сравнимо.       Тем временем защита дошла и до второго этажа. Она будто заглянула в окно, интересуясь, что там внутри. Плавно перетекла по стене вниз и достигла земли, поросшей травой. Ещё минуту трое волшебников шептали заклинание, а после опустили свои палочки. — Ого, это было что-то.       Джинни хихикнула, никто не ожидал такого рода комментария от Рона. Парень смущенно улыбнулся, когда мать одарила его нежным взглядом.       Все разошлись по своим комнатам. Гермиона чуть помедлила, она остановилась в гостиной, делая вид заинтересованности. Беллатриса проплыла мимо, как и Джинни, но подруга не забыла одарить Гермиону улыбкой, быстро переводя взгляд с неё на женщину. Девушка смутилась, нахмурила брови, но всё же медленно пошла в их общую комнату.       Белла к этому времени уже сидела в кресле. Женщина с совершенным серьёзным лицом смотрела на дверь и ждала, когда та распахнется. Запоздалое прибытие Гриффиндорки не стало для неё чем-то удивительным, Беллатриса только закатила глаза, когда Гермиона прошла к своей койке. — Сколько это будет продолжаться?       Гермиона спиной почувствовала сердитый взгляд. Она развернулась и столкнулась с черными глазами женщины. Она сидела на своем месте, и каждый её мускул был напряжён. — Я не понимаю, о чём ты. — О, Мерлин, — сказала Блэк, вставая со своего места, потому что Гермиона опять от неё отвернулась. — Всё ты понимаешь. И прекрати это.       Грейнджер по-детски наивно посмотрела на женщину. Та застыла в ожидающей позе, брови её были подняты. — На что ты обиделась? — Беллатриса сдалась. — Тебе плевать на моё мнение и просьбы. Ты вечно делаешь только то, что угодно тебе. Я видела, с каким трудом внизу ты справлялась со своими эмоциями, — Гермиона выдохнула, ей стало немного легче.       Зрачки Беллатрисы расширились. Теперь её глаза точно были черного цвета, в которых играл красный огонь. Она сжала зубы, чтобы не нагрубить девушке. — А я видела, как ты обнималась с этим недоразумением Уизли, — выплюнула Блэк и ушла обратно к своему креслу.       Эмоции, бушующие внутри ведьмы, не давали ей присесть. Она хотела вынуть из кобуры свою палочку и трансгрессировать подальше отсюда, но она обещала, а Блэки всегда держат своё слово.       Гермиона тут же соскочила со своего места и шагнула к Беллатрисе. Она задыхалась от возмущения. Девушка сейчас больше напоминала рыбу, попавшую на сушу, именно так она ловила ртом воздух. Беллатриса неоднозначно посмотрела на Гермиону. — Да как ты смеешь, как ты можешь, — всё, что успела выдавить из себя юная волшебница.       Беллатриса уже не скрывала своего интереса к данной ситуации. Женщина немного склонила голову на бок и наблюдала за тем, как Гермиона размахивала своим пальцем в воздухе, явно угрожая ведьме.       Спустя время таких упражнений, и женщина не выдержала. Она прыснула со смеха. Гермиона смотрит, как заливается Беллатриса, и ей тоже становится смешно. Смех разлетается по комнате, окружает каждый его темный уголок и возвращается к хозяйкам. — Никогда не делай так при людях, — Беллатриса не могла остановиться.       Гермиона скрестила руки на груди и подозрительно посмотрела на собеседницу. — Прекращай вторгаться в мою голову, — уже серьезно сказала девушка. — Ты уверена? Я нахожу там много всего интересного, детка, — Беллатриса игриво подмигнула Гермионе, и её оборона пала.       Зрачки расширились, а на щеках выступил румянец. Внезапно в комнате стало тесно для них двоих. Неужели Беллатриса догадалась? Конечно. Трудно было этого не сделать, ведь Гермиона часто ловила себя на мысли о том, что смотрит на Беллу, как на женщину. Она определенно красива и умна, но всё это было только в голове Гриффиндорки. — Я думала, тебе нравится иметь невидимую связь, — прошептала Беллатриса, и Гермиона не могла не согласиться.       Ей нравится. Она имеет то, чего нет у других. Ни у кого нет возможности приблизиться к этой женщине так близко, как это сделала она. И Гермионе это льстило. Она заливается краской ещё сильнее, когда Белла вот так хитро ей улыбается. Она всё знает и давно. — Хорошо, — Гермиона согласилась, демонстрируя свою лояльность, — можешь разговаривать со мной в моей же голове, но никогда не лезь в мои мысли.       Беллатриса закатила глаза и победно хмыкнула. Это означало примирение сторон. Гермиона прошла к своему спальному месту и достала пижаму из сумки. Беллатриса же с помощью магии облачилась в довольно откровенный шелковый халат и даже не посмотрела в сторону смущенной Грейнджер.       Утро, как это принято в семье Уизли, начиналось громко. Молли будила своих детей так интенсивно, что Беллатриса злобно стрельнула оглушающими чарами на дверь и перевернулась на другой бок.       Гермиона откровенно любовалась тем, как пение птиц, доносившееся из открытого окна, постепенно раздражали женщину. Белла заерзала в своей постели, бурча проклятия под нос. Женщина резко поднялась и сердито посмотрела на улыбающуюся Гермиону. Глаза женщины сузились, а губы были поджаты. — Ты привыкнешь, — просто сказала девушка, собирая вещи для душа.       Беллатриса ответила что-то неразборчивое и отвернулась. В комнату уже вовсю проникали лучи солнца и свежий утренний ветер. Топот ног слышался отовсюду, и Беллатриса подумала, что в Азкабане было хотя бы тихо. Она потерла пульсирующие виски — вставать в такую рань для неё тяжелая задача.       Гарри уже не было в доме, когда вся семья, Беллатриса и Гермиона собрались внизу на завтрак. Гриффиндорка заметила, как Рон немного расслабился. Она поздоровалась с ним первым, обнимая. Рыжая макушка была как всегда взъерошена, растянутый в рукавах свитер — в этом весь Рональд. Парень смущенно улыбнулся и предпочел сесть рядом с подругой, опередив свою сестру.       Джинни фыркнула, кинула в него диванной подушкой и хохотнула, когда тот обиженно отложил её. Молли не видела выпада сестры, иначе крика было бы не избежать. Беллатрисе не оставалось ничего другого, как сесть с рыжей девушкой. Та пожелала ей приятного аппетита, отламывая большой кусок вафли.       Давно Белла не была на семейных ужинах или завтраках. Она находила в этом что-то милое и уютное. Оказывается, в её черной душе осталось место для светлых чувств.       Каждый жевал своё: Беллатриса предпочла яичницу, как и Гермиона, а Рон, Молли и Джинни вафли с сиропом, мистер Уизли же пил свой кофе и читал ежедневный пророк. Временами он хмурился, наклонялся ближе к газете, чтобы рассмотреть колдографию, или быстро перелистывал страницу, не находя ничего полезного для себя.       Идиллию завтрака нарушил тихий треск. Шесть голов тут же повернулось в одну сторону. На журнальном столике под пристальными взглядами сидел белый филин и мирно чистил свои перышки. Когда он почувствовал к себе излишнее внимание, то резко встрепенулся и расправил крылья. — Это же птица Фреда, — вскрикнул Рон.       Молли отрезала кусочек от своей вафли и подошла к филину. Тот явно, почувствовав запах еды, воодушевился и вытянул шею. Женщина угостила птицу и сняла с её лапки маленькую коробочку. На красной ткани крышки были выбиты две буквы «ГГ».       Как только Гермиона открыла подарок, из него сразу же вылетел фейерверк. Разноцветные искры рассыпались над столом, девушка вздрогнула, ухватившись за руку Рона, это не скрылось от глаз Беллатрисы.       После громкого салюта из коробочки вылетели изображения двух братьев, они посмотрели на Гермиону серьезно, но через секунду рассмеялись. Проекция сообщила всем вокруг, что их ждут в магазине сладостей сегодня же и никакие отказы не принимаются. Братья наколдовали витрины своего магазина, изображая ассортимент. А в завершении представления в воздух взмыл блестящий галлеон и растворился, оставив после себя конфетти.       Джинни радостно захлопала в ладоши. Рон же сидел и кивал головой, как болванчик, указывая пальцами в воздух. Молли и Артур вздохнули, деваться некуда. После завтрака было решено навестить братьев и потратить пару золотых.       Когда все были готовы к отправлению и уже заняли свою очередь к камину, Беллатриса осталась стоять у дивана. — В чем дело? — спросила Джинни. — Я думаю, мне стоит остаться здесь. — Никаких возражений, ты слышала, — Гермиона схватила Беллу за запястье и буквально силой затащила её в камин.       Беллатриса чудом не ударилась головой, проклиная всё на этом свете. Молли сразу же всучила женщине летучий порох и улыбнулась. Беллатриса ненавидела передвигаться через камин.       Магазин Фреда и Джорджа встретил своих гостей яркими блестящими витринами. Всякий незнакомец, проходящий мимо него в первый раз, невольно останавливался или сворачивал свою шею на блестящие украшения. От кролика, что сидел под шляпой одного из рыжих близнецов, невозможно было оторвать взгляда. Гермионе показалось, что он даже увеличился в размерах после их первой встречи.       Хозяева магазина стояли на винтовой лестнице. Они с широкой улыбкой наблюдали за тем, как их семья вваливается в помещение. Они по очереди спустились со своего постамента и, будто танцуя между покупателями, протиснулись к Гермионе. Парни тут же крепко обняли девушку и в один голос сказали, как рады её видеть. Но когда в магазин вошла Беллатриса, скрывавшая свою персону под плотной темной мантией их улыбка сошла с лица.       Они, конечно же, были в курсе всех семейных дел. Артур почти каждый день писал им письма и рассказывал всё до мельчайших подробностей. Но увидеть Пожирательницу Смерти так близко они не ожидали. Фред немного нахмурился, но тут же получил тычок в ребра от брата. Они учтиво и шутливо поклонились Беллатрисе, как делали это всегда, и ушли вглубь.       Фред сразу же застал Рона за разглядыванием полок. Парень всматривался в конфеты, вызывающие приступы рвоты и гнойные пузыри на лице. Он уже почти дотронулся до товара, как получил по руке разряд тока. — За что? Я твой брат! — вскрикнул парень. — Именно за это.       Смех разошелся легким басом и старший Уизли скрылся, но Рон больше не рискнул что-либо взять без спроса. Джинни сразу же побежала к розовой стойке. На невидимой воздушной подушке крутился набор конфет. Если съесть одну такую, то первый, кого ты увидишь, станет твоей любовью. На время, конечно же, но это было написано самым мелким текстом и на дне коробочки, как правило, до этого момента никто уже не доходил.       От ярких цветов, шума и слишком сладкого воздуха у Беллатрисы закружилась голова. Она не успевала уклоняться от ярких бумажных птичек, что так ловко цеплялись за её волосы и застревали там. — Не шевелись, — шикнула Гермиона, выпутывая птичку из густых локонов.       Девушка смутилась, когда наклонилась ещё ближе. Руки немного дрожали, и волнение никак не скрылось от женщины. Белла хищно улыбнулась, когда лицо девушки было близко, очень близко. Гермиона корила себя, что выросла такой неуклюжей и нерасторопной. Она старалась как могла, но не могла оторвать своих пальцев от мягких волос Беллатрисы. Наконец, птичка стала свободной, и Гриффиндорке пришлось отстраниться. — Вот так вы проводите свои выходные? — спросила Беллатриса, когда мимо неё протискивалась толпа девушек. — Иногда. Война забрала у нас это, но сейчас возможность открыть магазин появилась вновь, и братья этого не упустили, — Гермиона улыбнулась, — осмотрись, тут много всего интересного.       Девушка поманила за собой Беллу, но она предпочла самостоятельно передвигаться по магазину. Женщина несколько раз почувствовала на себе взгляды братьев, она не знала точно Фред это был или Джордж, пока рыжая макушка не появилась рядом. — Могу я Вам чем-нибудь помочь? — парень радушно улыбнулся и провел рукой по прилавку с кричалками. — Я не уверена, — Беллатриса замялась. — Я Фред, а этот несчастный тип, — он указал на Уизли, бродившего с Молли, — мой брат Джордж. Но! Не пытайтесь нас запомнить, потому что родная мать до сих пор сама путает. Звучит ужасно, я знаю.       Фред сделал страдальческое лицо, а Блэк улыбнулась. Парень явно ей понравился с первых секунд. Он заражал положительными эмоциями и дарил веселье, когда просто находился рядом. — Отец писал нам о непростом положении в доме, о Гермионе тоже, — его сменился на более деловой и серьёзный. — Мы всегда поддерживали решения семьи, какими бы они не были.       Он многозначно посмотрел на женщину. — Я понимаю, насколько это тяжело и странно, но я не причиню им вреда. — О да, я знаю, — парень хитро улыбнулся. — Гермиона Вам доверяет, это видно.       Беллатриса хотела спросить, что ещё им видно со стороны, но не стала. Вместо этого она попросила ей показать, где у них находятся хлопушки, и парень, засияв от радости, повел женщину. — Рональд, куда тебе столько всего.       Озадаченная Молли подошла к сыну. В его руках были всевозможные сладости, взятые почти с каждой полки магазина, и несколько вредилок. Он с радостью хотел пойти на выход, как внезапно маленькая версия дракона с силой укусила его за ухо.       Женщина засмеялась, оглядываясь. В нескольких метрах стоял Джордж и давился от смеха. Рон, покрасневший и злой, не выпускал свою добычу из рук. — Ну, пожалуйста, — сказал парень, когда мимо прошёл Фред. — 5 галлеонов, — беззаботно ответил Уизли. — Так нечестно! — 6 галлеонов, — подхватил Джордж.       Гермиона смеялась, наблюдая за тем, как братья не поделили конфеты. Беллатриса неожиданно очутилась рядом с ней, и девушка заметила у неё небольшой сверток. — Ого, ты что-то себе прикупила? — Да, чтобы ты не расслаблялась, — глаза женщины хитро сузились, и в них заиграл огонек. — Что насчет тебя? Почему у тебя в руках нет сладостей? Я думала, дети в твоем возрасте их обожают.       Беллатриса издевалась, указывая рукой на Рональда и его горсть. Гермиона нахмурилась и фыркнула. — Я не шучу. Без конфет ты отсюда не уйдешь, — по лицу Беллатрисы было понятно, что она действительно настроена серьезно.       Хлопушка взорвалась рядом с ухом Гермионы, и та взвизгнула, отскочив к Белле. Та лишь улыбнулась и по-собственнически обняла девушку. Глаза Грейнджер расширились, когда она поняла, в каком находится положении. Её взгляд встретился со взглядом Фреда, и тот ей подмигнул. — Почему ты меня заставляешь? — спросила Гермиона, мягко отстраняясь. — Потому что шоколад — это съедобное счастье, а именно его нам всем не хватало последние несколько лет.       Гермиона всё же ухватилась за Беллатрису и потащила её в сторону шоколадного городка. В этой области было меньше покупателей, чем в отделе с пиротехникой, но всё равно приходилось пробираться.       Когда они подошли ближе, и Гермиона не могла определиться с выбором, Блэк взяла несколько упаковок и пошла к одному из братьев Уизли, стоявшему за прилавком. Он счастливо заулыбался двум волшебницам. — Не обижайте меня, — вскрикнул парень, когда Беллатриса достала золото. Близнец наклонился ближе к женщине и прошептал. — По правде говоря, в этом магазине мы заставляем платить только Рона.       Гермиона рассмеялась и Белла подхватила её настрой. Уизли пригрозил ведьме физической силой, если она сейчас же не покинет эту зону вместе с шоколадом. И Беллатрисе пришлось капитулировать. — Ты хотела купить мне шоколадку? — тихо спросила Гермиона. — Нет, это был отвлекающий манёвр. В подол я спрятала ещё полмагазина.       Девушка резко остановилась и моргнула несколько раз. Смех Беллатрисы разошелся по витринам. Гермиона легко толкнула её в бок и повела на выход, где уже стояли все члены семьи Уизли. Когда все попрощались с братьями, те отвесили поклон напоследок.       Оказывается, они провели в магазине гораздо больше времени, чем предполагали. Семья пропустила обед, и Молли побежала хлопотать на кухню, чтобы поспеть к ужину. Как всегда, женщина отказалась от помощи, и Беллатриса не знала, чем себя занять.       Женщина вошла в их общую спальню и удобно устроилась на кресле, когда ураган из двух девушек ворвался в её покой. Она медленно оторвала свой взгляд от книги, которую только что взяла в руки, и перевела его на Джинни, а затем на Гермиону. То, как эти две смотрели на неё, точно означало просьбу. — Вы забыли, как говорить? — первая прервала тишину Блэк. — Беллатриса, ты сильно устала? — спросила Гермиона, переминаясь с ноги на ногу. — Очень, — женщина отвернулась и резко уставилась в книгу.       Джин обиженно вздохнула, но Гермиона знала, что женщина с ними играла. Девушка резко вырвала книгу из рук и захлопнула её перед носом Беллатрисы. — Что за наглость? — намеренно сердито спросила ведьма и вздохнула. — Ладно, что вам нужно от меня?       Джинни расплылась в улыбке, Гермиона тоже.       Девушкам всё-таки удалось уговорить Беллатрису оторваться от чтения и провести время вместе. А именно женщине пришлось следить за тем, чтобы подруги стреляли магией только по банками, а не в окна.       Рона привлёк смех, доносившейся из-за окна. Он бросил последние попытки никак не обращать на это внимание. Натянув старые ботинки, Рональд спустился вниз и вышел на задний двор. Джинн уже ловко обращалась с легкой невербальной магией, а Гермиона пыталась трансгрессировать в свою комнату.       Когда парень появился в поле зрения, Джин сразу опустила руку с палочкой и заострила свой взгляд на брате. Беллатриса из собственных соображений отошла от Гермионы. Повисла тишина. Рон покашлял и немного покачался на пятках, делая вид, что осматривается. Но что он не видел на своем же дворе? — Вы громко смеялись, — начал парень, оправдываясь за свое присутствие тут. — О, закрой окно плотнее, — тут же съязвила Джинни. — Нет, стой, — Гермиона окликнула Рона, когда тот развернулся и собирался пойти в дом.       Парень остался и неуверенно осмотрел всех. Его взгляд задержался на Беллатрисе, лицо которой ничего не выражало. Рональд считал, что эта женщина ненавидит его и ни за что не позволит ему остаться, но она не проронила ни слова.       Уизли сел на скамейку, что стоит у дома в тени, и наблюдал за тем, как магия витала вокруг него. Джинни лишь недовольно хмыкнула, пуская в подругу заклинание щекотки. Блэк стала вести себя более отстраненно, позволяя друзьям поговорить, но оставить их всех наедине равнялось катастрофе.       Рон всё ещё косо посматривал на Беллатрису, эти взгляды ни от кого не скрылись. За ужином все обсуждали поход в мир сладостей. Гарри присоединился к семье Уизли в этот раз не слишком поздно. За столом уже стоял десерт, но Молли заботливо положила ему жареной картошки. Рон припас для друга пару шоколадных лягушек, которые сразу же ускакали от парней.       Как Беллатриса и обещала, она прикупила пару свертков, стреляющих в разные стороны шариками. И когда Гермиона, переодевшись на ночь, села на свою кровать, на всю комнату раздались звуки выстрелов. Девушка мгновенно соскочила, выхватила палочку и отправила заклинание в кровать. Мебель тут же взлетела в воздух и с грохотом рухнула у ног Беллатрисы.       Когда до девушки дошло, она быстро метнулась к Блэк и стрельнула магией в женщину. Та парировала нападки, давясь хохотом, но Гермиону это только злило. Они бегали вокруг кресла, чудесным образом оказавшегося посреди их спальни. Гриффиндорка закипала с каждой секундой всё сильнее, желая отомстить, а Беллатриса без какого-либо труда ловко увиливала от вспышек. — Ты! — выкрикнула Гермиона, когда поняла, что ведьму ей не поймать. — Я, — ответила Белла, продолжая смеяться. — У меня чуть приступ не случился.       Девушка остановилась и посмотрела на кровать, лежащую вверх ногами. Улыбка невольно заиграла на её лице, и Беллатриса немного расслабилась. Женщина уже начала думать, что её шутка оказалась слишком злой. — Я тебе отомщу, — прошипела Гермиона, когда Белла возвращала кровать прежний вид. — Очень на это надеюсь, детка.       Беллатриса улыбнулась своей коварной улыбкой и поспешила лечь.