Wolf souls — Волчьи души

      Наконец, Александр Смоллетт вернулся домой. Захолустный домишко в Шотландии, у самой кромки леса. Он построил его давным давно, когда до чертей боялся себя истинного, и хотел жить подальше от людей, что в принципе устраивает его и сейчас. Жить ещё в молодости он собирался один, и домик, хоть и красив, но так невелик, что и служанке здесь будет тесно. И сейчас, на душе всё так замшело, что чьё-то ещё присутствие кажется до жути излишним. После экспедиции к острову скелета, а особенно после событий обратного пути, на душе засела грустная, заплаканная тоска. Одиночество, это то, что ему сейчас нужно. Собрать в охапку все воспоминания, спуститься с корабля и сорваться домой, в свой не пропускающий страшных звуков кокон, где можно отдохнуть и набраться сил, чтобы снова выйти в этот опасный и жестокий мир. Убаюкивающая тишина, и лишь свои шаги по пыльному полу. До деревеньки идти минут двадцать, недалеко, но и не под носом. Он уже несколько лет здесь не бывал, скитался по миру не желая возвращаться. За домом некому было следить, никому не поручил. По земляной заросшей дороге никто не ходит кроме него, она ведёт только к дому и в глушь леса, куда даже охотник редко ходит. Лес этот, тёмный, высокий и густой. И лишь иногда, будто сменяя настроение, становится похож на его родной, где прошло его детство. Светлый, просторный, солнце нежно касается земли а пышные ветви мягко щекочат щёки. Тот лес колыбель, детский сон, прекрасный и тёплый. Этот лес — холоден и честен, он уже не лжёт о чудесных сказках. Но и он заботлив, он прячет от всех грустных мыслей и злых людей, однако, и не говоря, что их там нет. Сад зарос дикой травой, лоза переросла и обвила всю крышу. Калитка скрипит, убрать бы её. При приближении в траве кто-то копошится, убегает. На крыльце сухие веточки, а гнёзда под карнизом пустые. Дверь не сразу поддаётся. Внутри его встречает запах пыли и старости. Всё покрывает плотный мутный слой. Смоллетт поворачивается, опираясь о косяк двери. Впереди простирается небольшая поляна и стена деревьев, а за ней — склон и бескрайняя равнина. Решает сам со всем справиться, не ступит сюда нога человека, не сейчас. Снимает с плеча сумку и кладёт на скамейку, что стоит на крыльце, а за ней, плащ и мундир. Засучив рукава, распахивает шторы. В гостиную бьёт яркий луч вечернего солнца. Снимает грязную ткань с кресел, поднимая облако пыли. Остальные тоже летят в кучку. Александр открывает окна, впуская свежий воздух. Поднимается на второй этаж, где всего две комнатки, делает то же самое. Все грязные простыни летят на улицу, стираться. Весь мусор и уже ненужные вещи туда же. До самой ночи в домике у леса, словно ведьма бушевала. Свалился в кровать Смоллетт совсем поздно, но полы были вычищены, весь мусор ушёл. На следующий день всё было перемыто, казалось, вода в колодце закончится. Всё постирано и выветрено. Александр устал, но был доволен. Всё чисто, осталось порядок навести. В новое утро, он отправился в деревню, за новыми вещами на замену отслужившим своё. Там и лошадь купил. Деревня оживленная, старенькая, красивая. Людей там много, были и те, кто его вспомнил. Пришлось сходить и второй раз, за продуктами. Там, за ним увязалась беспородная собака: большая, чёрная с белым брюхом, косматая и уши торчат стрункой. Не отстала до самого леса. Смоллетт даже стал беспокоиться, не почуяла ли она в нём оборотня. Но животное спокойно семенило за ним на расстоянии, виляя хвостом и сверля взглядом сумку с продуктами. Вскоре, Александр устал от этого преследования. Подошёл к собаке и присел перед ней на корточки. Та не шелохнулась, только пуще завертела хвостом. — И из-за этого ты дошла за мной сюда? — Спросил он, и та громко залаяла. — А вот хлеб я тебе всё равно не дам. Собака в ответ снова стала лаять. Смоллетт вздохнул, ещё раз посмотрел на неё и встав, пошёл дальше. Дворняга последовала за ним, ни разу не остановившись. В дом залетела, как птица, и вела себя, ровно никто не собирался её оттуда выгонять. Капитан пытался выгнать её, но стоило приоткрыть дверь, как она снова заходила. В конце концов, плюнув, моряк позволил ей остаться, до поры до времени. Работы и так много. Закончив со всем к обеду, он присел на лавку в саду, под высокий раскидистый дуб. Лучи полуденного солнца играли в высокой траве и диких цветах, что будто старались перерасти всех и дотянуться до светила своими лепестками. Смоллетт устал, но законченные дела принесли за собой спокойствие и блаженство. Казалось, уже ничего не надо, только сидеть так, и слушать звуки леса. Вдруг, на лавочку, предварительно застеленную пледом для тепла, запрыгнул кот. Казалось, откуда белый, с рыжими пятнами бархатистый кот оказался тут? Глухо замурчав, он уселся, поджав под себя лапы, довольными, полуприкрытыми глазами наблюдая за капитаном. Признаться, и сам он, выглядел сейчас, как довольный кот. Укутавшись в небольшой плед, поджав ноги, нахохлившись грелся под тёплым ещё солнцем. Смоллетт протянул руку и погладил кота, животное с удовольствием приняло ласку, довольно урча. Вскоре, начало темнеть, Александр и не заметил когда. Уже открыв дверь, в которую тут же спешно юркнул кот, капитану показалось, что позади кто-то есть. Повернувшись, и посмотрев в сторону леса, он увидел несколько пар светящихся в свете луны жёлтых точек. Они были далеки, и моряк подумал, что ему показалось. Он зажмурил глаза, и снова открыл их, но странных огоньков там уже не было. Списав всё на усталость, а всё таки хорошо заперев дверь, он стал готовиться ко сну. Но напомнили о себе и незваные гости в его доме. Кот, что тёрся о его ноги, и собака, что сидя смирно виляла хвостом. Смоллетт присел на корточки перед ней и задумчиво почесал за ухом. А что, охранник ему бы не помешал. А кот? Кот пусть тоже остаётся, пока под ногами не путается.