Зарисовки

Чон Чонгук. Имя на слуху у каждого, кто знает слово Хогвартс. Золотой ловец, пятикурсник, уже играющий в команде Британии по квидиччу. Его плакаты и шарфы с автографами есть у каждого мальчишки, а кто постарше хранит их в чемоданах, чтобы никто не нашёл и не устыдил, что он фанатеет от младшекурсника. И был у золотого ловца не менее золотой друг с шилом в одном месте, отчего и к Чонгуку вместе с ним не располагали учителя. Взболмошенный гриффиндорец Пак Чимин умел находить приключения и влипать в неприятности на пустом месте. Ему никогда не сиделось спокойно, и все списывали это на маггловские повадки, так как Чимин попал в Хогвартс в тринадцать и сейчас обучался на третьем курсе, вот и понабрался у немагических мальчишек взболмошенности и неусидчивости. В конце прошлого семестра он сломал руку, упав с потолка совятника, куда он полез по жордочкам, уверяя Чонгука, что там точно лежит какое-нибудь сокровище, которого за птицами не видно. Сокровища, как вы понимаете, не было, а вот седых волосков на голове старосты Гриффиндора прибавилось. За халатное отношение к своему здоровью Чимину сняли пятьдесят очков, из-за чего огненный факультет проиграл Пуффедую. Теперь же парень числился в чёрном списке своего факультета, но его это совершенно не волновало. Жила его семья бедно, как понял Чонгук, но Чимин никогда не вдавался в подробности и не объяснялся, почему у него нет подарков к Рождеству и ходит он в одних и тех же ботинках. Зато приглашение Чонгука погостить летом принял с большой радостью и так и остался до конца августа, прилетев почему-то на метле, а не на поезде, с парой магических книг за пазухой и ветками в волосах. И теперь они шли по Косому переулку. Мама Чонгука уже давно отправляла сына одного покупать себе вещи, а отец, посоветовавшись с сыном в тишине вечера, дал поверх ещё двадцать галлеонов, чтобы купить всё нужное и Чимину тоже, поскольку отправленное его родителям письмо в начале августа так и не получило ответа. И вся чета Чон пришла к выводу, что родителей у мальчишки просто нет. Друзья встали с утра пораньше, Чимин как всегда с пропеллером в одном месте быстро оделся, из богатого завтрака Миссис Чон взял только пару печеней в карман и не забыл побить любившего поспать Чонгука подушкой. В Косом переулке к восьми утра было открыто большинство магазинов и ходили молодые и взрослые маги и волшебницы. — Смотри, Виндиктус Виридиан издал новую книгу, — Чимин показал пальцем на витрину магазина и потянул Чона за руку поближе, чтобы рассмотреть издание. Коричневая кожаная обложка, под которой словно стреляли молнии, создавая длинные переливающиеся бугры. — «Грозы и бури — проклятья Мерлина?» Похоже на учебник по географии у магглов. — Хочешь купить? — Чимин пожал плечами, ещё раз посмотрел на обложку и пошёл дальше. Чонгук поджал губы и пошёл следом, между ними всё ещё существовали темы, которые рано было затрагивать даже спустя три года дружбы. — Слышал, у Фортескью появился новый вид мороженного, сверчки, что ли. Чимину два раза повторять не нужно, мальчишки тут же свернули в кафе-мороженое. Отстояв небольшую очередь, взяли себе по большому рожку и пошли дальше по улице. В Косом переулке всегда было, чем заняться, но первым делом они отправились за школьными принадлежностями, написанными в письме от школы. В «Волшебном оборудовании для умников» Чонгук взял себе золотые измерительные весы, потому что прошлым уже пора на покой, а в лавке письменных принадлежностей они сполна запаслись перьями и свитками. — Мне нужно кое-куда, встретимся у Флориш и Блотс, хорошо? — и Чимин скрылся в толпе. Чонгуку стало любопытно, куда это он намылился, знакомых вроде нет, поскольку парни всегда вместе ходят, пока не увидел мелькнувшую макушку, скрывшуюся в давно покрытым паутиной магазине «Лавке старьёвщика», торгующей подержанными вещами. Прогоняя вдруг накрывшее неюутное чувство, Чонгук пошёл в сторону «Твилфитт и Таттинг», пока в последний момент не свернул в неприметную лавку рядом, маленькую и заброшенную со скудной вывеской по сравнению со своим кричащим роскошью соседом — «Мантии из рук в руки». Там было ещё несколько явно небогато одетых детей со своими родителями, насчитывающими канты. Узнавшие его были удивлены увидеть золотого ловца в подобном месте. Он нашёл свой размер мантии из выцветшей чёрной ткани, купил, якобы случайно выронил пару галлеонов на пол за собой и вышел. Мнгие здоровались с ним, несколько девочек подарили мешочки со сладостями, а однокурсники с Пуффендуя посоветовали ему наведаться в книжный и посмотреть магловские комиксы про супергероев. Чимин уже ждал его на пороге с набранными в руки книжками с потёртыми страницами, явно не первой свежести. — Что купил? — он кинул взгляд на одинокий бумажный пакет, крепко сжатый в руке Чона. — Отец попросил в аптеку сходить. — М-м, ясно, пойдём, я занял тебе очередь за какой-то рыжей девчонкой, если она ещё не ушла, — во «Флориш и Блотс» толпа, кажется, никогда не рассасывается, а бедный сухой старичок как молодой орудует кассой и таскает громадные книжки с полки на полку. Девочка никуда не ушла, но завизжала в кулачок, когда увидела Чонгука, и тут же попросила автограф, яростно тряся мать за руку, чтобы дала перо. — Хогвартс, шестой курс, — кассир кивнул и ушёл за очередным комплектом. — Дашь мне свою защиту от темных искусств за четвертый курс? — спросил Чимин, когда они уже выходили из «Всевозможных волшебных вредилок» братьев Уизлли. — Без проблем, а что ты за книги купил? Я не знаю обложек. — А, точно, я вообще хотел вечером показать, — и достаёт пять ветхих как само время книжек: бестиарии, заклинания и даже пособие по основам темной магии. — Зачем она тебе? — Чонгук берёт размером с карманный словарь книжонку и почти ждёт, что из неё выйдет дементор. — Интересно стало. Не бойся, я не собираюсь становиться ни на чью сторону, — Чимин запихивает всё отбратно, и вскоре оба начинают забавляться с диковинными конфетами, изменящими то голос, то рост, то координацию. От одной Чонгук даже начинает левитировать, а Чимин в то время дико смеялся обезьянним смехом, держась за штанину друга, орущего словьим рёвом. *** Остаток каникул прошёл весело. Парни с утра до ночи играли в квиддич на большом поле магической деревни, вдалеке от маггловского населения. Утром чуть не опоздали на поезд, но успешно заняли свободное купе. Чимин улёгся на его колени и проспал вплоть до прибытия, пока Чонгук читал «Новую историю квиддича». На ужине подуставшие от домашней и полезней еды Миссис Чон парни, как и все вокруг, накинулись на сладкое и жаренное, как следует отмечая наступление очередного учебного года. Оказывается, у них будет новый преподаватель по зельеваренью, который к тому же пошёл на уступки школе и согласился также один год провести защиту от тёмных искусств, так как на «проклятую» должность найти учителей было сложно, а прошлый скорополительно скончался, во время летнего отпуска забредя в гоблинскую пещеру без волшебной палочки. Но сам преподаватель не успел явиться к ужину, но обещал быть завтра на занятиях. Исполненные любопытва Слизеринцы о личности своего нового декана зашумели по всем коридорам, и только в башне Гриффиндора друзья смогли избавиться от всеобщего гула. Хотя, это спорно. Деканы слизерина никогда не любили гриффиндорцев, поэтому им всё-таки было интересно, может, в этот раз что-то изменится и огненному факультету перестанут снимать очки за простое существование на уроке. — Думаю, опять будет дамочка из министерства, — Чимин переоделся в пижаму и утащил за собой под одеяло одну из тех поддержанных книжек. — Будет ужасно, если Министерство опять решит контролировать школу, — новый директор пришёл на пост всего десять лет назад, но он уже зарекомендовал себя разумным волшебником, как и прошлый, поэтому парни надеялись, что тот не станет внедрять кого-то, кто ненавидит самообучение и практику в столь серьёзных науках. — Надеюсь, это будет какой-нибудь бывалый мракоборец с большим опытом. — Как Грюм? Я бы при всём желании не хотел бы увидеть три непростительных заклятья за раз. — Ты прав, всё-таки век Волан Де Морта уже канул, Слава Мерлину, — Чонугк зевнул и погасил свою лампу. — Слава, — тихонько повторил Чимин, уже погруженный в бестиарий. *** Быть на два года старше своих сокурсников сложно, особенно когда с каждый годом подростающие дети становяться всё более жестоки и изощрённы в обзывательствах. Благо это всего лишь пара особо дерзких мальчишек, на которых Чимин обычно не обращает внимания. Уроки всегда даются ему тяжело, поэтмоу Чимин часто прогуливает и потом наверстывает упущенное в виде хорошо сделанных домашних заданий. Некоторые учителя относятся с пониманием, кто-то отнимает баллы факультету или жалуется директору, но Чимина это не волнует. Раз магия решила подшутить над ним, явившись на два года позже положенного, то и Чимин имеет право подшутить над магией, в частности над самой школой. На травологии их разделили попарно и дали высаживать быстрорастущие лопухи, и девочка в паре с Чимином дрогнувшей рукой высыпала в ямку вместо одного около семи семян, отчего лопух разросся на всю теплицу. За это им поручили убирать все разбитые горшки, отчего оба опоздали на следущий урок к новому учителю. Добежав по третьего этажа, Чимин распахнул дверь и кинулся извиняться, нарушая гнетущую тишину. Он увидел стоящего меж рядов молодого мага в очках с серебрянной оправой. — Тот самый Пак Чимин? Мне сказали, что вас обоих раздавили лопухи и вы пребываете в больничном крыле, — учитель прошёл к своему столу и сверился со списком учеников. Не стояло всего две галочки. Мальчишки хихикнули, явно их рук дело, Чимин тут же напустил на лицо каменное выражение и попросил сесть. — Присаживайтесь, надеюсь, свиток о зловредных насекомых в Британии компенсирует удовольствием своего составления неприятный инцидент в теплицах, — Чимин заломил брови, но не перечил. Спорить с преподавателем себе дороже. По дороге в столовую уже весь третий курс дал Чимину прозвище «лопух», и даже отогнанная Чонгуком стайка не улучшила настроения. Свиток нужно подготовить послезавтра, благо он надеется, что парочка добавленных примеров из старого бестиария поможет ему завоевать уважение преподавателя по двум интересующим его предметам. — Хочешь в квиддич сыграть? Пока поле свободно, — Чонугк плелся за другом неприкаянной тенью, не в силах терпеть хмурого лица настроения своего жизнерадостного друга. — Не хочу, спасибо, — впервые Чимин отказывался от игры. Неужто утренняя неурядица и глупое прозвище так сильно его задели? Чонгук растерялся, замерев по пути на свой следующий урок, и единственной заминки хватило, чтобы потерять Чимина в толпе. *** Мальчишка плёлся еле переставляя ноги, почему то вдруг устыдившись строих полудырявых ботинок, скрытых огромной не по размеру мантией, которую ему приходилось стирать самому, чтобы ткань окончательно не развалилась.