365 дней

      Утро. Прекрасное время суток. Солнце за окном, радость в душе.       Антон тихо посапывал в подушку, когда на всю комнату разлетелась трель будильника. Наугад он поводил рукой по кровати близ головы и всё же наткнулся на дребезжащий телефон. Голова болезненно ныла от выпитого некачественного алкоголя, отчего бороться с желанием спать стало чем-то до безумия сложным. К тому же, не слишком желанным. Единственной причиной для поднятия своего тела Антон видел работу. Время на часах значило 8:43. Начало смены — 12:00.       Достаточно давно (относительно прожитых лет) парень устроился официантом в небольшое кафе. В деньгах он нуждался сильно, а идея пойти грузчиком на склад вовсе не прельщала из-за нагрузки. Тут же он таскал лишь подносы, что в разы легче коробок. Униформа скрывала его порезы, с матерью пересекался меньше, всегда имел место «посидеть» в тепле — разве не идеально для разгульного школьника?       Шастун с трудом сполз с кровати и аккуратно вышел в коридор. Матери в квартире не должно появиться еще ближайшие полчаса-часа, а то и больше. Праздник, как-никак. Обойдя все комнаты, парень удостоверился в отсутствии других душ и решил поскорее собраться да свалить. Ополоснулся под душем, взял рюкзак с дневником, зарядкой, лезвием и хлопнул входной дверью. Похмелье давало о себе знать. На голову словно давило пять гиппопотамов, что абсолютно не радовало юного алкаша. Мозг взрывался, раздражительность превышала привычный уровень. Антон надеялся на спокойную смену, а то риск прибить одного из недовольных чем-то клиентов возрастал до опасных процентов.       Через двадцать минут парень остановился у привычного кафе. Время еще раннее, заведение откроют, дай Бог, в 11:00, чтобы пустить раннего работника, потому предпринимать попытки зайти сейчас — глупость. Антон знал об этом. И о времени, и открытии. Не хотелось ему оставаться дома, встречаться там с матерью, получать по лицу от неизвестных мужиков. Привычным маршрутом парень развернулся на пятках от двери и отправился на ближайшую детскую площадку. Качели там — еще одно излюбленное место. Плюхнувшись на твердое сиденье, он вынул из кармана проводные наушники и сигареты. Выбор песни длился недолго: из динамиков заиграла всем известная группа ЛСП — «Номера». Удостоверившись в правильности выбора, Антон убрал телефон в карман и вынул оттуда же зажигалку. Щелчок, огонек, и вот белесый дым проникает в легкие, окутывая и успокаивая, а после клубами уходит в небо.       Пол-одиннадцатого количество окурков под ногами сравнялось с цифрой пять, и парень осознал, насколько же запах от него «прекрасен». Перегар и никотин. Просто чудесно. Супер. Тяжело вздохнув, Шастун поднялся с места и решил дойти до ближайшего магазина с целью купить пару упаковок фруктовых жвачек, что лучше всего перебивали запахи. Денег хватило впритык.       И хотелось уже спокойно выйти из магазина, дойти до кафе да начать смену, но у самого входа пришлось затормозить. На улице стояла известная ему компания, которая не упустила бы шанса подъебать «ебучего отпрыска общества». Причина их была весомая: Тоха — гей! Прекрасный повод, не правда ли?       — Вот, блять, какого они здесь делают?! — задал сам себя вопрос школьник и резко свернул в сторону за автомат с кофе, чуть не сбив какую-то старушку, что неодобрительно посмотрела на долговязого и высказала себе под нос пару ласковых.       — Опа-на, а кто это тут такой прячется? — На вышедшего человека обратил внимание главарь банды — Олег. Его внимание быстро заострилось на знакомом лице, выглядывающим из автомата. Вместе с остальным он зашел внутрь с нахальной улыбкой. Антон ругнулся под нос, принял серьезный вид и отошел в сторону, будто вовсе не пытался скрыться от чужих глаз минутой ранее.       — Неужели наш пидорасик боится? — с издевкой сказал один из парней в группе.       — Отъебитесь, — уверенно ответил Шастун, однако вид его выдавал другое. Он, словно котенок, окруженный стаей бродячих псов, бегал взглядом по предметам вокруг, боясь посмотреть в глаза врагов.       — С чего это вдруг мы такие грубые? Дорогой мой, до тебя даже касаться не хочется, уж слишком ты мерзкий! — усмехнулся на реакцию Олег и довольно склонил голову вбок.       — Раз так, зачем лезете? — Голос парня погрубел, но во взгляде всё ещё читалась предательская паника.       — Хах, чтоб мозги тебе вправить.       Вот так услуга.       — Не ссы, сегодня лень тебе «помогать», тем более в магазине. — Антон облегченно выдохнул, чем с потрохами выдал свой страх. — Но ты не расслабляйся. Это ненадолго. Парни, пошли. — Олег махнул рукой своим сообщникам, и они скрылись из виду в считанные секунды.       Шастун так и стоял на одном месте, пока очередная бабулька не ткнула его тростью, показывая свое недовольство. Ожив, он вылетел из магазина и почти бегом направился в кафе, параллельно закидываясь манговыми подушечками. Время перевалило за одиннадцать, и парень с радостью открыл входную дверь заведения, где уже ходила хозяйка.       — Здравствуйте, Оксана Александровна, — поздоровался он с ней.       Девушка обернулась, улыбнувшись вошедшему. Ее зеленые глаза пробежались по унылому виду школьника, как и год назад, когда она впервые увидела шатающегося по городу ребенка в поисках работы.       — Здравствуй, Антох. Чего грустный такой? Не уж то хуй сосал невкусный? — Казалось, об ориентации парня знал весь мир.       — Уж лучше б так! — в сердцах высказался Шастун, расстегивая кутку. — Какой Новый год провели?       — Неплохо. А ты, я смотрю, пил? — неизменно улыбаясь, хмыкнула хозяйка.       — Ну, есть такое, — постыдно опустив голову, пробубнил школьник. Совестно ему приходить на чудом полученную работу в таком виде.       — Ладно, не красней. Переодевайся и умойся. Там на раковине ополаскиватель для рта стоит. Глядишь, поможет.       — Спасибо! Я побежал.       — Не упади только, — усмехнулась девушка, а следом и залилась в смехе, когда длинная шпала точно под слова свалилась на пол, неудачно переступая порог. — Живой?       — Уф-ф, — болезненно пролепетал парень, но улыбнулся собственной неуклюжести. — Так точно! — всё же отозвался он и скрылся в раздевалке.       Во всю готовый к обслуживанию людей, ровно в двенадцать, он уже стоял рядом со стойкой и разговаривал с хозяйкой, которая сегодня заменяла бариста, потому что кем бы по статусу она не была, любила свой бизнес всей душой. В меню на первое января можно было выбрать только готовые пирожные или напитки, а значит двух людей хватало с головой.       Сегодня Антон работал до восьми. Однако сегодня был праздник, и людей, приходящих за кофе, можно посчитать на пальцах одной руки, Оксана разрешила уйти пораньше. Он не очень хотел покидать работу, потому что идти некуда, но хозяйка настояла на этом, не зная про семью подчинённого. Ей хотелось подарить работнику немного отдыха. Как только смена закончилась, она буквально выставила парня за дверь и сказала не приходить завтра, а лучше отоспаться и прийти в ночную к двенадцати. Логически, это завтра, но технически — послезавтра.       Шастун хоть и ушел, далеко не отправился. Ему оставалось гулять по городу. Спустя полтора часа такой ходьбы он жутко замёрз, проголодался, что являлось самым нестрашным из всего, и убежал от полицейской машины. Хорошо, что они не шибко хотели его поймать, да и возможно сочли за взрослого.       Время восемь тридцать и до одиннадцати ещё дохера. Заняться было нечем. В любое другое время он бы послушал музыку, но сейчас у него телефон почти разрядился и мог служить только для наблюдения за часами. До дома ему было идти около тридцати минут нормальным шагом, поэтому было решено медленно направиться к месту жительства, тем самым скоротав ещё час. На его счастье, он шёл почти полтора часа и подождать оставалось не так уж и много. Решение зайти в подъезд и подняться на крышу пришло само собой, и через несколько минут он уже курил никотиновую палочку, любуясь небом. Да, он определённо замёрз. Да, ему определённо одиноко и страшно, но его любовь к прекрасному перекрывала все проблемы, и сейчас смотреть на облака хотелось больше всего на свете.       За этим занятием прошёл оставшийся час. Антон спустился к квартире. За дверью было тихо, и парень зашёл внутрь. Никого не оказалось, и он, как можно скорее, прошёл в комнату, на всякий случай закрыв дверь на ключ. Спать хотелось дико, поэтому он сделал запись в дневнике, сжёг одну спичку, взял своё лезвие и, сняв браслеты, сделал первый порез: за сегодня он встретил банду (и, если бы не оказался в магазине, то был бы избит), замёрз, на него наорал пьяный мужик из кафе. Сделав всё, что хотелось, он лёг спать.              

Дорогой дневник.

       День — говно, как всегда. Сегодня начинается отсчёт дней, надеюсь сдохнуть. Мать и ухажёров я не видел уже сорок восемь часов, что очень радует, но то, что я замёрз, на меня наорал пьяный мужик в кафе, я убежал от полиции, и меня чуть не избили, не радует вообще.       Как прошёл день: ужасно       

Антон, 1 день

01.01.2020