Реакция Персонажей Ван Пис на тебя

Обычный жаркий денёк с командой. Завтрак прошёл как всегда, и у всех были большие планы. Сегодня вы решили устроить пляжный день — но прямо на корабле: поплавать за бортом, поиграть в волейбол… Ты смеёшься вместе с Нами и Усоппом, слушая шутки Брука, прижимаясь спиной к крепкой груди Санджи. Он с самого утра был занят готовкой и сервировкой стола, и стоило ему только присесть на минуту отдохнуть… как ты тут же заняла самое удобное место — у него на бёдрах. В коротких хлопковых шортах, почти невесомых на коже. Как он мог отказать своей mon amour? Всё было хорошо… если бы не одно «но»: бедный Санджи чувствовал жар, который ни с чем не спутать. Он изо всех сил пытался сосредоточиться хоть на чём-то, кроме того, как твоя попка упирается прямо в его напряжённую, влажную от предэякулята головку. Он обожал эти твои шорты… до кровотечения из носа — в прямом смысле. Глубокий румянец заливал его щёки, из носа текла тонкая струйка крови, которую он то и дело вытирал, пряча лицо в изгибе твоей шеи. Его длинные, тонкие пальцы нетерпеливо сжимали твою талию. Он терялся. Надо бы отстраниться… Но твоя кожа — такая тёплая, такая живая… И если ты встанешь, все сразу заметят его стояк в чёрных брюках, которые он не успел переодеть. А если прижать тебя ближе — он точно не выдержит. Пальцы сомкнулись на твоей талии в железной хватке. Ты тут же обернулась и, глядя ему в глаза с наивной улыбкой, спросила: — Всё хорошо? Санджи сделал глубокий, немного хриплый вдох, уже жалея о своих действиях. Какой же он извращенец… А ты — его милая, заботливая сладость — просто хотела убедиться, не устал ли он, хорошо ли проводит время. Ты — богиня, ведь волнуешься о его самочувствии. Когда твоя рука мягко опускается на его шею, зарываясь в золотистые локоны, он готов завыть. Он изо всех сил пытается думать о чём угодно, только не о том, как бы ему сейчас хотелось ощутить твои тёплые, влажные… Меню на обед. Постель… Список покупок. Поцелуи… Капкан для Луффи. Ты. Он сидел с закрытыми глазами, но когда почувствовал, как ты ёрзаешь, прижимаясь ближе, всё рухнуло. Поток крови хлынул с новой силой, и теперь его лицо было красным, как спелый томат. Ты дала ему салфетку, обернулась и усмехнулась: — Ты как всегда… А он заметил эту твою улыбку. Другую. Слабую, но говорящую абсолютно всё. Ты знала. Ты прекрасно знала, что делала. Ты снова качнула бёдрами, и пальцы Санджи сжались ещё крепче. Его горячее дыхание обожгло твоё ухо, когда он хрипло прошептал: — Дорогая… Пожалуйста… Ох, ты была его благословением… и одновременно проклятием, о котором он мечтал. Ты не смогла сдержать улыбку — и этим привлекла внимание друзей. Но ловко увела разговор обратно в привычное русло, словно ничего и не произошло. Словно прямо сейчас ты не чувствуешь его пульсирующее возбуждение под собой. Он попытался устроиться поудобнее, раздвигая ноги пошире, а ты подстроилась под него, меняя позу так, чтобы прижаться ещё плотнее. Почти неслышное хныканье сорвалось с его губ, когда он уткнулся лицом в твою шею. Ты прикрыла его, говоря друзьям, что он устал и тебе лучше остаться с ним, помочь ему. Настоящая богиня. Они, конечно же, согласились — и пожелали вам удачи. Когда за последним из них закрылась дверь, ты сказала: — Ох… Как по мне, прогресс налицо. Ты хотя бы в сознании, мой милый кок? Какое счастье… Похоже, обед сегодня задержится.