Мне нужна твоя поддержка

            Стивен и Розовая Жемчуг поднялись в комнату юноши. Если бы самоцвет не ткнул пальцем в куртку парня, тот бы и не вспомнил про ранение ранее. Конечно, рука была перевязана, но боль с момента их встречи утихла.       Парень быстро снял куртку и бросил её на свою кровать. Он попросил не переживать гостью об этом, объяснял, что у людей бывает кровь при телесных повреждениях, о чём самоцвет прекрасно знал.       Не зря Розовая Жемчуг посещала Мини-школу Родного мира в течении почти шести месяцев, и продолжает посещать. Она многое узнала о земле, её обитателях, животных и самом для неё интересном — растениях. Самым любимым уроком в школе у самоцвета было природоведение, которое активно преподавала Перидот.       Оказавшись в Центре связи, парень никак не ожидал увидеть там свою маму, которая активно возилась с какими-то растениями. Стивен хотел развернуться и попросить Розовую Жемчуг подождать снаружи, но она уже всё успела увидеть.       Парень испуганно смотрел на самоцвета, опасаясь увеличения трещин на лице Волейбол, которые он никак не способен был вылечить, как тогда, так и сейчас. Лицо Жемчуг наполнилось грустью, шоком, рука сама потянулась в её сторону. Стивен хотел что-то сказать, но не успел коснуться он Волейбол, как она побежала на сидящего к ней спиной на корточках самоцвета.       Розовая Жемчуг крепко обняла из-за спины своего Алмаза, не собираясь отпускать. Розовая же встала в ступор, не ожидая такого. Сначала, на лице Алмаза появилась улыбка. Она ожидала увидеть Жемчуг, которой не так давно высказала претензии по поводу работы по дому, но... Осознав, кто её так крепко обнял, заметив руки, улыбка самоцвета полностью перевернулась.

***

      Сильная жажда планеты сводила с ума Розового Алмаза. Слова Жёлтой очень ранили её. Все мысли были только о колонии. Как бы она не просила, умоляла, давала различные клятвы и обещания, Синей и Жёлтой было всё это безразлично. Они твердили одно — “ты слишком юна”, “ты не справишься”, “ты не готова”, “тебе нужно вести себя подобающи”.       Последней надеждой для Розовой стала самая главная из всех алмазов, самая величественная — Белый Алмаз.       Пожаловавшись на сестёр и поделившись со своей дилеммой, Белая примкнула к стороне других алмазов, дав свой отказ на мольбы младшего, глуповатого Алмаза .       Такого ответа Розовая явно не ожидала и не одобряла. Истерики и необдуманная речь изливалась из неё. Белая старалась держать приличие и общаться с истерящим ребёнком компетентно, но в конце нервы не выдержали, начались крики со стороны старшей. Белый Алмаз отправил Розового в её комнату, процетировав последние слова абсолютно каждого алмаза ранее.       Оказавшись в своей комнате, Розовая начала изливать свою душу прислуге, выплескивая всю злость и обиду. —Это несправедливо! Синяя и Жёлтая отказались отдавать мне колонию, и она туда же! Белая сказала нет! Почему они так со мной обращаются?! Они мне не дают даже шанса! —Может, вы действительно ещё не готовы, мой Алмаз? —Обратилась Жемчуг, неуверенно смотря на Розовую. —Ч-Что? Что?! —Закричал Розовый Алмаз, засветившись розовым цветом. —Я НЕ ГОТОВА?! ДА Я АБСОЛЮТНО ГОТОВА! —Топнул самоцвет, закрыв свои глаза от боли полных слёз.       Все эмоции Розовой вышли наружу. Сильно топнув ногой, пол под алмазом треснул и провалился, а весь остальной удар прошёлся волнами повсюду. Одна из таких волн врезалась в Жемчужину, сломав её глаз и повредив самоцвет. Прислуга отлетела назад и упала в нескольких метров от своего Алмаза. Она схватилась за своё хрупкое поврежденное тельце и дрожала.       Как только Розовый Алмаз открыл глаза, вся ужасная картина вызвала в ней ужас и охватила паникой. Закрыв рот руками, из глаз полились ручьём слёзы. Розовая подбежала к своей трясущейся напуганной Жемчуг, разворачивая к себе. —Нет! Прости! Прости меня! Умоляю, прости меня! Прости!       Из глаз самой Жемчуг лились слёзы. Испуг засел глубоко в самоцвете и на дальнейшую истерику Розового Алмаза она никак не реагировала. Слёзы Розовой обильно лились на глаз Жемчужины, но ничего не происходило. Достигнув самоцвета, они вылечили его, избавили от повреждений и трещин, но трещины на глазе остались без изменений.       Спустя некоторое время, после множественных попыток вылечить свою Жемчужину, на громкий плач Розовой сбежалась ближайшая другая прислуга, которая привела в покои Жёлтого и Синего алмазов.       Узрев ужасную картину, Жёлтая отказалась помогать Розовой, считая, что это будет хорошим уроком самоконтроля. Синий Алмаз, напротив, очень жалела любимого младшего Алмаза и её ни в чём невиновную Жемчужину. Она попыталась помочь, использовала свою силу, чтобы избавить бедняжку от трещин, но ничего.       Жёлтый Алмаз про себя уже понял, что даже с её помощью — не исцелить. Всё, что сделал самоцвет, это посоветовал обратится к Белой. Синий Алмаз с ней согласилась.       Встреча с Белой после маленькой ссоры прошла хорошо, но помочь Жемчуг она ничем не могла, разве что... Алмаз предложил Розовой сделку: Белый Алмаз помогает Розовой Жемчуг избавиться от страданий, взамен, Розовый Алмаз учится у остальных Алмазов колонизации. Безусловно, Розовая согласилась, попросив дать ей и её Жемчуг время на прощание. —Жемчуг... —Розовая... —Я никогда не прощу себе этого... —Провела Розовая своим пальцем по трещине Жемчуг. —С тобой всё будет хорошо. Я обещаю. Больше, я никогда не причиню тебе вреда. —Мы ведь... Встретимся ещё? —Конечно —Со слезами на глазах ответила Розовая, понимая, что сейчас соврала.       Розовый Алмаз в последний раз крепко накрепко обняла свою Жемчужину, перед тем, как отдать её Белой. Что она с ней сделает, Розовая не знала. Когда Розовая Жемчуг вновь начала трястись от объятий, до Алмаза дошло, что прислуга боится её и будет бояться всегда, до конца своего существования. С пониманием и болью в самоцвете, Розовая отпустила Жемчуг и покинула корабль Белого Алмаза.       После инцидента, она полностью изменилась. Замкнутость и тоску Розового Алмаза заметили абсолютно все в империи. С тех самых пор, во дворце больше не было ни одного бала, и ни одного всплеск эмоций от Розовой. Новые друзья, слуги — ничто не исцелило её рану в душе.

***

      Всхлипы. Парень вздрогнул и отшатнулся, Жемчуг продолжала обнимать Алмаза. Раз, два, протяжный вой — Розовая громко разрыдалась. Жемчуг отпустила своего Алмаза и отошла на пару метров назад, в то время, как Стивен наоборот подошёл. —Мам...? —Спросил парень, развернув свою мать к себе лицом.       Алмаз упал на колени и продолжительное смотрел на сына. Казалось, её плач был морем, а у каждого моря есть свои волны.       Розовая Жемчуг выдохнула с облегчением, казалось, что её перемкнуло. Она видит, как далеко не безразличный ей самоцвет страдает, а на её лице умиротворение. Стивен обернулся к ней, наблюдая за Волейбол. —Ты страдаешь? —Задавала спокойным голосом Розовая Жемчуг вопросы. —Ты ведь больше никогда не причинишь мне вред?       Алмаз отрицательно кивал головой, продолжая рыдать. Внезапно, на плечо Волейбол упала Чья-то лёгкая рука. —Не надо. —Сказал Жемчуг.—Я знаю, как тебе больно... Но и ей... Вам обоим — больно одинаково. Вам нужно просто поговорить так, как вы не смогли до этого.. —Шептал самоцвет.       От всего сказанного, Волейбол начала вновь дрожать, боясь подойти к Розовой. Рука Жемчуг опустилась ниже и взяла Волейбол за ладонь. —Я рядом. Всё будет хорошо. Я буду держать тебя за руку.       От слов Жемчуг, самоцвету стало спокойнее. Воспоминания о приключении в Рифе, слиянии— все мысли наполнились этим. Неосознанно, или же специально, Жемчужины слились в одну, образуя слияние, как они его назвали —Принц Жемчуг.       Слияние подошло к Розовому Алмазу, по бокам которого окружали мужчины, пытавшиеся успокоить её. Она была ниже слияния ростом в два раза. Принц Жемчуг подняла своего Алмаза на руки и прижала к себе. Розовая повисла на шее. Первые пять минут, самоцвет только приходил в себя, а после, любовался слиянием, как маленький ребёнок — раскрытые глаза, наполненные удивлением.       Ближе к ночи, самоцветы переговорили между собой. Слияние рассказало все конфликты и страхи Жемчужин, а Розовый Алмаз, впервые за многие тысячелетия, поделилась своей болью, о которой никто не знал, или же делали вид, что не вкурсе событий —Жёлтая, Синяя, Белая.       Стивен и Грег решили оставить старых знакомых наедине. Мужчина улегся вместе с сыном на кровать. —Как рука? —Рука? Не болит. —Может, сменить повязку? —Нет, не стоит.       Между мужчинами возникла длительная тишина. Немного подумав, Грег тяжело выдохнул и решился поговорить о произошедшем. —Ей нужна поддержка. —Маме? —И не только ей. —Повернул голову к сыну. —Когда боль копится внутри в течении долгих лет, она медленно уничтожает тебя изнутри. Меняет, незаметно, также и причиняет вред. —Она причиняла вред не только себе, но и тем, кого любит. —А те, в свою очередь, вредят другим любимым, даже не только им. —Эх... —Тяжело выдохнул Стивен. —Это прекратится когда-нибудь? —Если в морозильнике лежит пакет с пельменями, то всё содержимое будет сварено и съедено. Но, если один пельмень случайно разорвёт пакет и выпадет из него, у него есть шанс остаться не съеденным. Получить шанс на лучшую жизнь.       Философия еды от отца заставило парня задуматься о всём, что произошло за всю его жизнь, да и не только. Помимо великих размышлений, парень почуствовал и сильный зов желудка, который ничего кроме завтрака и чая за день ничего не получал. —Пап, я... —Голоден? —Перебил Грег. —Прости, Стьюболл, я тоже... Пойдём? —По тарелке пельменей? —Воду ставишь ты! — Подскочил мужчина. —Что? Э! Подожди! —Крикнул Стивен, выбежав следом из комнаты за отцом.