Последний омега Терры

Комната обучения напоминала зал виртуальной реальности — кресло, огромный шлем, интерактивная система движения. Мико усадили и закрепили шлем с экраном перед глазами, Джин’аррак тоже присутствовал, помог затянуть широкие ремни под подбородком и запустил программу. Мико с удивлением уставился на распахнувшийся перед ним мир, технологии действительно шагнули вперёд, и казалось, сознание переместилось в неведомую компьютерную вселенную, где Мико мог выбрать себе аватар и стать богом, но, к сожалению, все надписи были на незнакомом языке, а как передвигать курсор, ему не объяснили. — Готов? — спросил Ган. — Вроде, — неуверенно ответил Мико. А в следующее мгновение его ослепило и оглушило. Длилось это всего секунду, свет ударил по рецепторам, проник в сознание и, кажется, разрушил что-то в голове, потому что, когда он проморгался, вид на экране изменился, а буквы послушно сложились в знакомую речь. — Вот это да! — произнёс он. — Как думаешь, сработает? Он не похож на обычное существо, — голос Гана без переводчика казался мелодичным и воркующим. — В любом случае консулат МеГр сказал, что терранин переходит под нашу опеку, — Джин напротив хрипел и гудел как паровоз. — Что значит — под опеку? — поинтересовался Мико. — Хорошо, что умом не тронулся, — хохотнул Ган. — Мило! — Мико попытался стянуть с себя шлем, но пока ему не помогли, справиться с ремнями не выходило. — Мне понравилась ваша система обучения, можно ли познакомиться с историей и технологиями? Раккари переглянулись, снова обменялись незнакомыми ему знаками и жестами, а может, эти существа обладали телепатией, но Мико не рискнул спросить. — Шустрый малый, — растянул губы Ган, изображая улыбку. — У нас есть техническое описание корабля и несколько общих пластин со спецификациями оборудования. К сожалению, обучающие материалы дорого стоят, и мы довольствуемся тем что есть. — Жаль. А просто книжки почитать? — Книжки? — Джин повторил это слово, словно никогда не слышал, но Мико нашёл его в своей обновлённой памяти, где обозначение знакомых слов соответствовало странным звукам раккарской речи. Конечно, эти пугающие существа могли быть настолько необразованными, что просто не читали, и Мико повторил фразу чётко, хотя его короткий язык не всегда справлялся с вычурными буквами и произношением. — Развлекательная литература! — догадался Ган. — Да, целая стопка, — он открыл один из отсеков, где хранились кассеты наподобие той, где была запись языка, и предложил выбрать: — История, фантастика, стихи, — перечислил он. — Я бы почитал историю или фантастику, особенно то, что лучше всего мне сможет объяснить современное положение дел. Мико застрял в этой комнате надолго, книги впитывались мгновенно, но с такими яркими и красочными картинками, что потом он несколько часов сидел и переваривал полученную информацию. Ган показал, как на виртуальной машине сделать облачный дневник, и Мико стал вести записи о своих впечатлениях, постепенно складывая мозаику о новом мире. За шесть тысяч лет в космосе произошли серьёзные изменения и вместе с тем нет. Для звёзд, планет и космической пыли все эти годы — одно мгновение, не стоящее внимания: всё так же грело солнце, всё так же двигалась тёмная материя и расширялась вселенная. И лишь расы рождались и умирали, приходили в космическое сообщество и совершали новые открытия. Многие колонии позабыли своих предков, технологически продвинутые сайлоны вымерли из-за генной мутации, новые звёздные системы присылали разведчиков, открывали торговые пути или развязывали войны. Жизнь продолжалась, поколения сменяли друг друга, и правда о Терре потерялась в веках. О погибшей родной планете Мико нашёл лишь сказочную историю, где группа кладоискателей оказывается посреди выжженной пустыни, в которую превратилась планета некогда могущественной расы, и в глубинах Терры находит забытые технологии и капсулы с биоматериалом, которые после запуска особого кода возрождают планету и цивилизацию. Мико знал, что это не выдумка, правительство Терры беспокоилось о возможной гибели населения планеты и создало некое подобие бэкапа. Кроме того, много столетий подряд они рассылали корабли с эмбрионами во все уголки вселенной, но скорее всего эти дети давно ассимилировались и слились с ныне живущими расами, утратив знания о погибшей культуре. Мико внёс в дневники и свои воспоминания, чтобы история Терры не растворилась полностью в неизвестности, а сохранилось хоть что-то. Но навыков к литературному искусству у него не было, Мико изучал физику и любил системы связи. А учебников о современных технологиях у раккари не имелось. По вечерам, выбираясь из своей виртуальной комнаты, Мико с восторгом делился впечатлениями. Раккари улыбались его эмоциям, понемногу привыкали к его необычному виду и старательно поддерживали. Первое время упавший с неба человек вызывал у них недоумение и страх, как признался позже Ган, ведь терраниан, последний во вселенной, был отдан им под опеку, а данных об их расе почти не осталось. Но со временем Мико приглянулся им любознательностью, открытым характером и приятным, чарующим ароматом. Раккари говорил о его запахе, смущённо прикрывая клыки рукой. О том, что инопланетники ищут себе омегу, аймра’а — особь, способную к размножению, он узнал из тех же книг. Население их планеты почти полностью состояло из альф, омеги же ценились на вес золота. Они возглавляли кланы, полигамные семьи и занимали правящие посты. Ещё были созданные искусственно омеги, неспособные родить подобных себе, поэтому ценились меньше, они чаще всего становились приближёнными «истинных омег». Мико пришлось признаться, что он омега. И Джин первое время чуть не ползал за ним на коленях, пытался кланяться и боялся прикасаться, но Мико строго велел отставить все эти поползновения, потому что стать аймра’а для них он не сможет, связь их рас казалась сомнительной. И все же их желание угодить ему временами доставало. За Мико ухаживали в столовой, застилали постель и обслуживали. — Думаете, я не в состоянии положить себе еды? — Ты омега, мы тебя оберегаем. — На Терре омеги столетиями боролись за равноправие! — раздражённо выкрикнул Мико. — Я, по-вашему, не мужик? — Равноправие возможно, когда омег и альф рождается одинаковое количество. У нас рождается один омега на тысячу. — Мне жаль, что на Аз’Акире так туго с партнёрами, но я не из ваших, сами можете сравнить, — Мико показал свою руку с пятью пальцами и светло-розовой кожей. Джин чуть наклонился и кончиком языка коснулся его ладони. Щекотно, горячо. Мико вздохнул, знаки внимания временами казались трогательными, но сами раккари — чужие, непонятные. Мико надеялся, что вскоре его доставят на обитаемую планету, и он как-нибудь обустроит свою жизнь, пусть этот путь будет долгим и сложным, но лучше так, чем быть запертым в консервной банке с двумя синими троллями. И хотя его спасители оказались умными ребятами, отлично разбирались в двигателях и навигационных системах, но временами вели себя как дикие животные. — Сколько вас таких, потерявшихся в поисках своей половинки? — Миллионы. — И как вы размножаетесь? — С боем, — со вздохом ответил Ган. — право зачать дитя имеет лишь сильнейший, если мы найдём своего аймра’а, то обязаны привезти его в клан, и наш родитель, первородный омега нашего клана, проведёт бой среди всех членов, чтобы выбрать лучшего и сильнейшего, который станет первым мужем для аймра’а. Мы войдём в семью вторыми, остальных мужей к нему приведут соседние кланы. — Сурово, — пробормотал Мико. Кроме невнятных поисков, Ган и Джин собирали полезные ископаемые. Мико каждый раз с восторгом смотрел, когда их корабль с забавным названием «жук» ловил здоровый астероид в энергетическую сеть и лазером раскалывал его на куски. А потом ботами и манипуляторами собирал необходимые вещества. В основном брали никель и вольфрам, которые и спустя тысячелетия использовались в промышленности и высоко ценились. В конце сеть сжимала остатки астероида, заново формируя, и возвращала его в космос. Собранный груз раз в три месяца требовалось продавать, чтобы купить топливные элементы, продовольствие, энергию и другие запасы. И Мико с нетерпением дожидался этого момента. К необычному виду раккари привыкнуть у него никак не получалось, и если странный синий цвет кожи, крупный рост и трёхпалые руки ещё как-то уживались у него с представлением о разумных существах, то выпирающие клыки и взлохмаченные ирокезы отталкивали. Хотелось отыскать расчёску и привести их в божеский вид. Или хотя бы спилить клыки Джина. По словам Гана, клыки оставляли старшим сыновьям. Но смотрелись они чудовищно. У Мико в голове каждый раз возникал образ саблезубых тигров, только с гривой и на двух ногах. Он знакомился с их историей и бытом через книги, изучал культуру и странные традиции, общался с раккари по вечерам, отмечая, что ведут себя они как обычные социальные существа — у них есть свои страхи, обиды, радости и мечты. Ган, например, хотел построить собственный корабль и заниматься туризмом, а Джин собирался на заработанные деньги пойти на юридический. Мечта Мико стать проектировщиком кораблей или изобретателем новых двигателей во многом зависела от будущих технологий, и ещё вопрос, дадут ли ему доступ к обучающим программам. В остальном Мико знал себе цену и был готов сражаться за скромную жизнь последнего выжившего с Терры. Долгожданная посадка случилась через два месяца знакомства. Мико заворожённо любовался на незнакомый космопорт на такой же незнакомой планете. Раккари пообещали, что привезут его в крупный технополис, где Мико сможет пристроиться и получить помощь, они выбрали самую густонаселённую планету — Ар’Абис. «Жук» мягко опустился на подсвеченную площадку и автоматический трап присосался к шлюзам. Ган и Джин почти одновременно тяжело вздохнули, и Мико, улыбнувшись, обнял своих синекожих спасителей. — Не стоит грустить, — произнёс он, стараясь поддержать несчастных раккари, — если Ган откроет свой бизнес, я непременно отправлюсь с ним в путешествие, а если Джин создаст нотариальную компанию, то приду к нему зарегистрировать своё изобретение. — Спасибо, аймра’а, что позволил насладиться твоим обществом, — несчастно произнёс Ган, а Джин только всхлипнул. Чтобы не затягивать с печальным расставанием, Мико заглянул в свою спальню, вытащил из сохранённой спасательной капсулы блок памяти и личные вещи: рамку с голографическим фото родителей, блистер с таблетками от течки и военный жетон. Прощай прежняя жизнь, здраствуй новая! Большинство местных жителей — раккари разного цвета: от болотно-зелёного до небесно-голубого. Встречались и представители других рас. Мико с удивлением заметил нескольких тайрийцев, тощих, рослых, с вытянутыми лицами. Давних врагов Терры теперь использовали на мелких работах в городе. Опознал и потомков своей расы, явно смешанных с раккари, их кожа приобрела синеватый оттенок. Видел и совсем незнакомых существ. Он старался не привлекать к себе внимания и особо не разглядывать встречных. Город поразил задымлённостью и пылью. На Терре, когда-то почти разрушенной экологической катастрофой, трепетно относились к чистому воздуху и природе, тут же заводы выплёвывали в атмосферу тонну газов, прохожие не парились из-за грязи под ногами, мусор выбрасывали из открытых окон машин и даже домов. Мико брезгливо обходил превратившиеся в свалки закоулки и вздрагивал, когда рядом кто-то швырял банку мимо урны. Добравшись до консулата межгалактической связи, куда посоветовали заглянуть раккари, Мико вздохнул с облегчением, Ар’Абис его уже не привлекал, хотелось вернуться на знакомый кораблик к заботливым троллям и болтаться в космосе, не задумываясь о будущем.