Коп

Перед носом Поттера появился стакан с крепким капучино. Он ещё не попробовал, но запах сильнее, более горький, чем обычно. — У меня не получилось включить эту зверь-машину, — говорит Гарри вместо благодарности. — Я приплачиваю Добби, чтобы он занимался её обслуживанием, — бросает невзначай Малфой. — Полшестого. Ты здесь ночевал? — Не спалось. Нужно написать отчёт. Напарник пробегает взглядом по открытому файлу. — Ты же понимаешь, что тебе придется вписать в него меня? — Гарри нехотя кивает, и у него очень несчастный вид. — Сходи за пастилой. Малфой отодвигает кресло от стола, колёсики немилосердно скрипят. — Я не знал, что ты… В Академии я не знал, что тебя привлекают мужчины. — Никто в Академии не знал ничего о моей ориентации. Я ни с кем не общался. Был не в том эмоциональном состоянии. Я вообще о личной жизни на работе не разговариваю, так что не задавай вопросов, если знаешь, что они не будут отвечены. Поттер встаёт с кресла и отходит уже на несколько шагов, когда ему в спину прилетает неожиданное: — Я дрочил на тебя в Академии, Поттер. Гарри срывает с места. — Блядь, Малфой! — он нависает над напарником. — Что это было в лифте? Какого хрена?! — Это было прикрытие. И закрытый гештальт. Забудь. Я опишу все, как надо. Когда Поттер возвращается с пакетиками для Луны, отчёт с его компьютера уже отправлен. Ему хочется заглянуть в файл, чтобы посмотреть на содержание, но он предпочитает сделать это позже. А вот письмо от их полуночного цветочка притягивает курсор мышки будто само.

***

— Миссис Торнвуд, эти фото не в самом хорошем качестве, но может быть, вы сможете прояснить, что мы здесь видим. Сегодня в допросной они вдвоем с Поттером. Анжела с готовностью кивает. Гарри выглядит бескомпромиссно, и Малфой однозначно «хороший коп» в этой комнате. На фото точно Джим. Рядом с ним парень, совсем юный на вид: лет девятнадцать — максимум. Парня почти не видно — лицо скрыто широкими плечами мужчины, на которые заброшены щиколотки с острыми косточками. Это секс. Без сомнений. — О, Боже… — шепчет женщина. — О, Боже! — это уже крик, и она в одну секунду срывается в рыдания. Она продолжает приглашать Господа в свидетели этого разговора, и больше из неё не вылетает ни слова целых пятнадцать минут. Её успокаивает вода и Малфой. — Я не знала об этом. Когда это снято? Он жив? Джим жив? — Этим кадрам больше полугода, мэм, — отвечает Гарри. — Но это хорошая зацепка. Ваш муж не пользовался никакими картами, и электронный след денег мы не смогли уловить. Поэтому маршрут передвижения мы видим только по камерам. В его машине был навигатор? — В какой машине? Он пользовался такси. Мы давно просчитали, что это выгоднее. Старомодно, но выгодно. Поттер выкладывает ещё несколько фото, где лицо мальчика видно немного лучше, но всё размыто и неясно. — Вы никогда не видели этого парня, мэм? — Гарри категоричен. — Детектив Малфой? Детектив, я не знаю, кто это. Я не знаю, я не знала… — она снова готова расплакаться, и Малфой отвечает ей со всем ему доступным сочувствием. — Миссис Торнвуд, судя по другим снимкам, это не одноразовый любовник. Ваш муж появлялся в этих обстоятельствах несколько раз. — Я не знаю, чем я могу быть вам полезна, — злобно и разбито говорит женщина, теперь глядя на Поттера. — Я могу идти? Гарри переглядывается с Малфоем, а потом кивает. — Всего доброго, — он выходит, позволяя напарнику ещё немного её успокоить.

***

— Луна просто богиня. — У неё, как и у любой богини, есть верные слуги. Это ей прислал какой-то НевЛонг22. — Я надеюсь, это не длина его члена, — бормочет Малфой, и Гарри решается съязвить на такую тему. — Что, давно не было? Малфой просто кивает. Будто они разговаривают об этом каждый день. Гарри так и не уверен, гей его напарник, или, как он сам, просто имеет интерес к своему полу, но личную жизнь по этому поводу ограничивает лишь сексом, предпочитая отношения строить с женщинами. Его комментарий об Академии периодически всплывает в памяти. И да, Поттер дрочит теперь на воспоминания о лифте и их поцелуе. Это его личное, этим он не делится и распространяться об этом не намерен и в будущем. Но он хочет повторить. Что-то из разряда мечтаний. Точно не цель.

***

— Ты охренел, Потти? Вали домой! — Съеби с дороги, Малфой, у меня рабочий день! — Ты пьяный в хлам! Сейчас полвосьмого. Поттер в говно. Но сегодня четверг. Малфой хватает что-то со стола, берет Гарри за шиворот и тащит к лифту. Тот пьян настолько, что не может сопротивляться. Они сворачивают за угол, и неожиданно Поттер падает на заднее сиденье машины. Пахнет новой кожей, и внутри это выглядит охрененно дорого. На руле он замечает значок «Мерседес». — Не вякай. Немного в себя он приходит только в своей квартире. Здесь три бутылки, две из которых пустые, под столом, одна на столе, в ней ещё треть осталась. Но Малфой хватает её и выливает в раковину. — Рассказывай! Блядь, рассказывай! — Опоздаем на летучку! — медленно ворочая языком замечает Поттер. — Я опоздаю, а ты туда не пойдёшь! Гарри молчит, но лицо у Малфоя упрямое до тошноты. И он сдаётся. Говорит сипло, долго, снова медленно. О том, что вчера у сына был день рождения, но его бывшая не позволила им даже поговорить. Что после развода она уехала к матери, суд дал ей полную опеку, потому что она же мать, а Поттер же коп. Что его сыну, Джеймсу, исполнилось семь, дочке, Лили, скоро четыре, но нет и шанса, что он сможет её поздравить, — Джиневра агрессивна и принципиально лишает его любого шанса на общение с детьми. Что новый суд не имеет смысла, потому что с его работой он всё равно не сможет претендовать на совместную опеку. И много чего ещё. Поттер говорит о том, что тогда, девять гребаных лет назад, понятия не имел, что у него стоит на парней. И что на первом курсе, в душевой после тренировки, он впервые это осознал, глядя на широкую спину Малфоя, его охрененный зад и член, который был настолько притягательным, что Гарри просто выпал из реальности. Говорит, что благодарен Малфою за то, что тот просто спустил это на тормозах. За то, что подошёл к нему через день в раздевалке и сказал, что такое бывает, это нормально, не нужно париться. Что это просто мелочь, на которую никому не нужно обращать внимания. Говорит, что благодарен за то, что никто ни словом больше об этом не обмолвился, хотя до сих пор не знает, как это Малфою удалось. Все видели его стояк, все видели, как он держит свой член в руке и пускает слюни на однокурсника. Но все замялось. Поттер тогда был в одном месяце от свадьбы с Джинни, милой, ласковой, доброй, которая была в восторге от его будущей профессии и мечтала о детях и большой полицейской семье — её брат служил, двое других уже выпускались из Академии, а Рон учился вместе с Гарри. Только вот реальность оказалась куда прозаичнее фильмов. Перси так и не женился. Близнецы уволились спустя пару лет работы, понимая, что это не то, что им близко. Рон… У Рона была Герм, которую он поёбывал, но семьёй там и не пахло. У них с Гарри тоже не сложилось. Только и в кошмарах он не мог представить, что Джинни такая стерва. Она даже сейчас, после развода, когда Рон ляпнул в кругу семьи, что Поттер перепихнулся с коллегой из службы маршалов, выдала, что всегда подозревала, что Гарри поганый пидор. Благо не при детях. Поттер в конце концов засыпает на столе, Малфой толкает его тушку на стоящий рядом диван и оставляет бутылку воды рядом. Он едет на летучку, застает последние пять минут, и без приглашения стучит в кабинет комиссара. Говорит ему все, как есть. Что Поттеру плохо, что он отлежится, что причина личная. Блэк только спрашивает про Джинни, и увидев кивок, отпускает Малфоя работать. В пятницу Гарри выглядит все еще жутко, но они не говорят об этом. Рон, кстати, не звонил ни разу после перевода. И Гарри ему за это благодарен. Вся их дружба проявила себя во всей красе, и это хорошо, что теперь Поттер все понимает. Чувствует он себя немного обманутым, и очень сильно — дураком, но в остальном так намного лучше.

***

— Их не было, Драко, потому что их изъяли наши коллеги. Эти фото вместе с другими изъяли с сервера, потому что они были опубликованы без ведома и согласия изображенных лиц. Того парня, что их выложил, уже нашли. Он снимал окна дома напротив. Но взяли его не за это. — Ты с ним говорила? — Нет, Драко, я читала его показания. Тот парень из дома напротив — совершеннолетний, оказывает услуги психологического направления, но на самом деле, просто играет в ролевые игры сексуального характера за деньги. И он не догадывался, что через его занавески все так хорошо видно. Поэтому фото такие размытые. Это шторы. Лучшего качества я не смогу добиться. Нужны исходники. Они у Криви. Только Криви сидит… И есть вероятность, что он всё остальное удалил, чтобы не нарваться на еще один срок… — Спасибо, принцесса полей и лугов, ты неоценима, дорогая! — Дракон, когда-нибудь ты сгоришь в собственном пламени. Как Гарри. Только он лев, ему можно, а тебе нельзя… — Я обязательно что-нибудь придумаю и не сгорю… Малфой уже привык к странностям Луны, и ей всегда проще подыграть и согласиться с ней, что бы она ни несла. Он уже набирает Поттера. — Нужен запрос на Колина Криви. Нужно прокатиться по его адресу. Кто куда? — Погоди. Криви. Сидит. У нас. Я съезжу. Адрес выслал. Малфой смотрит на телефон и гордится собой. Это он научил Поттера работать с базой настолько эффективно и быстро. На месте его встречают закрытые двери. Дом Криви заперт — это его собственность, сам владелец в тюрьме. Гарри прислал отчет — у него есть брат, но разрешение на осмотр помещения нужно спрашивать лично с обязательной подписью — иначе все материалы пройдут мимо суда. Дом с бордовой дверью и уже совсем замерзшими цветами тоже заперт. Занавески не колышутся. Выглядит он пустым. Малфой едет в участок ни с чем и надеется, что у Гарри результаты получше, но уже на подъезде звонок от напарника портит настроение — Колин Криви в медблоке. Посещение только через несколько недель. Поттер уже вернулся, он работает с допуском к заключенному, набирая нужные формуляры, а Малфой не в духе. Он надеялся, что хоть что-то прояснится. Дело Торнвуда уже в печенках у него сидит. Он так и не понял до конца Роберта Торнвуда, хотя они с Поттером уже дважды допрашивали его. И второй раз с фото интимного характера. Он солгал, что не знал о любовнике отца, но потом все же признался, что не хотел, чтобы мама узнала. Сказал, что думал, что отец никогда бы ее не бросил — репутация и удобная жизнь в его возрасте слишком многое для него значат. Но теперь он не знает, что думать. На вопрос, мог бы он сбежать с любовником, ответил, что он так не думает. Это было правдой. Малфой видел, что тот искренне так считает. Хотя всё равно номинальный список подозреваемых Роберт не покинул. Все же речь пока о пропавшем без вести. Тела нет. Он может быть жив. Рабочий день почти закончился, и Поттер ставит на стол Малфоя стакан с кофе, который теперь пьет весь отдел, не стесняясь, молча садится за свой стол и продолжает работать по новому делу. Девочка заявила об изнасиловании, но «особо тяжкие» перегружены, а это заявление очень похоже на липу. Просят разобраться в ее показаниях, и если все же все подтвердится, вернуть дело им. Поттер ожидал, что Малфой снова будет говорить, что на него сбрасывают лишнюю работу, но тот, наоборот, взялся за проверку. — Если это правда, Поттер, то счет идет на часы. А они там провозятся три-четыре дня, пока руки дойдут. Так что, проверяй. А я пока позвоню в больницу, уточню, передали ли они материалы нашим экспертам. Малфой кладет трубку после разговора и тут же рявкает. — Свали отсюда. Гарри поднимает глаза и понимает, что Малфой в ярости. Рядом с его столом стоит парень. — Забери заявление. Верни. И я уйду. — Возвращай черед суд. Она моя. Я написал адвокату.  — Будь хорошим послушным мальчиком, Драко, — чеканит парень, — и забери свое заявление. Иначе… — Ты не понял, да? Не работает больше, — Малфой цедит по звуку, медленно, сквозь сжатые зубы, — съеби отсюда, иначе я запрошу запретительный ордер. Поттеру неловко, это что-то личное, а еще он никогда в жизни не видел Малфоя, настолько с трудом удерживающего свою ярость под контролем. — Кто-то был плохим малышом, да? Кто-то хочет нарваться на наказание? Я позвоню Люциусу, Драко, и ты точно будешь жалеть о своем решении. Поэтому предлагаю еще раз: будь вежливым и послушным мальчиком и отзови эту ебаную бумажку. Или однажды ночью на твоем пятом этаже я отшлепаю тебя совсем не так, как тебе это нравится… Ты будешь давиться моим членом, и не сможешь со связанными руками вытолкнуть из себя ту пробку, что я тебе засажу в наказание за непослушание… Ты же любишь быть моей послушной дыр… — Теодор Нотт, — Поттер резко встает из-за стола, доставая на ходу наручники, — вы арестованы за угрозу применения насилия сотруднику полиции при исполнении. Вы имеете право хранить молчание, все, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Вы имеете право на адвоката, если вы не можете себе позволить оплатить услуги защитника, он будет предоставлен вам штатом бесплатно. — Что, да серьезно?! — от боли мужчина шипит, и Гарри наклоняется к его уху. — Заткнись, кретин. Воспользуйся своим правом, или я тебя заставлю. — Как ты узнал его имя? — усмехаясь, спрашивает Малфой. — Посмотрел в журнале посетителей. Кто это? — Мой бывший муж. Иди, оформляй, раз уж решил себе работки подкинуть… — Обвинения? Он знает, где ты живешь, Малфой… — Поттер уже толкает затихшего парня перед собой, чтобы спустить его вниз, где его обыщут и поместят в камеру. — Да, хорошая идея. Я займусь… Поттер? — Гарри уже у лифта. Одними губами Малфой говорит «спасибо». Это приятно.