Всё случиться после

-Мотнись в магазин. - Лао развалился на диване. Его сестра что-то черкала в тетради. -Время видел? Глупая ночь на улице. Продуктовый закрыт. -Для кого круглосуточные придумали? -Далеко. И через двадцать минут начнётся мой сериал. -Пиздуй или я снова тебя ебану. Она с самым тяжёлым вздохом который только смогла из себя выдавить поднялась и ушла опомнившись в прихожей. -Что тебе брать? -Чипсы и кофе. Дома закончилось. Она шаркнула с комода все деньги вылетев на улицу и тут же пожалела что так легко оделась. Осенняя погода вещь непредсказуемая. Всегда не ясно чего ожидать. Сегодня всё иначе. Сегодня ясно по крайней мере одно. Мико не вернётся домой.

***

Безумная ночь. Город хоть и засыпает но поток машин всё так же сумашедший. Хотелось шагнуть куда то в него. Под ногами мокрая жёлто-бурая листва. Красиво. Часы на руке кричат о том что через полчаса начнётся новый день. Её ленивые шаги были нарочно медленными. Так шагает прохожий которому не хочеться возвращаться туда откуда он пришёл. Туда где его никто не ждёт. Случайные люди на пути со всех ног бежали домой, пытаясь укрыться от дождя. Он действительно начался, хотя прогноз обещал просто туман. Выбросив чипсы и какую-то газировку в ядовито зелёной банке на кассу она подумала что ей такое есть не позволено, но тут же отбросила эту мысль, залюбовавшись маникюром. Мама всегда говорила что если ты родилась девочкой, то выглядеть нужно статной. Острые, длинные, холодно-стальные красные и ещё тысяча эпитетов посвященных её когтикам. Длинные ухоженные волосы. Куча средств для лица и тела. Её матери в сорокет давали двадцать три, а при хорошем освещении все двадцать. И она наставляла дочь на тот же путь. Сев на лавочку провожая взглядом редких посетителей она вздохнула. Полночь. Маникюр не позволял открыть банку. Вырвать бы эти ногти зубами к собачьим детям. Минут пятнадцать она провозилась с открывашкой. "Сахар портит кожу и фигуру. " Тут же затрещало в обеих ушах. -Да пошла ты к черту на рога, мама-пробормотала Мико продолжая свою каторгу. Ещё пятнадцать минут. Какой то парень сжалился и подошёл к ней. -Помочь? -Да, буду благодарна. Он подал ей открытую газировку и шлёпнулся рядом. -Я Баджи Кейске. -Мико Кин. -Почему так поздно гуляешь? Она задумалась. А что ему ответить? Дома ебанутый брат? Или равнодушный отец? Или истеричка мама? Или её просто никто не ждёт? -Не хочу домой. А ты? -Друзья разбудили, решили поздравить ровно в двенадцать. А потом я вышел прогуляться. -У тебя день рождения? Поздравляю. -она покрутила баночку решив наконец попробовать это пойло. Ядовито химическое. -Знаешь, а у меня есть байк и я крут в драках. Такие парни нравятся девчонкам. -он безропотно смотрел на звёзды сверкая своими глубоко карими глазами. -А у меня длинные шелковистые волосы и красивый маникюр. Мужчины балдеют. -Мне не нравятся расфуфыренные дуры. -А мне самоуверенные лошпеды. Они оба рассмеялись не глядя друг на друга. -Мы обязательно поладим. Будем друзьями, Баджи Кейске?- она протянула изящную но израненную ладонь которую тут же пожала не менее сбитая рука. Видимо про драки он не врал. -Будем.

***

Кейске водил её по пустым переулкам и не смотря на это страшно не было. Они доели те чипсы и выпили ужасно химозную газировку вдвоём. Мико шагнула поперед него размахивая руками и что-то рассказывая. Он улыбался. Широко. Задорно. Счастливо. Как улыбается прохожий который нашел своё место вне дома. Она остановилась мирно рассматривая все что вокруг. Безумная ночь. Уснувший город. Листва. Как будто, только для них. Отражения в луже печально смотрели в ответ и горько улыбались пока не разошлись брызгами исказив друг друга. Может быть они вместе, а может и по отдельности. Случайный прохожий никогда этого не узнает. На улице начало светлеть. -Говори куда тебя проводить. -Я и сама дойду- смело заявила она тогда. И Баджи это запомнил. Её горящие глаза, хитрая улыбка и смелость неприсущая таким расфуфыренным дурам как она. -Вот уж. Я девушку одну в ночь не отпущу. Кейске далеко не глуп. Пазл в его голове давно сложился. Он вспомнил где слышал её фамилию. В доме Такаши Мицуи. Парень который получил от него по лицу скорее всего был её старшим братом. Синяки на лице, кусочек запёкшейся крови под носом и нежелание идти домой дополняли картину. Дважды два. -Мне кажется, я вчера ударил твоего брата. -Что? В голове юной Кин тараканами роились мысли. Надо же. Стоило только расслабиться. А мама всегда говорила "держи спину ровно а ухо на востро", и что теперь? Она влипла по самые помидоры? Она и от него по лицу получит? То в джентльмена играет то избить хочет. Какой многогранный парень. Но Мико должна была признать, что он красив. -Чего застыла?- из лужи на неё смотрела другая Мико. Со злыми самодовольными глазами и страшной, очень страшной улыбкой. - надеюсь ты не обижаешься. Прости- он наклонился и тут же получил под дых. -Не вздумай передо мной кланяться, дебил! Кейске вновь рассмеялся. Давно его никто так не веселил. В особенности девчонка. Господи какая же она параноичка! Никто бы не стал её бить. Кейске не только красив но и благороден. Временами... Хотя рассказы о его успехах в драках джентльмена из него не делали. Сейчас вот придёт домой. Там уже сидит злой уставший отец. Взбешённый Лао который не получит свои чипсы. И мать в скором времени позвонит. Поугрожает тем что приедет, но не станет. Чёрт подери, как ей хотелось остаться. Как ей хотелось чтобы эта ночь взяла её всю, без остатка и забыла здесь и сейчас. Ей понравилось. Свобода. Ей понравилась свобода. Свобода и непринужденность вместе с этим парнем. Да ему и самому было приятно провести первые часы своего семнадцатилетия таким вот образом. -Ну вот и всё. - она остановилась перед калиткой смотря своими мутными глазами в его глубокий карий. "Мужественный цвет" так его для себя окрестила Мико. -Не смотри так будто как только я уйду ты умрёшь. Да! Потому что так оно и будет! -Пока, Мико Кин. Ещё обязательно увидимся. - и развернулся. Его широкая крепкая спина не давала поверить в то, что это сон. Она лишь чувственно-опечалено смотрела ему вслед, словно взгляд мог что-то изменить. -Возьми меня с собой... Её мольбу из полуприкрытых уст услышал только ветер, и словно насмехнувшись понёсся над деревьями.