Полулунная лесопилка
31 марта 2022 г., 00:23
Утро настало так же стремительно, как и громкий в звонкой тиши голос Хранителя. Алхимик проснулась в меру выспавшейся и на удивление не продрогшей до костей. Но сидевший на корточках возле кровати ассасин немного… пугал. Он неизменно улыбался, от удовольствия щуря глаза как сытый кот. А лекарша удивленно смотрела в ответ, думая сперва спросить, что тот забыл в ее комнате, а потом и вспоминая, что комната как бы его.
— Доброе утро, дорогая сестра, — шут хихикнул, отскакивая от кровати. — Ты так крепко спала, что Цицерон не смел тебя будить.
— Что же… — эльфийка осторожно села, стараясь не тревожить перевязанную руку, — Спасибо. Я, видимо, потеснила тебя.
— Ой, пустяки! Хи-хи-хи! Цицерону все равно надо было позаботиться о теле матушки. Масла должны быть свежими, пряными. Чтобы дух разложения… не касался прекрасного тела матушки. Да-да, у Хранителя так много дел.
— Вот как, — девушка чуть улыбнулась, поправляя импровизированный топ и стараясь собрать волосы в некое подобие прически. Но за ночь волосы просохли спутанными прядями, и сплести косу не выходило. — Тогда не буду задерживаться. Тебе тоже стоит отдохнуть… Кстати, сегодня моя очередь готовить, чего бы тебе хотелось?
Мужчина сперва удивленно распахнул глаза, теребя свой воротник, а после расхохотался, вызывая у Аккуш смущение от непонимания.
— Ох-хо-хо, удивила! Такая заботливая босмерка… Цицерону приятно слышать, — рыжий имперец плюхнулся на освободившуюся кровать, довольно потягиваясь. — Ах, точно! Цицерон хочет сладкий рулет.
Беловолосая кивнула, чуть улыбнувшись такому выбору, и вышла из комнаты, удаляясь вглубь коридоров. Бана в комнате не было — он обычно уходил рано и возвращался практически по темноте. Что же, значит, никто не станет отвлекать и прерывать очередные поиски более-менее цельной рубашки. Найдя наконец во что переодеться, девушка постаралась хоть немного расчесать непослушные волосы, после послав это занятие в мамонтову задницу, потерпев неудачу.
На кухне сидели только Назир и Бабетта. Редгард хмуро пил из чашки настойку какого-то корня, что напоминал бодрящие напитки Валенвуда. Аккуш не вдавалась в подробности, не решаясь отбирать у мужчины частичку его родины. Бабетта же сидела рядом, читая прихваченную с последнего дела книжку.
— А ну, стой, — голос девочки раздался за спиной неожиданно, заставив босмерку застыть на месте и чуть обернуться. — Это что у тебя на голове?
— Волосы, — Аккуш неровно улыбнулась, приглаживая торчащие в стороны пряди.
— Эх, что же с вами делать. Дай, я посмотрю, что можно сотворить, — вампирша спрыгнула со стула, обходя еще сонного Назира и жестом указывая остроухой сесть. — Такое чувство, что ты уснула с мокрой головой. Ужас просто!
— Ну да… Не велик выбор — облысеть от яда или вымыть все это, — Аккуш посмеялась, склоняя голову к девочке.
— Ах, ты! Теперь как предлагаешь это все в порядок приводить? — нордка чуть потянула спутанную прядь, вытаскивая ту из узла под болезненный стон мерки. — Сейчас я сбегаю за гребнем, никуда не уходи.
— Хорошо, — остроухая согласно закивала, бросая жалостливый взгляд на Назира.
— Не смотри так, я здесь бессилен, — с усмешкой протянул мужчина, с удовольствием разваливаясь на стуле.
***
Вампирша не дала и малейшего шанса удрать, остановив босмерку на половине пути к печи, встав прямо в проходе. С боем и воем девочка все же заставила остроухую сестру сесть и мужественно терпеть, пока спутанные косы вычешут и соберут во что-то более приличное. А Бабетта так увлеклась, что собрала целую конструкцию из косичек разной толщины, вплетая все в одну общую. Назир по привычке лишь наблюдал, иногда вставляя едкие комментарии по поводу нецелесообразности красоты, а не-дитя лишь зло шикала в ответ. — Готово, — стоило такому приятному слову коснуться ушей, как девушка соскочила со стула, на бегу кинув пару благодарностей и скрываясь за дверьми кладовой. — Молодые всегда такие забавные. — Ты просто замучила девочку. Давно девчачьи прически не делала? — Назир рассмеялся, даже не стушевавшись под грозным взглядом горящих глаз. — Да ладно тебе, тебя никто не осудит. — Ах, я забыла что старый алик`риец падок на возможность поболтать, — вампирша улыбнулась, наблюдая за тем, как осведомитель надулся, отворачиваясь к своему скромному завтраку. Постепенно столовая заполнилась народом: спустилась Габриэлла, что по обыкновению выискивала минутку на почитать, из лаборатории пришел старик Фестус, недовольно ворча о позднем завтраке. Визара вернулся с разведки, шипя про зверский холод и ливень снаружи, даже Арнбьорн почтил своим присутствием, наблюдая за собравшимися как настоящая сторожевая псина. Аккуш же носилась от котла до стола и обратно, то притаскивая полный котелок похлебки, то выпечки. После хорошего отдыха были и силы на полноценную готовку, позволяя уйти с головой в процесс. Из рук внезапно перехватили поднос с рулетами, уплясывая в сторону общего стола. Цицерон проспал не так долго, как рассчитывала девушка. Но это и избавляло от нужны нести еду в комнату, чтобы не оставлять его голодным. Иначе нытье было бы обеспечено. Соседству правда был не рад лишь оборотень, косо поглядывающий на шута, закусывающего с двух рук свежую выпечку. Аккуш села поближе к вампирше, выставляя в тарелке пару стейков, лишь слегка прижаренных с двух сторон. Постепенно комната наполнилась тихими переговорами и звоном тарелок, перебиваемая лишь прилипчивой песенкой Цицерона, который довольно покачивался на стуле, грозясь свалиться. А-а-а если птичка закрича-а-ала, Сверну ей ше-ейку, чтоб молча-а-ала! Гих-хи-хи! — Стоп-стоп-стоп! Босмерка вампир? — Цицерон резко вскрикнул, сперва привлекая внимание к себе, потом и к застывшей, с полусырым мясом на вилке, девушке. Беловолосая эльфийка переглянулась с сидящей рядом Бабеттой. Так же синхронно они уставились на шута. Верно, он же почти никогда не ел вместе со всеми за столом. — Как бы тебе сказать, — не-дитя хихикнула, отправляя демонстративно в рот мясо. — Но босмеры как бы… хищники. Для нас такое в порядке нормы. — А ещё предки лесных эльфов практиковали каннибализм, — вставила свои пять копеек вампирша, довольно улыбаясь. Люди за столом нервно отодвинули от себя похлебку, высматривая, что там за куски мяса плавают. Одна Габриэлла продолжила есть, не отрываясь от чтения. — Бабетта! — полный возмущения голос босмерки прокатился по столовой. — Такое никто не практикует. Не стоит слушать байки, которые жили аж два века назад. Аккуш зло фыркнула, отворачиваясь и продолжая есть в тишине. Бабетта стыдливо пробормотала слова извинения, быстро доедая свой завтрак и уходя в лабораторию. Остальные немного подуспокоились, продолжив есть свою похлебку с оленем. Один только Визара вставлял комментарии о полезности сыроедения. Завтрак закончился относительно спокойно.***
— Аккуш, зайди ко мне, — Астрид ненадолго заглянула в святилище, в котором по обыкновению сидела девушка, читая в тишине или заполняя журналы по закупке ингредиентов. Нордка хмуро посмотрела на гроб Нечестивой, потом на мирно читающую на лавке эльфийку, что не торопилась прерывать своего занятия. Но пытливый взгляд все же сделал дело, и девушка отложила книгу, поднимаясь с устланной кушаком лавки. Потом она непременно вернется. В тягостном молчании они добрались до комнаты Астрид, что служила еще и неким командным пунктом со всеми записями выполненных заказов. Женщина подошла к полке, вытаскивая пухлый журнал и вынимая записку. — Я подумала, что стоит всем приносить пользу, работая по основному ремеслу, — она протянула лист девушке, улыбаясь. Но эта сладкая улыбка никак не вязалась с хищным взглядом. — Ох, как неожиданно, — беловолосая взяла в руки лист, нервно покачиваясь с пятки на носок. — И кого же мне доверили? Херн, муж хозяйки Полулунной лесопилки… А почему заказ выдали вы? Я думала, Назир этим занимается. — Назир занимается тем, что скажу я, — нордка скрипнула зубами, чуть ломая свою игру. — Херн — вампир, можешь поспрашивать, как лучше его убрать у остальных, но помни — никаких свидетелей. И лишнего шума тоже не нужно. Девушка поджала губы, чуть сминая уголки записки. Отличный способ избавиться от лишнего колеса — отдать на растерзание вампиру. «Начало положено», — голос, что молчал долгое время, вновь зазвучал. Слишком неожиданно в такой ситуации. Эльфийка дернулась, испугавшись. Но распинаться перед Астрид о причине своего испуга было нецелесообразно, так что она лишь откланялась, возвращаясь обратно в святилище. Теперь отсидеться не выйдет, придется решать проблему. Ах, да она же мне свинью подсунула! Рой мыслей вился в голове и раздражал, заставляя девушку раз за разом перечитывать строчки с заказом. — А что это наша сестрица повесила голову? — шут шлепнулся рядом на скамью, заглядывая в листок через плечо. — Ай-яй! Какой неприятный заказ тебе достался. Чего ты пригорюнилась? А? Давай так: Цицерон может сам прирезать этого кровососа… А скажем, что это ты! — Нет, — грубо прервала его Аккуш, сворачивая лист и убирая в карман. — Я сама это сделаю. — О, какая храбрая! Какая… сильная! Хочешь, скромный Цицерон научит босмерку убивать? А? Может у тебя талант не только людей травить? — рыжеволосый расхохотался, хлопая по коленкам в приступе неуемного веселья. «Соглашайся», — голос Матери стал громче обычного, заставляя девушку зажать ладонями уши. Но звон не проходил, пока она не открыла рот, хрипло выдавливая согласие. — А-а-а! Я так рад! Давно никого не учил нашему искусству, — имперец вскочил, протягивая руки. — Идем! Терять время не полезно. Потерянное не возвратится!***
Тренировочная площадка была пуста. Даже Визара, что неизменно там присутствовал, ушел отсыпаться. Что же, значит, было намного проще начать тренировку, без лишних глаз и ушей. Хранитель шел чуть впереди, насвистывая мелодию и даже немного расслабленно осматривая побитые жизнью и молью манекены. — Какой ужас! Как беспечно не ремонтировать этих бедолаг, — Цицерон подскочил к одному из покосившихся соломенных человечков, поднимая его вялую руку. — Так же можно повредить себя! Могли бы тогда просто стог сена поставить и тыкать в него ножичками. Ах, как все ужасно! — Мы можем потренироваться и без целей, — Аккуш пожала плечами, осматривая стенд с оружием. Тут вам и неповоротливый железный меч, и подогнанный под чужую руку кинжал, даже лук висел. Беловолосая сняла с крепления изогнутый имперский лук. Лег он на удивление удобно, правда, тетива износилась, больше походя на истертую шерстяную нитку. — О-о-о, взыграла босмерская кровь! — Цицерон расхохотался, снимая колчан со стрелами и протягивая тот девушке. — Вот, давай попробуем! — Даже не знаю, я когда охотилась, редко кого могла подстрелить, — она повесила колчан через плечо, вытаскивая одну железную стрелу и прокручивая ту в пальцах. — Так, может, дичь была неподходящей? — голос мужчины раздался почти у самого уха, обдавая жаром дыхания. Открытая шея покрылась мурашками, вызывая дрожь вперемешку со страхом. — Подними лук и попробуй. Горячая ладонь ассасина накрыла руку девушки, поднимая лук на стрелковую позицию. Наложив стрелу, он наконец отступил, возвращая контроль над действиями эльфийке. Сердце девушки гулко забилось в горле, сбивая мысли и не позволяя собраться. Вдох-выдох. Прикрыв один глаз, она прицелилась, натягивая тетиву. Лук натужно скрипнул сгибаясь. Вдох-выдох. С тихим звоном тетива вернулась на место, отправляя стрелу в цель. Плечо. Она попала лишь манекену в плечо. — А! Неплохо, — рыжеволосый хлопнул в ладоши, вызывая у девушки лишь смущение от промаха. — Ты же попала! Босмерка не должна расстраиваться. Этот лук ужасен! Он точно скоро обратится прахом. Убийца выхватил из рук Аккуш оружие, натягивая тетиву уже сам. Да из этого невозможно выстрелить! Я поражен! Шут с восхищением взглянул на попавшую в никуда стрелу, оборачиваясь к немного хмурой эльфийке. — Кажется Цицерон не ошибся! — он рассмеялся, отбрасывая лук в мусор, к переломанным манекенам и мишеням. — А теперь мы попробуем кинжалы! Да-да, острые и быстрые. Будем быстро резать-резать-резать! Протянув своей ученице на этот вечер железный кинжал, ассасин наконец серьезно приступил к тренировкам. Ох, как же давно он таким не занимался! Воспоминания пятнадцатилетней давности ударили в голову, опьяняя и раскрывая полубезумного убийцу. А девушке лишь оставалось успевать за стремительными мыслями и приказами Хранителя.***
Тренировка закончилась почти ночью. Они оба пропустили ужин, и уже болели не только мышцы, но и все тело. Конечно, Габриэлла принесла то, что не смели со стола голодные убийцы. Даже понаблюдала за взмыленной и злой сестрой по оружию, что в сотый раз получала по пояснице рукоятью кинжала от шута. Тот ловко скакал вокруг девушки, не давая и секунды думать. И против него Астрид решила пойти? Страшное дело, хорошо, что он наш брат, а не враг, чуть хмуро размышляла женщина, слушая короткие и рваные указания ассасина. Мужчина явно знал свое дело не хуже постоянных убийц. Это и радовало, и пугало. — Сдаюсь-сдаюсь! — выкрикнул Хранитель, оказавшись прижатым к пыльному полу. Аккуш сидела на его груди, занеся нож над головой и тяжело дыша. Они оба смертельно устали и измотались, но хоть немного эльфийская гибкость перевесила, позволив повалить соперника на землю. Беловолосая опустила нож, растягивая искусанные в пылу тренировки губы в усмешке. Наконец-то она победила! Спина противно ныла от воспоминаний, стоило в очередной раз оказаться на полу, пропуская удар-толчок от ассасина. — Как мило! — данмерка расхохоталась со своего места, наблюдая как эти двое продолжают валяться на полу. — И давно ты тут сидишь? — девушка фыркнула, все же поднимаясь со своего учителя. Вся спина жутко ныла от бессчётных падений и ударов, что даже стоять было больновато. Но странная радость перевешивала все травмы. — Достаточно долго, — женщина кивнула на блюдо с куском сыра и уцелевшим рулетом с завтрака. — Ты весь день не ела, присядь уже и передохни. Беловолосая кивнула, протянув руку шуту, что еще лежал ухмыляющейся звездочкой на холодном полу. Но, конечно, от помощи девушки не отмахнулся, наконец поднимаясь. Пересев на лавку к данмерке, Цицерон наконец присоединился к скромному перекусу. Можно было обсудить первый контракт.Утро. Лордас Заката солнца.
Астрид на удивление не торопила казнь своей подопечной, практически не наседая с выполнением контракта. Но время шло, дни к зиме становились короче, и Аккуш сама проявила инициативу, потребовав подходящее оружие и броню. Все же, раз дали задание на убийство, значит, и выполнять она должна его как убийца. Глава сперва намеревалась отмахнуться простеньким снаряжением из кладовой, но выставлять себя посмешищем перед остальными тоже не хотелось. Девчонка слишком хорошо общалась с братьями и сестрами. Расщедрившись на простенький, но крепкий охотничий лук и комплект брони, Астрид осталась ждать результатов. Полулунная лесопилка находилась достаточно близко, чтобы не использовать повозки, а лишь свои проворные ноги. Правда, в броне было двигаться чуть тяжелее, даже несмотря на советы Назира и выпитые зелья. Девушка достаточно перестраховалась, но волнение не уходило, как бы она себя не успокаивала. От быстрого бега за спиной тихо постукивали друг о друга лук и колчан, звенели пряжки доспехов. Аккуш перескочила поваленное дерево, выбираясь наконец из густого леса. Прошмыгнув через тропку, она тенью скользнула между камнями, укрываясь в кустах. За поворотом журчала река. Эльфийка отчетливо слышала рокот волн. И вот лук снят, тетива зазвенела от легкого касания. Девушка осторожно выползла на свет. Херн провожал свою жену на пилораму, оставаясь в прохладной тени дома. Беловолосая улыбнулась, значит, пока отличное время. Херт наконец скрылась из вида, оставляя девушку наедине с вампиром. Тетива натужно зазвенела. Оперение стрелы мазнуло щеку. Надо закончить за один выстрел. Она вспомнила совет Бабетты, которая вручила ей яд, способный навредить даже вампиру. Они и так мертвы, их жизнь держится лишь благодаря магии. Вдох. Херн сел на лавку, даже не подозревая, что из листвы на него оскалилась стрела. Все хорошо. Охотник целится в дичь. Звеньк! Тетива щелкнула по воздуху, отправляя отравленное острие в открытую голову. С хрустом разрываемой плоти стрела пронзила мозг. Мужчина лишь раскрыл пасть, не успевши осознать, откуда пришел удар. Его пустые глаза закатились, и он неловко дернулся, падая с порога на солнечный свет. Босмерка с содроганием опустила руки, делая наконец выдох. Стрела достигла цели, работа окончена. Через пару часов вернувшаяся Херт нашла лишь иссохший труп мужа с черной стрелой в голове.
