Осколки вечности

Душный класс залит солнечным светом, бьющим в глаза, монотонный голос учителя где-то на заднем плане сливается с шушуканьем и хихиканьем на задних партах, из открытого рядом окна доносится вместе с легким свежим ветерком шелест деревьев. Совсем не располагающая к учебе атмосфера. С тоской ожидая звонка, Курогане растянулся на парте, поглядывая то на часы, то в окно, манящее долгожданной свободой. Мысли путаются, скользят по поверхности сознания, не останавливаясь ни на чем конкретном. Томойо… Что значат ее слова? За что она извиняется? Неужели знает что-то, связанное с его странными ощущениями? Понятное дело, что знает… Эта девочка вообще всегда отличалась осведомленностью и проницательностью, частенько поражавшей взрослых. Но вот если она не хочет говорить — ни за что не скажет, как ни проси. Раздраженно вздохнув, парень неосознанно провел руками по жестким темным волосам, еще больше ероша их. Глупости все это… Но почему тогда так паршиво на душе? Размышления Курогане прервал долгожданный звонок и следом за ним голос Фумы, раздавшийся под ухом. И когда успел так быстро подскочить. — Э-эй! Прием-прием! О чем мечтаешь? Влюбился? — поинтересовался тот, ехидно улыбаясь. — Чего тебе? — Смотрю, кто-то сегодня встал не с той ноги, — не обратив особого внимания на тяжелый взгляд исподлобья, брошенный на него, продолжил Фума. — У нас тут междусобойчик намечается. Как насчет присоединиться? — Я пас, — коротко ответил Курогане, вставая с места и направляясь к выходу. Сегодня он планировал заскочить к Дайдодзи после уроков. Может, все же удастся выяснить, что вчера произошло? С этими мыслями Курогане неторопливо шагал по знакомому с детства маршруту: прямо-прямо-поворот направо… Стоп. Парень замер и поспешно оглянулся, успев заметить край юбки и развевающиеся на ветру темные волосы девушки, завернувшей за угол. Томойо? Что она здесь делает? Ее дом в другой стороне… Впрочем, он же как раз хотел поговорить. — Эй! — поспешно развернувшись, парень метнулся в том же направлении, где только что скрылась подруга, но там уже никого не было. Чертыхнувшись, Курогане побежал вдоль высокого забора, тянущегося вдоль улицы. Никуда, кроме следующего поворота, она деться не могла… Не в воздухе же растворилась? А значит… Взору его предстал совершенно пустой проулок. Неужели показалось? Странно, вроде галлюцинациями он никогда не страдал… А это что? Увлекшись погоней, Курогане забежал в совершенно незнакомую местность. Но вот это невысокое странное здание с полумесяцами на красной черепичной крыше почему-то казалось удивительно знакомым. Словно чей-то тихий голос манил, приглашал зайти, и ноги сами шли все ближе и ближе… «И что я здесь делаю?» — обреченно подумал парень, оглядываясь по сторонам. Он находился на небольшой площадке перед домом за забором. Вот уже совсем рядом открытые двери, манящие зайти. И почему все кажется таким… Звон разбившегося стекла прервал его размышления. Вздрогнув, Курогане резко повернулся на звук и замер, столкнувшись с изумленным взглядом небесно-голубых глаз. Перед ним стоял долговязый худой паренек ниже его где-то на голову, с тонкими, совсем не японскими чертами лица, бледной кожей и светлыми вьющимися волосами. На вид вроде бы его ровесник, но в то же время было в его глазах что-то такое… Словно за плечами незнакомца уже много-много лет. У ног его валялась разбитая фарфоровая чашечка, которую он, видимо, держал в руках до того, как увидел Курогане. Откуда это изумление, почти страх, отражающийся в глазах? Они ведь впервые видятся? Раз так… — Посетитель, посетитель! — раздались совсем рядом звонкие голоса. Две девочки в легких платьицах с веселым щебетанием подбежали к нему и, схватив за руки, потащили куда-то ко входу в дом, щебеча о том, что хозяин его ждет. Неохотно повинуясь, Курогане напоследок обернулся в сторону странного незнакомца. Тот уже отвернулся и теперь собирал осколки, присев на колени. Откуда это неуловимое, тоскливое чувство дежавю, на мгновение возникшее при взгляде на низко опущенную голову, светлые волосы, скрывающие лицо, и виднеющуюся сквозь них худую шею в вырезе бледно-голубого кимоно? — Магазин желаний? — недоуменно переспросил Курогане, пристально глядя на загадочно улыбающегося темноволосого парня, на вид не старше него самого, назвавшего себя хозяином магазинчика. И было в этих бездонных, непроницаемых разноцветных глазах что-то, не дающее усомниться — он действительно был хозяином этого места, даже словно бы… его частью? Так же, как и те девочки, и светловолосый паренек в саду. Все они, казалось, принадлежали какому-то совсем другому миру, бесконечно далекому от его. — Именно. В обмен на соответствующую плату мы постараемся выполнить ваше заветное желание, — незамедлительный, видимо, сто раз повторенный и отрепетированный ответ. — Что за чушь. Свои желания я могу выполнить и сам, — фыркнул Курогане, еще более подозрительно осматриваясь. Торговцы желаниями, значит? Неужели наркотики? Что за черт дернул его прийти сюда… — Правда? — хозяин магазина чуть прищурился, пристально заглядывая ему в глаза и затягиваясь из тонкой изящной трубки. — И никогда у тебя не было ощущения, что чего-то не хватает? Какой-то пустоты и незавершенности? — Ты… С чего ты взял?! Знаешь что-то? — Твои глаза… Одного взгляда достаточно, — просто ответил парень, выдыхая легкие кольца белого дыма, причудливо змеящиеся вокруг. — Твое имя? — Э? Курогане. — Вот как… — снова эта всезнающая усмешка, действующая на нервы. Словно человек перед ним знает о нем больше, чем он сам, и делиться не собирается. — Приятно познакомиться. Меня зовут Ватануки. Рад снова видеть тебя здесь. Что ж, ты действительно уверен в том, что не желаешь воспользоваться услугами нашего магазина? — Я… Именно сейчас настало время встать и уйти. И никогда больше не увидеть этого места — это он осознавал совершенно точно. Никогда не увидеть этого странного парня и… — Стоп, что значит «снова»? — вдруг резко вскинулся Курогане. Значение этих слов дошло до него не сразу. — Я здесь впервые! — Ты действительно так считаешь? — чуть выгнул бровь Ватануки. — Впрочем, сейчас это не важно… Зайдя сюда, ты в любом случае стал клиентом магазина, — теперь тебе надо только самому осознать свое желание и сделать выбор. Можешь ходить тут, зайти на склад, смотреть все. Можешь прийти сюда завтра или в любой другой день… И выбрать то, что ты хочешь забрать отсюда. Или… просто уйти. Легко поднявшись с места, Ватануки неслышно вышел из комнаты, явно давая понять, что разговор окончен, и оставляя изумленного и раздраженного Курогане в одиночестве. И что, черт возьми, это должно значить? — Черта с два я хоть что-то возьму отсюда, — недовольно пробормотал парень, покидая стены магазинчика в уверенности, что больше сюда не вернется. *** — …И почему я снова здесь? — чувствуя, как начинает дергаться бровь, пробормотал Курогане, стоя перед такими знакомыми воротами. Стоило чуть-чуть задуматься — и ноги, словно на автомате, принесли его сюда на следующий же день после первой встречи с хозяином магазинчика. Вновь чертыхнувшись, парень зашел на внутренний двор, оглядываясь. На этот раз здесь было пусто, и вновь его поразила странная тишина, царящая в этом месте. Словно они и не в городе вовсе. — Ты пришел быстрее, чем я думал, — вдруг раздался у него за спиной уже знакомый голос. Ватануки стоял неподалеку с неизменной трубкой в руках и понимающе улыбался, щуря на солнце разноцветные глаза. — Просто случайно забрел! Все равно не собираюсь ничего отсюда брать, — раздраженно ответил Курогане и решительно прошел к зданию магазинчика с полумесяцами на крыше. Естественно, здесь не может быть того, из-за чего его преследует это странное ощущение пустоты… Но почему бы не глянуть? Исследуя множество комнат в японском стиле, в основном пустых, парень еще раз убедился в том, насколько странным было это место, — сколько не иди, а впереди все новые коридорчики. И это при том, что снаружи домик выглядит совсем небольшим! Наконец, заглядывая за очередную дверь, он обнаружил просторную комнату, всю заставленную длинными шкафами с кучей самых разных вещей. Здесь был и откровенный хлам, непонятно зачем сохраненный хозяевами, и предметы, выглядящие достаточно дорогими и старинными, — все подряд, собранное, кажется, без всякой логики. Курогане бездумно бродил среди полок, с любопытством разглядывая их содержимое, когда его взгляд вдруг остановился на старинной катане с рукоятью в виде головы дракона. Парень восхищенно замер, разглядывая оружие, кажущееся удивительно знакомым. Словно он уже держал его в руках когда-то… Помедлив, он нерешительно потянулся к мечу, осторожно касаясь рукояти и уже решительнее сжимая ее в ладони, — словно и впрямь имел на это полное право. — Нравится? Вздрогнув, парень резко обернулся, все еще сжимая в руке оружие. Тихий голос за спиной застал его врасплох. — Извини, что напугал, — напротив него стоял худощавый невысокий блондин в легком светлом кимоно, которого Курогане уже видел однажды. — Э? Да нет, ничего, — смущенно ответил парень, поспешно возвращая катану на место. — Чья она? — Одного очень хорошего человека, — мягко и как-то невесело улыбнулся незнакомец. — Ты его знал? — Да. — И… что с ним случилось? Он умер? — почему-то все, связанное с этой вещью, казалось брюнету необыкновенно важным. Не из-за того ли странного чувства узнавания, что охватывало его, стоило только посмотреть на нее? — Нет, что ты. Он жив, и, наверное, даже счастлив, — в льдисто-голубых глазах промелькнула тоска, совсем не вяжущаяся с улыбкой на лице. — Похоже, он тебе дорог, — заметил Курогане, пристально вглядываясь в лицо блондина. — Очень, — все та же фальшивая улыбка, уже начинающая раздражать. Какого черта этот тип улыбается, словно все хорошо, если его глаза говорят об обратном? — Но он не вернется. И тебе не стоит сюда возвращаться. Тебе ведь нравится твоя жизнь сейчас? — С чего ты взял? — Э? — С чего ты взял, что она мне нравится? — пристально вглядываясь в непроницаемое лицо собеседника, резко поинтересовался Курогане. Затем отвел взгляд, вернувшись к разглядыванию катаны. В воздухе повисла странная тишина — оба размышляли о чем-то своем. Тут Курогане вспомнил, что вообще-то еще не знает даже имени нового знакомого. — Как тебя зовут, кстати? — поинтересовался он, оборачиваясь, но его взгляд наткнулся на пустоту. Блондин бесшумно исчез среди множества полок, оставив после себя лишь множество вопросов, на которые Курогане не мог найти ответа. Что-то очень важное было и в этом знакомстве, и в странном магазинчике с его хозяином, и в старинной катане. Что-то значимое, такое, что он не должен был забывать… Но сейчас это что-то все ускользало, словно в тумане. Это похоже на сон из тех, что исчезают при пробуждении. Кажется, вот только что он отчетливо помнился, а сейчас стремительно стирается из памяти, и чем больше пытаешься вспомнить — тем быстрее. Морщась от головной боли, Курогане, напоследок коснувшись прохладной рукояти катаны, решительно направился к выходу. Он находился куда ближе, чем казалось, — и никаких запутанных коридорчиков и просторных комнат. Никто не пытался его остановить, и сам магазинчик, и дворик выглядели опустевшими — только кругом витал слабый аромат благовоний. Мгновения спустя парень уже стоял посреди шумной городской улицы, и все произошедшее казалось сном. Но на этот раз он точно знал, что еще вернется. Вернется, чтобы наконец узнать правду. Той ночью ему снились странные сны… Путаные, слегка бредовые, но необыкновенно яркие. Стремительно стирающиеся из памяти после пробуждения, словно по мановению чьей-то руки. Только знакомые уже ясные светло-синие глаза да невеселая улыбка-маска все крутились перед глазами, словно наваждение. Ну где, где он мог, черт возьми, видеть их раньше? А перед самым пробуждением, на тонкой грани яви и сна, он совершенно отчетливо увидел хрупкую зеленоглазую девушку, грустно на него глядящую. «Ты действительно хочешь узнать правду и пожертвовать своей жизнью здесь? Променять ее на неизвестность?» — Хочу ли я… Как будто у меня есть выбор! — фыркнул парень, открывая глаза, которые уже слепило утреннее солнце. Что-то определенно происходило, и просто не обращать на это внимания он не мог. — Вот как. Что ж, пусть так, — незнакомка тепло и так знакомо улыбнулась. — Э? — Курогане резко обернулся. Девичий голосок все еще звенел в ушах, хотя рядом совершенно точно никого не было. Или это слова из сна? «Пожалуйста, спаси его. Иначе…» — Не уверен, что понимаю, о чем ты… Но я постараюсь, — негромко произнес он в пустоту. Голова все еще побаливала, и реальность вокруг, казалось, трещала по швам. Вскочив с места, он торопливо вышел из дома и решительно зашагал по знакомым улочкам. Поворот, еще поворот… Дорога сюда намертво запечатлелась в памяти, но все же до последнего ему казалось, что магазинчик вдруг исчезнет, словно никогда и не существовал. Поэтому, увидев издалека знакомую черепичную крышу, он облегченно вздохнул. И, пройдя еще несколько шагов, переступил тонкую границу, разделяющую магазин желаний и мир вокруг.