Эфемерная реальность

      Накануне дня зимнего солнцестояния, накинув мантию-невидимку и крепко сжимая в руке флакон с волшебной силой своего ребенка, Драко двигается в сторону больничного крыла. Сколько раз он проходил этими коридорами, но прежде его сердце не стучало так громко, ибо за всё время Драко так ни разу и не зашел внутрь, придумывая лично для себя более чем нелепые отговорки. Его тело деревенело на глазах, стоило лишь схватиться за ручку. Но сейчас какой-то высоченный шкаф толкает дверь изнутри, практически сшибая с ног, неуспевающего возмутиться такой наглости, Малфоя, и скрывается в темном коридоре быстрее, чем Драко успевает понять, с какого факультета был тот парень. Дверь остается открытой, что позволяет ему собрать в грудь побольше воздуха и твердо шагнуть вперед.       Перед глазами пляшут причудливые тени, а в нос ударяет ядреный запах спирта. Драко прикрывает ладонью рот, стараясь глубоко не вдыхать, и ловко огибает препятствия. Не так давно его стало воротить от любого яркого запаха, и теперь каждый прием пищи превращался в маленький личный ад для Малфоя. Но здесь, в больничном крыле, Драко тянуло распрощаться с ужином, стоило ему только ступить за порог. Снующие между коек медсестры выглядят сосредоточено, немного устало и отрешенно, пытаясь заставить больных принимать свое лекарство. Народу было немного: несколько кроватей было занято больными слизеринцами и всего парочка настойчивых медсестер. Но сейчас они все так мешали остаться ему с ним наедине. Драко подходит вплотную к кровати Поттера и садится на край, немного двигая парня в бок, но так, чтобы никто не заметил и не услышал, как замерло внутри его сердце.       Он рассматривает его лицо пристально. Пытается впитать любую эмоцию, но Гарри спит. Дыхание ровное и глубокое, веки подрагивают, даже след от очков на переносице пропал, настолько долго Поттер лежит в постели, смотрит приятные сны, судя по легкой улыбке, и даже не понимает, как его все здесь ждут. Особенно Драко. Ему хочется, чтобы Поттер пришел в себя сию минуту, и утонуть в глубине зелёных глаз; услышать разъяренное «Малфой!» и вспомнить ту силу, с которой губы Гарри исследуют его нежную аристократичную кожу. Драко смотрит на свои руки, замечая, как тонкие волоски встали дыбом от яркой фантазии и немного отодвигается на край.       Чертов Мерлин, как же он скучает!       Медсестры заканчивают вечерний обход, желают пациентам добрых снов и гасят свечи, тихонько удаляясь восвояси. И начинается всё самое интересное. Драко замирает, но даже он чувствует, как напрягаются слизеринцы, стоит последней медсестре закрыть двери. — Начнем? — гогочет Флинт, откидывая одеяло, свешивая ноги вниз и ища под кроватью тапки. Драко в момент приходит в себя, и дотягивается до палочки в ожидании худшего. Только сейчас он замечает в больничном зале двоих самых отъявленных негодяев в слизерене — Флинта и Забини. — А то, как же, — щерится Забини и в два счета оказывается рядом с Гарри и Драко. Флинт подходит немного позже, так как его кровать дальше. Но в следующее мгновенье они оба большой громадной тучей нависают над спящим Поттером. — Представь себе удивление гриффиндорцев, когда они увидят эту метку.       Сначала Малфой пытался вникнуть в суть витиеватых фраз, но даже с его образованием это оказалось проблематично. Флинт откидывает одеяло в сторону и хватает Поттера за предплечье, прислоняя к нему палочку. И тогда Драко четко понимает, что хотят сделать его товарищи. — Метка Темного Лорда будет отлично смотреться на этом месте, — подтверждает догадку Флинт.       Оба парня вдохновленно смотрят на Гарри, представляя результат, и их одновременно пробивает на глупый смех. Мысли в подобном контексте взбесили Драко в считанные секунды. Парни даже не поняли, откуда взялся Малфой с палочкой наготове в одной руке и с флакончиком светящейся жидкости — в другой. — Немедленно отошли на два шага назад! — угрожающе рычит Драко. Истинное нутро не спрячешь за красивыми одежками и влиянием папочки, а оно у Драко всегда было твердое и непробиваемое, словно сталь. Флинт и Забини понимали это как никто, ибо давно бы уже промяли парня под себя, ежедневно услаждая свой слух его стонами. Но Драко и без папочки был на многое способен. — Мафой? — проморгавшись, начинает Забини. — Ты откуда здесь взялся? — Я не ясно говорю?!       Драко больше походит на взъерошенного птенца, чем того, кем он себя возомнил в своих мыслях, поэтому парни не могут сдержать смешков. И тогда Драко со всей дури швыряет в Забини «Остолбе́ней!» так, что тот пролетает метра два и валится на пол, больно ударяясь затылком о спинку кровати. И кончик палочки Драко быстро направляется на Маркуса. — Вой! Полегче, малыш, — пытается шутить он, поднимая ладони вверх. Драко хочется послать обоих подальше грубо и откровенно, но недоумевающий взгляд парня приводит омегу в чувство. Интересно, как он будет объяснять свое поведение позже в подземельях? — Убирайтесь! Живо! И чтобы на пушечный выстрел к нему не подходили, — командует Малфой, наблюдая, как эта суетная парочка удирает из зала. Точнее Флинт, подхватывая Забини под локоть, пытается вытащить этого амбала за дверь, но на несколько секунд задерживается возле выхода, бросая на Драко лисий взгляд, полный предвкушения и радости. И Драко вдруг понимает, что завтра он станет очередной местной звездой, узнавая о себе много нового. Ведь именно в слизерене любили смаковать настоящие сплетни, подавая их в разговоре, словно чашку горячего английского чая. — К черту!       Драко выдыхает, приглаживая белые пряди и поправляя случайно выправившуюся из брюк рубашку. Он ещё несколько минут смотрит на дверь, и когда понимает, что парни не вернутся, ложится к Поттеру под бочок. Усталость разливалась волной, как и очередная головная боль. До сих пор у него подрагивали руки, и голове был полный сумбур. Флинт и Забини… нехорошая ситуация. Обе семейки на стороне Темного Лорда и, похоже, тот в скором времени будет в курсе этого инцидента. Мысли обо всей этой ситуации отступали, потому что Драко не сомневался в том, что если не Забини, то уж Флинт точно спросит за эту встречу.       Парень кладет голову Гарри на грудь и накрывает их обоих одеялом, а себя ещё и мантией-невидимкой. Обо всем этом он подумает завтра, а сейчас время только для них двоих. Драко смотрит за плечо Гарри, натыкаясь на грязное окно, за которым раскинулось чернильно-черное небо, усыпанное мелкой россыпью звезд.       «Спокойная ночь», — мысленно оценивает Малфой, шепчет Гарри слова любви и утыкается носом в шею. И стоило лишь немного расслабиться и отпустить ситуацию, как глаза, словно песком засыпало, а родной запах альфы обволакивает сознание, будто покрывало, и позволяет Драко заснуть.       Он просыпается с большим трудом. И спросонья ничего не соображает. По привычке чмокает Поттера в колючую щеку и сильно удивляется, когда Гарри продолжает сладко сопеть. А когда шестеренки в блондинистой голове встают на свои места, Драко слышит тихий топот. Ему лишь чудом удается не попасть на глаза медсестрам с их утренним обходом. Но всё прошло хорошо, и настроение Драко тут же взлетает. День уже начался неплохо. А сегодня к тому же была суббота, что обещает парню законный выходной. И только, когда Драко приходит в подземелья и глядит на календарь, его окатывает жутчайшим холодом, словно все камины были потушены, а в коридорах свободно гулял сквозняк, но на самом деле это был фантомный холод, и эпицентром всего этого безобразия являлся проклятый календарь. Ещё с минуту он рассматривает числа, быстро приводит себя в порядок и, закутавшись в теплую одежду, на всех парах несётся в сторону Чёрного озера. Его настроение продолжало быть приподнятым. В основном из-за того, что ему удалось избежать встречи с колкими и едкими насмешками любимых товарищей по факультету.       Было душно. Небо заволокло свинцово-серым, и явно надвигалась гроза. Впрочем, для этого времени года погода была ожидаемо непредсказуема.       Драко поочередно бросает странный взгляд то на небо, то на водную гладь, ожидая тритона. Ему сейчас странно знать, что скоро всё закончится, и Гарри вернется. От долгожданного облегчения сжимало горло и глаза начинало колоть, но Драко не позволял себе расслабиться даже на секунду, прогоняя настойчивые мысли о воссоединении со своей парой.       Тритон не обманул и появился точно в полдень. В серой перепончатой ладони существо держало здоровенный кусок земли с маленьким ростком, выглядывающим не более чем на пять дюймов. — Я выполнил свою часть сделки, — раздается полный холода голос. Драко переводит взгляд на цветок. Небольшие розовые бутончики на самой верхушке кажутся ему точно такими же, как и на иллюстрации в книге, и тогда Драко достает из кармана зимней школьной мантии свой флакончик и несколько раз трясет им перед большими рыбьими глазами. Тритон пытается улыбаться и одобрительно кивает. — На счёт три, — командует Малфой и начинает отсчёт.       Тритон выбрасывает цветок первым, на доли секунд опережая всё ещё сомневающегося Драко. Как вдруг прямо между ними из пустоты появляется серый балахон, пригибается, направляет на тритона изогнутую волшебную палочку, быстро колдуя «Ава́да Кеда́вра!». Драко не успевает осознать ситуацию, как тритон замертво уходит под воду, в то время, когда Темный Лорд уже колдует «А́кцио!» направляя на флакон с силой, и тот оказывается в его руках. Волан де Морт его не касается, но от одного безумного взгляда ледяной страх парализует Драко прямо на месте рядом с куском земли, выброшенным тритоном, и где-то на периферии слышится похвала Темного: — Ты не разочаровал меня, Драко. Сыграл свою роль в точности, как я и планировал.       Лорд змеей изгибается вокруг Малфоя, размахивая волшебным пузырьком. И Драко прямо сейчас осознает, что все видения Гарри были спланированы. Все их якобы тайные встречи. Даже течка, после которой Драко забеременел. Всё это было по его проклятому плану!       Злость на себя, Поттера, и весь чертов мир, выжигает внутренности парня до пепла. И тогда Драко чувствует невидимую пощечину, а потом ещё одну и ещё, пока не начинает звенеть в ушах. Оцепенение немного проходит, и он пытается защищаться, перебирая в голове заклинания, и, кроме, как «Остолбе́ней!» ничего в голову не лезет. Лорд отражает, широко открывая рот, высовывая острый язык наружу и начиная сумасшедше смеяться. — И это всё, на что ты способен? — он тут же возвращает колдовство. Драко не успевает отразить, тяжело падает на землю, еле дыша и пытаясь ощупать шею. Ему кажется, что сердце открыто бьется прямо там. А Лорд продолжает играючи подбрасывать омегу над землей до тех пор, пока он окончательно не падает навзничь и больше не шевелится. Краем глаза ему удается поймать статную фигуру Дамблдора и услышать его голос: — Тебе не стоило сегодня приходить, Том…