золотая лихорадка

Было как-то скучно и уныло. Прошло два месяца с тех пор, как Венти покинул Ли Юэ и вернулся в Мондштадт. Их переписки сошли на нет, ибо Венти опять погрузился в свои обязанности айдола, сочиняя и записывая новые песни. Этот процесс выматывал его, так что в свободное время он чаще всего спал. Сяо все понимал. Работа была на первом месте, тем не менее он не мог отделаться от грусти. Он скучал по их игривым разговорам и шуткам. Он пытался убедить себя, что это расстояние между ними к лучшему. Так ему будет легче заглушить свои чувства к Венти. Хотя когда ему в жизни вообще было легко? В его голове царил полный бардак. Еще на пляже Сяо понял, что Венти нравится ему больше, чем следовало бы. Как только он принял свои чувства, его словно переклинило. Большинство его грез, как наяву, так и во сне, стали о Венти. Чем дольше он находился вдали от айдола, тем дальше уходили его мысли. Он поймал себя на том, что тоскует по безопасности и комфорту, которые ощущал рядом с Венти. Это пугало его. Каждый шаг приводил к тому, что Сяо все глубже погружался во тьму. Его сердце и разум находились в двух разных местах, а сам он был где-то посередине, потерян и не знал, куда идти. Одно направление вело к Венти и мечтам о неопределенном будущем. Иногда в нем загоралась искра надежды. Венти действительно притворялся? То, как он утешал Сяо на «Бисерном пароме», и то, как открылся на пляже, казалось таким настоящим. Порой это не давало Сяо уснуть. Возможно, спустя столько времени Венти даже не мог распознать любовь? Если все это было ненастоящим, то Сяо явно стал жертвой жестокой судьбы. Другое направление было самым безопасным. Оно заключалось в том, чтобы убежать от всего мира. Игнорировать свои чувства и защитить сердце. Правда, не слишком ли для этого поздно? Чувства уже были. Сяо никак не отделается всего парой царапин. Признаки его зависимости уже начали появляться. Было бесполезно останавливать ее. Сяо ничего не мог сделать. Признаки появились, когда он открылся Венти в той приватной комнате, когда его тревоги исчезли, стоило ему увидеть ту лучезарную улыбку. Его сердце зацепилось за что-то. За что-то, что вполне могло разбить его на тысячу осколков. В итоге Сяо оказался в затруднительном положении. В какое бы направление он ни решил пойти, его ждал проигрыш. Тени уже медленно подкрадывались к нему, готовясь поглотить его, а спрятаться от них было негде. Поговорить тоже было не с кем. Опять открываться кому-то — последнее, что Сяо хотелось делать. Итэр никогда не поймет. С Моной он был недостаточно близок для таких разговоров. Чжун Ли не знал всей правды. Поэтому Сяо сделал то, что умеет лучше всего: похоронил все внутри себя, надеясь, что сможет держать себя в руках.

***

— Я слышала, ты на следующей неделе собираешься в Мондштадт. Это ведь не потому, что там живет милый айдол? — Мона подошла к Сяо сзади, чуть не напугав его. Ее рука лениво скользнула по его плечу. Сяо был вынужден присутствовать на вечеринке по случаю окончания съемок их фильма. Продюсерская компания сняла частный клуб с полным обслуживанием. Лично Сяо хотел бы оказаться в каком-нибудь другом месте. Ему было интереснее пялиться в потолок своей квартиры, чем слушать поздравления случайных людей. — Откуда ты об этом узнала? — Сяо бросил на Мону обвиняющий взгляд. Он вывернулся из ее вялых объятий и повернулся к ней лицом. Она пожала плечами. — Случайно подслушала, как Итэр разговаривал с кем-то по телефону о подготовке к полету. Я не виновата, что он громко говорил. Сяо в раздражении сжал переносицу. Ну конечно, Итэр мог выкинуть что-то подобное, чтобы распустить слухи. В тот день, когда Сяо увез Венти из «Властелин Камня Индастриз», их сфотографировали. Эти снимки, на которых Венти прижимался к спине Сяо, пока они ехали через Ли Юэ, мгновенно попали в тренды. Повезло, что тогда за ними никто не проследил. На фан-страницах появились предположения о том, встречаются ли они на самом деле или нет. Строились теории, догадки, когда пара начала встречаться и было ли это чем-то большим, чем просто интрижка. Фанатам не пришлось долго ждать подтверждения их отношений — Венти опубликовал их первое совместное фото. Общественность коллективно посходила из-за этого с ума. Сяо был не очень доволен выбранной Венти фотографией: он опубликовал ту, на которой чмокает его в щеку. Лицо Сяо на снимке слегка покраснело, а сам он смущенно смотрел в камеру. Впрочем, он был благодарен, что фотографии, на которых они целуются, вышли неудачными — они с Венти оказались не в фокусе и едва попали в кадр. Не помогало здравомыслию Сяо и то, что на следующий день его случайно сфотографировали на съемочной площадке до того, как он успел добраться до гримеров. Снимки со съемок были обычным делом и всегда сливались, однако когда Сяо забыл, что у него на шее свежий засос, они вызвали сплетни. — Ты же не думаешь, что он от Барбатоса? — услышал тогда Сяо, как одна из гримеров шепчет другому, пока они работали над ним. Ему пришлось мысленно заставить себя не покраснеть от смущения. Засос совсем вылетел у него из головы. Пытаясь забыть об этом ужасном моменте, он ответил Моне: — Возможно, и собираюсь. Глаза Моны сверкнули, что можно было принять за восторг, но Сяо знал, что это не так. Ее глаза были полны озорства. — Ты же знаешь, что я тоже буду в Мондштадте. Как насчет как-нибудь вечером заглянуть ко мне на ужин? Меня интригует созвездие Венти. Я бы с удовольствием погадала ему. Точно, обычно Мона проводила время в Мондштадте. У нее имелась квартира в Ли Юэ, поскольку из-за дешевизны производства большинство фильмов снималось тут, но свободное время она предпочитала проводить в Мондштадте. — Если не будешь меня позорить, я подумаю, — проворчал Сяо, зная, что она не отстанет от него, если он наотрез откажется от ее предложения. — Ловлю тебя на слове. Кстати, как дела с Венти? — ее глаза стали серьезными. Сяо вспомнил ее гадание. О том, что из-за него и его закрытого сердца их отношения свернут на тернистый путь. Мона серьезно относилась к гаданиям. Пока она ждала ответа, на ее лице проступила тревога. — У нас все хорошо. Венти сейчас занят работой. Он сказал, что пытается освободить свое расписание, чтобы побольше побыть со мной во время моего визита. По ее лицу разлилось облегчение. — Какой внимательный! Так мило видеть вас влюбленными! Сяо выплюнул: — Кто говорил о любви? — он, может, принял свои чувства к Венти, но это была не любовь. Мона закатила глаза. — Вы двое так влюблены, что даже отвратительно. Раздался голос: — Могу это подтвердить! Сяо повернулся и увидел, что к ним приближается Син Цю. — Не знал, что ты здесь, — поприветствовал его Сяо. — Вечеринка по случаю окончания съемок — хороший способ наладить связи и предложить свои романы разным режиссерам. Добрый вечер, Мона. — Рада тебя видеть, Син Цю, — Мона искренне улыбнулась ему. — Когда встретил Венти и Сяо на Бисерном пароме, я сразу понял, что у них все по-настоящему. Я хочу спросить, как тебе удалось привлечь такого человека, как Барбатос? — поинтересовался Син Цю у Сяо. — Он первый подкатил ко мне. А я просто пригласил его на свидание. Я никак не ожидал, что он согласится, — Сяо хотелось немедленно закончить этот разговор. — И посмотри, что это тебе дало! Вы двое постоянно в тренде! Я слышал, как на днях в одном из интервью Барбатос упомянул, что его замечательный бойфренд — главный вдохновитель его камбэка, — Син Цю бросил на него пытливый взгляд. У Сяо отвисла челюсть. Для него это стало неожиданностью. После отъезда Венти он перестал просматривать соцсети. Стоило ему увидеть в своем телефоне Венти, у него сжималось сердце. Кроме того, Сяо не мог поверить, что Венти сделал такое смелое заявление. Видимо, он пишет альбом об отношениях. Только поэтому он мог сказать что-то подобное. Не похоже, чтобы Сяо и правда был его вдохновителем. Хлопая Сяо по плечу, Мона вздохнула. — Этот всегда отстает от текущих событий. Он даже не понимает, насколько большой темой сейчас является. — Любовь — одно из самых главных отвлекающих факторов в жизни, — Син Цю задумчиво вздохнул. — Меня просто не волнует, что обо мне говорят другие, — фыркнул Сяо. Если бы возникли какие-то серьезные проблемы, Итэр сообщил бы ему. Их отношения работали, и теперь они с Венти были более важной темой, чем личность Сяо. Только это имело значение. Пока Сяо оставался на хорошему счету у общественности, ему не было дела до всего остального. — Он слишком занят грезами о том, чем займется с Венти, когда они воссоединятся, — Мона подмигнула. — Мона! — ахнул Сяо. Хотя разве он мог это отрицать? Его грезы варьировались от простой встречи с Венти до… ну, они точно не были невинными. Фантомные ощущения мягкой кожи под кончиками пальцев дразнили и манили его. — Венти определенно повезло. Сяо — просто находка. Один из самых красивых мужчин, которых я когда-либо встречал, — признался Син Цю. — Я так счастлив, что он смог сыграть главную роль в экранизации одного из моих произведений. Мона в знак согласия кивнула. — Он точно красавчик. Отчасти даже жаль, что он теперь занят. — Прошу прощения, я стою прямо перед вами, — Сяо бегал глазами с Моны на Син Цю, пытаясь понять, как помешать им стать хорошими друзьями. Если оставить их наедине, они могут разработать план, как раз и навсегда покончить с Сяо. Мона протянула руку, чтобы взъерошить его волосы. — Тебя так легко дразнить! Поправляя прическу, Сяо бросил на нее жесткий взгляд. — Извините, что прерываю ваш разговор, — раздался новый голос. Парень со светло-голубыми волосами подошел к их маленькой группе. — Мой дорогой Чун Юнь! — Син Цю ярко улыбнулся новоприбывшему. Сяо знал, кто такой Чун Юнь. Они вместе работали над некоторыми боевиками, в которых снимался Сяо. Чун Юнь был уважаемым хореографом и каскадером. Впервые они встретились на съемках фильма Син Цю. Сяо и не подозревал, что эти двое не просто знакомые по работе. Чун Юнь наклонился к Син Цю и что-то прошептал ему на ухо. — Хм, ясно, — пробормотал Син Цю, а его лицо окрасилось в розовый. — Прошу нас извинить, нам нужно кое-что сделать. Пока они уходили, Син Цю переплел руки с Чун Юнем. — Кажется, они близки, — заметил Сяо. Мона в неверии уставилась на него. — Иногда ты невероятно тупишь. — Ха? — Они встречаются. Они были вместе, когда ты снимался в экранизации Син Цю. О. Ох. — Ну, зато ты красивый, — вздохнула Мона. Сяо не хотел признаваться ей, что обращает внимание только на то, что его интересует. Ему на ум пришли синие косички и гибкий голос.

***

Собираясь в поездку, Сяо вспомнил слова Син Цю о недавнем интервью Венти. Любопытство взяло верх, так что он достал ноутбук и поискал последнее интервью Барбатоса. Речь шла об интервью для онлайн журнала, рассчитанного на молодую аудиторию. Кликнув на видео, он увидел на экране лицо Венти. Айдол, как всегда, сногсшибательно выглядел. Само интервью оказалось довольно простым. Интервьюер задавал вопросы о времени Венти в Ли Юэ и о его контакте с «Властелин Камня Индастриз». Венти со смехом отвечал и рассказал о том, как редко они с Чжун Ли сходились во взглядах. Когда интервьюер перешел к его камбэку, лицо Венти засияло. Его спросили о вдохновении, на что он радостно ответил: — Недавно мне посчастливилось встретить человека, который перевернул весь мой мир! Большинство песен в этом альбоме вдохновлены и посвящены ему. Я вложил в них свое сердце и душу. Можно сказать, что это личное любовное письмо. Сяо захлопнул ноутбук. Венти довольно сильно преувеличивал, да? Вздохнув, Сяо опять открыл ноутбук. Воспроизведение видео возобновилось. Глаза интервьюера расширились от его ответа. — Личное любовное письмо? Его получатель точно счастливчик. Вокруг глаз Венти образовались морщинки, когда он ласково улыбнулся. — Он даже не представляет, как много для меня значит. Я еще никогда ни к кому не испытывал таких чувств. Сяо снова захлопнул ноутбук. Он поморщился, надеясь, что не сильно повредил его. Ему стало не по себе. Слова Венти кружились у него в голове, вихляя и превращаясь в нечто опасное. В надежду — в самое худшее, что в этой ситуации могло случиться с Сяо. Он становился жертвой их затеи. Ему пришлось выйти из квартиры, нужно было проветрить голову. Все, что он хранил в себе, стремительно всплывало, пытаясь утопить его. Впервые Сяо знал, что голоса Барбатоса недостаточно, чтобы прогнать демонов.

***

Надетый на голову шлем душил. Мотоцикл ревел под Сяо, пока он бесцельно ехал по городу. Его мысли уносились туда, где он давно не был. Голоса шептали, заставляя его до побеления костяшек сжимать руль. Он никогда не ответит тебе взаимностью. Он сам сказал, что не может любить. Ты просто цепляешься за ложную надежду. Обрекаешь себя на отказ. Уже привязался? Какой же ты жалкий. Не осознавая, куда едет, Сяо в итоге очутился возле дома Чжун Ли. Он взглянул на дорогое здание, размышляя, стоит ли уезжать отсюда. Он никогда не обращался к другим людям за советом. Однако в этот раз сомневался, что справится сам. Припарковав мотоцикл, Сяо поплелся внутрь. Там он нажал на кнопку квартиры Чжун Ли и стал ждать ответа. — Кто там? — из динамика раздался глубокий голос Чжун Ли. — Это я, можно зайти? Я хочу тебя кое о чем спросить, — голос Сяо дрожал, что напугало его. Он надеялся, что Чжун Ли не слышит этого через динамик. Дверь щелкнула, когда Чжун Ли пустил его внутрь. Сяо молча поехал на лифте на нужный этаж. Квартира Чжун Ли не переставала удивлять его. Это были двухэтажные апартаменты с видом на воду. От интерьера у многих дизайнеров потекли бы слюнки: открытая планировка, красивые произведения искусства, шикарная лестница. Все было выполнено в современном стиле, что всегда забавляло Сяо, ведь Чжун Ли производил впечатление традиционного человека, но, возможно, он не хотел жить в прошлом. Когда-то Сяо жил тут. Это было сразу после того, как Чжун Ли обнаружил, что Сяо носит другое имя. Сейчас казалось, что с тех пор прошла целая вечность. В те времена Сяо с трудом приспосабливался к жизни, не вращающейся вокруг конкретного человека. Проходили дни, пока он сидел в своей комнате. Он несколько раз пытался уйти, чтобы вернуться к тому человеку. Вернуть то чувство. В конце концов Чжун Ли всегда находил его. Сяо предполагал, что он нацепил на него какое-то отслеживающее устройство. Впрочем, оглядываясь назад, Сяо никогда не уходил далеко, обычно через несколько кварталов падал на землю, а его разум воевал с сердцем. Он знал, что не может вернуться назад, но он был зависим. Пытаясь сбросить с себя груз прошлого, Сяо вошел в квартиру Чжун Ли. Когда клал шлем на кушетку у входа, он заметил пару модных туфель, не похожих на обувь Чжун Ли. Он отмахнулся от этой мысли и направился вглубь квартиры, на кухню, где нашелся Чжун Ли. — Мог бы заранее написать о своем приезде, — роясь в шкафах, сказал Чжун Ли. Висела неловкая атмосфера, ведь они не часто вели подобные разговоры. Как бы ни старался, Чжун Ли никогда не станет для Сяо тем отцом, в котором он нуждался, хотя сейчас этого было вполне достаточно. Сяо прошел на кухню и встал у гранитной столешницы. — Вышел незапланированный визит. Я не осознавал, куда еду, пока не припарковался у входа, — пальцы Сяо пробежались по гладкому камню. Руки Чжун Ли на долю секунды замерли, а затем опять принялись рыться в шкафчиках. — Ты ведь скоро уезжаешь в Мондштадт? — Завтра утром, — Сяо задумался, сколько будет стоить установить гранитную столешницу в его квартиру. Наверняка немало. — Полагаю, ты едешь к Венти? Теперь настал черед Сяо перестать двигать рукой. Приходить сюда было ошибкой. Ему следовало уйти. Нет. Уже поздно уходить. — Да. Я давно его не видел. — Как-то ты не очень радостно звучишь. — Я встречусь со своим бойфрендом, с чего бы мне не радоваться? — Сяо даже не мог притвориться обрадованным. Вот вам и актер. Его мысли вернулись к смеху Венти, когда они сидели у него дома. К тому, как его ладонь лежала в ладони Сяо, когда Сяо притянул ее к себе для поцелуя. У него засосало под ложечкой. — Если правильно помню, я могу вмешиваться, когда необходимо. Ты поэтому осчастливил меня своим присутствием? Гранит был серо-голубого цвета и сверкал, когда верхний свет под правильным углом падал на него. Сяо задался вопросом: знает ли Чжун Ли историю этого камня? Он имел познания в геологии. Когда стало ясно, что Сяо не собирается отвечать, Чжун Ли наконец достал контейнер с сухими чайными листьями. — Почему бы тебе не пойти в гостиную, там и поговорим. Я приготовлю чай. Сяо убрал руку от столешницы. Он приехал сюда не просто так. Он запутался в своих эмоциях и больше ничего не понимал. Чжун Ли лучше всех знал его. Сяо лишь нужно было постараться не упомянуть о том, что их отношения с Венти фиктивные. Войдя в гостиную, он рухнул на плюшевый диван и, обмякнув на подушках, устроился поудобнее. Его глаза остекленели, а взгляд расфокусировался. Он не двигался, пока Чжун Ли ставил поднос на стол перед ним. — Кажется, твои мысли блуждают. Сяо колебался. — Он… он нравится мне больше, чем следовало бы, и я боюсь. — Чжун Ли сел на диван рядом с ним. — Я не хочу, чтобы мне причинили боль, — прошептал Сяо. — Ты же сам говорил, что Венти другой, верно? — Да, но- — Начинать новые отношения может быть непросто, особенно учитывая, что твои предыдущие оставили на тебе неизгладимый след. Тебе стоит честно рассказать Венти о своих опасениях. Он выслушает тебя, — Чжун Ли наклонился к столу и налил себе чашку чая. Сяо беспомощно наблюдал за ним. Он чувствовал слабость в теле. Оно было тяжелым и покалывало, отчего ему было чертовски не по себе. — Я не могу опять стать зависимым от кого-то, — грудь Сяо сжалась. Он ненавидел выражать свои эмоции. Ненавидел быть таким уязвимым. Ему следовало уйти, когда была возможность. Его спины коснулась рука, круговыми движениями успокаивающе поглаживая по ней. — Сяо, ты не можешь жить в страхе перед тем, что может случиться. Венти — не тот человек. Сяо в досаде стиснул зубы. Разумеется, Венти был другим. Хозяин был первоклассным манипулятором, который хотел владеть Сяо. А Венти… Венти был сном, мечтой. На словах ему ничего не угрожало, но как только Сяо проснется от этого сна, все разрушится. Он влюбился в того, кто никогда не ответит ему взаимностью. Он становился зависимым от того, кто никогда не сможет дать ему то, что ему нужно. — Не думаю, что я нравлюсь ему так, как он мне, — его голос сорвался на последнем слове. Он ненавидел себя за то, во что превратился. — Я не знаю всего, но Венти сильно переживает за тебя, Сяо. Ты был потрясен на Бисерном пароме, так что мог этого не заметить, — Чжун Ли тихонько рассмеялся. — Венти очень беспокоился о твоем благополучии. Именно он разыскал того фаната и заставил его удалить фото. Никто не сообщил Сяо эту информацию. У него перехватило дыхание. Пришлось напомнить себе, что это ничего не значит. Чжун Ли продолжил: — Остаток ночи он пребывал в плохом настроении. Я много раз ловил его на попытках улизнуть с мероприятия. Он оправдывался тем, что устал, но было видно, что он хочет проверить, как ты. Ложь. Венти никогда бы не стал. Он сам говорил, что ему тяжело заботиться о других. Они вместе подписали тот контракт. Венти очевидно беспокоился о том, что поведение Сяо повлияет на их фальшивые отношения. Только и всего. — Похоже, ты все еще сомневаешься в моих словах. Я провел с Венти больше времени, чем хотелось бы, и могу сказать, что при общении с другими он возводит стены. Однако когда он с тобой, эти стены рушатся. — Откуда ты знаешь? — прошептал Сяо. Хотел ли он вообще знать ответ? Это была лишь ложная надежда, питающая его иллюзии. — Он смотрит на тебя так, словно ты самая ценная вещь во вселенной. Сяо невесело усмехнулся. — Возможно, он просто хороший актер. Чжун Ли поджал губы. — Почему ты считаешь, что недостоин любви? У Сяо защипало в глазах. Он поднял голову и, пытаясь остановить слезы, быстро заморгал. Причин было много. Список был настолько длинным, что если бросить его в бесконечную пропасть, то он достигнет дна и все равно не закончится. С чего бы ему начать? С его неспособности открыться другим? Со страха перед неизвестностью? С того, что им воспользовались, и его пришлось спасать, как деву в беде, потому что им слишком сильно манипулировали, чтобы он осознал, в какой опасности находится? Он был… неудачником. Жизнь Сяо состояла из сплетения трагических событий. Он никогда не испытывал родительской любви. Тем не менее когда их не стало, он глубоко оплакивал их, но, возможно, он оплакивал то, чего никогда не получит. Чжун Ли по-своему любил его. Он был занял работой, так что Сяо редко видел его, своего опекуна. Уже одно это отдаляло их друг от друга. Социальная жизнь Сяо была еще одной катастрофой. В детстве он был застенчивым и редко разговаривал, поэтому у него практически не было друзей. Всю жизнь он был абсолютно одинок. Именно поэтому с ним оказалось так легко. Сяо всю жизнь был лишен любви. Когда кто-то наконец появился в его жизни и осыпал его любовью, он вцепился в нее. Любовь стала для него наркотиком, к которому он пристрастился — его тело жаждало ее. Он был готов на все, лишь бы почувствовать тепло, разливающееся по телу от осознания того, что кто-то наконец-то любит его, что он наконец-то желанен. Он сам виноват в своей слабости. В голове прозвучали слова из старого воспоминания, до сих пор контролирующего его: — Я так рад, что нашел тебя, Алатус. Никто не ценил тебя. Никто не любил тебя. Но я могу заверить, что всегда буду любить тебя превыше всего. Ты больше никогда не будешь одинок. Сяо повернул голову и взглянул на Чжун Ли. Его золотые глаза оказались от разочарования сужены. Было бы проще вести этот разговор, если бы он знал всю правду. — Венти сказал, что не может любить. Зачем мне обманывать себя? Чжун Ли нахмурил брови в редком для него проявлении эмоций на лице. — Его слова и действия противоречат друг другу. Послушай, Сяо, если ты не считаешь себя достойным любви, то тем, кто тебя любят, сложно выразить свои чувства к тебе. — Хочешь сказать, что это моя вина? — Хочу сказать, что вам двоим стоит поговорить. Ложь о своих чувствах не приведет ни к чему хорошему. Сяо повернулся так, чтобы больше не встречаться с Чжун Ли взглядом. Становилось слишком тяжело. Голова раскалывалась, а сердце болело. Разве влюбленность не должна быть захватывающей? Скрипнула дверь, и звук шагов привлек внимание Сяо. Он вскинул голову и увидел стоящего у входа в гостиную Чайльда. Тот неловко улыбнулся. — Прости, сяншэн, я не мог больше прятаться. Лицо Сяо запылало. — Он все это время был здесь? — Я ничего не слышал! Точнее, эм, не все слышал… — руки Чайльда взлетели вверх в знак полусерьезной капитуляции. — Но я вынужден согласиться с Чжун Ли. Я знаю Венти с самого его начала работы в индустрии. Сяо плевать хотел на мнение бойфренда Чжун Ли о сложившейся ситуации. Он уткнулся головой в подушку, стараясь заглушить слова Чайльда. Правда, кое-что все же привлекло его внимание. — Он никогда раньше не заботился о своих партнерах, поэтому я вскользь заметил, надолго ли ты, и он как-то странно защищался. Если подумать, пожалуй, это и стало началом нашего соперничества. Он никогда никем так не хвастался, как тобой. Видел бы ты, как они с Чжун Ли ругались из-за тебя! — Чайльд… — предостерег его Чжун Ли. — Разве ты не должен не лезть в наши дела? — пробормотал в подушку Сяо. — Когда вместо работы Венти проводит время за разглядыванием твоих фото в телефоне, я считаю это и моим делом, — сурово сказал Чжун Ли. Предательское сердце Сяо наполнилось надеждой и громко заколотилось в груди. Просто притворяйся хорошим липовым бойфрендом, — снова и снова отчаянно повторял он. Венти оказался настолько хорош, что даже обманул его, а это Сяо был актером в этих отношениях. — Знаешь, вначале мне тоже казалось, что Чжун Ли меня недолюбливает, — затараторил Чайльд. — Я неделями флиртовал с ним, но у него было такое невозмутимое лицо, что я не понимал его чувств! И только после одного из наших совместных ужинов, когда он поцеловал меня, я понял, что наши чувства взаимны! Сяо хотел, чтобы его не посвящали в подробности личной жизни Чжун Ли. — Прости, я думал, что уже очевидно, что мы встречаемся, — без тени вины в голосе ответил Чжун Ли. — Все прощено. Сяо, вы с Венти сейчас явно не на одной волне и должны просто поговорить. По-моему, твоя поездка в Мондштадт — самое подходящее для этого время! Сяо застонал. В этот момент он осознал, что если у Чайльда с Чжун Ли все серьезно, то Чайльд может стать ему отчимом. Он постарался сосредоточиться на ужасе этой будущей проблемы, а не на переживаемой сейчас. Не то чтобы ему не нравился Чайльд. Просто это была странная мысль. У Чжун Ли редко появлялись партнеры. Сяо мог вспомнить только Гуй Чжун, Аждаху и Осиала, с которыми тот встречался в разные годы. Ни один из них не продержался долго, как объяснял Чжун Ли: «Мы просто не созданы для таких отношений». Сяо задумался, было ли с Чайльдом все по-другому? — Чжун Ли, откуда ты знаешь, сложатся отношения или нет? — Я не знаю. Пауза. — Это риск, на которых приходится идти. Иногда отношения длятся недолго, но стоит ли из-за этого жертвовать счастливыми моментами в них? Сяо прикусил губу. Проведенное с Венти время было одним из самых лучших в его жизни. Эти яркие и живые воспоминания заняли особое место в его сердце. Венти делал его счастливым. Рот Сяо наполнил металлический привкус, когда он в задумчивости прокусил губу. Часики их обреченных отношений тикали. Будет ли их время вместе того стоить? Сяо моментально нашел ответ.

***

Сиденья в бизнес-зале были жесткими и неудобными. Пытаясь устроиться поудобнее, Сяо поерзал. Он проверил телефон: до начала посадки еще полчаса. В итоге вчера он остался ночевать у Чжун Ли, слишком уставший, чтобы двигаться, а утром стал судорожно собирать вещи, бросая в чемодан все, что попадалось под руку. Но они все равно каким-то чудом очень рано приехали в аэропорт. Сяо почувствовал вибрацию телефона и, вытащив его, увидел сообщение от Чайльда: «Хэй, товарищ! Удачи с Венти! Обязательно наладь ваши отношения! Мне бы не хотелось так быстро выиграть наше соперничество!». Уже жалея, что дал Чайльду свой номер, Сяо сунул телефон обратно в карман. Сидящий рядом Итэр увлеченно печатал на ноутбуке и отправлял емейлы. Сяо наклонился к нему, чтобы подглядеть в экран. — Не знал, что тебя так заботит твоя карьера, — не отрывая глаз от ноутбука, заметил Итэр. — Просто скучно, — ответил Сяо. Итэр отправлял несколько емейлов в поисках новых сценариев для Сяо. Пока что Сяо топтался на месте. Ничто из прочитанного не заинтересовало его настолько, чтобы попробоваться на роль. В данный момент он не был уверен, в чем хочет сниматься дальше. Итэр заверил его, что после опровержения статьи ему станут присылать новые сценарии и образ Сяо станет выглядеть многообещающе. А многообещающий образ означал больше потенциальных ролей. — Люмин слила инфу о нашем рейсе папарацци в Мондштадте, так что не забудь подготовиться к этому, — кликая пальцами по клавиатуре, напомнил ему Итэр. Сяо уронил голову на большой подлокотник между их с Итэром сиденьями. После приземления в Мондштадт они планировали взять машину и поехать в «Селестия Рекордс». Венти сейчас работал, и ему разрешили отлучиться, когда приедет Сяо — нужно было, чтобы кто-то впустил Сяо в его дом. Итэр же собирался остановиться у Люмин. Остаток дня Сяо позволили освоиться на новом месте, прежде чем они приступят к осуществлению плана Люмин по осмотру достопримечательностей. Она настаивала, что фотографии Сяо в аэропорту вызовут разговоры, но главным событием станет то, что на следующий день Сяо с Венти увидят на улице, и это подтвердит, что они все еще вместе, что это не просто интрижка. Сяо было все равно, чем они займутся. Он верил, что их менеджеры во всем разберутся. После разговора с Чжун Ли и частично Чайльдом Сяо немного полегчало. Может, лучше было просто признаться Венти, что он облажался и влюбился в него? Тогда Венти сможет должным образом отвергнуть его. Сяо установил предварительный срок для признания на конец своего визита, чтобы оставить Мондштадт и все свои чувства позади. Это был не очень продуманный план, но Сяо сомневался, что продержится до окончания их контракта. — Доброе утро, пассажиры. Объявляем о приоритетной посадке для пассажиров бизнес-класса на рейс Т1017 в Мондштадт. Пожалуйста, приготовьте посадочный талон и удостоверение личности и проходите к четвертому выходу. Посадка для остальных пассажиров начнется в ближайшее время. Спасибо, — прозвучал из динамиков голос. Сяо поднял голову с подлокотника, а Итэр закрыл ноутбук. — Готов? — убирая компьютер в сумку, спросил он. Сяо ничего не ответил. В Мондштадте его ждала битва, которую он давно проиграл.

***

— Ненавижу это, — запрыгивая на пассажирское сиденье арендованной машины, пожаловался Сяо. Полет в Мондштадт был довольно коротким, занял всего несколько часов. Худшая часть началась позже, когда они вошли в зону прибытия мондштдатского аэропорта. Замигали вспышки камер, и Сяо поправил маску на лице. Папарацци всегда раздражали его. Это было частью его работы, тем не менее не мешало Сяо ненавидеть, когда его фотографируют каждую секунду времени. Он слышал крики, вопросы о том, что он делает в Мондштадте, прилетел ли для новой роли или для того, что навестить кого-то особенного? Итэр с виноватым выражением лица сопровождал его. — Прости за это, — произнес Итэр, закрывая водительскую дверь и заводя двигатель. — Нам пришлось это сделать. Сяо прислонился головой к окну и наблюдал за размывающимся пейзажем, пока Итэр вел машину. Аэропорт находился за городом, так что им потребуется немного времени, чтобы добраться до места работы Венти, которое, к сожалению, в самом центре города. Мондштадт отличался от Ли Юэ. Здесь преобладали различные оттенки зеленого и синего, в отличие от красных и желтых в Ли Юэ. Сяо всего несколько раз бывал в Мондштадте на съемках и никогда не исследовал его. Его красота успокаивала, что сильно отличалось от традиционной атмосферы Ли Юэ. В Мондштадте чувствовалась… свобода. Когда они приехали, Итэр высадил Сяо у главного входа, сказав, что припаркуется и придет. Раздвижные двери автоматически открылись, и в лицо Сяо ударил прохладный воздух, как только он шагнул внутрь. Когда открылись двери, администратор за стойкой подняла взгляд. — Добро пожаловать в Селестия Рекордс! Барбатос сейчас в танцевальном зале ждет вашего прибытия! — протягивая ему бейдж посетителя, она широко улыбнулась. — Этот бейдж даст вам доступ на третий этаж, где находятся танцевальные залы! Барбатос во втором зале. Я отправлю ему сообщение, сообщу, что вы здесь! Сяо взял белый бейдж с надписью «Посетитель» крупным черным шрифтом. У него нутро сжималось от нервов. Найти танцевальный зал не составило труда. Он находился сразу слева от лифта. Сяо слышал какую-то громкую неузнаваемую песню. Он дважды постучал кулаком по двери, но потом понял, что его, скорее всего, не услышат из-за грохота музыки. Так что взялся за холодную ручку и, надавив на нее, открыл дверь. Внутри оказалось большое помещение. Две стены были облицованы зеркалами от пола до потолка, а у другой была установлена стереосистема. Паркетный пол блестел под яркими флуоресцентными лампами. Венти стоял в центре зала. На нем был зеленый свитер, заправленный в просторные черные брюки карго. Завороженный, Сяо замер у двери. Никто не заметил его прихода. Сяо воспользовался этим, чтобы понаблюдать за Венти во время работы. Сяо еще не видел его с этой стороны. Венти окружали шесть танцовщиц. Они кружили вокруг него, грациозно падая на пол, пока Венти, покачиваясь в такт музыки, выполнял свои движения. Люмин стояла перед зеркалами, а рядом с ней была установлена камера, снимающая все происходящее. Еще двое человек сидели возле зеркал и наблюдали за выступлением. Сяо смутно узнал в них Фишль и Барбару, других айдолов лейбла. Взгляд Сяо опять привлекли движения Венти. Его ноги изящно скользили по полу, словно он летал. Его движения гипнотизировали, погружая Сяо в транс. Бедра Венти покачивались, а ладонь гладила лицо, спускаясь вниз и прослеживая контуры его тела. Его глаза были устремлены на объектив камеры, в то время как вокруг него кружились танцовщицы. По мере нарастания ритма менялись и их движения. В более спокойных местах песни они вытягивали тела, расслабляясь под звуки. Время для Сяо, казалось, замедлилось, настолько он был поглощен Венти. Музыка оборвалась, когда Венти принял последнюю позу, вытянув к камере руку. Его грудь вздымалась, пока он переводил дыхание. Сяо вернулся к реальности. Он поднял руки и зааплодировал выступлению. Любопытствуя, кто этот новоприбывший, все повернули головы в сторону двери. Глаза Венти от восторга расширились, когда он увидел Сяо. Его рука опустилась, а сам он сорвался с места. У Сяо была всего секунда, прежде чем Венти запрыгнул на него. Слегка попятившись назад, чтобы сохранить равновесие, он машинально схватил Венти за бедра, когда тот обвил его ногами за талию. — Сяо! — воскликнул Венти. — Добро пожаловать в Мондштадт! Вся нервозность Сяо исчезла, стоило Венти улыбнуться ему. Страхи и волнения полностью развеялись, и он задумался, не выдумал ли их. — Я рад оказаться здесь, — признался он. Ладонь Венти коснулась его щеки. — Я скучал по тебе, — глядя своими мягкими изумрудными глазами, сказал он. Сяо склонился к прикосновению Венти и потерся об его ладонь. Она была теплой и слегка влажной от пота, но Сяо не возражал. Венти наклонился и прижался к его губами своими. Сяо тихонько выдохнул. Губы Венти оказались такими же мягкими, как и в грезах Сяо. Он хотел выжечь это ощущение в своей памяти, чтобы никогда его не забыть. — Я тоже по тебе скучал, — когда они оторвались друг от друга, прошептал Сяо, надеясь, что Венти не услышит скрытой за его словами правды.