Игра теней

«Доверять людям хорошо, хотя не доверять гораздо лучше.»

©Бенито Муссолини.

Эндер Брэнвен. Бикон. Один день спустя.

      Знание — это стремление. Невидимый Грааль, способный толкнуть человека на путь самосовершенствования. Эволюции, если так будет угодно. Сначала дать понять, что оно из себя представляет, потом дать понять, что представляет из себя сам жаждущий знаний человек, а затем показать, как ничтожны и незначительны его желания и стремления. Как мелочен он и как необъятно то, к чему он стремится. От учителя к ученику, знание передавалось из поколения в поколение множество сотен лет. Передача, самосовершенствование, добавление и снова передача. Замкнутый круг постепенного совершенствования и приспособления к постоянно меняющемуся миру. Именно это позволяло людям до создания Королевств, а в последствии и при их создании, не умереть от ещё не изученного и столь опасного существа как природа. Путем смертей, ран, потерь, боли и страданий, но фактически так формировался фундамент того, что сейчас усваивает группа студентов-первокурсников. Ну, или по крайней мере пытается…        — Ауч! — вскрикнула рыжеволосая девушка, сидевшая в четвертом ряду и потирающая, ушиб от попадания белого вытянутого предмета. — Мисс Валькери, вам последнее предупреждение. В следующий раз, когда вы подумаете, что списывать данные контрольной работы из тетради своего напарника — это хорошая идея, имейте в виду, что черенок от той швабры, прилетевший вам в то же место, куда попал ранее кусочек мела, станет наименьшей из ваших проблем. — недовольно взглянув на нарушительницу правил, я к своему неудовлетворению подметил неточность попадания снаряда, который влетел не ровно между глаз в переносицу, а чуть выше и правее. Попыталась увернуться?       Продолжая свой обход между рядами учеников, я изредка замечал попытки воспользоваться гаджетами и либо включал глушилку сигнала, либо попросту изымал устройства и без зазрения совести просматривал их содержимое. — Пссс. Вайсс. А как ты ответила на седьмой вопрос? — шёпот Руби возможно было услышать даже, находясь на седьмом ряду, учитывая то, что сама она сидела на втором. —… — стоически проигнорировав слова соседки, Вайсс продолжила сверяться с записями, которые вела на протяжении всех лекций моего предмета. — Ва-а-айс. Помоги. Я не понимаю. — новая попытка дозваться до своей партнёрши, на которую отреагировали даже сидящие на пятом ряду Янг и Блейк. — Нечего было летать в облаках. — стараясь не привлекать к себе внимания, прошипела младшая Шни. — Я не могу тебе помочь, нас услышат. — Уже, мисс Шни, уже. — только губами проговорил я и не спеша направился в сторону нарушительниц, встав ровно за их спинами по правую и левую руки соответственно. — Дай хотя бы намек. Какая особенность у гримма-виверны? — не унималась Рубс и все настойчивее продолжала предпринимать попытки к получению ответа.       Забавно, но даже Янг и Блейк, заметив, что на протяжении всего разговора я стоял за их спинами, пытались как-либо предупредить об этом свою первую половину команды. Покашливание, стук карандаша о стол, Вспышка даже предприняла на свой страх и риск пробросить под партами скомканный уплотнённый комочек-записку с предупреждением тех об опасности. К сожалению, мой берец был не согласен и придавил к полу почти докатившийся шарик из бумаги. Показушно закатав один за другим оба рукава, я схватил оба затылка двух учениц и носом ткнул обоих в их листки с заданиями. Эффект был на лицо, Руби и Вайсс незамедлительно уставились каждый в свои записи и более не смели даже перевести взгляд на чужую часть стола. Янг, как соучасница, получила от меня не сильно размашистый, но доходчивый удар в затылок свернутым учебником мягкого переплёта.       Прозвеневший через полчаса звонок известил всех присутствующих в аудитории об окончании их страданий. Поднимаясь со своих уже насиженных мест, студенты и студентки сдавали тетради с контрольными работами и направлялись к выходу из помещения. — На этом всё. Увидимся через два дня. И помните, у кого увижу при проверке одинаковые работы, я сжигаю обе тетради и ставлю «неудовлетворительно». Всем спасибо, все свободны. — сделав глоток газировки из алюминиевой банки, я собрал сданные работы, при этом проводя взглядом последних выходящих учеников и в гордом одиночестве выдвинулся в сторону учительской, прихватив папку со сданным содержимым.       По идее, прошедшая минуту назад контрольная работа должна была быть только через месяц, однако планы меняются и не всегда в лучшую сторону. Зная будущее, когда и что произойдет, полученный эффект не станет для них уроком. Но если провернуть то, чего они не ожидают, полученный результат станет тем, к чему они должны привыкнуть. Стресс. Постоянный и безжалостный. Только пройдя через волны стресса и страха неизвестного, можно постепенно укрепить свою реакцию и манеру поведения при встрече с превосходящим тебя врагом. Хотя бы так. Пусть и не резкими, но малыми шагами.       Наступил полдень. Стрелки часов, указывающие направление северо-востока, отбили привычные для этого заведения звон часового механизма. Наступившее обеденное время, словно фонарь для мотыльков, привлекало студентов всех курсов к столовой для подпитки тех энергией, необходимой, чтобы продержаться ещё хотя бы одну-две пары. Закинув бумаги на свой стол в пустующей учительской, я мерно направился в восточное крыло академии. Бывший королевский дворец, переданный добровольно самим королём Вейла в пользование подрастающих охотников и охотниц, для их продвинутого обучения, стал в своё время огромным жестом доброй воли со стороны правительства. Хоть сейчас королевские семьи имеют только номинальную власть в своих королевствах. Передав свои полномочия Советам, как законным представителям власти из каждого сословия, они сохранили некоторые права обходящие решения советников, даже при единогласном решении. И ведь никто им слова не скажет, как-никак, парламентская монархия. Единственный инструмент, кроме прямого кровопролития, которым можно было бы заткнуть пасть всем и выйти сухим из воды. Несовершенная система, порой совершенна в глазах, угнетённых более чем в глазах угнетателей.       От продолжения рассуждений меня отвлекла странная активность, исходящая из кафетерия. Не то что бы в будние дни оттуда исходило меньше шума, но, вылетевшие на аллею и разбившие окно, телячьи ребра вместе с подносом были в новинку. Отклонившись от намеченного пути, я приблизился к деревянным дверям, ведущим в зал принятия пищи. Сделав шаг внутрь, первое, что я сделал — это наполовину обнажил клинок и выставил его перед собой. Летящая в меня рыба с острым, как рапира носом, была разрезана вдоль и пролетев по инерции ещё несколько метров упала, разделённая на две равномерные половинки. — Марлин. Хах. Второй раз меня пытаются убить марлином. Первый раз, кажется, это попыталась сделать Ева. Дежавю. — возвращая клинок на место, я обратил внимание на происходившую внутри баталию.       Это… Было ужасное зрелище. Заляпанные от еды стены, разбитые окна, сложенные в огромную гору столы и стулья, пища, использованная как замена оружию и внутри всего этого хаоса как всегда были две команды. Рубин и Джунипер. — Му-ха-ха-ха-ха. Я королева замка! Я королева замка! — играя роль киношной злодейки, мисс Валькери стояла на горе из столов. — Правосудие будет быстрым! Правосудие будет болезненым! И оно будет вкусным! — вторила ей Руби, держа и сжимая в руке пакетик молока.       Пропустив мимо себя толпу учеников, выбегающих с криками на улицу и кричащими о «драке едой», я сделал единственный верный шаг в этой ситуации. Приложил руку к лицу и стал вспоминать, как до такого дошло и где их отец прокололся в воспитании. Сам захват «замка» не продлился и пяти минут. Перехватывая инициативу, каждая из команд то наступала, то оборонялась. Как итог, Янг улетела в атмосферу от удара Норы, пробив перед этим своим телом крышу, а Руби завершила битву тем, что использовала своё проявление и создала вихрь, который смёл всех и вся на своем пути. На самом деле даже забавно было находиться по среди этой «вкусной битвы», при этом попивая чай и наблюдая за тем, как трещат по швам, от восьми студентов, многовековые стены бывшего замка. — И года не прошло. — допив чай и взглянув на двери с противоположной стороны, я обнаружил в них разгневанную Глинду и, шедшего за ней, Озпина.       Обе команды, одна из которых радовалась победе, а вторая помогала друг другу прийти в себя, их попросту не заметили. С минуту, директор и его заместительница стояли и наблюдали за этой картиной, изредка перекидываясь парой фраз. Поставив кружку на блюдце, мною была предпринята попытка ретироваться, так как наличие директора вместе с Глиндой, а ещё зависший в небе над академией боевой линкор Атласа в компании группы сопровождения были четкими сигналами к тому, что лучшим исходом из всей ситуации будет попросту «потеряться» на территории академии, чем добровольно идти в пасть к голодному дракону. К сожалению, неудачно. Как только я хотел выйти из кафетерия, деревянные двери с грохотом закрылись перед моим лицом. — Хах. Как грубо. А я думал ты будешь более великодушнее, Глинда. — ухмыльнувшись на столь грубый жест, я обернулся к уже подходившей в мою сторону парочке. — Мистер Брэнвен. Рад видеть вас в приподнятом настроении. Полагаю, ваш обед прошёл более благополучно, чем у других. — намекая на один единственный «выживший» стол, сказал директор. — Чудно. Прошу вас пройти с нами в мою башню. Вас хотят видеть. — Полагаю, я не буду рад этой встрече, но выбора у меня всё равно нет. — под грозный взгляд Гудвич, я подошёл к их дуэту. — Я в вашем распоряжении.       Уже спустя десять минут неспешного шага, наше трио подошло к лифту и стало подниматься на нём ввысь. — Эх… Только бы не Винтер, только бы не Винтер. — держа руки за спиной и карикатурно образуя из двух пальцев крест, я произносил эти слова как догму. — Хм. Не думал, что на свете есть что-то, что заставит вас по-настоящему бояться. — услышав мой шёпот, взаправду удивился Озпин. — Если бы вы знали обо мне больше, то данный факт не был бы для вас чем-то удивительным. Винтер в ярости — это одна из трёх вещей, которые по-настоящему меня пугают. Хотя, данный страх даже по-своему завораживает и пленит. — с ухмылкой закончил я свой ответ. — А какие же два других страха тебя тревожат? — задала свой вопрос Глинда, тем самым продолжив столь скоротечный диалог. — Увы, Глинда, мы не в тех отношениях, чтобы я делился своим сокровенным. Будем считать, что я просто ушёл от ответа какой-то невероятно красноречивой фразой. К тому же, не имеют страхов только монстры и ублюдки. Вам ли не знать это, директор, не так ли? — поставив точку в нашей беседе, я прислонился спиной к стенке лифта и стал дожидаться окончания поездки, попутно набрав в свитке один знакомый мне номер.       Сбавляя скорость, лифт пришёл в состояние покоя, тем самым доставив нас в кабинет директора. Вновь оказавшись внутри часов, пропуская вперёд Озпина, как хозяина кабинета, прошёл внутрь. Глинда, оставшись в лифте, бросила напоследок что-то о наказании непослушных учеников и отправилась вниз. Ещё от лифта можно было заметить гостя из Атласа, который теперь сидел в кресле перед столом Озпина и смотрел в мои глаза, отставив кружку с какао в сторону. — Надеюсь, ты не успел соскучится, старый друг. Твой подчинённый в твоём распоряжении. — садясь за стол, произнёс директор. — Хм. Генерал. Не знал, что вы прилетите так рано. Что-то случилось? — перейдя на официальный тон, я остановился перед столом и встал по стойке «вольно». — Полагаю, ты знаешь, зачем я здесь. Садись. — исполнив команду, я сел напротив Озпина и Айронвуда, сформировав тем самым стандартный треугольник. — Читай. Весь доклад в твою честь. — кинув на стол папку с двумя сотнями страниц внутри, сказал Айронвуд. — Я польщён. — пробежавшись пальцем по листам бумаги и насчитав ровно двести восемнадцать страниц, я перевёл взгляд на хмурящегося Айронвуда. — Двести восемнадцать страниц за авторством… Хм… Как этого полковника звали? Ммм… Из головы вылетело. Такая противная фамилия… — делая вид бурной мозговой деятельности, я попросту тянул время. — Полковник Нокстрима… — ответил на мой вопрос генерал, но я перебил его, изобразив это как случайность. — Вы правы, неважно. Две сотни использованных страниц бумаги, а ценность из этой кипы несут только два листа: титульник и содержание. — не став дочитывать первый лист, я закрыл папку и толкнул её обратно к генералу. — Вы же сами понимаете, что это бред, не подтверждённый фактами. Его теория о том, что Фатуи замешаны в нарушении восьмидесяти шести пунктов конституций, законов и правил ведения войн просто смехотворны. Впрочем, как и сам автор этого бреда. Это макулатура, не более. — брезгливо ответив на хмурый взгляд Айронвуда, произнёс я. — Это трибунал, Эндер. Ты видимо не понимаешь всей серьёзности, что над тобой нависла. Если найдётся хотя бы одно доказательство по любому из этих обвинений, не важно какому, всю оставшуюся жизнь ты проведёшь в камере без права на досрочное. — закипал с каждой секундой всё больше генерал. — Если это произойдёт, то уже никто тебе не сможет помочь, ни я, ни твои подчинённые, ни сами Боги. Ты будешь гнить за решёткой до конца. Ты осознаёшь это, гвардии-капитан Эндер Брэнвен? — Генерал. Неужели вы настолько хотите моей отставки? — сохраняя небольшую улыбку на своём лице, я продолжил. — Хотя, в виду сложившихся обстоятельств и столь огромного желания полковника Как-его-там, у вас попросту не будет выбора, не так ли. Так почему же я не боюсь этого очевидного для меня конца? Почему я не паникую или хотя бы не пытаюсь себя оправдать или сбросить вину? Знаете, почему? Да потому что это скучно. Я не смогу получить никакого эффекта, если сейчас начну открывать карты. Если вам так угодна демонстрация своих сил и возможностей грядущего после Вайтала трибунала надо мной, пожалуйста. Я готов. Вот только не думайте, что, сделав этот шаг вы не обломаете себе зубы. Надеюсь, вы сможете сохранить своё лицо перед миром, когда всё представление закончится. — Ты всё ещё думаешь, что ситуация под контролем? Ну что ж, продолжай так думать. Я хотел ознакомить тебя с обвинениями и дать возможность подготовится, однако видимо я теряю время в пустую. — ответил на мой монолог генерал и, достав из внутреннего кармана небольшой конверт, протянул тот мне. — Твоё предписание об аресте. Ознакомься. — Я буду там. — забирая конверт и вскрывая его в своём кармане, ответил я. — Всего хорошего, генерал. — Хм. — сурово хмыкнув на мой ответ, Айронвуд попрощался с Озпином и скрылся за дверьми лифта. — Полагаю, у вас появились проблемы, мистер Брэнвен. — отпив какао, поинтересовался директор. — Хм. Проблемы? Нет. Обыкновенная игра в «Царя горы», где очередной выскочка из высшего командования пытается вновь сбросить меня с вершины. Предсказуемые атласовцы. Проблема Атласа в том, что они думают, что их армия непобедима. Упёртые как бараны, самолюбивые как павлины и глупые как стадо ишаков. Хм. Раз они начали ходить с козырей, то мне пора доставать карту, которую никто не сможет покрыть. — поднявшись с кресла и направившись в сторону лифта, я продолжил. — Посмотрим, кто останется в дураках. Счастливо оставаться директор. Оу, и в следующий раз, вместо того, чтобы искать меня по всей академии, отправьте мне сообщение. Честь имею. — закончив диалог перед самым закрытием дверей, я достал из внутреннего кармана свиток с продолжающимся за всё время разговора звонком. — Всё слышала? Приступай. — отдав команду к действиям в сторону дипломатического крыла, я отключился и убрал свиток обратно. — Вы все подписали себе приговор…