Игра теней

«Весь мир не в силах сокрушить нас,

и только сами мы изнутри разрушаем себя.» ©Маргарет Митчелл.

Эндер Брэнвен. Один день спустя.

      Гнетущая тишина, давившая на меня с момента перехода в бессознательное состояние, постепенно начала отходить на второй план, передавая эстафету чувству тревоги и слежения отовсюду. Жадный вздох, наполнивший лёгкие подобием кислорода и вытолкнувший из горла болезненное откашливание, привел меня в норму, пусть и столь неприятным методом. Я снова был здесь. Я снова вглядывался в это чёрное, как сажа небо, скрывавшее прожилки пламенного Солнца, лучи которого не могли пробиться через завесу копоти и сажи. Столь плотными были нынешние облака. Кожу скрёб дотлевавший пепел, словно только минуту назад разбросанный специально для меня. Проклятый, навечно одинокий, неугасаемый, не остывающий пепел. Щёку ласково обвил лепесток белого цветка, прожилки которого по цвету были схожи с недавно пролитой кровью. Новая жизнь, растущая из остатков былого, подпитываемая сажей с неба, пеплом с земли и кровью с мечей, сотнями воткнутыми по всей поляне вокруг. Я снова был здесь. Тёплый вечерний ветер, претворявший собой надежду на реальность этого мира, а не на очередной сумасбродный феномен подсознания, должен был отвлечь меня от размышлений, но даже он не был столь всесильным. Новый гул, а затем и последовавшая за ним дрожь земли, в очередной раз изменили ландшафт мира. Пласт одной эпохи раз за разом сталкивался с другим и так повторялось до момента их полного слияния, образовывая новый мир из руин старых. Здесь легко можно было найти руины замка, древние храмы и соборы, а на против них, через улицу, мог например стоять накренённый в бок небоскрёб или вход на станцию метро. Миры наслаивались, создавая что-то новое, что-то необычное, что-то уродливо-привлекательное. И все эти процессы происходили под огненным закатом угасающей звезды и бескрайними плотными тучами. Лишь одна вещь выделялась среди этого мира. Огромное, величественное Древо, которое подпитывает этот мир. Место, в котором зародилась жизнь. Место в котором эта жизнь давала свой последний бой смерти. Некогда объятая пожаром, а ныне выгоревшая сердцевина, сейчас являлась лишь полой оболочкой, цепляющейся из последних сил, ради одной цели. Поддержать гаснущее пламя. Последнее пламя этого мира, расположившееся на одной из самых больших ветвей древа. —Я снова здесь. — не обращаясь ни к кому конкретно, я только и смог, что приоткрыть глаза и ещё раз вздохнуть, поднимаясь на ноги и оттряхивая несуществующий прилипший к одежде пепел.       Всё как я и помнил. Всё как и было раньше. Этот мир не менялся, этот мир не рос и не старел, этот мир не жил и не умирал. Он... стагнировал. Редкость, когда его можно было застать в такой период времени, когда невозможно было бы определить текущий курс времени и будущего, предначертанного этому плану. Он увядал? Он рождался? Нет. Всё это лишь один ничем не прикрытый фарс, вынуждающий отвлекаться и забывать изначальную цель пребывания. А была ли вообще цель? Нет, точнее, это не совсем цель, сколько взятая на время пауза, перерыв, тайм аут, запрошенный мозгом для обдумывания дальнейших планов из полученной информации. Проще гоговоря, пустая трата времени на перезагрузку и восстановление работоспособности тела в угоду сохранения целостности личности. Как всегда, мозг работал на опережение и знал из предположений то, чего не знало тело. Сейчас же я находился на пне выгоревшего великого Древа, которое когда-то было настолько велико, что могло поддерживать весь небосвод своими ветвями. Образовывая небольшое по меркам мира плато, больше схожее по формации с гнездом. Как я и думал, ничего не менялось. Пепельное поле, прораставшие на нём ало-белые цветы, воткнутые в землю разношёрстные клинки, от кинжалов до фламбергов и одинокий костёр, согревавший не менее одинокую фигуру в доспехах. Вперив свой взор на дотлевающий костёр, копию костра горящую в Анор Лондо, ржавые и тлеющие доспехи, как монолитный страж этого места, наблюдали за его последними всполохами. Подойдя к краю плато, я не спешно окинул взглядом нависшую надо мной платформу. Огромный район бескрайнего города с домами, улицами и прочей инфраструктурой, сейчас завис под углом примерно в сорок пять градусов и имел все шансы перевалить за эту отметку, обрушившись под тяжестью своей же массы. За ним выглядывала ещё пара подобных участков, так же нависая над другими участками суши. Сон. Бескрайний сон, не подчиняющийся никакой логике и здравому смыслу, сейчас явил пример своей абстрактной и безумной архитектуры, поглощаемый миром и становясь очередным его кирпичом в создании прочного фундамента. Протяни руку и урони пласт земли обратно, протяни руку и развей небеса, давая свету звёзд озарить своим сиянием мир, протяни руку... и закончи этот кошмар раз и навсегда. Но это был не сон. Это было прошлое, нынешнее и будущее. Это всё была явь, которую я проживал снова, снова и снова... —Говорят, что каждый, кто умер с мечом в руках и с воспоминаниями о своих близких—всегда найдёт выход из сумрака. Они продолжают жить не только в нашей памяти и сердцах, но и в другом мире, которого мы не видим или не хотим видеть, продолжая битву и защищая наш мир от внешнего воздействия на него. Я всегда считал это удобной историей для утешения, не более. А что думаете вы, мисс Никос? — произнёс я и невесело улыбнулся, когда мою спину пробило копьё, чей кончик, прошедший сквозь рёбра, выглядывал из моего тела. — Ха-х... Если бы было всё так легко.       Дотронувшись до копья, которое было направленно с точностью до миллиметра в центр моего сердца, я развеял его, как некогда Синдер развеяла на ветру его обладательницу. Обернувшись, я тут же блокировал удар щитом, целью которого было уже моё горло. Та же судьба постигло и второе оружие "Непобедимой чемпионки", которая сейчас, разорвав дистанцию, смотрела на меня с нескрываемым гневом, страхом и... болью? Как бы то ни было, я сам не чувствовал ничего положительного в нынешнем положении и чтобы подчеркнуть нереальность и незначительность её действий, я решил продемонстрировать это на деле. —... — проткнув себя в то же место, куда угодило копьё рукой, я медленно разорвал часть своих рёбер и на подобии обыкновенного шкафа, показал ей пустоту и отсутствие каких-либо органов внутри себя. — Я бессердечная тварь, мисс Никос, и, увы, в текущем положении, вы мне даже не соперник. — не видя более необходимости в разъяснениях, я вернул свой взор на горизонт.       Я уже не видел в ней ученицу Бикона, четырёхкратную чемпионку Мистраля и просто красивую девушку-одногодку старшей из сестёр. Нет, сейчас её глаза походили больше на те, что имеют животные, загнанные в угол, без веры в успех победы или побега. Резкие и броские, цепляющиеся взгляды, полные недоверия и отчаяния. Взгляд ассоциативной девушки, что за секунды лишилась всего и всех, кого знала и кто знал её. Что была выращена на принципах и идеалах честности и чести, познавшая коварство и подлость. Втянутая чужими руками в конфликт, к которому она не имела никакого отношения и павшая в неравной борьбе за навязанные ей идеи. Глядя на некогда гордую и способную девушку, которую я хотел постепенно склонить к сотрудничеству, я почувствовал очередной укол вины, который было трудно исправить. —Что... что ты хочешь от меня? — с нотками истерики, опасливо спросила Пирра. —Поговорить... — заметив недоверие на её лице, я лишь невесело хмыкнул. — Действительно поговорить и всё. —Почему я должна верить твоим словам? — всё тем же тоном, вопросила аловолосая. —Как не странно это произносить, но... у нас есть всё время этого мира. К тому же сейчас, я так или иначе ваш единственный билет из этого... мира. Ради этого, думаю, можно и довериться не надолго. — мои слова могли бы прозвучать как насмешка или ещё хуже, как издёвка, но твёрдость интонации не оставляла в ней намёка на какую-либо иную формулировку. —Довериться? Тебе? Никогда! Ты предатель! Ты предал всех, кто возлагал на тебя ответственность за свою защиту! Тебе плевать, как на людей, так и на своих подчинённых! Ради чего?! Ради чего всё это?! Я... Я не понимаю! Ради чего можно предать всех и в том числе тех, кто тебе дорог?! Отвечай! — сорвалась Пирра, тем самым давая отмашку своим эмоциям. —Хм... — я не стал сразу же отвечать на вопросы, давая девушке время взять себя в руки. — Скажи... Пирра. Что ты видишь перед собой? —Отвечай. На вопрос. Даже не думай... — вновь вернулась к своей прошлой риторике девушка. —Ответы взаимосвязаны. Что твой, что мой вопрос—дают по сути один и тот же ответ. Лично я вижу... неудачи. Однажды, мой учитель сказал, что каждый человек рождается со своим внутренним миром, который меняется и подстраивается под личность человека в зависимости от его поступков и деяний, что он делает на протяжении всей жизни. Лишь тысячи могут пробудить его. Лишь сотни—увидеть. Лишь единицы—войти и взаимодействовать с ним. Изначально у каждого он примерно один и тот же: чистое, безоблачное небо с редкими белыми облачками, солнечная погода, приятный холодный ветерок и бесконечные поля зелёной травы, иногда переходящие в холмы. Идеальный, чистый мир каждого из нас. Теперь же, посмотрите вокруг. Оглянитесь. Этот... осколок. Всё что осталось от моего мира. Раз за разом, мир начинал цветение заново, что бы раз за разом объединяться с прошлым и сформировывать одну и ту же картину. Различалось лишь время смерти прошлого и начало рождения нового. Я отдал сорок лет жизни, чтобы стать сильнее. Я отдал сорок лет существования на откуп, ради самосовершенствования. Я делал это осознанно и не жалею об этом выборе. Я делал это... ради людей. Ради всех людей и фавнов этого мира. Я забывал, я вспоминал, но я никогда не прекращал следовать своей цели. Единственное, что я хочу для мира—это свободы. Но свобода не бывает без крови. Мне... мне жаль, Пирра. Жаль, что ты и твоё поколение вообще застаёт столь тёмное время. Жаль, что я не в силах был остановить это безумие до его начала действий. Жаль, что... ты принесла свою жизнь в чужой борьбе за чужие идеалы. Прости меня.       А мог ли я вообще предотвратить конфликт ещё раньше? Хватило бы мне сил и возможностей? Что было бы, если бы я нанёс превентивный удар до Вейла и до поступления в Бикон нового поколения охотников? Хватило бы... Нет... Не хватило. Более того, эта попытка была бы настолько фатальной, что все грядущие планы, все предшествовавшие им заготовки, все подготовительные мероприятия, можно и нужно было бы выкидывать в утиль, поскольку их реализация была бы если не невозможна, то крайне затратна, а эффект был бы максимально незначительным. В этом вся мерзость ожидания. Ждать и увеличивать шансы на успех, при этом давая на откуп менее перспективные фигуры, или делать ход, разменивая свои резервы, порой с минимальной отдачей, если не вовсе в пустую. Время убивает похлеще любой пули, лезвия или слова. Лишь время самый страшный судья, прокурор и палач, которого невозможно подкупить. —Почему я должна тебе верить? — уже более спокойно форсировала события Пирра. —Ты не должна. Более того, ты не обязана мне верить. Каждый человек волен подвергать сомнениям любые высказывания, которые до него хотят довести. Однако, ты же можешь выслушать мои доводы и сделать собственные выводы. — вновь встретившись глазами с девушкой, предложил я. —Я... попробую. Но не ожидай, что я начну доверять тебе. — выразила свою позицию Пирра. —Мне более и не нужно. Что ж, Пирра, начнём с того, что человечество уже многие столетия ведёт необъявленную войну с гримм, управляемыми одной очень сильной ведьмой. Её имя Салем и она, как и Озпин, когда-то были влюблены друг в друга. Нынешние силы дев—результат их любви и порождения, а после и смерти четырех девушек от рук своей матери. Её целью является сбор всех реликвий и дев, для призыва в наш мир Богов и придания тем смертной оболочки. Цель Озпина—вечная оборона и оттягивание этого момента. Наша цель—это более радикальный метод, а именно—объединение человечества под единым знамением и уничтожение Богов для дальнейшей ликвидации дамокла в лице гримм. Мы не чураемся кровопролития, Пирра. Мы действуем исходя лишь из опасности полного вымирания человечества, как вида. Более двадцати лет, мы готовились к этому моменту. Более двадцати лет я собирал людей и проводил бессонные ночи в поисках знаний и уязвимостей. И теперь первый ход был сделан. Бикон пал, а вместе с ним пала и дева, силы которой сейчас находятся в руках Синдер. Задумайся, Пирра, так ли силён и мудр Озпин, если кроме тебя ему некого было выставить в защиту? Так ли он добр и правилен, если готов жертвовать тобой, даже в битве, в которой тебе не выиграть? Так ли он умён, пряча полумёртвую деву в стенах академии и делая её целью для теракта, который и произошёл? Нет идеальных людей. Все мы чем-то, да уступаем друг другу, но есть вопрос здравого смысла, а есть вопрос слепой веры. Ты сама могла видеть, чем может окончится битва, где ни у кого из сторон нет полного доверия друг к другу. Атлас стал козлом отпущения, охотники были не подготовлены, а население как стадо оставшееся без пастуха, стало лёгкой мишенью для хищников. Виноваты ли в этом Фатуи? Частично. Могли бы мы предотвратить это? Безусловно. Предпринимались ли попытки для усиления? Да. Чувствуем ли мы ответственными за поражение? Нет. Мои солдаты исполнили долг и более того, удерживали линию обороны до момента ликвидации точек эвакуации, а после отступали с боями, сковывая значительные силы в городе и готовя оборонительные участки на его окраинах. Это поражение было необходимо, чтобы наконец пробудить мир ото сна. Сорвать розовые очки и дать понять, что уже завтра они могут быть теми, кто эвакуируется на шатлах и горюет по погибшим. Только Фатуи могут предотвратить надвигающуюся катастрофу. И я не позволю вновь ей произойти. Слишком много раз я видел последствия более "мирных" решений. Слишком много раз сценарий повторялся самым неудачным образом. Я устал, Пирра. И всё, что я делаю... правильно оно или нет... пусть рассудит история и наши потомки. Как бы то ни было, я не отказываюсь от своих слов. У меня не было возможности спасти твоё тело, но твоя душа ещё цела. Вскоре, я передам её для изучения и испытаний, связанных с переносом в новую оболочку. Конечно, я могу и просто её отпустить и ты упокоишься с миром. Решать тебе, но решение нужно принять здесь и сейчас. Пирра, я предлагаю тебе жизнь и возвращение к своей семье и друзьям. Взамен я прошу лишь помощи в нашем деле. В нём не будет чести, в нём не будет славы, но так надо, потому что на кону стоит всё, за что и ты и я сражаемся ежедневно. Ты со мной? —... — Пирра не стала сразу отвечать, пару раз поджимая губы и пресекая попытку ответить, вновь брала паузу на обдумывание, но в конце-концов... — У меня ведь нет выбора... —Выбор есть всегда. — наставительным тоном, продолжил я. — Выбор между сдачей и сражением, выбор между жизнью и смертью, выбор между собой и другими. В нашей истории нет хорошего конца, Пирра. Есть лишь наименее плохой, но тот, который можно принять. В конце-концов, если не ты, не я, не мы все гореть не будем, то кто тогда рассеет тьму? Жертва это благородно, но так же жертве нужно повыгоднее продать себя, чтобы пользу получили другие. Все мы сгорим, Пирра, но наше дело не будет забыто. —Тогда у меня есть условия. Во-первых, ты ответишь на любые вопросы, какие бы я не задала, и ответишь правду. Во-вторых, не смей угрожать никому из моих друзей, даже косвенно. В третьих, после того, как я выполню свою цель, я уйду. И в четвёртых, я хочу продолжить этот разговор, когда... когда меня воскресят. Это мои условия. — выдержанно ответила Пирра. —Годится. Взамен я требую твоей полной лояльности, исполнения приказов и готовности, если то будет необходимо, устранять тех, на кого тебе укажут. Повторюсь, это не мирная прогулка, это война и она уже началась. Мы постараемся минимизировать общие потери, но не жди, что мир после твоего пробуждения будет прежним. Я желаю мира, Пирра, и он мне нужен весь. Только при таком раскладе, у нас есть шанс выстоять. Я могу рассчитывать на тебя? — протянув руку, я стал ожидать ответа. —Ты ужасный человек, Эндер. И ты ответишь за всё, что сделал. Но я сделаю это, не ради тебя или Фатуи, а ради своих друзей. Я хочу увидеть их вновь. — крепко сжала мою руку чемпионка. —Хм. — на это я мог лишь беззлобно ухмыльнуться. — Добро пожаловать в наши ряды. —Ощущаю себя убийцей. Ох... что бы сказала мама на мои действия. — всё ещё с недоверием произнесла Пирра открыто. —Это всё же лучше, чем быть трупом. Так хотя бы ты можешь мыслить и делать осознанный выбор. Это дорогого стоит. Думаю, что стоит закончить на этом наш короткий, но информативный и выгодный диалог. Оставляю тебя в... Интересной кампании. Думаю, что пребывание здесь, ты сочтёшь более увлекательным, чем пребывание внутри моего меча. — слабо улыбнулся я. —И всё же. Кто он? — спросила Пирра, окинув взглядом воина в странных доспехах и ещё более странным витиеватым мечом, воткнутым в дотлевающий костёр. —Понятие "кто" уже вряд ли применимо к данной личности. Что же до вашего вопроса—считайте, что он узник этого места. Бессчётное количество раз проигрывавший и терявший всё, что было ему дорого. Остатки, некогда бывшие личностью, наполненные презрением к себе и своей неспособности изменить будущее. Печальная картина. На этом я прощаюсь с тобой на неопределённое время. В следующий раз, надеюсь, что наш разговор будет происходить уже в более доверительной обстановке. — попрощался я и стал отходить к краю плато. —Твоя душа. — когда я уже хотел проснуться, меня окликнула Пирра. — Я не уверена, но... Если всё что ты говорил—правда, то всё окружающее нас подсознание—остатки наслоенных друг на друга миров. Одного и того же человека, раз они не конфликтуют между собой, а стараются объединиться во что-то цельное. Значит, те доспехи... — всё же догадалась Пирра и одёрнулась в ужасе, смотря в мои глаза и наблюдая за моей лёгкой выползшей на лицо улыбкой. —Всё же, я не ошибся в тебе, Пирра. Ты действительно будешь ценным союзником. Но, раз по твоей реакции ты догадалась о том, кто я есть на самом деле, вот тебе следующая задачка для размышлений. Что мною движет? — задав вопрос всё ещё опасавшейся своих догадок Пирре, я сделал шаг назад и отдавшись невесомости, нёсся на встречу неизвестному, пока моё сознание пробуждалось ото сна меняя внутренний мир, на мир настоящий.

Эндер Брэнвен. Мондштадт.

      Пробуждение выдалось ничем не лучше, чем сама потеря сознания. Вставленный в вену катетер с физраствором, равномерный писк пульсометра и при этом, дополнительный ввод в вену каких-то лекарственных препаратов без маркировки, созданный в лабораториях Дотторе. Не радовал меня и забинтованный левый глаз, что сейчас вообще не чувствовался. Левая рука была перебинтована, но даже так, по багровой полосе с лёгкостью угадывался рисунок, напоминавший змею обвившую руку, по которой и пришёлся весь удар. Боль была вполне терпима и можно даже сказать более близка к обыденной, но так же легко ощущалась тяжесть в костях и слабость мышц. Отсыпался я не более суток, так что вряд ли отёк. Последствия лекарственных препаратов? Возможно. Помимо меня в палате присутствовал Тарталья, что уже заметил моё пробуждение и с хитрой улыбкой чистил яблоко от кожуры, наблюдая за моими потугами. —Доброе утро, Эндер. Как спалось? — порезав на дольки фрукт, Аякс положил одну из них себе в рот. —Покой нам только снится. Где мы? — принимая сидячее положение, спросил я. —Зависли над Мондштадтом. Недавно завершилась разгрузка раненых и убитых. Повезло, что местный храм активно поспособствовал лечению и размещению. Не транспортируемых оставили на линкоре, те, кто легко отделался, уже вернулись в строй. И предугадывая твой следующий вопрос, всё идёт в пределах плана. Капитано перешёл в контрнаступление и мы смогли полностью отбить Бикон, идут бои за центральную площадь и одновременно уничтожаются передовые колонны гримм. В твоё отсутствие Арлекино приняла командование и вызвала из Атласа Проект 065: "Фоулем". Айронвуд был против, но Арлекино его как-то продавила и тот уступил. Всё же окаменевшую виверну надо как-то уничтожать. Иронично, Бикон и впрямь оправдывает своё название. Маяк. Только маяк для гримм, а не охотников. Пока ты приходил в себя, я составил список потерь и расходов, а так же скоординировал несколько атак и уже отправил приказы на их выполнение. Нужно оттеснить монстров от порта и ж/д путей. Синьора сообщила об успешном составлении договоров, о которых, цитирую, "мне знать не положено", но я так предполагаю, что они связаны с трибуналом и твоим освобождением? Сам догадался. Что же ещё... — задумался над следующей темой Аякс. —Что произошло в башне? И каково моё состояние? Что с глазом и рукой? — задал я с ходу несколько вопросов. —По нашим данным, Руби непреднамеренно использовала силу глаз, после смерти Пирры Никос. Шок, эмоции, непреднамеренно, но в итоге пострадали все. Виверна—окаменела, Синдер Фолл—предположительно тяжело ранена, а у тебя—открытый разрыв мышц и тканей, пострадал левый глаз, но один из клонов Дотторе его временно излечил. Спасти его невозможно и он будет ещё некоторое время работоспособен, но потом придётся удалить. С рукой дела лучше, но восстанавливаться будет долго. И это без учёта некоторых переломов в правой ноге. — предельно серьёзно произнёс Аякс. —Возможность импланта? — как за последний вариант уцепился я. —Не вариант. Тело не примет. Оно и так на пределе, а новые аугментации окончательно вызовут массовое отторжение. — тем же тоном продолжил Аякс. —Понятно. Можешь быть свободен. — отозвался я и, вытащив из вены иглу, начал одеваться. —Кстати, пока не забыл. Твои сёстры ещё не пришла в сознание. У блондинки—сильная кровопотеря, а у брюнетки—ментальное истощение. По предварительным анализам, обе придут в сознание в течении недели. Сейчас переведены в палату №6. Младшая наследница Шни там же, она физически в порядке и только недавно ушла из этой палаты. Дрейфует между тобой и подругами, а Блейк... исчезла. — упомянул Чайлд. —...Ясно. Кто её преследует? — взяв пару секунд на обдумывание и окончив обуваться, я закрепил перевязь на шее и оставшись в футболке и штанах, поинтересовался. —Алиса пустилась в погоню, остальная её команда сейчас в городе. Связи с ней нет, а последнее сообщение гласило, что та "идёт по следу". — задумавшись о чём-то своём, ответил он. —Что думаешь? — решил поинтересоваться мыслями товарища я. —Ничего не думаю. Надо ждать. Лишняя спешка порой хуже лютого врага. Сначала нужно разобраться с нынешними делами, а потом и о глобальных думать. Кстати, поздравляю с успешной ликвидацией цели. Операция может уже считаться удачной. Пусть Генерал и выжил, но общественный резонанс уже получен. Крыло пропаганды сейчас наверное во всю лютует. Заголовки газет и новостные сайты тому подтверждение. Репутация Фатуи в глазах людей поднялась, в то время как ВСА резко опустилась. Теперь, мы в глазах людей выглядим как "белые рыцари". Но нужно закрепить результат. Оправиться, доукомплековать подразделения и снова предугадать направление удара. Ещё одна провальная атака и можно будет получать от Совета Атласа картбланш на БК, а там уже и до Менаджери недалеко. Как думаешь, где будет следующий удар? — словно невзначай поинтересовался Аякс. —Хм...Трудно сказать. Если бы решал я, то ударил бы по самому слабому игроку. По Вакуо. — ответил я, обдумав некоторые моменты. —А если бы ты был Синдер? — подметил Чайлд. —Хм. По Мистралю. — так же легко ответил я. —Полезно знать мысли сторонницы. Пусть и бывшей. Предугадывание шагов противника—крайне полезная способность. — оценил он. —Если бы всё было так просто, то вместо солдат мы набирали бы в свои ряды: экстрасенсов, шаманов, ведьм, колдунов и прочий сброд. Я могу предугадать главный удар, но не вторичный. — иронично парировав, подмечая тот факт, что у всех трёх сторон будущего конфликта есть те, кого я только что перечислил. —Но ведь тебя на самом деле не это беспокоит. — взгляд Тартальи стал предельно напряжённым и цепким, сосредоточенным на мне. — Что случилось? —... — отведя взгляд в сторону панорамного окна, я обдумывал значимость своих следующих произнесённых слов и их стоимость. Стоило ли делиться этим с Аяксом? — Одати... сопротивляется моей воле. Я теряю над ним контроль и связь с внутренним миром. —Невозможно. — отчеканив, как само-собой очевиднейшую вещь, продолжил Аякс. — Пока жив предыдущий владелец, клинок не примет нового. Однако, если всё так, как ты и говоришь... потеря синергии с оружием—ведёт к разрушению внутреннего строения мира, в следствии чего, разрушается личность и душа... Хочешь сообщить об этом Пьеро? —Да. — немного подумав, я решил не отказываться от помощи более сведущих в этом вопросе личностей. — Сообщи, что после посещения Сандроне, я навещу его кабинет. —Хорошо. Но до тех пор, постарайся не использовать клинок... Как показал пример Крукабены, игнорирование фактора извращения души под влиянием оружия типа "осквернённый", приводит к смертельному исходу. — вспоминая относительно далёкое событие, Чайлд ударился в воспоминания о прошедшем. —Ты только что приравнял меня к ней? Всё равно, что сравнить ворона и письменный стол. Я не могу этого обещать, но постараюсь. Ладно, пойду пройдусь. Тебе сейчас всё равно нечего делать, займись составлением логистики и договорись с местными городами о содействии. Свяжись с Сандроне и передай, что я через пару дней буду присутствовать в Атласе и заодно появлюсь у неё. Пусть начинает плановую модернизацию вооружения немедленно, пока у нас есть передышка. Обновление техники: Атлас-Вейл-Мистраль-Вакуо. Обновление вооружения: Атлас-Мистраль-Вакуо-Вейл. Далее проследи за ликвидацией виверны и позаботься о защите портов и ж/д. Пока всё. Знаю, что и так сваливаю на тебя новую работу, но пока ситуация не стабилизируется, нам всем придётся брать на себя сверх положенного. — хлопнув того по плечу здоровой рукой, я вышел из помещения и направился в палату к сёстрам. —Знаю-знаю, кто если не я. Будь спокоен, я позабочусь об этом. Что ж, на том пожалуй покину твою кампанию, пока ты не вспомнил о новых обязанностях. Не прощаюсь на долго. — изобразив лёгкий поклон, Тарталья скрылся в ближайшем проходе.       К моему удивлению, в коридорах было далеко не тихо. Множество раненых разной степенью тяжести солдат из самых различных подразделений, где-то за приоткрытой дверью шёл карточный турнир, если судить по редким, но чувственным выкрикам и дружному смеху, а так же свидания местных с родственниками или семьями. Не обходилось и без печальных новостей. Вот сержант передаёт девушке свёрток с недописанными письмами и наградами, скорее всего погибшего возлюбленного; дальше лейтенант упал на колени перед семьёй погибшего друга и молил, чтобы простили, что не вернул их сына. Таких историй было много, многие вчера потеряли кого-то из родных и получали похоронки, либо через почту, либо вот так, напрямую. Наверное за мои подразделения тоже Чайлд расписывался и писал каждую похоронку от руки. Надо не забыть проставиться, удружил. Таких друзей, как Чайлд редко где найдёшь. Лучший друг, хоть по началу, я его жутко ненавидел, за неуёмную энергию и вечный излучаемый им позитив. Очень уж хотелось, чтобы тот случайно лимон съел. Но, годы идут, всё меняется. Так и я поменялся или думаю, что поменялся.       За размышлениями, я и не заметил, как уже несколько секунд застопорился напротив нужной двери. В руке больно кольнуло, как только я дотянулся до панели, но не провёл картой по ней. Что видела Руби? Если вспомнить, слова Аякса, то она испытала сильнейший шок от смерти Пирры, которую добила Синдер. Я так же присутствовал, но скорее всего она воспримет меня, как просто не успевшего добежать на помощь аловолосой. Все камеры уничтожены, поблизости кружились только грифоны.        Наконец, проведя рукой по панели, створки разъехались в стороны. Небольшая палата без излишних удобств и в сугубо холодно-белых тонах, напоминающих чистое серебро, смешанное с мрамором. Пара удобных коек, тумбочки, стол с диваном и три стула. Так же имелся вмонтированный в стену плазменный телевизор, который в силу настроения находившейся здесь Вайсс, был выключен. Сама же Снежинка, понуро переводила взгляд между своими подругами и, изредка вздыхая, отводила его на обзорную панель состояния подключённых организмов, собиравших данные. —Самобичевание—есть ничто иное, как проявление мазахизма по отношению к своему моральному и ментальному состоянию. А тебе подобным заниматься ещё рановато. Будь любезна не брать пример в этом плане со своей старшей сестры. В моей жизни уже достаточно нестабильных элементов из вашей семьи. — решив с ходу отвлечь Снежинку от бесполезных переживаний, я съехал на тему семейства, задев её гордость. —... — услышав мой голос и повернувшись ко мне, Вайсс уже в следующую секунду крепко сжимала меня своим телом в объятиях. —Вайсс. Вайсс-Вайсс-Вайсс, ау-ау-ау, больно-больно, признаю, был не прав, беру свои слова назад... по крайней мере про женскую часть. — не то чтобы мне было больно, максимум неприятно, но терять человечность не стоило даже в подобных моментах. —Извини! — мигом осознав то, что прижала мою покалеченную руку, Вайсс отступила на пару шагов назад. — Я...я...рада, что ты в порядке, Эндер. —Вайсс, Вайсс, Вайсс. Моя догорая, милая Снежинка. Неужели ты столь низкого мнения обо мне, что готова волноваться и сопереживать моим ранениям, всего лишь после суток выведения меня из строя? М? — наставительным тоном, я вновь почувствовал себя учителем фехтования, для маленькой наследницы семейства Шни. — Сомнения—первый шаг к слабости. Слабость, диктуемая нам из вне—является одним из камней, что тянут нас на дно. И чем оно больше—тем тяжелее справится и выплыть. В этом нет твоей вины. — обведя взглядом занятые койки и дождавшись, когда моя юная ученица вновь вернёт свой взор на меня, я продолжил. — Ты молодец. Сделала всё и даже больше, чтобы спасти как можно больше жизней. До последнего отбивала атаки гримм и БК, а также способствовала помощи раненым после прибытия подкреплений. Я горжусь тобой, Вайсс. Ты действовала как настоящая охотница и многие беженцы обязаны своим спасением тебе. Это дорогого стоит. Не нужно тяготить себя потерями и клеймить за то, что не смогла сделать больше и спасти всех. Это чушь. Всех спасти невозможно. Не из-за прихоти или стандартов, просто такова жизнь. Руби и Янг поправятся. Блейк... неважно. Вчерашний бой расставил всё по своим местам. Каждый вынес из него урок. —Но вынесла ли его я? — понуро опустила голову Вайсс и отступив к окну, дотронулась до него рукой. — Что дальше? Даже если Янг и Руби поправятся, а Блейк вернётся, то ничего уже не будет прежним. Бикон разрушен, многие ученики убиты. Даже Пирра... —... — промолчав, я медленно добрался до дивана и сев на него, похлопал рядом, предлагая девушке сесть рядом, что та и сделала. — Жертвенность. Черта присущая многим из нас. И в судьбе Пирры, она сыграла против неё самой. Ты права, ничего уже не будет прежним. Мир меняется и в нём происходят ключевые события, которые навсегда преобразуют его. Вопрос лишь в том, что выйдет по итогу? —Не думаю, что ты пришёл сюда, только из-за внепланового урока философии. Отец послал тебя вернуть меня в Атлас? — сжав в кулачках подол юбки, осторожно спросила Вайсс. —Хм. А если и так? Что это меняет? Попытаешься выпрыгнуть с линкора и сбежать? Попытаешься подкупить? Или применишь угрозы? Думай, Снежинка, думай. Почему я пришёл к тебе лично и обсуждаю именно это и именно сейчас? Что мной движет? — откинувшись на спинку, я стал наблюдать за активной мозговой деятельностью младшей Шни. —Хочешь предложить альтернативу. Какую? — всё же, спустя пару минут тишины, ответила Вайсс. —Умница. Вижу критическое мышление все ещё при тебе. Для начала скажи мне, чего ты хочешь больше всего на свете? Пусть это будет сугубо твоё эгоистичное желание, а не банальный "мир во всём мире". Ты выше этого. —моя игра со Снежинкой продолжилась. —Свободы. — почти незамедлительно ответила Вайсс. —Свободы без крови, жертв и насилия не бывает. Всё приходится выгрызать, отбирать или отвоёвывать, в зависимости от того, что подразумевается под целью действия и до каких абсурдных масштабов оно может доходить. — так же незамедлительно, лениво ответил я. —Не всё в жизни измеряется понятиями и смыслами, Эндер. Каковы твои условия альтернативы? — уже более осторожно подобралась к сути Вайсс. —Прочти для начала это. — передал я в руки Снежинки несколько задокументированных на бумаге договорённостей.       Сами эти договорённости представляли огромную выгоду для всех из подписываемых его сторон: Совет инвесторов, в который входило двадцать четыре аристократа с самыми большими финансовыми связями, опутавшими весь Ремнант; Фатуи в лице меня, как лидера и верховного главнокомандующего группировки и сил доступных и привлечённых для боевых действий вне резолюций и юрисдикций Атласа; Семья Шни, которую представлял Жак Шни, являвшийся связующим звеном между Фатуи и Советом инвесторов, получая прибыль от обоих сторон и являясь этаким гарантом подтверждения сделок, которые несёт этот самый ряд договором. Если бы эта информация попала не в те руки и была бы предоставлена тому же Айронвуду, то меня бы ждала незавидная участь. Если коротко, то Аристократы в Совете Атласа, решили полностью подмять под себя власть и воспользоваться их бывшими "вассалами" в лице Фатуи. Всё было до безобразия просто. Аристократы предоставляют Фатуи огромные средства и поддержку в Совете Атласа, а так же ещё ряд дополнений, связанных с обеспечением материалами и обеспечением нас заказами для увеличения нашего влияния, а в замен, мы должны были бы сделать всю грязную работу, венцом которой было бы устранение Айронвуда и захват королевства Атлас, а позже его передача "законной власти". В чём же выгода для Жака? В основном договоре— ни в чём. Он действительно играет роль посредника в наших делах, хоть и является одним председателем Совета инвесторов. Однако, стоит копнуть поглубже, а именно вскрыть тайное приложение к документу, подписанное сугубо между мной и Жаком и всё становится предельно просто и ясно. Приложение к документу, предписывает изменение в договоре, на правах председателя, изменённое единолично и продиктованное в другой вариации. Проще говоря, после падения режима Айронвуда, Фатуи должны будут обратить штыки уже против большинства не лояльных Жаку членов Совета инвесторов. Их незамедлительный арест, фабрикация и фальсификация улик, указывающих на то, что те "не лояльные" оказывается так же были замешаны во всех злодеяниях, а позже и суровый приговор по меркам военного времени, должны были навсегда заткнуть рты оппозиции Шни, обелить Жака перед общественностью и передать власть уже напрямую ему и тем не многим, кому посчастливится выжить. Что же получал я? Не считая вновь нацепленного на шею ошейника, Фатуи становились основной армией Атласа, оставаясь лояльными лично мне. Дабы исключить возможность восстания, Жак согласился на брак между мной и Винтер, а так же, как "знак доброй воли", он передаст мне Вайсс, для её подготовки на высокую должность среди командного состава Фатуи. Естественно, активную роль в судьбе своих дочерей сыграла и Виллоу, добивавшаяся лучшего для своих дочерей. С ней пришлось договариваться отдельно и это было намного тяжелее, чем одновременная перепалка с Советом инвесторов, Советом Атласа и консерваторами в ВСА. Именно после ряда встреч с Виллоу и кропотливых переговоров, их срывов и обговаривания мельчайших деталей, я проникся её личностью и уважением к ней. —Он меня продал... — словно впав в апатию, произнесла Вайсс, прочитав подробную выдержку из документа, а не основную его часть. —Не совсем. Это я настоял, чтобы после окончания обучения в Биконе, и при твоём непосредственном желании, тебя направили бы на прохождение дополнительного обучения. Тактические и стратегические навыки никогда не будут лишними, так же индивидуальные тренировки с личным оружием, дополнительные курсы обучения обращения с техникой и оружием и т.д. — как не в чём не бывало, уточнил я. —Значит, я пойду по стопам Винтер? — недоверчиво решила уточнить Вайсс. —Не совсем. Я же сказал, что только при желании. Если его у тебя нет—ты полностью свободна. Однако, я и сам осознаю, что обучение подобному сейчас тебя не интересует. Конечно, пока ты не поступишь на службу в Фатуи, ты ещё будешь принадлежать Жаку, но он уже не будет иметь на тебя каких-либо сильных рычагов давления. И да, прочти следующий пункт. — произнёс я и тут же свернул с темы на более разряжающую обстановку. —... — сначала, как и следовало реакция отсутствовала, но стоило её глазам дойти до середины пункта, а после и до конца, она мгновенно перевела на меня взгляд и тут же радостно издала писк. — Эндер, поздравляю! А когда свадьба? А Винтер в курсе? А как мама отреагировала? Вы уже заказали торт? Уф-фу-фу! Давай, рассказывай! —Видишь, я сдержал обещание. Ты первая, за исключением твоих родителей, кто узнаёт о помолвке. Я планировал сделать предложение через три года, но... — начал отвечать на вопросы Вайсс. —Поздно! Это слишком поздно! Кто вообще будет ждать признания три года?! — недоумевала Вайсс, вперив в меня взгляд. —Ну знаешь ли... Как я и говорил, что лишь планировал. На деле я хочу это сделать через год и заранее предупредить тебя о том, чтобы ты подготовила себе платье. Как-никак, а роль подружки невесты придётся нести тебе. Винтер в курсе самого события и отнеслась к этому довольно... нормально? Мы уже давно состоим в отношениях, хоть и не показываем этого на публике. Виллоу так же отнеслась к этому с положительной стороны. Что же на счёт торта, то предложения всё ещё в силе и мы ждём предложений. — договорил я —Да! Да! И ещё раз да! Я согласна! — вскрикнула Вайсс. —Так говоришь, будто я тебе предложение делаю. Не боишься, что Винтер ревновать начнёт? — решил я поддеть маленькую принцессу. —Ничего удивительного в этом нет. Я не против. Думаю Винтер поймёт. — с хитрецой ответила мне Снежинка. — Смотри сам, ты сильный, умный, красивый, особенно когда оголяешь торс и когда надо можешь быть очень напористым. Ничего удивительного в том, что ты понравился Винтер. От всех высокомерных плебеев её тошнит, а от навязывавшихся в "друзья" и переходивших черту, она максимально доходчиво избавлялась. Я рада за Винтер. Она заслуживает счастья. —Так-так-так. Значит кто-то подглядывал за мной. Давно моя маленькая Снежинка превратилась в Клубничку? Что ж, значит придётся сделать предложение и тебе. Думаю для Винтер и Виллоу это будет полным шоком. — коварно ухмыльнулся я. —Я открыта для ваших предложений, мистер Брэнвен! Но для начала мне срочно нужно позвонить Винтер! Где же он может быть... В последний раз я временно его отдавала Руби...Гррр... Руби! Почему, когда ты нужна—ты постоянно спишь?! — не унималась Вайсс, заряженная последней новостью. —На, обрадуй свою Винтер звонком. А то я устал уже ей отвечать на сообщения о твоём состоянии. — передал я в руки Вайсс свой гражданский свиток и решил пропустить момент коммуникации сестёр, на выходе услышав лишь намеренно провокационные обрывки фраз Вайсс о том, что свадебных платьев может быть больше чем одно, направленных в мою спину. —Вот ведь зараза...А мне потом ещё перед Винтер оправдываться и доказывать, что Вайсс шутила. А в прочем... Ну ничего, Вайсс. Моя месть будет страшна. — пообещал себя я, ставя напоминание в свой наручный тактический свиток.