Детективное агентство "Анна и её духи". Четвертое дело.

— Бог ты мой, — протянул Штольман, не веря своим глазам. — Вот это неожиданность! — Кто там, Яша? — спросила Аня, не замечая, что впервые назвала Якова домашним именем при родителях. Мария Тимофеевна проглотила очередной удивленный возглас — история происхождения её пусть неофициального, но всё же зятя до сих пор не могла уложиться в её голове. Такие люди в родных, хоть и не признают его! А тут ещё Яша! Какой из Штольмана Яша? Штольман — это Штольман! — Это Вася Лазарев, — вдруг почти радостно ответил Яков. — Мы с ним когда-то приятельствовали, а после по объективным причинам наши пути разошлись! Я и не знал, что он тут! Вы извините меня, — он улыбнулся Мироновым, — я на минутку! Штольман легко поднялся и вышел из столовой. Он чувствовал себя странно: только что они говорили о его прошлом, и вот оно оказалось у них на пороге. Мария Тимофеевна, воспользовавшись отсутствием Якова, немедленно наклонилась к дочери и спросила отчего-то шёпотом: — Аня, неужели у Штольмана в родне Хилковы? И что же, в самом деле с ними никакой связи нет? Виктор Иванович укоризненно посмотрел на жену. Ну что она так в лоб в самом деле? Аня, однако, внимания на материнские слова не обратила. Её мало волновало происхождение или положение Штольмана, как впрочем и его связи с его несостоявшимися родственниками. — Да, мама, правда! — думая о том, что к ним в дом пришел знакомый Якова, ответила Аня. — Вы извините меня, пожалуйста! Я сейчас вернусь! Она тоже выскользнула за дверь и спустилась вниз, чтобы обнаружить в холле высокого красивого брюнета с тонкими усиками, радостно пожимающего руку её Штольману. Яков увидел Анну и улыбнулся. — Аня, знакомься, это Василий Степанович Лазарев, мой старинный приятель! А это моя жена, Анна Викторовна! Аня приняла приветствие, проникаясь тёплыми чувствами к человеку, из-за которого Штольман пришел в такое радостное расположение духа. — А что Степан Андреевич и Стефанида Давидовна? — спросил Яков. — В добром ли здравии? — Да, — кивнул мужчина. — Отец по своим дипломатическим делам вот уже полгода тут, а я нынче ему помогаю. Мама, разумеется, с нами. Всё идет неплохо. — Ты присоединишься к нам за завтраком? — спросил Штольман. Он был рад видеть приятеля. Почти восемь лет они не встречались. Сначала его отъезд в Затонск и тюрьма, а после дипломатические поездки Лазарева не давали им такой возможности. — Нет, если честно, Яков, то я по делу! — вдруг посерьезнел Василий. — Я встретил Голованова, он заезжал к нам на днях, перед тем, как уехать в Рим. Он сказал, что ты нынче обретаешься в Париже и занимаешься сыскной деятельностью. — Так и есть, у нас с Анной Викторовной агентство, — кивнул Яков, внимательно слушая приятеля. — У вас? — поднял брови Лазарев, внимательно посмотрев на Анну. — Да, — улыбнулся Штольман, — мы вместе ведем дела. Проходи в гостиную, мы сейчас к тебе вернемся. У нас гостят Анины родители, нужно их предупредить. — Понимаю! — улыбнулся Василий, подмечая, что Яков светлеет, когда говорит о жене или смотрит на неё. Вот и сейчас лицо его стало почти что нежным, когда он повернулся к ней. — Я попрошу Мари сделать нам всем чаю, — Анна усадила гостя в кресло и улыбнулась ему. — Мы вернемся, и вы нам всё расскажете. Василий кивнул и расслабился, почувствовав, что ему тут по-настоящему рады. Штольман и Анна вернулись к Мироновым и объяснили ситуацию, вызвав очередной приступ раздражения Марии Тимофеевны. Ну вот что за надобность представлять Аню титулярному советнику не просто как свою жену, а еще и помощницу в расследованиях? Что он о ней подумает? Яков предложил пока Виктору Ивановичу и его жене пройтись по окрестностям, полюбоваться на пруд неподалеку, зайти в булочную к мадам Бувэ. Мороза сильного не было, и прогулка доставит им удовольствие, пока Яков и Аня занимаются делами. Так и поступили: Мироновы отправились изучать близлежащие улочки, а Штольман и Анна — знакомиться с проблемой Лазарева.