Карнавал тлена

* * *

Мирана

       — Тут так темно... — как можно тише сказала я, прикрывая за собой дверь, ведущую в закуток. — Я ничего не вижу...        Не успела я договорить, как Чишия открыл другую дверь с электронным замком, и мы выбрались наружу.        Больше не было звуков, доносившихся прежде из залов. Только тишина. Напряженная тишина в ожидании начала игры, которая через пару секунд разрушилась от громкого выстрела со второго этажа. Звук не был похож на выстрел пистолета, это было что-то более крупное, с большей мощью.        Нужно скорее добраться до зала, скорее спрятаться. Обгоняя парня, я хотела поскорее вернуться в тёмный зал, чтобы, забравшись в самый дальний уголок, замереть в ожидании конца.        — Ты тоже услышал, что вод несколько, или мне это показалось? — обернувшись назад, я решила уточнить то, что смутило меня в самом начале. — Просто если их несколько, то ориентироваться по выстрелам не получи...        Прежде чем я успела договорить, Чишия резко развернулся и скрылся за входом в мужской туалет, я же замерла на месте.        Грохот чьих-то шагов был слишком силён, но не настолько, чтобы перебить мой голос.       «Идиотка! Чего ты стоишь, беги за ним», — следуя голосу разума, я сорвалась с места.        Чишия притаился прямо за дверью, которую я попыталась закрыть за собой как можно тише. Это было самым киношным и плохим местом для того, чтобы прятаться от преследователей, но выбора не было.        У меня было меньше минуты, прежде чем во́да зайдёт сюда, чтобы проверить туалет и все кабинки. Нужно было придумать что-нибудь получше, чем просто запереть дверь и стоять на унитазе в надежде, что он будет настолько глуп, что не заглянет сюда.       «Отлично! Из-за твоей медлительности нас убьют, тупица...» — обоснованно злился мой защитник, а вместе с ним злилась и я.        Я быстро нашла выход своему гневу: наткнувшись взглядом на Чишию, спокойно стоящему у входа, я приблизилась к нему, сжимая ладонь в кулак.        — Мог хотя бы предупредить, — прошипела я, тыкая в него указательным пальцем.        Его совершенно не волновали мои истерики, он лишь ухмыльнулся, проговорив то, что я и так уже давно знала:        — В этом мире каждый сам за себя. Я не обязан и не хочу тебе помогать.        — Плевать, — отмахнулась я от его правды. — Нас всё равно сейчас убьют так, что обойдусь и без твоей по...        — Замолчи! — внезапно и зло процедил Чишия сквозь зубы. — Если так не терпится сдохнуть, может окажешь услугу: отвлечёшь своими криками воду, пока я буду уходить.        — Ещё пару минут назад я бы подумала над твоим предложением, но сейчас... — теперь я уже сама прервала нашу перевалку, а причиной тому был хлопок закрывающейся двери. — Ты слышал это? Это дверь...другая дверь...        — Да, вода зашёл в женский туалет, наверное за тобой, — уже спокойно сказал он. Он легко смог совладать со своими эмоциями и быстро вернуть трезвость ума.        — Я побегу... — приближаясь к выходу, неумеренно проговорила я. — Я побегу, пока есть возможность. Это опасно, ты можешь остаться здесь, но я побегу...        — Ох, давай уже, — подталкивая меня к двери, Чишия сам ухватился за ручку, открывая её.        В коридоре было пусто.        Я побежала первой, стараясь как можно быстрее добраться до пятого зала, который был совсем рядом. В зале не было света, как я и планировала, только, как обычно были подсвечены ступеньки при входе и тускло отсвечивал большой экран. Всё лучше, чем ярко освещённое помещение. Чишия прикрыл за собой дверь, поднимаясь вслед за мной.        И снова выстрел, но уже глухой и почти неслышный.        Я ускорилась, поднимаясь по ступенькам вдоль рядов: мне нужно было выбрать позицию получше, чтобы со входа меня не было видно.        Дверь хлопнула с такой силой, что я подпрыгнула на месте.       «Сегодня не наш день...»        Чишия отреагировал куда быстрее меня, и тут же пригнулся, скрываясь за перегородкой между входом и проходом к рядам. Но больше меня удивило то, как он схватил меня за руку и потянул вниз.        — Молчи... — одними губами проговорил Чишия, а после отвернулся в сторону входа.        Вода медленно поднимался по ступенькам, его шаги были такими же громкими и грузными, как и пару минут назад.        — Ползи к рядам, — махнув рукой в сторону кресел, шёпотом сказал парень рядом с моим ухом.        Я послушалась, у меня не было выбора. Забравшись между первыми креслами, я опустилась как можно ниже, лицом касаясь поверхности пола.        — Дальше... — толкая меня в ногу, сзади отозвался Чишия.        Приподнявшись на локти, я проползла немного вперёд, собирая своей светлой кофтой всю пыль.        — Замри...        Мне не было видно входа: я лежала к нему спиной, но была уверена, что вода наконец-то поднялся.       «Если он поднимется вверх, нам конец: ты можешь бежать, но далеко ли ты сможешь убежать от пули?» — истерически посмеиваясь, спросил защитник.        — Как ты думаешь, тут кто-то есть? — слишком громкий мужской голос неожиданно прорезал тишину зала.        Ответом был выстрел.        Как можно радоваться чужой смерти? Но, услышав, как удаляются шаги воды, я была рада. И чем дальше он уходил, тем радостнее мне становилось, а когда за ним захлопнулась дверь, я не смогла сдержать улыбки.       «Спасибо тебе, кем бы ты ни был...» — я не могла не поблагодарить этого несчастного человека, пусть и в мыслях.        — Луна-сан, ты здесь? — забытый уже мною голос Изуми раздался сверху.        — Зачем ты только потащила её с собой, — Чишия озвучил то, что с самого начала крутилось в моей голове.        — В своё оправдание скажу, что уже сожалею о содеянном, — шёпотом ответила я ему, пусть он и не спрашивал.        — Луна-сан?        — Ответь уже что-нибудь... — недовольно бросил парень.        — Да, я здесь, — чуть приподнявшись, я выглянула из-за кресел.        Изуми вела себя слишком глупо для того, кто играл уже не в первый раз: она не только не ориентировалась в обстановке, но и умудрилась подняться во весь рост, ища меня в полумраке зала.        — Сядь обратно и не высовывайся, у нас осталось...

«Уважаемые игроки, у вас осталось сорок минут. В настоящее время было найдено три игрока».

       Я выбралась из своего лежачего положения и уселась между рядами, облокотившись на сидушку кресла.        — Как думаешь, он вернётся? — повернувшись к Чишии, который также присел рядом, спросила я.        — Надеюсь, что нет... — легонько отряхнув шорты от пыли, ответил он.        У меня впервые появилась возможность рассмотреть его получше, хоть это и было трудно сделать из-за окрашенных прядей, заслоняющих лицо и отсутствия нормального освещения.        Довольно симпатичный молодой человек. Из примечательного в нём была только маленькая тёмная родинка под глазом. Скорее всего, он был немного младше меня, но у меня всегда были трудности с определением возраста у японцев: мой муж был на десять лет старше меня, при этом мы выглядели как ровесники.        — Почему ты пошла сюда? — неожиданный вопрос отвлёк меня от рассматривания его лица.        — Не знаю... — быстро ответила я, но потом продолжила: — Как по мне, это самое безопасное место: большое, с широкими проходами. Если прятаться в магазине... Нет, это тоже неплохой вариант, но если прятаться среди вешалок и стеллажей, можно что-то задеть, всё упадёт, а тебя найдут. Можно спрятаться в каком-нибудь подсобном помещении, но тогда не будет путей отхода: они обычно слишком узкие и маленькие. А здесь... Даже, если он зайдёт и будет ходить по рядам, можно будет убежать, если вовремя спрятаться за креслами. Судя по звукам выстрелов, они, скорее всего, используют что-то вроде дробовиков. Они хороши в плане поражения цели, но дольше нужно перезаряжать, поэтому шансы добраться до выхода удваиваются. Всё мог бы испортить свет, но.... — указывая пальцем на парня, прервалась я, — благодаря тебе мы его выключили, поэтому дело за фортуной.        «И надеждой на то, что кто-то ошибётся и отвлечёт вод от этого этажа...» — эти умозаключения я не стала озвучивать.        — Теперь понятно, почему тебе так долго удаётся выживать, — с непонятной для меня интонаций подытожил Чишия.        — Приму это за комплимент, — хотя это и не было комплиментом, скорее, констатацией моей расчётливости.        Я замялась на пару секунд, рассматривая испачканные пылью колени. Я должна была это сказать, но не знала, как начать.        — Я хотела сказать спасибо, — тихо проговорила я, — хотя ты не обязан и не хотел мне помогать, но помог... — с улыбкой закончила я, вспоминая его слова. — За сегодня и за это, — указывая пальцем на пластырь на шее, продолжила я, — спасибо.        — Не обольщайся, игра пока что не закончилась: у меня ещё будет возможность использовать тебя в качестве щита, — отшутился Чишия, но то, как он усмехнулся в конце, заставило меня поверить в серьёзность его слов.        — А ты страшный человек, Чишия.

«Уважаемые игроки, у вас осталось тридцать минут. В настоящее время было найдено четыре игрока».

       — Сколько игроков всего было? — неловко поинтересовалась я у него.        — Серьёзно? Ты выложила мне такой подробный план, но не посчитала количество игроков? — он нахмурился.        — Я спросила только о том, сколько всего игроков, но не просила тыкать меня в мою невнимательность...        — Одиннадцать, пятеро, включая тебя и меня, с Пляжа.        — Благодарю... — я пыталась сдержаться, но не смогла: — Неужели так сложно сразу ответить... Знаешь, бесит, когда кто-то слишком много умничает.        — Бесит, когда кто-то совершенно незнакомый разговаривает так неуважительно, — передразнил Чишия.        — Неуважительно? Кое-кто уже говорил мне про уважение, и я отвечу тебе так же, — я чуть подалась вперёд. — Какой смысл во всех этих «уважениях», когда мы в таком месте, тем более я, скорее всего, ста...        Я не спела договорить: мне в прямом смысле заткнули рот. Я опять ничего не слышала, увлёкшись своими размышлениями.        — Дверь... — шепнул Чишия.        Нахмурившись, я отодвинула его пыльную холодную ладонь.        Шаги были уже не такими грузными, они стали легче и быстрее. Я тут же сползла вниз, снова утыкаясь лицом в пол. Нужно было ползти к другому концу ряда, спустится на ряд ниже к тому времени, как вошедший проверит его.        Всё испортила Изуми. Она была слишком шумной. Звук отскакивающего сиденья ожидаемо привлёк воду, и его шаги ускорились. Пришлось торопиться, ползти к ступенькам изо всех сил. Я слышала, как так же быстро позади меня движется Чишия.        Звук перезаряжающейся охотничьей двустволки я знала с детства: мой отец был страстным любителем охоты. У нас было несколько секунд, чтобы убежать.       «Посмотри на него, слышишь? Ты должна оценить ситуацию, — абсолютно спокойно велел мне мой защитник. — Сейчас он будет стрелять, скорее всего, в верхние ряды, в девчонку. У нас будет десять секунд, прежде чем он зарядит дробь. Оцени проиcходящее: если не получится убежать, придётся срази...»       «Нет! — неожиданно твёрдо возразила я ему. — Я не буду ни с кем драться. У нас получится убежать».        Выстрел прогремел сразу из двух стволов. Сверху полетели деревянные щепки кресел, раздался испуганный крик девушки.        «Промахнулся...» — без особой радости подумала я.        Приподнявшись на корточки, я начала спускаться вниз по ступенькам. Нужно было рискнуть, времени на раздумья не было. В другом конце зала, прямо на пути к выходу виднелось непонятное тёмное пятно. Я пыталась приглядеться, но всё, что смогла разобрать — свободный тёмный плащ до пола с капюшоном и длинную старую двустволку.        Вода полез в карман плаща, и я увидела в его руке, облачённой в чёрную перчатку, дробь. Ствол ружья характерно треснул, и вода начал перезаряд.        — Луна-сан, что делать? — закричала на весь зал Изуми.        «Я её сам убью, если вода не сможет...» — яростно прошипел защитник в моей голове.        Она не только выдала своё местоположение, но ещё поднялась и быстро побежала по нашей стороне зала, решив утащить в могилу и нас.        — Идиотка... — хмуро отозвался Чишия где-то за моей спиной.        «Согласен с парнем, но хотел бы уточнить: не идиотка, а идиотки!»        Рассчитанные мною десять секунд закончились быстро, я поняла это, когда вода снова выстрелил, но опять промахнулся, оставляя дыру в обшивке стены, прямо над головой Изуми.        «Здесь слишком темно, он не может нормально прицелится на дальнем расстоянии...» — наконец-то отозвалось моё благоразумие, как всегда вовремя.        — Нам не убежать, он стоит рядом со входом, если приблизимся, то он точно попадёт, — Чишия озвучил то, о чём я уже догадывалась.        — Убежим, если отвлечем его от выхода...        — Хочешь побыть мишенью? — в его голосе слышалось удивление.        Я ничего не ответила. Зачем? Ответ был понятен и не нуждался в озвучивании. Изуми была слишком слаба и глупа, чтобы не только отвлечь воду на себя, но и остаться в живых. Попросить её об этом — послать на верную смерть. Чишия бы никогда этого не сделал, я поняла это по тому, как выжидающе он рассматривал моё лицо. Он не выглядел, как человек, готовый совершить такой поступок.        «Каждый сам по себе, помнишь? — подтвердил мои размышления защитник. — Вода невысокий, чуть больше нас... Мы сможем, дорогуша, у нас нет выбора: погибнут либо все, либо ты одна...»        Полицейский — это не работа, это призвание, которое ты выбираешь душой. Честность и порядочность, сознательность, стрессоустойчивость и развитое чувство самоконтроля, готовность жертвовать личными интересами — это то, что указывают в твоей служебной характеристике.        — Луна-сан, ты здесь... — дрожащий голос Изуми быстро вернул меня к реальности.        — Так, у нас есть десять секунд, — быстро начала я, стараясь не вдумываться и не анализировать то, что собиралась сказать. — Вы двое, сидите здесь, я поднимусь, привлеку внимание воды, затем побегу вверх. Он, скорее всего, выстрелит, но промахнётся, слишком большое расстояние, потом будет перезаряд в десять секунд, за который вам нужно спустится вниз. Я надеюсь, что он поднимется выше, чтобы получше прицелиться. Когда будет второй выстрел, бегите к выходу.        — Луна-сан...        — Отдельно для тебя, Изуми, — сдерживая гнев, прошипела я сквозь зубы, — замолкни, пожалуйста.        — Уверена? — всё, что спросил у меня Чишия после моей пламенной речи.        — Выбора нет.        Я подорвалась вверх так резко, что даже не заметила, как из заднего кармана выпал телефон. Специально шумно топая по ступенькам, я побежала в конец зала, на самый верх.        — Я здесь, Изуми, — нарочито громко сказала я, подключая всё своё актёрское мастерство: нельзя было позволить воде понять, что в зале нас куда больше, чем две плаксивые девчонки. — Где ты, Изуми?!        Теперь, поднявшись во весь рост, я хорошо видела воду в тусклом свете экрана. Это действительно был невысокий человек, его комплекцию было трудно определить точно из-за свободного плаща. Он сразу отреагировал на мою глупость, начав подниматься вверх.        — Нет, не стреляйте, пожалуйста, — плаксиво попросила я, когда вода поднял оружие, чтобы прицелиться.       «Пригнись!» — завопил защитник, и я тут же опустилась на корточки.        Над головой раздался оглушительный выстрел дроби, и тут же цементная пыль от задней стены посыпалась на мою макушку, забралась в нос, отчего стало трудно дышать. Я закашляла, что помогло не только вернуть дыхание, но и удержать внимание воды.        Уцепившись рукой за спинку кресла, я приподнялась, ища его глазами. Мой план сработал, и он действительно всё дальше отходил от выхода.        «Вставай, нам нужен ещё один выстрел... пять.. четыре», — Я тут же подскочила и побежала в сторону воды, рассчитывая на то, что тот выстрелит ещё раз.        «Три... два... ложись!»        Дробь разорвалась слишком близко, и её часть, скользнув по предплечью, повредила кожу. Но я была слишком напугана, чтобы обратить на это внимание.       «Десять, девять, восемь...» — в голове снова начался отсчёт.        Я не поднималась, прислушиваясь ко всему в надежде, что мой риск не был напрасным, и эти двое уже приблизились к выходу.

«Уважаемые игроки, у вас осталось двадцать минут. В настоящее время было найдено пять игроков. Из игры вышел один вода».

      «Вышел? — задумчиво проговорил защитник. — Ты слышала это? Значит воды тоже участники игры, значит мы можем...»        «Мы можем только убежать!»        На пятой секунде я услышала топот шагов у выхода, а на четвёртой хлопок двери. Они выбрались. Теперь это была только моя игра.        Объявление робо-суки отвлекло не только меня, но и воду, который замер на месте, оглядываясь назад. Я воспользовалась его невнимательностью, и тут же поднялась вновь, не решаясь делать что-либо дальше.       «У нас нет выбора, милая... Мы должны это сделать» — слишком ласково и спокойно уговаривал меня голос.        «Если выбить у него ружьё, то можно убежать...» — я робко сопротивлялась своим тёмным мыслям.        Эта затея нравилась мне куда больше, поэтому я тут же сорвалась с места, к воде. Нужно было какое-то чудо, чтобы я вспомнила все приёмы из рукопашного боя, которые практиковала только на сборах. Надеяться на мышечную память было бесполезно.        Мышиная возня — так я назвала бы это подобие драки. Вода не успевал перезарядить ружьё, и я тут же ухватилась за горячий металлический ствол, пытаясь его вырвать. Ладонь неприятно жгло, но я не отпускала его, из-за всех сил дёргая в разные стороны.        — Отпусти, сука! — это была женщина. Отчаянный женский крик раздался из-под чёрной маски.        Я не слушала её, продолжая свои попытки, но она была сильнее.        «Ударь её! Ударь в колено, сейчас же!»        Я с силой пнула её по ноге, заваливаясь на стенку от того, что потеряла равновесие.        Она тут же закричала и отпустила ружьё, хватаясь за ногу. Меня отбросило назад, но я сумела удержать ствол.        «Стреляй!»        — Нет! — вслух прокричала я, с силой метнув ружьё как можно дальше, куда-то между рядов.        — Я всё равно убью тебя, — сквозь слёзы сказала вода. — Я должна тебя убить, понимаешь... Всех вас.        У неё была истерика — знакомое мне чувство. В таком состоянии люди были ужасны, опасны и непредсказуемы. Они становились способны на то, что всегда казалось им невозможным.        Из-под плаща она вытащила нож. Обычный армейский нож, какие у нас часто использовались для тренировок. Мне нужно было бежать: я не хотела с ней драться, но она не отступала, преградив дорогу к выходу.        — Ты не должна этого делать... — спокойно, без громких звуков, так, как учили на теории переговоров, начала я. — Позволь мне уйти... Я не трону тебя.        — Нет! — прокричала она. — Я должна! Другого выхода нет.        — Я не хочу, я не стану тебя убивать... — едва слышно говорила я.        «Другого выхода нет...» — повторил за ней голос в моей голове.        Я плакала очень редко. Чем старше я становилась, тем труднее мне было это сделать. Вот и сейчас, по всем законам жанра на моём лице должны были быть слёзы, но их не было. Я без каких-либо эмоций смотрела в глаза этой женщины, тонувшей в своём отчаянии: мой режим истерии был активирован ещё в первый день в Пограничье. Я давно пережила гнев и отрицание, давно опеределила стратегию игр, выстроила границы, за которые не перейду даже ради спасения собственной жизни. Или...       «Перейдёшь, милая...»        Она бросилась на меня с намерением засадить пятнадцатисантиметровый клинок мне в бок, но я успела перехватить её руку. Выкрутила кисть в надежде, что она выронит нож, но она этого не сделала. Вместо этого она неожиданно выбросила ногу вперёд, ударив меня подошвой тяжёлого ботинка в грудь, отчего я пошатнулась, но не отпустила её руки.        «Отбери у неё нож, ты же можешь, Мира». — я могла, но не хотела даже прикасаться к оружию.        Я позволяла ей наносить мне удары по корпусу, иногда уворачиваясь. Чтобы закончить всё, нужно было перейти в режим нападения, чего я сделать не могла. Поэтому приходилось продолжать терпеть боль во всём теле, только защищаясь.        «И сколько ещё ты выдержишь? — поинтересовался мой защитник после очередного удара. — Если продолжишь дурить, у тебя совсем не останется сил...»        — Сдохни уже, — прошипела вода, пытаясь ударить меня локтем в челюсть. — Сдохни или дерись!        Я ничего ей не ответила: у меня оставалось не так много сил, чтобы тратить их на пустые разговоры. Защитник был прав. Он всегда был прав. Силы заканчивались, на корпусе не осталось ни одного места, куда бы она ещё не ударила. После ещё одного особенно удачного попадания я могла просто вырубиться, и тогда она бы точно убила меня.       «Ты же хочешь выжить, а, Мирана? — с издёвкой сказал защитник моим же голосом. — Ты можешь обманывать окружающих, можешь врать себе, но я-то знаю правду: ты не боишься умереть... ты хочешь выжить, дорогая, чтобы вернуться домой, чтобы прибить этого подонка, чтобы просто сменить фамилию... Ты же хочешь...»        Снова удар, но уже куда сильнее, и я рухнула на спину, отпуская её руку. В глазах потемнело, «нокаут» — как говорят в профессиональном спорте, но я могла позволить этому вырубить меня. Я старалась делать вдохи, цепляясь за боль в теле, за свой страх, но сил совсем не осталось.        Пытаясь отползти назад, я упёрлась головой в ступеньку. Вода уже была готова наброситься на меня, ничего не мешало ей всадить нож прямо мне в сердце. Сама виновата, что поступила так глупо, но это лучше, чем всю оставшуюся жизнь ненавидеть себя.        — Тупая сука... — сжимая нож в руке, она поморщилась от боли. — Какой смысл? Ты всё равно сейчас...        Она не успела договорить, упав к моим ногам от оглушительного удара огнетушителем.        — Это было забавно, но... — усмехнувшись, Чишия продолжил: — она права: это действительно было глупо, Мирана.

«Уважаемые игроки, у вас осталось десять минут. В настоящее время было найдено пять игроков. Из игры вышло двое вод».