Мы можем подумать вместе

На часах пол девятого, солнце светит во всю. Потому что кое-кто забыл вчера закрыть шторы, что могли сейчас спасти всех от утренних матов друг друга. Матвиенко барахтался на кровати, подминая под себя одеяло и выражаясь себе под нос, какие же они болваны забывчивые. То ногами отбросит вверх, то зароится в него с головой. Дима спокойно открыл глаза, перед этим кинув в Серёжу вторую подушку, подумав что сможет продолжить спать, но спустя несколько минут лежал тихо-мирно и смотрел в потолок пустым взглядом. Антон же не хотел ни открывать глаза, ни двигаться априори. Он вроде как проснулся, а вроде и нет, не соображает ничего, как и собственно всегда. Лежит и верит в чудо, что шторы сейчас по зову сердца закроются и он продолжит спать. Первым встал Дима. Он решил, что пора бы приводить себя в порядок, а не лежать как депрессивный червь и думать о том, что же он делает не так. Как только он зашёл в душ в дверь тут же постучали. На этот раз Антон крикнул первым, поэтому злой от недосыпа, или не от него, Серёжа нехотя сполз с кровати и шурша тапочками по полу подошёл к двери. Распахнув ее, запуская в комнату сквозняк, зная кто за ней будет, он кинув хриплое «Доброе утро» поплёлся к чемодану Антона, что удачно взял с собой таблетки от всего. – Тох, а где у тебя аспирин? Голову хочется отрубить, – Спросил Серёжа пропуская гостей вперёд, а сам начинал рыться в Антоновых вещать. – Гильотины нет, а вот таблетки поищи в мед аптечке, красная, – Еле слышно пробубнил Антон, утыкаясь лицом в подушку, не желая вставать сегодня вообще. Серёжа принялся перебирать и разбрасывать все вещи Антона, куда не попадя. И толи штаны, толи шорты прилетели на кровать их хозяина, а потом ими же, Антон и зарядил по голове Матвиенко, пригрозив ему тем, что если тот будет продолжать разбрасывать его вещи, то весь оставшийся день будет ходить с трусами на голове. – Я думал прийти и торжественно распахнуть шторы. Испортили все, – Сказал Арсений проходя в комнату и садясь на кровать Антона у его ног и аккуратно кладя на них руку. – Ещё один недовольный, что ж вам всем не угодить-то? – Пробурчал Антон, нехотя поднимая свою голову с подушки и только потом, под улыбку в Байкале, понял, что он будто с петушиных боев вернулся. Волосы растрёпанные, вьются. Павел Алексеевич, пришедший за компанию со своим многоуважаемым другом посмотреть на этот спящий зоопарк, перевёл взгляд с Антона, на вышедшего только что из душа, Диму. Тот осмотрел всех и не заметив ничего удивительно, прошёл к своему шкафу, с одним лишь полотенцем на бёдрах. Антон проследил за ним ровно до того момента, пока Дима не стал разматывать своё полотенце, взяв в руку белье. Он перевёл взгляд на Павла и Арсения, а те на него. – А вы чего здесь собственно делаете, можно поинтересоваться? Я тут вроде как спал, – Спросил Антон у учителей, прекрасно зная ответ, но вдруг он услышит что-то новое. Арсений Сергеевич переглянулся с Павлом Алексеевичем и по их взглядам было понятно, что они поняли. «Да, дурак. Ну, а что? Пусть отвечают по чесноку, че приперлись. Афигенное утро» – Доброе утро тогда. Поднимай свой зад и шагайте в ресторан, – Сказав это, Арсений легонько пристукнул по Антоновой ноге и улыбнувшись всем присутствующим покинул их номер вместе с Павлом. «Ну ахуеть. Ну Арсений Сергеевич. Ну пизда вам скоро» с этими мыслями Антон поднялся с кровати и отправился в душ, разбираться со своим организмом, который посчитал, что улыбка и безумно красивые глаза-океаны с утречка, это замечательный повод для утреннего возбуждения. * * * На улице светит солнце, птички поют, но ветерок все таки задувает под тёплые толстовки ребят. Те, кому наскучило сидеть и ждать чуда с моря, решили выйти прогуляться по городу, и заодно узнать какие тут есть клубешники. Никто тепло не одевался, думая, что если находятся на юге страны, то и печь тут должно как в духовке. Изначально они хотели надеть футболки и отправиться в путь далекий, но как только в их номер забежал Эд, их одноклассник, с криками «Мы там себе всю жопу отморозим, продует наши головушки сильный ветер, ой ой» все тут же напялили на себя поверх футболок, толстовки. Гулять пошли многие, поэтому и учителей пошло около трёх, что попали в поле зрения Антона, и естественно среди них были как Арсений Сергеевич так и Павел Алексеевич, ну и ещё какая-то женщина лет так под сорок. Все они, дружной толпой двинулись грабить цент города. Ну, а че ещё делать? Конечно же идти и пугать людей свои замечательным видом. Парочка лысых, татуированных парней, несколько накаченных и наоборот - дохлых, несколько девочек, которые нарядились будто в Монако и их тройка – шпала, очкарик, хач, все до безумия легко и просто. Как они нашли друг друга, история умалчивает. Выйдя за ограду отеля, все разом разбежались по кучкам и начали обсуждать все, что возможно. А доблестные учителя отводили этих заболтавшихся птиц свободного полёта, от дорог за шкирку, чтобы потом, не дай бог, не отвечать за этих головой. Девочки фоткали каждый куст, а потом выставляли его в соц. сети, чтобы их друзья могли полюбоваться чистым небом и зелёной листвой, коих по всему миру пруд пруди. Оксана бегала по две стороны, то с ребятами, то с девчонками. И каждый раз, как птица-вестник раскатывала какую-то новую несусветную чухню, которая не была даже и словом связана с предыдущей. А ребятам и в кайф, они слушали, а потом придумывали продолжения этим историям, да такие, что Жюль Верн лежал в гробу и помалкивал с глазами в пять копеек. – Свежий воздух! Мне стало хорошо. Ла-а-а. И я хотел дышать еще, ещё, ещё,*– Серёжа подскакивал и подпевал песне, которая звучала из колонок какого-то небольшого, но уютного бара. Музыка, коей звучал весь город, лилась из каждого заведения, а то и дома, что попадались ребятам по пути. Каждая была разная, где-то проигрыватель разрывался от Queen, а кто-то предпочитал Элвиса Пресли, но все это заглушали мелодии без слов, играющие в дорогих ресторанах для успокоения души и приятных разговоров за бокалом вина. Их вполне себе большая компания уже дошла до центра и оторвав себе по учителю, разбежались по городу в поисках уютного кафе или ларьков с сувенирами. Арсений Сергеевич забрал себе его же класс, а точнее их четверку, пару девчонок и Эда. – Ну что, братва, куда путь держим? Я вот хочу жрать, и с удовольствием шмыганул бы в какое-нибудь кафе, – Эд был веселый и заводным парнем, чем они с Антоном и сошлись. Он был понимающий и лишний раз за словом в карман не полезет, он не будет доставать тебя когда ты не в настроении глупыми вопросами идти выпытывать то, что его не касается. Но если потребуется его помощь, то он тут как тут с бутылочкой чего-то крепкого, а может и не очень. Антон дружит с ним совсем не долго, всего каких-то два с половиной месяца, но они успели найти общее быстрее, чем сами на то рассчитывали. А история их знакомства достаточно интересная и веселая. Началось все с того, что их класс решил устроить бухич в школе, прям перед уроком географии, на котором они к слову должны были сдавать зачёты. Ну Эд и нахлебался в дрезину, да так, что и слова составить не мог, не переставляя букв. Антон же как порядочный ученик, в кавычках нет, сказал что перед школой не пьёт, нихера подобного, и остался один из троих трезвых, что потом водили этих пьяниц по всех школе по оставшимся пятью урокам. Но вернёмся на географию. Тогда Дима в школу не пришёл, по причине болезни, на что Эд сказал, что садится с Антоном и точка, ну как сказал, промямлил, закинув свою сумку на стул. Пол урока Эд провалялся лицом в тетрадке, но потом, когда список дошёл до него, проснулся и чуть ли не протрезвел. На вопрос учители, спал ли он, ответил простое «Если бы я спал, то сейчас вы бы не удостоились созерцать это прекрасное создание, стоящее прямо перед вами». А когда учитель принялся задавать вопросы, Эд стоял и пальцами теребил кольца на руках и обводил татуировки на кисти. Тогда-то Антон и понял, что либо он ему сейчас поможет не упасть лицом в лужу, либо тот упадёт в болото. Эд пытался что-то вспомнить или хотяб с импровизировать, но его попытки оказались безуспешными, тогда-то Антон и принялся шептать ему ответы на вопросы, которые тот старался расслышать и повторить затуманенным умом и пьяными губами. Первый вопрос-правильно, второй-правильно, третий, а вот с третим проблемки. Антон говорил как можно было тише, чтобы Ольга Васильевна не услышала его и не поимела указкой. Эд же старясь напрячь слух, но не мог ничего услышать из того, что упорно, уже почти срываясь кричал ему парень. Учитель, поняв что здесь происходит, внимательно ждала ответа, мысленно ставя тому тройку за старания. – Да твою ж колесницу, – Не выдержал Антон, и поцеловался с партой лбом. По классу пробежались смешки, от тех, кто слышал Антона и его упорные старания. Учитель же только кивнула головой и улыбнувшись уголками губ произнесла – Садись, Выграновский, три за старания, и поблагодари своего терпеливого друга. – Эд рухнул за парту и только через несколько минут, после того как очухался, поднял уставший взгляд на Антона и положив свою руку тому на плечо, произнёс еле слышное «Спасибо, как оказалось друг» и свалился на сложённые руки досыпать оставшиеся десять минут урока. – Тох, ты че? Влюбился чтоль? Идёшь лыбу давишь уже десять минут, колись, – Антон только сейчас понял, что всю дорогу до кафе, шёл и улыбался как наркоман. Воспоминания нахлынули, чего ему, с каменным лицом плестись? Выйдя из раздумий, Антон осмотрел место куда притащил их Эд. Это было не большое кафе, выполненное в зелено-желто-сером цвете, на стене был искусственный мох, а с потолков свисали желтые лампы, прозрачно-серый стол, рассчитанный на шесть-девять человек стоял под самым окном второго этажа. Повесив курки и кофты на спинки стула или же вешалки, что стояли у входа в зал, ребята сели за стол и принялись рассматривать меню. Есть особо не хотелось, но тёплого чая с пироженкой, это пожалуйста. Сделав заказ, все по очереди, по два человека ходили мыть руки в уборную, почему по два, потому что как выразился Арсений «Я учитель, а не сантехник, сломаете раковину или не дай бог унитаз своей шарашкиной конторой, чинить будете не вы. Спасибо, но мне такого счастья не надо». Антон с Серегой пошли одни из последних, зайдя в уборную, сделанную в черно-сером стиле, они помыли руки в «рукомойнике» и сходив по своим делам вышли в зал. Пока Антон шёл и трусил руками, чтобы те быстрее высохли, ведь «шумно жрущую машину я трогать не буду», Арсений решил именно в этот момент пойти в сторону туалета. Три. Два. Один. Арсений получил по лицу рукой парня. Больно? Возможно. Видел ли он? Судя по всему нет, но как можно не заметить двух метровый флюгер? – Антоша, объясни мне пожалуйста, что ты пытался сделать? – Спросил Арсений, потирая рукой ушибленный подбородок, и поднимая недоуменный взгляд на парня, что стоял застывший, с выкрученными руками «после сушки». Серега же пытался спрятать улыбку в кулаке, но как говорится, нихуя у него не получилось. – Руки сушил, – Два слова и учитель замер с рукой у лица. Он поменял свой взгляд на, аля «Ты дурак?» и ткнул пальцем за спины ребят. – Сушилка для кого там весит? Я конечно понимаю, что возможно веселей размахивать руками, Тош, но все же. – Она орет как не в себя, я ее трогать лишний раз не хочу, истеричка хренова, сразу видно - баба, – Антон нёс какую-то ахинею с таким невозмутимым лицом, что невольно поверишь в эту бурду. Так и Арсений стоял и не понимал, почему этот симпатичный на вид парень, ведёт себя как годовалый ребёнок и определяет пол у сушилки для рук. – Как ты определил последний фактор, я даже спрашивать не буду, а то познаю мир иной, идите за стол, там все принесли, – Арсений улыбнулся ребятам, и махнув рукой на стол, обошёл их и направился в уборную. * * * – Да кто там не уймётся? Можно, войдите! – Крикнул Серёжа, который не стал закрывать дверь полностью, оставив щель, чтобы каждый раз не бегать и не открывать ее кому попало. В комнату ураганом ворвался Арсений Сергеевич в плавках и футболке. С радостным лицом прыгая на кровать Антона. – Да чё ж вам моя кровать то не угодила? – Прошипел Антон откладывая книгу рядом с собой. – Мы идём в бассейн. Поэтому ноги в руки, плавки на жопу и попрыгали в хол. – У учителя на лице детский восторг, казалось бы, взрослый человек, но нет. Первой фразы хватило, чтобы Серёжу как ветром сдуло в ванную, под громкое «девчонки». Дима заржав начал копаться в сумке в поисках плавок, а Антон как сидел так и сидит на попе ровно, че ему лишний раз двигаться. – Че сидим? Давай, давай. Пошли, пошли, лентяй! – С этими словами Арсений принялся за ноги стаскивать парня с кровати, а тот упорно пытался не заржать и сделать вид, что не хочет и сопротивляется. Когда половина его длинного тела оказалась на полу, а спина облокачивалась на спинку кровати, то есть он сидел на полу, учитель посчитал свой долг, вытащить этих оболдуев из номера, выполненным, потрепав Антона по голове, встал и кивнув на дверь, пригрозив указательным пальцем, скрылся из номера ожидать в коридоре. – Все, готов, красавчик да и только, – Выпрыгнув из ванны и встав в позу звёзды, проговорил Серёжа, переплетая свой хвостик в более менее нормальный вид. Дима тоже был одет, да и Антону оставалось только футболку напялить и пойти, как в комнату прошмыгнуло тело уже знакомого человека и затараторившего что-то невнятное, принялось хватать их за руки и выпихивать из номера. – Ну че вы копошитесь, все готовы, вы одни тут балду пинаете, гоу в коридор, пока на руках не вынес, – Быстро выговорил Арсений, стоя в метре от ребят, и смотря в упор на Антона, который замер с вывернутой наружу футболкой. Они стояли и смотрели друг на друга как два болванчика, только вот в глазах у каждого играли разные черти. Да и в голове у каждого из них, тараканы устроили консилиум. У одного в голове был спор с самим собой, что нельзя трогать это худое, но такое манящее тело, потому что его обладатель – его ученик, и то что он несовершеннолетний, и то что он возможно против таких как он, и то что ему возможно не нравится сам Арсений. Много и очень много «то что». Знал бы он, что у другого в голове противоречат все законы, что сейчас проговаривал у себя учитель. «Потрогай, подойди, но он учитель, ну и что? Ты несовершеннолетний, возраст согласия – шестнадцать, а вдруг он не гей, да ты ебешь, посмотри на него! А вдруг ему не нравятся такие как ты, худые длинные палки? Так заткнись, надень футболку, и не еби себе мозг», только после этого Антон развернул голову и напялил на себя эту чёртову голубую, как иронично, футболку. Арсений поняв, что стоит и в открытую пялится на объект своего воздыхания, быстро на пятках развернулся и следом за ухмыльнувшимся Димой, вышел в коридор. Антон достал карту от номера и закрыв дверь, прошёл к лифту, где его ждали ребята. – Ну и копуша, ей богу, – Эд подошёл и хлопнул Антона по плечу, был у него на это какой-то определенный фетиш. Парень только закатил глаза, но не смог сдержать улыбки. Только лифт опустился на этаж с бассейнами и банями, как парня озарило «Арсений в футболке купаться не будет, он ее снимет и я увижу то, что не должен. Ой блять. Да манал я в рот этот ваш бассейн, где выход?». Серёжа, заметив замешательство на лице друга, подошёл к Антону и соприкоснувшись с ним плечами, из-за чего парень вздрогнул, сказал – Ты чего такой потерянный? Вроде плавать умеешь, да и глубина тут максимум два метра. Что-то случилось? – Антон посмотрел назад и столкнулся взглядом с глазами-океанами, что непрерывно смотрели на него, но после чего быстро перевели свой взгляд на, о чём-то бурно говорящего, Павла Алексеевича, а Антон сглотнул. – Да нет, ничего, просто думаю, что надо бы маме позвонить, – встряхнув головой ответил парень и улыбнулся когда подошёл Дима. Открыв тонированные двери, ребята прошли в помещение с несколькими бассейнами разной глубины, температурой воды и предназначениями. Самый большой с разной глубиной бассейн находился по центру, а рядом стояло множество лежаков. Ребята выбрали три подальше от входа в воду и бросив на них отельные белые полотенца, принялись снимать верхнюю одежду. Впервые в жизни Антону было не удобно снимать с себя какую-либо часть обычной ткани. Ведь на растоянии всего нескольких шагов примостился Арсений Сергеевич, который уже кстати стоял без футболки возле бортика бассейна и ждал Павла Алексеевича, чтобы вместе зайти. Серёжа ежесекундно переводил свой взгляд с одной девицы на другую, с открытым ртом. Но посмотреть и взаправду было на что, все были как на показ: красивые, хорошо сложённые девчонки в идеально подходящих им купальниках. Дима только закатил глаза на этих двух оболтусов и дёрнув их за руки, потащил ко входу в воду. Спустя минут двадцать все были мокрыми с ног до головы, удивительно, не правда ли? А в особенности девчонки, что каждый раз когда на них попадала вода, кричали чтобы им не мочили голову. Кто-то слушал? Нет. Окунули ли их с головой? Да. Все настолько увлеклись дурачеством в воде, что и забыли про ужин, который должен был быть через пятнадцать минут, а им ещё приводить себя в порядок. Но видимо всем было все равно, они катали друг друга на баранах, кидали в воду за руки и ноги, подплывали снизу и топили, в общем все остались довольны, кроме людей, что пришли спокойно поплавать, а не смотреть на эти петушиные бои учеников и взрослых, как казалось, людей-учителей. По мокрым дорожкам, что вели в номера, можно было понять кто туда шёл. До конца ужина оставалось сорок минут, поэтому сейчас, зайдя в номер все носились как сумасшедшие в поисках белья, шампуней, сухой и приличной одежды. Телефоны, что сели за сегодняшний день стояли на зарядках, рядом с ноутбуком Серёжи, на котором они вечером планировали посмотреть «ночной дозор». Дима отправился в душ первый, аргументировав это тем что «Я быстрее вас все сделаю, а вы будете свои жопы полчаса мыть и мы никуда не успеем» и скрылся за дверцей. Антон нашёл на дне чемодана бело-красную толстовку, с небольшой надписью «forgiving sins and vulgar jokes» на груди, джинсы, которые его заставила купить Оксана, тогда в торговом центре, под предлогом «Ты в них смотришься так сексуально, я не могу» и белые Джорданы, что ему подарил Матвиенко на день рождение. На руках браслеты и кольца, без которых Антон чувствовал себя нагим, и которые так же добавляли ему шарма. Сам Серёжа с одеждой не особо заморачивался, худи цвета хаки с ленточным черепом на рукавах, спортивные серые штаны и кроссовки. Дима же решил нарядиться, белая оверсайс рубашка, чёрные джинсы и белые кроссовки. Все одеты, все готовы. Стук в дверь и через пол минуты на пороге стоит Арсений Сергеевич собственной персоной. «Челюсть подбери, дурак», красиво, даже очень. Антон провёл рукой по подбородку, проверяя не отпала ли у него в действительности челюсть. Учитель выглядел на все сто. Чёрная рубашка, и такие же габардиновые брюки, на ногах белые пума, а на шеи чёрная бандана, свёрнутая в полосу. На руке парочка браслетов, которые виднелись из-за подкатанных рукавов рубашки, и несколько колец, среди которых, Антон впервые обратил на это внимание, не было обручального, а простые серебрянные. Они смотрели изучающе друг на друга с минуту, а потом Антона подтолкнули к выходу в лопатку из-за чего, он невольно быстро заморгал и пытаясь скрыть покрасневшие кончики ушей, двинулся на выход. Арсений стоял лицом к только-только закрывшейся двери и не понимал, почему не может двинут конечностями. Перед глазами встаёт образ парня, а дыхание учащается раза в два. Если он не перестанет думать об этом, то ужин придётся несомненно пропустить. Арсений сделал вдох-выдох и опустив картинки в памяти отправился к лифту, где его ждали ребята. * * * – Врубай, – С набитым ртом сказал Серёжа, запрыгивая на кровать Антона и ставя тарелку с едой перед ними. Дима клацнул пальцем на пробел и видео запустилось. – Кому суждено утонуть, тот утонет. Кому суждено упасть с крыши, упадёт, – Проговорил Матвиенко вместе с Завулоном*, выставляя указательный палец перед собой. Это не тот жанр фильмов, которые любил смотреть Антон, да и Дима тоже, но почему-то этот фильм ему было интересно смотреть, а так же было интересно наблюдать за Антоном Городетским, которые иногда не хило тупил. Да и вообще он не очень любит русские фильмы, ему по кайфу английские однотипные сериалы, где ты с самого начала знаешь, кто умрет, а кто предаст. И ужасы английские, где один «умный» персонаж идёт в подвал, откуда звук жрущего человечену, конечно, иди и радуйся, ещё и крикнуть не забудь, чтобы тот «кто здесь есть» добавил тебя в список костей, и оставил как рыбу без головы. Под конец второй части «Ночного дозора» ребята посмотрели на часы, которые показывали без семи одиннадцать. Сегодня вторник, но Арсений не зашёл для проверки комнаты и с предупреждением об отбое. «Странно. Он никогда бы не пропустил повод нас уложить, и послал бы кого другого», с этими мыслями Антон накрылся одеялом с головой и отложив телефон на тумбочку, закрыл глаза и погрузился в царство Морфея. Только вот Арсений так не мог, он полностью утонул в своих мыслях из которых не может выплыть уже несколько дней. А этот мальчишка с каждым днём подливает масла в огонь, который в скором времени сожжет всего Арсения целиком, не оставив и пепла.