moi lolita

Казалось бы, драмкружок собрал в себе самых грациозных, самых талантливых и красивых людей. На сцене они отыгрывают миллионы ролей, запоминают фразы назубок, вдохновляют, зажигают. Иногда, постановки имели глубокий смысл, но задумываются ли об этом сами участники? Ответ до боли прост — нет. Им важны их образы, их роли, их слова. Кому-то недостаточно пудры, кому-то не нравится сочетание цветов ткани на платье. Никто никогда не узнает, что эти дети, которые заставляют трепетать сердце, которые получают аплодисменты всей школы после очередной постановки, ненавидят друг друга. И не только друг друга. Всех. Каждый из них считает, что он лучше. Они самовлюблены, каждый пах одним грехом — тщеславие. И это видно, явно видно. Они издеваются над каждым, кто «не так прекрасен», ведь это весело. Весело видеть слёзы, грусть, тоску, разочарование. Но почему же никто не хочет открывать глаза на горькую правду, на то, что эти подростки вездесущие монстры? Опять ответ прост — их красота. За красивые глазки и очаровательную улыбку могут простить всё. Даже, кажется, убийство. Лишь единицы знали, что оболочка скрывала. В том числе и Ёнбок. Учится он второй год в старшей школе. Особо не старается учится, но остаётся умным, воспитанным. Успеваемость тоже неплохая. Можно сказать, что Феликс — воплощение слова «удача». По рейтингу можно вообще подумать, что он ночами не спит над уроками, как никак, пятое место. Секретов тоже никаких. Скорее, тут играет его красноречивость и умение выбраться из ситуации. Так же, Ли состоит в кружке фотографий. В нем собрались все детки, чьи руки запечатлеют моменты. Детки, чьи сердца трепещут искусством, которые хотят показать красоту всем, фотографируя её. Но также, их объединяло ещё кое-что. Ненависть к людям из драмкружка. «Хей, фотографируй лучше, ты же фотограф!» «Почему я такой полный? Я же худел к пьесе! Это ты виноват!» «У меня другой ракурс удачнее! Господи! Вы все неудачники» Столько глупых придирок к ничему. Никогда ничего не нравилось. Как бы парни и девушки не старались, горе-актёрам никогда ничего не нравилось. Надоедает сильно, даже спасибо не говорят. И Феликс ненавидит себя за то, что он оставил номер лидеру кружка — Хван Хёнджину. В душе чувство вины, будто он предал всех, весь мир. Когда телефон вечером вибрирует от уведомлений, парень только тогда задумывается, зачем он дал номер? Зачем он написал эти цифры, дал сокровенное такому человеку? Его очарование завораживает. Выпутываясь из мыслей, которые как клубок, запутали котёнка по имени Ли Ёнбок, тот хватает телефон и смотрит на экран. Все сообщения от него. Младший ненавидит его и себя, до боли в висках, до крови из носа, до прокусанных губ. Приходится выключить уведомления, кинуть телефон куда-то на кровать и встать с неё, дабы отвлечь себя. В комнате темно. В неё просачивается лишь свет фонарей из окна, отливающий красками охры. За дверью лёгкий шум. У родителей гости. Какие-то знакомые с работы, очередные офисные черви. Перед глазами — серые тона, ничего яркого. Старший брат снова сбежал на ночь со своим лучшим другом Джисоном. На столе, рядом с фотоаппаратом, восковыми мелками, кучи полароидов и наклеек лежат и лезвия. И Ёнбок хранит их. На день, когда решится. Ведь что бы быть свободным, нужно возомнить себя птицей, научится летать. А что бы летать, нужно потерять. Его белые стены, украшенные рисунками и плакатами, не спасают от холода тоски, которая прерывала одиночества, будто приобретала человеческую форму, обнимала парня каждый вечер, одаряя сердце новой ледяной корочкой. И причины вроде на такое состояние нету. Разве что, грубая гиперопека родителей, от которой даже забота брата не спасла. Иногда доходило до драк, до разводов и насилия, до молчания, которое длилось ни час, ни день. Это длилось неделями. Возможно, такое поведение по отношению к Феликсу и породило такие наклонности, но сам этого парень никогда не признает. Скорее, он скажет, что повода жить, повода радоваться просто-напросто нету. Это глупо каждый день просыпаться и давать себе надежду, благодарить за то, что проснулся. Жизнь такова, что каким бы оптимистом ты не был, всё равно все смерти, трудности рутины, подавленность половины общества отменить невозможно. Ли живет ничем. Желанием родителей, что бы тот отучился и поступил наконец-то, там уже как пойдёт. И вот, став среди комнаты, в горле затаился крик. Громкий, болезненный. Но Ёнбок просто сглотнёт. Попытается, хоть в горле и ком, который не позволяет. Ещё и это «Лолита». Это пробуждает воспоминания о детстве… О бывшем парне матери, который надругался над невинным телом, испортил его, покалечил. И всё же, тот ложится на кровать. — Надобно почивать. — сам для себя, будто от безумия констатирует Ёнбок. Так и не ответив, оставив нового знакомого без ответа, тот засыпает. В стуже, в тьме, в одиночестве.