Увязну

      Вопрос Олега повис в воздухе, между молодыми людьми повисла неловкая тишина. Ида смотрела на Олега, пытаясь прочесть в его глазах что-то неизведанное, манящее и загадочное. А оно прямо так и рвалось наружу, хоть Нечипоренко и упорно подавлял это в себе, чтобы не спугнуть Берзинс. И с какой это стати его вообще стали волновать её чувства? — А мне нужно будет ехать к тебе для этого? — с сомнением произнесла брюнетка, а Олег хмыкнул и утвердительно кивнул. От этого девушка несколько стушевалась и задумчиво уставилась в телефон. — Да не трону я тебя, ты не в моём вкусе, — то, что ответил ей Кизару, можно было бы назвать успокоением, но почему же репер после этого мысленно стукнул себя рукой по лбу? Ну и зачем он это сказал именно ей?       Всё же Нечипоренко, борясь со своими стереотипами и мыслями, признал, что Берзинс была вполне симпатичной и достаточно привлекательной, да и не глупой, а для Кизару это всегда являлся одним из самых важных критериев оценки девушек. Одно было плохо: она очень сильно была привязана к своему другу-пуссибою, от одного упоминания имени которого Олег злился и раздраженно матерился. — Да я и не боюсь вовсе! Просто уже поздно, а я пойду к тебе домой, как девушка лёгкого поведения, — проговорила Берзинс, храбро расправляя плечи и становясь на носки, чтобы казаться выше. Да, низкий рост порой бесил её, учитывая то, что почти все парни сейчас — гиганты. — Не парься. Поехали, все равно до отеля тебе идти дольше, чем до моей хаты, — Олег улыбкой показал ей, что действительно трогать не будет и, неизвестно, почему, но Ида ему поверила.       Острожная с детства, она боялась ходить по квартирам, так как мать твердила ей, что там её обязательно кто-то изнасилует или чем-то накачает. Доля правды в словах Велги Берзинс была, и один раз такое почти случилось, только не с брюнеткой, а с её младшей сестрой, которая, в отличие от Берзинс-старшей, игнорировала слова родителей и ходила по впискам с одноклассниками, разумеется, располагавшими чем-то большим, чем алкоголь и дорогие сигареты. Илва, отмечавшая в тот день свой четырнадцатый день рождения, тогда была под косяком, и когда Улан Робертович вместе с телохранителями приехали в квартиру к Никите, однокласснику девушки, Берзинс-младшая почти не сопротивлялась другому шестнадцатилетнему парню, кажется, его звали Иваном. Отец успел как раз вовремя и утащил Илву оттуда, а дома наорал, отчего та сразу пришла в себя. Семнадцатилетняя Ида, как свидетельница этой сцены, поклялась себе, что никогда не поедет на квартиру неизвестно к кому.       А что теперь? А теперь ей уже почти двадцать семь, она взрослая и в праве решать, куда и с кем ей идти или ехать. И, осознавая, что это происходит с ней в первый раз, Берзинс почувствовала страх. Что такое? Девочка-переросток наконец поняла, что освобождается, но чертовски боялась перемен, от которых кружилась голова.  — Окей, поедем. Но ты обещал слово держать, — проговорила она, наконец закончив думать над предложением Олега. Тот, опять по-лисьи щуря глаза, очаровательно улыбнулся и кивнул головой. Молодые люди двинулись вниз по улице к стоянке, где Нечипоренко оставил машину, роскошный чёрный Порше прошлогодней модели, такой же внушительный, как и хозяин. — Прошу, — Кизару открыл для Иды дверь, и девшука, чуть помедлив, опустилась на кожаное сидение автомобиля, стараясь расслабиться и перестать нервничать.       Нечипоренко сел за руль, и они тронулись. Ида первое время старалась сидеть молча и не отвлекать своего попутчика разговорами, но у того явно было хорошее настроение, и он постоянно пытался завести разговор. Наконец, рэпер не выдержал: — Да что ж с тобой такое? Я же сказал, что не буду к тебе лезть, потому что… — Знаю. Я не в твоём вкусе, — продолжила за него брюнетка и опять уставилась в телефон. Почему ей стало досадно и больно от этих слов сначала из его, а затем из своих уст? — Да перестань ты уже зажиматься, — молодого человека явно злило то, то девушка сидела с прямой спиной и отвечала коротко, скорее всего, чтобы он отстал. Олег не привык к такому стилю общения, вокруг него всегда царила расслабленная атмосфера, и никто не был скован, а тут попался редкий и весьма раздражающий случай! — Я просто не привыкла так, садиться к малознакомым людям в машину и ехать куда-то, — ответила девушка, слегка смутившись осознав наконец, как она выглядела в глазах Нечипоренко. — Только не говори, что ты не трахалась ни разу, — произнёс с насмешкой тот, а Ида задохнулась от возмущения, но поспешила ответить: — Отчего же? Бывало несколько раз, но после этого меня бросали. — Немудрено, с таким-то характером, — хмыкнул Кизару, но заметив суровый взор латышки, сразу перестал улыбаться и, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, включил музыку. Из динамиков послышался бит «Ночи пятницы» Глеба. — Оставь, пожалуйста, просто послушай, — попросила Ида уже собиравшегося переключить песню Кизару. Тот, мученически выдохнув, убрал руку от кнопки переключения и стал смотреть на дорогу. — Как только жизни ставишь крестик, она ставит нолик, — стучал голос Фары, а Ида стала подпевать, и Кизару заслушался: у латышки были все задатки рэп-исполнителя, хватало дыхания на достаточно резвый флоу, голос не скакал, да и манера жестикуляции девушки часто имела место быть среди молодых рэперов. — А ты неплохо читаешь, — комплимент вырвался сам собой, Ида, наконец расслабившись, улыбнулась Нечипоренко. — Спасибо. Кстати, а как тебе трек? Только суди объективно, без неприязни к Глебу. Пожалуйста. — Смысл есть, слава богу, — медленно, словно под кайфом, отвечал Кизару, слушая слова, льющиеся из динамка. — Если бы не наш биф с пуссибоем, я бы предложил ему косяк вместе выкурить, только ему не говори, умоляю. Но такой тусы не будет — я от своих убеждений не откажусь, как и он от своих, я думаю. — Глеб тебя не переносит, но делает это молча, — усмехнулась латышка и открыла со своей стороны окно в машине, чтобы вдохнуть горячий ночной воздух. — Неужто его задевают мои приколы? Забавно, честное слово! — Олег совсем развеселился, и теперь брюнетка видела, как смеялись и его лисьи глаза, как появлялся в них привычный озорной огонёк. — Кстати, а долго нам ещё ехать? — Мы уже на месте, Ида.       Олег впервые за всё знакомство произнёс её имя и теперь сам испытывал некий кайф от его звучания. Голос Нечипоренко в сочетании милым и одновременно серьёзным именем латышки звучал тягуче и плавно, так, как звучал в треках.       Молодые люди вышли из машины и поднялись к нужной квартире, шутя и уже ведя себя более раскованно. Ида уже не так сильно боялась Олега, так как видела, что он был сейчас с ней искренен. Но об осторожности забывать было нельзя. Ида постаралась сделать серьёзное лицо, но не получалось — она теперь таяла от одного вида рэпера, коря себя за это. Они знакомы так мало, а ей уже хочется узнать его ближе, ещё ближе, чем она знала Глеба…       Квартира Кизару поразила своей одновременной величественностью и простотой, граничащей с минимализмом: три этажа с шикарным балконом, поднявшись на который, можно было увидеть чудесный вид на город. Тут стояли шезлонги, сложенный в ночное время зонт и квадрантный стол на низких ножках, достаточно просторный для того, чтобы вместить много бутылок и чего-либо ещё.       Стены спальни-студии, куда отвёл Олег девушку, были обиты звукоизолирующим материалом, на столе стоял компьютер с огромными колонками и двумя клавиатурами. Два ноутбука лежали на небольшом столике рядом с кроватью и, вероятно, на них Кизару тоже делал свои треки. — Неплохо живёшь, — улыбнулась Ида и присела на край не очень широкой кровати. — Ты так удивляешься, словно тебе не знакомо такое жильё, — хмыкнул рэпер. — Я живу в двухкомнатной новостройке на окраине Москвы в Балашихе, — пояснила брюнетка, продолжая обводить комнату заинтересованным взглядом, а на удивлённый вопрос с глазах рэпера, продолжала: — Мне надоела вся эта роскошная жизнь, и я переехала туда, чтобы жить подальше от семьи. Папа подарил мне квартиру в Москоу-сити, но я была там только дважды, но всего-то для фотосессии. А ты решил жить на широкую ногу, да? — Хм, ну знаешь, — чуть помедлив, ответил Кизару. — Я-то всю жизнь прожил в Питере, а в детстве не имел того, что имею сейчас, так что это обратный процесс: я хочу роскоши и удобства, а тебе оно осточертело. Все естественно, хоть твои мысли и необычны, в отличие от твоей сестры. Она-то наслаждается богатой жизнью и не переживает, как ты. — Ты лазил по нашим страницам в Инстаграме? — поражённо вскинула брови Ида, но, видя серьёзный взгляд парня, тут же постаралась успокоиться самой. А чего она, собственно, ожидала от наглого рэпера? — Ну да. Только не говори, что ты не делала этого никогда, пытаясь понять, что я за человек. Или тебе хватало тех образов, которыми меня описал Фараон? — Ну, я… — Похуй. Ладно, мы тут по делу, если ты не забыла, — Олег хлопнул по колену рукой и уселся за компьютер, ставя ещё стул для брюнетки. — Сейчас будем делать из тебя мастера рэп-сцены.