About Last Night

— Он тебе нравится? — Я не… Я не знаю… Эти слова продолжали звучать в его голове, как мантра. Был ли Джинён прав? Действительно ли Марк влюблен в него? Был ли он влюблен в Марка? Нет. Абсолютно нет. Он не мог. Они были не более чем лучшими друзьями. Не имеет смысла разрушать их крепкую связь. Ёндже уставился на множество не прочитанных сообщений от Марка, которые накопились за неделю. Ему неприятно это признавать, но он избегал его, и это было болезненно очевидно. Игнорирование телефонных звонков и сообщений — только верхушка айсберга. Он пропускал их общие уроки, рискуя совей почти идеальной оценкой. Он даже перестал общаться с друзьями, не желая лишний раз встречаться с Туаном. Ёндже в основном отсиживался в своем доме. Он был напуган. В чем именно он не уверен. Он просто знает, что ещё не готов столкнуться со всем этим лицом к лицу. Он ненавидит избегать Марка. Но он не знал, как смотреть в лицо своему другу прямо сейчас. Его разум и чувства были в полном беспорядке после вечеринки и после разговора с Джинёном, который сделал только хуже. Ёндже думал о том, что он может нравиться Марку. Он позволил своим мыслям блуждать в перспективе их свиданий; держаться за руки, целоваться, ходить на свидания, он только представлял, а это уже заставляло его живот делать сальто. Он покачал головой, пытаясь прогнать эти мысли. Почему он вообще думал об этом? Этого никогда не должно было случиться. Этого не могло случиться. Между ними никогда не может быть ничего больше, чем дружбы. Он должен вбить это себе в голову. Резкий стук в дверь вырвал напряженного парня из его бурлящих мыслей. Он открыл дверь и увидел своего друга и соседа Марка по комнате Джексона, выглядевшего слегка раздраженным. — О, привет, Джексон, — он изо всех сил старается, чтобы его голос звучал так, как будто он не сходил с ума всего секунду назад. — Можно войти? — тон Джексона был довольно резким. — Эм, конечно, — Ёндже отошёл в сторону, позволяя Вану пройти мимо него, после закрывая за ним дверь. Он обернулся и увидел, что Джексон пристально смотрит на него, как будто что-то пытается рассмотреть. Это нервировало. — Что происходит между тобой и Марком? — О чём ты? — Почему ты избегаешь его? Что происходит? Вы, ребята, поссорились или что-то в этом роде? — Я не избегаю его. Всё в порядке, — Ёндже беспокойно прикусил нижнюю губу. Ему не нравилось, к чему всё это идёт. — Не лги мне, Ёндже. Я знаю, что ты не разговаривал с ним несколько дней. До такой степени, что ты уже пропускаешь занятия. Что с тобой происходит? — Ничего. Я просто был занят, вот и всё, — он заметил, как Джексон только больше раздражается от его лжи. Ван раздраженно вздохнул. — Послушай, возможно, это не мое дело, но что бы ни происходило, тебе нужно это исправить. Ты не можете просто продолжать игнорировать эту проблему. И ты не можешь продолжать лгать. Это не заставит проблемы исчезнуть. Он твой друг, ты не можешь продолжать так поступать с ним, — Ёндже знал, что китаец прав. Но он просто не знал, что делать. — Джексон снова тяжело вздохнул, гнев покинул его, сменяясь сочувствием. — Пожалуйста, просто поговори с ним. Я знаю, что ты заботишься о нем, а он заботится о тебе. Я не могу видеть его таким грустным. Поэтому, пожалуйста, исправь это, пока не стало хуже. Это может закончится тем, что ты потеряешь его. Затем Джексон ушёл, захлопнув за собой дверь, оставив Ёндже одного, чтобы тот обдумывал его слова. Если до этого Ёндже чувствовал себя плохо, то сейчас он чувствует себя отвратительно. Ему нужно придумать, как выбраться из создавшегося беспорядка. Но, с начала, ему нужно разобраться в своих странных чувствах.