Монстр, требующий крови и зрелищ (remastered)

Водитель по громкой связи объявил город, температуру за бортом и бла, бла, бла… — автобус приехал в пункт назначения. На том все пассажиры спереди засуетились, с мест повставали, весь распиханный багаж доставать с полок принялись. А как единственная передняя дверь открылась, весь поток хлынул в нее. Бон был почти в самом хвосте, самым первым все равно вылететь не сможет, толкаться не стал. Выполз в итоге на улицу первый… и держась с ним за руку вышла вторая! Не то, чтобы у Берни за два года тлена горя, матершины и алкоголизма еще не перевелись нормы этикета. Это он на «так и быть» сделал ей одолжение, заметив, что девушка напялила черно-белые (да, очень важная деталь) туфли на высоких каблуках. Вопрос «нахуя» остается открытым и по сей день — С другой стороны, может отсутствие Черри к лучшему… — с довольно интересной интонацией вдруг сказала Мэри, радостно так, будто в кокетство пыталась — Ага! Без свидетелей прибьешь меня щас… — натянул парень улыбку, начав засматриваться на свою собственность, что была в ее руках — …моей же картой прибьешь! И защитить меня некому! — Зачем тебя бить? — удивилась Мэри — Позавчера ты устроила там… — Бон начал с издевкой смеяться На это девушка раздраженно закатила глаза, недовольно промычала и выдала: — Ой, дурак! Видел ты, что там Фредерик был, Черри была! Я для них и только это сказала! У Бона лицо аж переменилось от этого. Он готов был услышать и лицезреть все, что угодно, но только не бронебойные аргументы, подобный этому. В этот момент в его голове у доброй половины всех представлений, выводов и мозгов случилась своего рода «осень», от чего вся эта половина дружно опала, скрутила «кукиш» и сдохла. Но все же, это можно было считать своего рода праздником: никто не отмахивался и никакой прогресс не был вычеркнут. Получилось, что план мести Мэри (на два листа можно было смело и безболезненно выкинуть — ему же лучше. А раз все было, как и раньше, то: — Бля, я ж пошутил! Раз гнать не бушь, может вместе поколесим? Мэри подумала немного, посмотрела сначала на путеводитель, чтобы перевести потом взгляд на парня, затем обратно на книгу, а там снова на него… в конце концов,натянула девушка улыбу такую и: — Я скажу: «да». — сунула та сей объект к себе в сумочку

***

Тем временем в общежитии долго и мучительно просыпалась «принцесса на горошине» местного пошиба, за единственным исключением, что: X) То была не совсем принцесса по имени Шелдон; У) В роли горошины (во всех смыслах) выступал… эмм… кхм-к-кхм…; Z) Местный аналог горошины побуждал встать, иначе он грозился устроить диверсию на местной ГЭС. (Да, это всё было еДиНсТвЕнНыМ исключением) Шедоу же сопротивлялся, на провокации долго не поддавался. Стоял Лежал он на своем сугубо потому, что было тяжело и больно: мышцы с суставами еще заныли, бока отлежал, спину отлежал, шея будто смещение словила, глаза не открывались, приспичило, разум требовал сон, уши в трубочку свернулись от постоянного шума… словом, парень слёг. Но дольше продолжаться сие безобразие не могло и в этом неравном бою разум низменным потребностям с треском проиграл — соня с трудом встал с пригретого места и даже тапочки не надев, поплелся босиком по грязному ледяному кафельному полу в места от его комнаты отдаленные. На свою радость ему, никто не попался по пути и, уняв наконец тревожившую его сон «горошину», пошел восвояси спать дальше. Плюхнулся на успевшую остыть перину… его взгляд что-то зацепило. Протер глаза: точно, на будильнике листок лежал сложенный. Лениво потянулся за ним, раскрыл так, что разорвал его нахер на две части, зачитал. Началось письмецо вроде как за здравие, радоваться хотелось от его содержания хоть уссысь Ага, щас! С самой первой строчки написавший сие писульку заблистал…«Железобетонной аргументацией?» — спросит автора санитар в местном психдиспансере. Не-а, ответ проще и не мене прозаичен: нечитабельными каракулями заблистал. Разбирать первый абзац лежебока не стал, а вот второй, с пометкой а-ля «ПЫ, СЫ» он таки прочел… зря. — Я тя понял… мерзавец! — прошептал Шедоу, смяв лист в комок и вбросив его на пол. Не то, чтобы он был настолько зол, разочарованный скорее На том он замотался в одеяло поплотнее и перевернулся на правый бок спать дальше. Все-таки не 13 ему было, чтобы по лужам с раннего утра скакать. И писулька еще настроение угробила. Она как сигаретки для курящего: идет себе «паровоз», шагает по улице, а идти тяжело, останавливается закурить, но от первой же тяжки становится только хуже. Как говаривал местный бомж со станции Спортивная, похожий на Карла Макса: «не берите, дети, в рот»

***

Первая точка:

Музей искусств округа Лос Анджелес

Вот знаете, что творит животворящее… бля, как оно правильно называется? Не суть, главное, что Бон внезапно дофига культурным стал, как джентельмен открыл дверь такси для Мэри, под ручку выпроводил… вай-вай-вай! — Подорожало, сука… — невольно пробормотал тот, заново сортируя купюрки — И ты… карта у тебя! Может отдашь, а!? — Кто-то мне говорил, что город знает… — лишь хихикнула та — Мозги в тонусе держать надо! — Бля, ну примерно знаю, что есть «то», что есть «сё»… я не для музеев ее брал… — Да, теперь точно верну, чтобы ты получил все адреса баров в городе! — Любишь джаз? — Какая связь? Джаз здесь при чем? — та на Бона посмотрела как на круглого идиота — Признайся, любишь, раз из твоего радио он всегда играет. — на лице мелкого шпиона растянулась улыбка — Есть здесь один ресторан, неебаться крутой ресторан. Чем? Еда зашибись, выпив… то есть, напитки хороши. А ближе к вечеру еще открывается танцевальная зона и начинает… нет, не сраная запись из колонок играть, а выступать живая джазовая группа! Первый аккорд и ты пускаешься в лютый пляс до поздней ночи! Жаль, что я забыл адрес с названием… а то б я посмотрел и ТАК вечер закончили! На что сделав лицо кирпичом, Мэри со свойственным ей укором ответила: — И вернулись как вы позавчера? — Нас по пути из Феникса киданули посреди ебаной пустыни. — очевидно наврал Бон, понадеявшись, что девушка проверять не станет — Пойдем, мне в темя солнце печет!

*1.5 часа спустя*

Собственно, почему Бон не любил подобные заведения, так это потому, что там скучно до вывиха челюсти. Трогать НиЗзЯ, фотографировать тоже, остается пялиться нанормальные скучные картины. Да, красиво, реализЬм, мастерство, единственные экземпляры… Нечего было сказать ни Мэри, ни Берни, так что те просто молча ходили туда-сюда, заблудились (обвинив, естественно, друг друга в сие недоразумении), нашлись, чтобы потом нарваться на, прости Господи, экспозицию современного искусства. Чё-то надо написать… Мазня красками неизвестного происхождения на холстах, подвешенные булыжники, старинный телевизор с цветуёчком на нем, пакеты в пакетах рамки от картин в рамках от картин, баночка с дерьмом художника и прочие артЭфакты едрить их в корень для этих ваших «настоящих ценителей» современного ихуйства и говнолепия — всё это и не только находилось там, в карантине. Чисто чтобы сие раковая опухоль не расползалась дальше по миру. Поначалу и говорить ничего не хотелось, но так как от молчаливого созерцания перейти к вдумчивому опрокидыванию по стопочке не представлялось возможным, уже там пошли обсуждения… насколько им двоим позволяло тривиальное отсутствие познаний в искусстве. Ай как они пытались друг другу доказать, что что-то в этом понимают!

***

Вторая точка:

Аллея Славы Голивуда

Так как то было 18 июня, а это суббота, то и людей в этом месте было хоть отбавляй, так что щелкание друг друга на фоне случайных звездочек пришлось отложить на попозже. А пока недопарочка зашла в испанский ресторанчик на поздний завтрак. Это Бон оказался чуть поумнее, умяв обе упаковки голых орешков и опустошив бутылочку воды еще в автобусе, посему ему было не столь тяжко. А вот Мэри пришлось потяжелее: скромно перекусила только перед отъездом и с собой ничего не взяла, так как в сумочку банально не влезло ничего кроме зеркальца, документов, помады и прочей женской хуйни всякого по мелочи. — Если мне станет плохо, тебе будет вдвойне хуже. Помяни мое слово! — буркнула Мэри — Бля, да ладно тебе! Здесь мы с Шедом были пару раз, проверено на себе, все живы и довольны. — Ты меня слышал… Парень поначалу выбрал место у окна. Да, прямо так, на всеобщее обозрение, чтоб все видели сидящих за одним столиком девушку-аристократку в белом и непонятного патлатого быдлана в черном. Жаль вторая такой подход не оценила и за руку потащила парнишку вглубь заведения, где других было поменьше. Доподлинно не известно, боялась ли подсознательно, что Фредерик их найдет (с последующим представлением) или это было тривиальное стеснение, но факт есть факт.

*еще час спустя*

Третья точка:

Кинотеатр «Milos»

Он же: случайный кинотеатр, где крутят «Голые Орешки»

Время помаленьку близилось к полудню. Воздух в заасфальтированном мегаполисе не то что прогрелся, а прямо раскалился, обжигал кожу даже в тени, а на солнце было даже страшно выйти — веселая кучка пепла останется. Девушка все так же отказывалась выдавать обратно путеводитель, посему без особых усилий и затрат по еблу от Мэри получил ебанат уговоров Бон повел ее в кино. Да-да, как изначально и планировалось — на «Голые Орешки». Зашли туда, прохлада, потёмки, каеф… но какой там был аншлаг! Работали все четыре кассы, к ним очереди, люди там, люди сям и все на новый боевик-скотовод — все билеты раскупили. На том значительная часть раздосадованной толпы ушла восвояси. Ну, не судьба. Зато билеты имелись на другие: мЫлодрамма «Короткое Направление»; романтические сопли «На Борту»; какой-то низкобюджетный шлак; просто комедия «Уродка»; низкобюджетный шлак №2. Действительно широкий выбор кинца кино, от разнообразия аж косоглазие можно словить. В итоге единогласным решением (так как единолично Мэри решила), они пойдут конечно же на «На Борту» так как девушка заметила на постере фильма имя любимого актера: Арнольд Blu-Ray™. И актер взаправду был крут: он умудрялся вывозить этот фильм своей игрой… особенно в сценах где его не было! Режиссерская работа? Выше всяких похвал: так гениально через аллегории и метафоры показать зрителю свое отношение к сие продукту не додумался еще никто. Операторы вообще Герои и Титаны (с большой буквы) — удержать на своих плечах кинокамеру в 40-фунтов под силу не только лишь всем, мало кто может это делать. Да, криво и под пошлым углом, да, местами сняты только ноги уборщицы, а где-то кусок неба, но снято же! Сие «удовольствие» шло без пяти минут два часа. Бон от него зубы себе в порошок стирать начал, что от визуала, что от любовных соплей… и от гребаных парочек, что громко сосались на задних рядах. Решала Мэри, она была рядом, с ней до ночи еще быть, вот он и держался. А девушке вроде как нравилось, от экрана не отрывалась практически, вовлечена была в сей процесс на все «сто». Как известно, алкаши попадают в ад скучающий Бернар + своеобразная мозговая активность = сомнительные телодвижения. Башню из стульев не соберешь, кресло не сломаешь, тележку топить негде, ослаблять гайки на унитазах (чтоб те начинали течь после следующего смыва) нечем, зато справа под боком имелась Мэри. Сначала тот одновременно с ней не потянулся за кокпорном попкорном. У них была одна большая урна (или как эта хуйня зовется) на двоих и стояла как раз на подлокотнике между ними. Романтично, не так ли? А если я скажу, что парень чуть не откусил бедной Мэри палец, схватив его вместо еды и (естессна, «случайно») потянув к себе в рот. Неладного парень не заподозрил даже тогда, когда та в последний момент резким движением спасла средний палец от неминуемой смерти. Зато намек на это Бон получил легким ударом по наглой руке. Ближе к концу фильма парень от скуки начал над этим шедевром кинематографа иронизировать и про себя хихикать и с каждой новой сценой все больше начинал трястись от смеха. А на экране не просто так, а эта ваша КуЛьМиНаЦиЯ деялась: Арнольд Blu-Ray™ в роли Дина Пропера собирался сделать предложение своей девушке после каких-то перипетий, которые Бон проковырял в носу пропустил мимо ушей. И вот, железный сопливый Арни, собирается встать из за столика, лезет в карман, щас на колено встанет, речь зачитает. А Берни, все еще радостный и смеющийся, устроил небольшую разминку: шею размял, пальцами пощелкал, потянулся чутка и позабыв обо всем, облокотил голову на левую руку, а правую приземлил на… сжимающую подлокотник руку Мэри. «Нет!» — раздался ответ персонажа Кэтрин Найтингейл. В зале послышалась пара еле слышимых вздохов от особо впечатлительных особей. Мэри оказалась чуть менее впечатлительной: та сжала руку в кулак и походу не заметила, как затянула еще пальцы Бона. Парень неожиданно попал в ловушку. Это Бон мог иронизировать и насмехаться над фильмом сколько угодно, а что творилось в голове Мэри! Безответная любовь, терпение, лицемерие, нежелание меняться, попытка понять друг друга — это ж точно про нее и жиробаса Фредерика! Одно радует Одна проблема: Фредички ненаглядного здесь не было… а чью руку она тогда чувствовала, если не его? Она в третий раз за весь сеанс отлипла от экрана. Да, на ее элегантной руке лежала тощая с проступающими венами ручонка Бона. А сам он встревоженный, глаза прям в пол лица, хотя и делал вид, что фильм смотрит, пытался тихонько выпутать пальцы из западни. Как же она могла допустить такое!? Она ведь обещала своему суженному, что верна ему будет, а вот тебе на. А хотя… если поклялась, так какого черта она была здесь, без него, ничего ему не сказала? В то же время ее ЛюБфФи ФсЕй ЖиЗзНи, к слову, было кристально поебать — у него ни предчувствия не возникло, в сердце не екнуло… бля, даже икоты не появилось! ЭТОТ ПИДЕРИК хорошо себе книжку про [вставтьте сюда место из фэнтези] & [вставьте сюда существо из фэнтези] читал и в хер не дул. Нет, к большому сожалению для ненавистников нашего главгада Бона, он оплеуху и свернутую шею в подарок не получил. Девушка тихонько хихикнула и оставила все как есть. Навязчивый и придурковатый, пускай. Зато Берни со своими выходками был глотком свежего воздуха после набивших оскомину сидений на одной и той же лавочке среди одних и тех же деревьев с одним и тем же молчанием.

***

В дверь кто-то постучался. Погруженный в творчество Тодда Говарда Панк-Рафта товарищ из истории про Гейси Фредерик на автомате выкрикнул: — Войдите! — Фредерик? Можно на минутку? — в проеме показалась Черри — Вообще-то я читаю… но ладно. Что такое? — Ты не знаешь где Мэри? Я ее с утра не могу найти. Она тебе что нибудь говорила по пово… — Не-а, не было такого! — вдруг взвизгнул тот — Совсем не было! Почему я в неведении!? — Я ЗДЕСЬ ПРИ ЧЕМ!? — в ответ повысила на ЭТОГО ПИДЕРИКА Фредерика голос — Риторический вопрос это… — пробубнил тот, вскочив с койки — Обязана написать записку, просто обязана… где и куда обязана… Ворвался тот значит в покои своей возлюбленной и как начнет по вещам рыться! Он готов был перевернуть всю комнату верх дном, но найти ее, наказать эту мразь! Это живо… найти то, что Мэри не писала — по факту, объяснительную. Не нашел. Но вот что он нашел, так это пустые коробочки от украшений, запрятанные в прикроватной тумбочке. Он сам ведь помнил, как клал их на верхнюю полку шкафа и наказал Мэри это никогда больше не надевать. Почему? Естессна мотивируя это тем,украшения, дескать, являются элементами развратной(!) жизни и ваще идет вразрез со ««скромностью»». Но все же Фредерик не настолько идиот, чтобы прямо в глаза Черри описанные выше ужасы говорить — умолчал, разумеется, виду даже не подал. Тяжело вздохнул и уселся на чужую кровать. — Ушла и ни слова не проронила. Как ты могла… — Может в прачечной стирается? — предположила девушка, ткнув пальцем в стопку одежды — Нет, нет и нет! При утверждении, что ее нет с утра, это ложь! Процесс длится не более трех часов и а вещей у нее не на весь зáмок. — тут его лицо сделалось мрачным и руки в кулаки сжались — Обманула меня! С иродами поехала в этот чертов город! — Какой еще город? — только посмеялась Черри — Никто в Лос Анджелес не поехал! НЕ-ПО-Е-ХАЛ! Отменилось все! — ПРАВДА!? — тут уже Фредерик удивился — ОТКУДА ТЕБЕ ЗНАТЬ!? — Шелдон, похоже приболел, спит до сих пор. Стьюи решили не будить, вот я с Бернаром договорилась… — И что этот? — перебил ее парень — А он… деньги пропивает где-то… — соврала та в надежде, что он успокоится

***

Вышли, значится, Мэри и Берни из кинотеатра на жару… счастливые-е-е! Что одна бурю эмоций испытала, кою не испытывала никогда ранее, а Бон, как простолюдин человек простой, просто был рад вернуть себе путеводитель, воспользовавшись тем, что Мэри дала ему свою сумочку посторожить, пока она там «носик припудривала». Толпа на улице к этому времени чуть рассосалась, а это значило, что пора Берни доставать камеру и:

Двухсполовинная Четвертая точка:

Аллея Славы Голивуда (дубль №2)

Наконец, дорвались эти двое до заветной цели — всяких дорогих и особенных надписей на тротуаре, коих был не один десяток и не одна сотня. Обошли всю аллею вдоль и поперек. Ох, сколько они фоток там наделали: поодиночке, вместе, на фоне звезд… не сосчитать! Первый рулон кончился, пришлось лезть за другим. Тогда-то и стукнула в голову Бона одна гениальная мысль: — А если мы на смотровую площадку вопремся? — Ты знаешь где такая есть? — усмехнулась та, все еще кое-чего не подозревая — Эт мы мигом! — уверенно ответил Бон, после чего вытащил из рюкзака то самое «кое-чего» и начал листать. Девушка ревностно вскрикнула, подбежала к нему и давай тянуть — Я НЕ ДАВАЛА РАЗРЕШЕНИЕ ТУДА ЛЕЗТЬ! ТЫ ГОРОД ЗНАТЬ ДОЛЖЕН САМ! ВЕРНИ СЕЙЧАС ЖЕ! — смеялась та, все пытаясь утянуть книженцию обратно — А, во! — парень вдруг ее отпустил — Короче, тот отель башенкой. Там на крыше есть площадка!

***

Пятая (нет, не та) точка:

Отель «Dukalis»

Дошли, проход оплатили, доползли до лифтов. Народу что-то совсем в лобби не было… Кажется, что все легко и просто, пока дело не дошло до вызова оных. И тут то стало ясно, почему никого не было. Видите ли, из трех лифтов рабочий был неизвестно какой конкретно, так как каждый из них работал своеобразно, каждый со своей придурью. В итоге зашли они в средний. Нажали кнопку «11 - смотровая площадка» и поехали… на минус первый. Дверь, что характерно, не открылась. Мэри напряглась, трогать лифт не осмелилась, а вот Бон был настроен решительно: тыкал по всем кнопкам подряд, в надежде на то, что они куда-то да приедут. Вверх-вниз-вверх-вниз, двери все не открывались. Как итог: парень сломал лифт и он теперь безостановочно ездил между этажами и не останавливался. — Ты что сделал!? — девушка все больше и больше начала паниковать — Да я проверял как он работает! — улыбаясь сказал озорной наш егоза — Руки свои от кнопок убрал, а! — девушка лезть начала, бить по шаловливым ручонкам начала — Бля, а мне интересно! — ему все еще было смешно. Парню было вообще по кайфу, он по кнопочкам тыкал… пока лифт не встал совсем и свет не погас — Что-ж, какие твои дальнейшие действия, капрал Клиболд!? На что парень засмеялся в голосину и выдал: — Ну, теперь мы умрем здесь… Все во имя науки, рядовая Харрис! И лифт после этого тронулся. Поехал наверх… ехал, ехал, ехал и доехал… слава Рейгану, на смотровую площадку! Железные двери этой мрачной камеры наконец открылись и вот он — столь желанный свет солнца! Красота неописуемая: чистое голубое небо вокруг, приятный теплый ветерок дует прямо в лицо и весь город у твоих ног. Машины и люди чисто маленькие муравьишки, ползущие куда-то. И эти горные массивы, тянущиеся на многие десятки километров… а вон там далеко-далеко можно заметить легендарную надпись «Hollywood» — все нещадно фоткалось! Как же этим двоим повезло, что люда было не так много (ага, с такими-то лифтами). Так фото за фото и пленка закончилась. Осталась одна ячейка, но не надолго — ее место заняла милая совместная фотография. Можно было наконец спускаться с неба на землю. Но только по лестнице.

***

Шестая точка:

«Тот самый» ресторан с живой музыкой

Музей восковых фигур и музей мистики — это все, конечно хорошо, но не очень-то интересно. Тем более когда желудки затребовали жрать. Собственно, как и обещался, Бон привел Мэри туда — ресторан «Royal Hall». И он был прямо как парень рассказывал: просторный, выполненный в стиле 1920-х… и музыка из той эпохи из колонок играла. Меню поражало не только изысканностью блюд, но и выбором алкоголя, на который засмотрелся Бон. Собственно, из-за этого тот, с легкой руки девушки, барного меню был лишен довольно скоро (что потом, однако, не помешало появиться красному вину на столе). Начать оба решили по-царски — с салата цезарь с гигантскими креветками. В качестве основного парень взял себе уверенные, настоящие мужские ребрышки. Мэри была чуть поскромнее — ограничилась итальянской пастой. Ну а в качестве десерта оба выбрали по кусочку тортика… как и в тот самый день — «Красный бархат». — Значит, засекай. Щас пять двадцать. К шести сюда придет группа и будет живое шоу! — радостно заявил Бон — Ты сильно уверен в этом? — усомнилась та — Здесь всегда, если не музло, так комик какой выступит. — указал тот пальцем на сцену — Во, гляди! Вишь, там музыка на шесть. После этого диалог застопорился. Любая односложная реплика получала такой же односложный ответ. И сидели так сколько-то, пока Мэри вообще не отошла руки помыть. Что же делать? Что-ж, Бону повезло, что в это самое время салаты принесли и он смог заказать бутылку красного. А девушки все не было и не было. Вино даже принести успели, по бокалам разлили. Парень грешным делом подумать успел, что та его кинула, а сама обратно домой поехала… а нет — ее сумочка на стуле лежала. Бон уж думал, что в ожидании состариться успеет, но благо эта вечность кончилась и девушка вернулась. — Я не поняла! Что на столе забыл алкоголь!? — шутливо наехала та — Но-но-но-но… не алкоголь, а благородное вино! Будем щас тебя им поить! — с очень интересной интонацией произнес тот — Я ведь не пью такое… — Ты не пьешь, а культурно дегустируешь! Говорят, что под еду на ура идет! — все настаивал тот — Ну и случай то какой! Когда еще шанс будет? На том парень поднял бокал, как бы намекая, что уже пора начинать трапезу. Мэри же замешкалась, кое как схватила бокал за ножку и тоже подняла, на что парень засмеявшись сказал: — Так банку пива держат, когда залпом пьют! А ты вино дегустируешь. Девушка неловко хихикнула, взяла бокал совсем как подобает особе из высшего общества и чокнулись «в честь встречи». Сделала первый глоток — на вкус не самый приятный сок. Сделала второй, заев салатом — уже получше. А на третий уже и настроение лучше делаться стало и говорить стало легче. Собственно, так разговор и завелся. Сначала про первый в жизни Мэри раз «дегустации» алкоголя, затем аккуратно про опыт Бона, что внезапно перешло в географию, путешествия, то, почему Мэри вообще решилась сюда поехать… Время горячего пришло и ушло, а беседа все продолжалась. Причем такая живая беседа деялась, что они даже не обратили внимание на то, что музыка затихла, что кто-то делает объявление, то, что джазисты взошли на сцену. Даже аплодисменты не смогли вернуть этих двоих обратно на землю. Только когда бутылка опустела они обратили внимание — группа играла и люди уже во всю плясали в центре зала. Что-ж, пока все были счастливы и навеселе, кажется пришло время для кульминационного момента. Бон встал из за стола и: — Мисс Харрис… разрешите пригласить Вас на танец? — улыбнулся тот и протянул ноги ей руку Та в шоке, руки к груди прижала, нервно засмеялась еще так. — Но я не умею! — воскликнула та — Да лан тебе, я тоже нихера не умею! Там вишь, тоже не мастера отжигают и все счастливы! Мэрию помедлив чутка, таки приглашение приняла и они вдвоем направились на танцпол. Встали кое-как в нужную позу и понеслась! Да, поначалу криво, косо, в других врезались, значительная разница в росте тоже неприятностей создавала… но потом те приноровились, в ритм друг друга вошли. Темп ускорили, начали полноценно кружить и лететь, словно птицы в небесах да останавливаться было не охота. Огни, музыка, чудесная пара, эти головокружительные виражи…

***

Водитель по громкой связи объявил город и время: двадцать минут двенадцатого. Они вернулись домой. Эти четыре часа пролетели будто в тумане, носами клевать начали уже после столь насыщенного дня. Выполз в итоге на улицу Бон и держась с ним за руку вышла Мэри. Оставалось только дойти по прямой до общежития, затем до комнат и там разойтись. Весь путь они, держась за руки, обсуждали теперь уже минувший день и то, что это точно стоило повторить. Но вот и до боли знакомая светящаяся вывеска появилась вдали, отчего те начали шаг замедлять, оттягивали момент как могли… пока они окончательно не встали. — Не хочу говорить… Нам пора разойтись… — еле выдавила из себя та — Да, придется походу. — вздохнул Бон — Спасибо, что составила мне компанию. Офигенно с тобой было, черт возьми! — Мне с тобой тоже было интересно! Ой, да… — вдруг отдернулась та и полезла в сумочку — Я у тебя украла и не возвращала… — Путеводитель мой… почти не пригодился! — засмеялся Бон — И я щас тоже… Может тебе пленку на память отдать? — Нет, не надо, пусть лежат у тебя… Фредичка поймет неправильно, если найдет их… — Этот. А я и забыл. Я тебя прошу, будь осторожна. Как бы он… — Не переживай за меня, он мне ничего не сделает! Я утром как-то убежала без единого звука! — посмеялась девушка — Ладно, мне пора. На том Мэри крепко так обняла Бона на прощание и, напоследок посмотрев ему в глаза, ушла. А парень так и остался стоять на улице в гордом одиночестве.