Everything black

Конечно, всё, что чувствовал Дазай, нельзя было передать одним «спасибо», но словами эти чувства лучше было не описать. В этом «спасибо» было всё: подшучивание над напарником, страх одиночества, боль, но вместе с тем огромная благодарность. За то, что ответил на звонок, за то, что побежал сюда, за то, что выломал дверь, за то, что выбил из руки лезвие и забинтовал порезы. К нему никто так не относился. Таким, как он не положена забота и любовь. Чуя, этот вечно недовольный, вспыльчивый рыжий чихуахуа, оказался для него лучиком света в том тёмном мире, в котором он вырос и в котором вынужден жить. А вот Накахаре было сложнее. Чем больше этих ситуаций с суицидом, тем сложнее парню держаться в тонусе. Осаму даже не думает о том, что происходит с Чуей в то время, пока он умиротворённо сидит в ванной комнате с лезвием. Вытягивая из чёрной дыры Дазая, сам Чуя пачкался в ней всё больше. Но когда он осознавал, что жизнь напарника на волоске, он ничего не мог сделать — ноги сами несли его к заветному месту. Привязанность двух людей, которые не должны были привязываться. Людей, которые не умеют и не могут любить. Людей, которые рождены либо сражаться, либо страдать, потому что так устроен мир. Либо они вынырнут из чёрной дыры по отдельности, либо вместе утонут. Очередная миссия. Снова двойной чёрный. Снова Чуя использует Порчу, снова Дазай должен её обезвредить. Но что происходит в их головах во время битвы? Понятно, что Накахара в этот момент не в себе, и мысли его перепутаны между собой. А Дазай? Враг силён, но Осаму знает, что его напарнику всё по плечу. Он сильнее любого из их врагов. И он всегда под защитой. В какой-то момент всплывает мысль: он же ненавидел его! Куда вдруг делась вся та злость, агрессия и ненависть? Почему шутить получается в любой ситуации, но только не сейчас?… Почему маска шута в моменты, когда Чуя в опасности, куда-то пропадает?… Все лишние фразы и бессмысленные шутки улетают из головы куда-то к звёздам, оставляя пустоту и одно навязчивое: «Только бы победили». Или это всё-таки «Только бы с ним всё было хорошо»?… Главное вовремя остановить. А что если не успеть? Казалось бы, всё так просто… Способность Дазая такая идеальная, промахов просто не бывает… Но одно неверное движение может привести к гибели Чуи. И умрёт он по вине Дазая. На счету каждая минута. Лишний взмах рукой, лишний шаг в сторону — да что угодно может повернуть события совсем в другую сторону. Осаму расчитывал весь бой, только чтобы успеть. Нельзя было просчитаться. Всё-таки он не может его потерять. Он не готов к такому. Только не сейчас. Только не вот так. Враг убит, а в луже его крови топчется Чуя, время от времени отрывая куски от земли и метая их в стороны. Осаму аккуратно подошёл к напарнику. Тот не заметил его, всё так же уставившись в одну точку. Только когда напарник коснулся талии Накахары, движения того стали менее рваными. Зрачки потихоньку возвращались в норму, и взгляд становился более осознанным. Вместе с тем и последние силы покидали Чую. Дазай приобнял напарника за талию и улыбнулся. Успел. Тот к тому времени уже успел полностью освободиться от порчи и ослабеть. Ноги больше его не держали, поэтому тот упал на грудь напарнику без сознания. Дазай сел на траву рядом с аккуратно уложенным напарником. Он постарался и положил друга красиво, даже разложив по бокам оставленные им перед использованием Порчи вещи. Так и не скажешь, что это милое создание такое опасное. Сейчас он так мило сопит… Осаму начал медленно перебирать локоны напарника. Волосы Накахары были гладкие, как всегда. Мягкие и приятные на ощупь. Да и пахли они каким-то вкуснющим шампунем. Оставить или отнести? Всё-таки Дазай выбрал второе. Осторожно взяв напарника на руки, Осаму понёс его вперёд. — «Вот же чёрт рыжий. Тащить тебя ещё после каждой миссии!» — притворно недовольно выпалил Осаму. На самом-то деле ему нравилось осознавать, что хрупкое на первый взгляд и непобедимое, если присмотреться, тело находится в его руках, при чём не только в переносном, но и в самом буквальном смыслах.