Everything black

Звонок. Быстрые шаги. Шёпот в трубку. Трясущиеся руки. Чуя бежит по давно изученному маршруту. Направо, за тем домом взять левее, здесь перейти дорогу. Дыхание сбивается, но он бежит, не чувствуя ни ветра, ни холода, ни капель дождя, падающих на волосы. Опять этот придурок решил над ним пошутить. Чёртов Дазай! Да пусть он и сдохнет уже, достал! Но что-то в глубине души кричало «Спаси его. Ни за что не бросай его. Никогда. Ты не сможешь без него». — «Чёрт!» Ступени лестницы быстро пролетают перед глазами. Выше, быстрее, ближе к нему… Главное не поскользнуться, главное не упасть… В такие моменты кажется, что у тебя выросли крылья. Ты летишь по лестнице, не касаясь ступеней. Перед глазами начинает двоиться. Вот, это та дверь, осталось войти, и… Дазай будто бы специально каждый раз сидит перед ним в одной позе, с одним и тем же выражением лица, на котором видны насмешка и боль одновременно. Наваждение тут же прошло. Твёрдое и трезвое сознание вернулось, и тут же перестало двоиться в глазах, руки больше не тряслись и по телу пробежали мурашки, всё-таки в квартире было прохладно. Осаму фальшиво засмеялся. — «Всё-таки примчался. Ну спасай меня, раз уж пришёл» — «Пффф.» Когда все раны были перебинтованы, Дазай плюхнулся на диван. — «Чай, кофе, потанцуем?» Что-то в голове Чуи щёлкнуло. То есть он только что умирал, а теперь кидается шутками? Получается… Для него это спасение ничего не значит? Он бежал, вне себя от волнения, через всю Йокогаму, а он посмеялся и забыл? Он использует его? Точно… Шутки! Он же просто издевается над ним! Наверняка он уже давно решил, что к нему всегда прибежит на помощь его верный пёс, и теперь думает, что он может вечно шутить над напарником, и при этом его ещё и всегда спасут и окружат заботой! Хватит этого! Дазай так привык к тому, что его спасают, что теперь ни во что не ставит эту помощь — так сказал бы любой, но не он сам. Ему казалось, что лучше создать весёлую атмосферу и забыть о том, что было, чем устраивать сцены. Ему казалось, что так Чуе будет легче. Да и, конечно, для него-то все эти попытки самоубийства не что иное, как обыденность, ежедневный квест. Он каждый раз так умилялся, когда видел, как Накахара за него волнуется, как тяжело дышит — бежал во всю силу. Его трогала эта забота, и трогала до глубины души. Но показывать это… Показывать свои эмоции, свою слабость… Он не смог бы так поступить с собой. Да и, как ему казалось, Чуя был не против того, что атмосферу никто из них не накалял. Но он ошибся. — «Что ж, я пошёл.» — Чуя порывисто встал с дивана. — «Чтооо? Неужели не останешься на чай? Как же так, а, Чуя?» — состроил обиженную моську Дазай. С каждой минутой Накахара закипал всё больше. Взрыв был всё ближе. — «Я и сам дома чай попью.» — «Ну хочешь, бутылочку вина откроем?» — «Обойдусь, спасибо.» — «Ты на что-то обиделся?» — Осаму встал с дивана и коснулся плеча напарника, стоящего к нему спиной. Тот сбросил его руку со своего плеча и развернулся, чуть ли не крича от накопившейся злости. — «ОТСТАНЬ ОТ МЕНЯ! Я СКАЗАЛ, ЧТО МНЕ НИЧЕГО НЕ НУЖНО! Я УХОЖУ!» Дазай замер с удивлённым лицом. Он никак не мог понять, что происходит. Чуя, тем временем, пошёл в прихожую. Осаму опомнился и ринулся за ним, схватив за руку. — «Ты чего такой злой? Что не так-то?» — «ДА ВСЁ НЕ ТАК!» — «Д-да?» — «Скажи мне: зачем ты пытаешься убить себя?» — «Ты же знаешь, Чуя, что я не хочу жить, вот и пытаюсь совершить самоубийство. Разве не логично?» — «Не ври, глядя мне в глаза. Ты отлично придумал, как постоянно стебаться надо мной, но теперь этого больше не будет!!» — «В смысле?» — «В коромысле! Меня достало, что ты меня используешь! Думаешь, в настолько тупой, что не пойму? Ошибаешься! Но ничего, больше тебя никто не спасёт! Хоть режься, хоть под машину бросайся, хоть топись — я не прийду! Мне всё равно на тебя и твою жалкую жизнь!» Пулей вылетев из квартиры, Чуя скрылся. Осаму остался стоять на месте с широко открытыми глазами. Что это вообще было? Что произошло? Неужели он настолько заигрался? Он заставил Чую — человека, который спас его жизнь столько раз — думать, что он его игрушка? Хотя… Он прав. Так много нервов он тратит на своего никудышного напарника-суицидника, а ничего не меняется. Может быть, он наконец-то сможет спокойно уйти из этой жизни? Может, так и должно было произойти уже давно? От мысли, что наконец-то смерть близко, Дазай улыбнулся. Только вот из глаз тихо, беззвучно лились слёзы.