Капля крови и тыквенный пирог

Полнолуние неумолимо приближалось. Луна взойдёт на небе через два дня, и, прежде чем она озарит улицы своим холодным светом, Кристиану срочно нужно было поесть. Ему становилось хуже изо дня в день: теперь хотелось впиться зубами во всё, что едва двинулось с места. Потому он решительно заперся в комнате, дабы никому, кроме себя, не навредить, ожидая, что Элиас скоро принесёт ему крови. Ведь он обещал. Элиас же решил откладывать поиски крови до последнего. С одной стороны, ему было донельзя некогда заниматься этим — дом всё ещё разваливался и требовал хотя бы минимального ремонта, чтобы продолжать стоять и не обрушиться в какой-то момент; с другой же, колдуну было занятно наблюдать, как вампир мучается от жажды, но не из личного интереса, а из сугубо научных побуждений. Ведь единожды встретить вампира удаётся не каждой ведьме за несколько веков, а он по счастливой случайности теперь живёт с одним из них, будучи только на девятнадцатом году жизни. На самом деле, он планировал добыть крови за неделю до полнолуния, но до того погряз в домашних хлопотах, что напрочь об этом забыл. Забыл он и о рисках своего промаха. Зайдя к Кристиану за шестнадцать часов до полнолуния, Элиас ужаснулся. Казалось, перед ним, согнувшись пополам и спрятав лицо в коленях, сидит вовсе и не он. Одежда на нём была разорвана и свисала лоскутами, под которыми виднелись свежие раны. Вампирская регенерация позволяла излечивать бесследно любые раны, не нанесённые серебряным оружием, потому стало понятно, что порезы Кристиан оставил на себе буквально только что. Он всё ещё впивался заострившимися ногтями, теперь похожими на когти, в голени. По испорченным штанам спускались алые дорожки крови. Кристиан тяжело и часто дышал, иногда постанывал и с новой силой вонзал ногти в кожу, чтобы унять мысли о голоде. — Мистер Альбу, я достал кровь для Вас. — Элиас не решался подойти ближе, боясь, что за его халатность на него тут же набросятся. Но Кристиан только надрывно поднял голову, и уставился на него молящими глазами, и в нетерпении облизнул пересохшие, местами потрескавшиеся до крови губы. Колдун увидел, как обнажились его длинные клыки, и стало по-настоящему не по себе. Осторожно, до сих пор не доверяя ему, Элиас приблизился к Кристиану и протянул стеклянную литровую бутылку, наполненную венозной кровью тёмно-вишнёвого цвета. Альбу, только завидев кровь, бросился к бутылке и почти повалил бы Элиаса с ног, если бы тот не успел вовремя отскочить в сторону и зажаться в углу, наблюдая, как Кристиан, не в силах больше сдерживать животную жажду, откупорил бутылку и почти моментально влил в себя густую жидкость. Всё-таки пролив немного на пол, он принялся слизывать остатки, дабы не потерять ни капли долгожданной еды. Он облизал и пальцы, не упуская ничего. Из-за особой неаккуратности он теперь был весь перепачкан в крови, но зато голод ненадолго отступил, и можно было немного передохнуть перед полнолунием. — Спасибо, — выдохнул Кристиан, наконец придя в себя. Он присел на кровать и запрокинул голову, едва заметно улыбаясь. — Ты меня выручил, Элиас. — Вы же понимаете, что будете сами всё это убирать? — Он указал на кровавые разводы на полу и красные отпечатки пальцев на только что выстиранном постельном белье. — Я не собираюсь корячиться здесь на четвереньках и вычищать половицы, но простынь, так уж и быть, постираю снова. Он недовольно хмыкнул и вышел из комнаты, давая Кристиану окончательно прийти в себя. Тот, усмехнувшись, посмотрел вслед Элиасу. Какой же он всё-таки громкий и раздражающий. Но обещание ведь выполнил. Вечером, когда до полнолуния оставались считанные часы, Кристиан, переодевшись в целую одежду, решил ненадолго спуститься. Элиас сидел за обеденным столом и читал. Рядом стояла пустая тарелка, недавно наполненная пшеничной кашей. — Что ты читаешь? — спросил Кристиан и присел напротив. Элиас недовольно поднял глаза — его прервали на интересном моменте. — Довольно занятную вещицу, хочу сказать. Какой-то современный, неизвестный мне ранее автор решил выпустить книгу о кровососах. Знаете, описано очень правдоподобно, если учитывать, что писатель — обычный человек. — И что же он пишет о «кровососах»? — Кристиан до жути не любил это слово. — Я процитирую Вам самый непонятный для меня момент: «…чтобы восстановить силы кровососам необходимо утолить нечеловеческую жажду крови и заснуть на несколько лет в тёмном сухом месте, желательно в гробу, который возможно открыть изнутри…» Это правда? Гроб на самом деле так необходим? — спросил Элиас насмешливо. — Такой туфты я не слышал уже больше века. Мне казалось, эту чушь давно забыли, но, по-видимому, это не так. — Так гроб не нужен? — Конечно же нет. По-твоему, где же тогда мой гроб? — Может, Вы прячете его в подвале, — шуточно предположил колдун. — Здесь нет подвала, Элиас. — Кристиан покачал головой. Элиас продолжил читать вслух, чтобы Кристиан, внимательно слушая, иногда недовольно морщился от абсурдных высказываний автора и тут же опровергал их, при этом сильно, но слишком изящно, жестикулируя. Элиасу казалось, что тот взмок из-за слишком возбуждённой беседы, но на самом деле Кристиану стало хуже: до восхода полной луны осталось каких-то без десяти минут два часа. На его лбу выступил холодный пот и стал стекать по щекам, капая на рубашку; клыки удлинились и теперь мешали Кристиану говорить, отчего он немного шепелявил. Сам он стал тяжело дышать и чаще сглатывать слюну. В голову ударила первая навязчивая мысль, и Кристиан, прервавшись говорить, закрыл глаза помассировал виски, стараясь избавиться от неё как можно скорее. — Началось? — спросил Элиас и насторожился, схватившись за стул, чтобы при случае встать как можно скорей. Но виду он старался не подавать и остался сидеть неподвижно и спокойно, только глазами показывая волнение. — Всё настолько плохо? Кристиан опустил голову на прохладную поверхность стола. — Я чувствую, как кровь течёт по твоим сосудам, как громко от волнения бьётся твоё сердце; слышу, как быстро сменяются мысли: «Бежать, нужно бежать», «Опасность», «Мне страшно»… Достаточно «плохо»? — Кристиан нервно усмехнулся и попытался встать, но только упал со стула и теперь разбито лежал на полу, подавляя порыв наброситься на Элиаса в тот же момент. — Сейчас же запрись в комнате, желательно спрячься куда-нибудь и возьми что-нибудь серебряное. У тебе же есть серебро? — Только цепочка на шею. — Элиас вскочил с места и отошёл подальше от Кристиана, спиной направляясь к лестнице. — Я оставлю кровь в бутыли в Вашей комнате. Выпейте и её тоже. Кристиан успел только благодарно взглянуть на него и кивнуть, как его скрутило от очередных кровожадных мыслей «Убей, убей, убей», — проносилось в голове вновь и вновь, стоило прислушаться к испуганному стуку сердца колдуна. Элиас побежал наверх, услышав, как Альбу нечеловеческим голосом прохрипел: «Иди же!» Заглянув в свою спальню, он схватил бутыль с кровью и поставил её у кровати Кристиана. Выходя, он увидел, как тот поднимается по лестнице, бессильно держась за перила и останавливаясь каждые две ступени. Элиас бросился к себе и, сняв с шеи цепь с медальоном и прихватив гримуар мисс Ашворд на всякий случай, залез в платяной шкаф, заранее вытряхнув из него всю одежду. Он не воспринимал всерьёз слова Кристиана о полнолунии до этого момента, думал, что тот только захочет выпить немного крови и, утолив жажду, успокоится, но на деле всё оказалось куда хуже. Было видно, что не только Элиасу страшно: Альбу боялся самого себя и, казалось, не был в силах смириться со своей почти животной сущностью. То, как он старался уберечь Элиаса, едва знакомого человека, от самого себя, вызывало крайнюю степень уважения. Нужно отблагодарить его, когда полнолуние закончится, подумал Элиас. Если сможет дожить до этого момента, подумал тут же и нервно сглотнул. Было слышно, как Кристиан запер себя в спальне и почти сразу осушил бутыль от крови. Теперь он метался по комнате, не позволяя себе открыть дверь и найти Элиаса, чтобы осушить и его. Колдун же, сидя в шкафу, был на взводе и боялся даже вздохнуть лишний раз. Он постарался унять бушующее сердце, но оно не поддавалось и словно начинало биться ещё сильней. В какой-то момент Кристиан перестал издавать хоть какие-то звуки. Так продолжалось почти сорок минут, которые Элиас провёл, прислушиваясь, после чего на весь дом раздался душераздирающий вопль, и вампир вновь забился об стены. Элиасу стало по-настоящему страшно за свою жизнь. Теперь уже не казалось, что он переживёт эту ночь. Один раз Кристиан, испытывая дичайшую боль, прохрипел так, будто пришёл в себя: «Элиас, спаси меня», — и колдун правда намеревался выйти из шкафа и помочь ему, но тут же Альбу снова скрутило в воплях. Хотелось закрыть уши, чтобы не слышать этих страданий, но так Элиас боялся упустить момент, когда в его спальню ворвутся, не в силах подавить порыв. Так и случилось. В какой-то момент Кристиан выбил дверь своей комнаты и направился искать, откуда исходит запах циркулирующей по венам и артериям крови. Он с нечеловеческой силой пробил насквозь дверь в спальню Элиаса, и тот весь сжался, но был готов атаковать, если понадобится. Кристиан подошёл к шкафу и громко принюхался, чуть ли не прикасаясь носом к его дверцам. Он провёл пальцами по деревянной поверхности, и послышалось, как дерево царапалось под отросшими когтями. Элиас надеялся, что, ведомый лишь жаждой, Кристиан не сможет открыть дверцы и отступит, но напрасно. Вампир неприятно тихо заклокотал гортанью, после чего яростно завопил и без особых усилий опрокинул шкаф вместе с Элиасом внутри. После громкого падения мебель развалилась по частям, и колдун выскочил из укрытия, размахивая перед собой цепочкой и крепко прижимая к груди гримуар. Он закрыл глаза, боясь увидеть то, во что превратился этот изящный юноша, и только слушал, как тот отвратительно клокочет гортанью, будто чувствуя серебро перед собой. Решившись, Элиас открыл глаза и ужаснулся. Чудовище перед ним никак не могло быть Кристианом Альбу. Существо стояло, склонившись над ним, и смотрело навязчиво, прямо, как обычно смотрел сам Кристиан, но теперь взгляд был словно пустым, не показывал ничего, кроме нескончаемой кровожадности, и вызывал лишь животный стах и ужас. Его клыки удлинились сильнее и впивались в нижнюю губу, отчего по подбородку текли две струи тёмной крови. Лицо было перепачкано, видимо, кровью из бутыли. Существо разорвало одежду на себе собственными когтями, и Элиасу предстали многочисленные свежие кровоточащие раны, покрывавшие почти всё тело, из-за чего чудовище было похоже на одно кровавое месиво, тяжело дышащее, клокочущее и смотрящее страшными багряными глазами. — Мистер Альбу, — сам от себя не ожидая, позвал Элиас. Существо на секунду остановилось, будто услышало его слова, но почти сразу продолжило угрожающе приближаться. Оно всё так же остерегалось серебра в руках Элиаса, но жажда была сильней, потому, игнорируя, как сильно цепь обжигала его кожу, чудовище присело перед Элиасом. Его лицо было в сантиметрах от испуганного колдуна. — М-мистер Альбу, — промолвил Элиас почти неслышно дрожащими губами. — Очнитесь же, мистер Альбу. Это я, Элиас, Вы не помните? — Колдун прикоснулся к его щеке пальцами, готовясь в любой момент отдёрнуть руку. Вдруг глаза существа посветлели и ожили. Теперь они сфокусировались на Элиасе, прежде смотря куда-то сквозь него. Его губы раскрылись, и существо попыталось заговорить, но смогло только жалобно неразборчиво просипеть. Колдун немного успокоился, видя, что Кристиан хотя бы чуть-чуть пришёл в себя, и уверенней прикоснулся к его щеке, стараясь показать, что тот не один. — Мистер Альбу, это же Вы, правда? — с надеждой спросил он. Словно опомнившись, Кристиан отпрянул и прижался к стене, зажавшись. Он коснулся места на груди, где всё время его обжигало серебро и прошипел от боли. Увидев это, Элиас отложил цепь и попытался приблизиться, но Кристиан не позволил. — Сиди там, — приказал он нечеловеческим голосом. — Приступ может случиться ещё много раз, я ни секунды не могу контролировать себя, потому лучше беги из дома. Боюсь, что убью тебя в эту ночь. — Вам нужна кровь? — спросил Элиас и добровольно расстегнул верхние пуговицы рубашки, оголяя ключицы. — Так уж и быть, я поделюсь с Вами. Не хочу быть убитым окончательно. — Дело не в крови, Элиас. Я не питался почти три года, и эта жажда, копившаяся годами, дала о себе знать именно сейчас. Мне не хватит и трёх тебя, чтобы насытиться и прийти в норму. — Мисс Ашворд рассказывала, что ведьмовская кровь вызывала у Вас лютый, будто наркотический, бред. Может, если Вы попробуете немного, отключитесь и проспите до утра? Помолчав, Кристиан согласился: — Звучит логично. Но не ты ли недавно наотрез отказывался давать мне своей крови? — Он саркастично ухмыльнулся и скривился в очередном порыве. — Если хочешь попробовать… — процедил он сквозь боль. — То сейчас самое время. Элиас осторожно приблизился к нему и успел лишь пару секунд посмотреть в его пока ещё ясные глаза, тем самым разрешая выпить своей крови. Увидев в глазах Альбу благодарность, он успокоился, и сердце перестало так часто и беспокойно биться. Кристиан не стал ждать и впился зубами в в тёплую шею колдуна.