Lycoris

      Господин Чхве Ынсок, сын дядюшки Чхве, следовал за наследником на фермерском коне, погрузившись в собственные думы. Ему не давал покоя вид, представший перед ним на реке. Он же совсем мальчишка. А на теле ни единого чистого места! Ещё и эта печать на груди... Насколько тяжкий грех он совершил?       Когда будущий глава попытался забрать с собой Тэхёна, зная всю опасность подобной вылазки, Чхве Ынсок изрядно насторожился. Что же станется с мальцом, если надышится дряни всякой? В любом случае, мужчина отчаянно решил защитить его от болезни и, как настоящий взрослый, проследить. Излюбленный природой, обласканный солнцем, Тэхён скакал верхом на уже своей кобыле, что отвергала его ранее, не подозревая о намерениях знакомого фермера. Дядюшка Чхве за такой короткий срок уже привязался к новому человеку и побеспокоился о его здоровье в пути, нагрузив кобылу бутылями с водой, лепёшками, фруктами и орехами, чтобы Киму в дороге было чем занять рот и не голодать. Такие же припасы подготовили и для наследника клана, однако он отказался от всего под предлогом «уже наелся досыта, а вам ещё целый день следить за фермой», взяв с собой лишь бутыль воды.       Когда троица достигла нужного места, а коней привязали подальше у деревьев, Чонгук передал всем тканевые повязки на лицо, чтобы хоть немного ослабить влияние растений на организм.       —Тут довольно слабое течение, не удивительно, что цветение началось именно здесь,—Тэхён присел на корточки у берега, придерживая плотную ткань на лице рукой, чтобы запах не просочился в лёгкие, однако теперь его было совсем не слышно.       —Что ты сказал? —Чонгук подошёл ближе, чтобы лучше расслышать, однако тут же закашлялся. Организм был всё ещё слаб после повышения дозы яда.       —Я говорю, нам надо пойти дальше к месту более сильного течения, чтобы выяснить причину цветения на этом участке. — Тэхён подошёл к наследнику почти вплотную, чтобы его было слышно наверняка. —Если не найдем причину, красный прилив может распространиться дальше, тогда рыбачить будет невозможно.       —Выдвигаемся. —Чонгук опустил руку на плечо парня, и, спуская её ниже, к лопаткам, подтолкнул его вперед, пропуская к лошадям. Ким едва слышно зашипел. Шрамы всё ещё неприятно ныли.       Чхве Ынсок настороженно наблюдал за действиями будущего главы, но пока не заметил никакой вражды между ними. Первым делом он решил помочь мальчишке взобраться на лошадь и только потом сел сам. Дорога проходила вдоль берега лишь для того, чтобы найти места с более сильным течением. Поэтому на протяжении всего пути, троица так и не сняла повязок, пока необходимый им поток реки не был найден. Чем ближе они продвигались в нужному месту, тем громче становился плеск воды, а дорога вела все выше по горной местности, скользкой из-за замшелых камней после постоянной влажности. Рядом водопад.       Парни остановились почти у его подножия, осматривая вид. Шум речного потока был настолько громким, что перебивал даже мысли в голове.       —Я спущусь поближе и осмотрюсь,—Тэхён повернулся в сторону Чона, чтобы получить одобрение. Чонгук его даже не услышал, оценивая безопасность спуска на лошадях, но парень тут же спрыгнул с кобылы, забыв привязать поводья к дереву, и аккуратно спустился к подножию. Пока наследник клана и фермер привязывали всех трёх лошадей, Ким, снял повязку, пытаясь определить на запах причину появления красного прилива ниже по течению. Ничего подозрительного. Тогда уличный танцор, отбросив чувство самосохранения, полез в воду выяснить необходимую информацию.       —Что ты творишь? —крикнул с берега Чонгук, когда Тэхён уже погрузился довольно глубоко в поисках неизвестного на дне. Предостережительный крик слился с шумом речного потока.       Внезапно нога зацепилась за что-то мягкое, схватив ботинок, в котором Ким полез в реку, забирая с собой под воду. Крикнув простое: «Глупец!», наследник помчался к обрыву, чтобы вытянуть из воды сумасшедшего. Давление реки сопротивлялось быстрым движениям Чонгука, стремившегося как можно скорее добраться до парня, постоянно снося в сторону. Сколько бы Чон не искал, руки всё время хватали лишь пустоту, пока не обнаружили тело, слишком мягкое и разбухшее для живого. Несмотря на тяжесть, наследник попытался поднять его. Мягкая плоть словно проглотила руки, пока те не зацепили кости, похожие на ребра. Парень выудил из воды гниющий труп. Поддаваясь сопротивлению, нижняя часть не выдержала, погрузившись обратно в воду, оставляя разъеденные речными обитателями и насекомыми внутренности висеть над поверхностью, кусками отрываясь и плюхаясь в реку. Тело в руках теперь заметно легче, но лучше от этого не стало. Напрягая мышцы, Чонгук отбросил часть тела подальше от себя, пытаясь как можно скорее найти Тэхёна. Ужас, что творился сейчас в голове, заставлял искать парня ещё активнее, пока наконец руки не поймали живое человеческое тело. Чон нашёл его! Потребовались усилия, чтобы достать его из толщи воды. Теперь будущий глава понял, почему Ким не сопротивлялся, не пытался выпрямиться, несмотря на небольшую глубину у берегов. Его руки и ноги были поглощены телом ещё одного трупа! Небольшие колебания в попытке освободиться были незаметны на таком течении.       Чонгуку пришлось набрать в грудь побольше кислорода прежде, чем погрузиться под воду и попытаться отцепить руки и ногу Тэхёна от тела. Разбухшие в реке трупы были словно трясина: мягкие, легко рвущиеся и забивающиеся под ногтями куски кожи. Размокшие кости издали неприятный хруст под силой Чонгука, но, наконец, освободили кисть из пут. Чон вытянул Тэхёна из воды, взяв на руки, и медленно ступая в сторону берега, на котором стоял обеспокоенный Чхве Ынсок, бегая из стороны в сторону.       Перед погружением в воду, молодой господин подал сигнал рукой, чтобы фермер оставался на берегу и не смел следовать за ним. Как слуга, Ынсок не мог ослушаться, но до смерти беспокоился за своих спутников. Едва нога Чона коснулась мокрой земли, впитавшей в себя воду, фермер тут же подскочил на помощь, аккуратно опуская тело. Наследник принялся откачивать наглотавшегося воды Тэхёна, пока сам не закашлялся. Он позволил Ынсоку продолжать его действия, пока сам отошёл прочистить горло. Неприятная слабость в теле подогревала накопившуюся злость. Он совершил ошибку, повышая дозу яда в такой напряженный период, а сейчас, вдобавок, нашлись и трупы в воде. Неизвестно какое количество ещё скрывается на дне дальше от берега. Мысли роились, словно пчёлы в улье… Глупый ребенок! Они могли бы выяснить всё на суше, но ему вздумалось одному лезть в опасный водоём! А если бы Чон не успел? О таком наследник даже думать не хотел. Безрассудство паренька до добра не доведёт. Разве что до ранней седины окружающих его людей.       Чонгук снова закашлялся, отхаркивая кровь. Чёртов яд! Только этого не хватало. Пока молодой господин спешно вытирал губы, Тэхён, наконец, очнулся. Чон поспешил осмотреть его, опустившись рядом на колени, чтобы проверить повреждения. Ким поднял глаза, часто промаргиваясь в попытке вернуть четкость зрения. Над ним навис наследник, осматривая лицо на возможные травмы; вода с его промокших чёрных, словно земля, волос капала на щёки Тэхёна, стекая к уху и немного щекоча. Холодные руки, что держали затылок и слегка поворачивали голову танцора, дрожали словно целый день таскали неподъемные грузы и сейчас были совершенно без сил. Едва Киму вернулось зрение, он заметил еле заметную деталь. Кровь, стекающая с уголка губ Чонгука, смешивалась с водой на мокром лице, создавая уже еле заметный розовый оттенок.       Тэхён без задней мысли вытянул руку вперёд, касаясь губы будущего главы, вытирая текущую кровь. Обескураженный молодой господин от неожиданности отпрянул назад, по привычке цепляясь ладонью за ножны промокшего меча, который во время спешки забыл скинуть на землю перед погружением в воду.       —Думаю, тебе уже стало лучше,—Чонгук поднялся на ноги, откашливаясь.—Ынсок, возьми Тэхёна на руки, поедете с ним на одной лошади, я потяну за собой другую кобылу.       —Да, молодой господин,—фермер аккуратно поднял Кима, примерно помня где были самые глубокие шрамы, стараясь не держать руку в тех местах. Он аккуратно понёс его до своего коня, пока Чонгук развязывал поводья, которые передал Ынсоку, как только оба взобрались на лошадь.       Мужчины двинулись в противоположную от водопада сторону, чтобы шум реки не перебивал их обсуждений. Как только более тихая опушка была найдена, троица слезла с лошадей, привязывая поводья к дереву, чтобы кобылы могли отдохнуть и поесть свежей травы, а путники выпить полы и набраться сил для дальнейших решений. Техён, которого Чхве Ынсок с особой осторожностью спустил с коня и поставил на ноги, присел не землю, всё ещё дрожа от мокрой одежды, прилипшей к телу, пытаясь достать из мешочка орешки. «Ох, они все промокли и теперь будут невкусные»—пронеслись в голове мысли.       Рядом опустился Чонгук.       С минуту помолчав, Тэхён всё таки высказал предположения, продолжая копаться в мешке с орехами, которые когда-то убирал за пазуху.       —Мне кажется, именно гниение трупов вызвало размножение водорослей, но из-за невозможности зацепиться и продолжать размножаться, растения смыло в места с более слабым течением.       —Если мы соберем солдат и очистим реку от водорослей сетями, а трупы уберем подальше, это поможет что-либо изменить?       —Со временем, конечно, все пройдет, но что, если в следующем сезоне цветения водопад снова будет полон трупов? Откуда такое количество здесь? Что это за территория?       —Это граница клана Чжоу.—произнёс Чонгук, в голове которого мыслей стало в разы больше.