Убежать от себя (от тебя)

Продрогший Гарри сидел на кухоньке снятой им на сутки квартиры и… остервенело ел большими ложками мороженное. Учитывая завтрашний, точнее, уже сегодняшний урок полетов на метле – спиртное было под запретом, а то герой снова с удовольствием бы приложился к бутылке. Что-то, в последнее время он слишком часто стал прибегать к этому, наиболее легкому способу отрешиться от жестокой реальности. Почему мороженное, а не горячий кофе, что было бы куда более уместно в данном случае? Ну почему… корни тянулись все туда же – в детство. Голодное урчание в животе… найденная позавчера перед соседским домом карамелька в истёртом фантике… найденная или выброшенная, ибо валялась неподалеку от мусорной урны… розовощекий, лоснящийся от обжорства, кузен перед новенькой плазмой, уплетающий ванильный пломбир из килограммового «ведерка»… нереальное желание получить хоть ложечку лакомства… одну единственную… чайную… ну хоть десертную… только попробовать на вкус… ощутить на кончике языка капельку холодной сладости… зажмуриться от блаженства… всеми рецепторами впитать в себя мельчайшие оттенки послевкусия… но нет… невозможно. Этому желанию суждено осуществиться гораздо позже, а пока что… мучительные спазмы в желудке… рот, полный слюны, и эта самая щель неплотно запертой двери, которую Дадли Дурсль оставил тогда приоткрытой специально… Вот теперь, будучи уже взрослым мужчиной, Поттер иногда, в особо острые моменты душевных терзаний, и прибегал к этой «терапии». Отчаянно доказывая непонятно кому, что что-то в его жизни от теперь может решать сам. Пустело пластиковое ведерочко. Скребла по донышку «столовая» ложка. Время неумолимо подползало к трем ночи. В девять он должен был аппарировать в место, координаты которого были указаны в записке к порт-ключу. В десять его ожидала двухчасовая тренировка с отпрыском «богатого и знатного», а после – обязательный обед со всем высокочтимым семейством. Потом же – полдня свободного времени до отбытия домой. Времени, которое отвела ему Миона на «общение» с Хорьком. Ха! Девочка моя, и чего ж не сиделось тебе тихо с твоими подозрениями? С твоим «добром»? Благими намерениями, не знаешь что ли? Драко Малфой, я встречусь с тобой завтра и любыми путями заставлю назвать твою цену моего долга. Иначе… как я смогу жить дальше, зная, что я у тебя «на крючке»? *** Драко не спал. Что неудивительно, правда? Явившись домой и обуреваемый целым калейдоскопом раздирающих душу эмоций, Малфой-младший чудом удержал лицо перед возвратившимися часом ранее со светского раута родителями. Он даже на ходу сочинил нечто более-менее правдоподобное о своем времяпровождении. У него даже не дрожали руки. У него даже не сорвался голос. Не пошли красными пятнами щеки. Не бегали глаза. Ничто не выдало того, что было у мужчины внутри. Слишком глубоко был с детства вбит в Драко Кодекс Малфоев, что завещал последующим поколениям быть достойными поведением такой чинной и благородной фамилии. Что сие значило – популярно объяснил в свое время сыну Люциус. Малфои всегда сдержанны и спокойны. Они сильны и хитры. Они всегда выигрывают, а если и случается поражение – то оборачивают все так, словно с самого начала так и было задумано. Малфои не страдают. Малфои не плачут. Малфои во всем ищут выгоду для себя и рода. Защищают и выгораживают своих. В любом случае. Малфои циничны и при необходимости «идут по головам». Малфои ВСЕГДА получают свое. Драко тогда так и подмывало спросить: «Отец, а Малфои… любят?». Не спросил. Слишком боялся услышать ответ. Вот и теперь, в который раз сыграв роль успешного достойного отпрыска, блондин пожал руку Люциусу, что был слегка навеселе после, очевидно, удачного похода «в гости»; поцеловал кисть матери, что ласково провела другой рукой по волосам сына и пожелала ему спокойной ночи. Выполнил все предписанные негласные установки семейства. Теперь Драко мог с чистой совестью подняться к себе и остаться, наконец, один, что аристократ и проделал чуть ли не бегом. От выдержки оставались жалкие клочки. Ему срочно требовалось уединение. *** POV Гарри. Я истерзан. Я разодран на тысячи лоскуточков плоти. Фу. Блядское мороженное. Меня уже тошнит от него. И нахрена я купил аж ТРИ ведерка? Бронхита не хватало, а Поттер? А то смотри, еще и жопа слипнется. Впрочем, пусть слипается, авось хоть так уберегу ее от… Ой, не смеши, Потти. Кому твоя филейная часть сдалась? Мечтать не вредно. Глупый. Несчастливый. Запутавшийся мальчишка. Нет. Взрослый жалкий мужик, вот ты кто! И идиот к тому же! Любофф… Кака любофф, дурень?! Настрадался? Насиропился? Получай теперь метку малого обета на запястье, дундук ты эдакий! Что? Исправил ситуацию? Лучше это тяжких, но личных и тайных страданий? О-о-о-о. Конечно. Сорвал карт-бланш просто. Хорек прям мечтает запросить за выполнение обета твою задницу. Прям спит и видит! Всю жизнь планировал. Глупый-глупый-глупый Поттер-обормотер… Теперь у Малфоя главный козырь и твоя глупость будет стоить тебе слишком дорого, не сомневайся. Забыл, что о хитрости и подлости этого семейства ходят легенды? Забыл годы школьных насмешек и подстав? Забыл, что Малфои обиды не забывают, а лишь выжидают наиболее удачного случая, чтобы побольнее ужалить в ответ? Вот. Сам ты Хорьку этот шанс и преподнес. На блюдечке с голубой каемочкой. А теперь еще и втайне мечтаешь, что местью блондинчик выберет трахнуть тебя. Унизить типа. Ага. Знал бы, что – осчастливить. Осчастливить?!!! О, Мерлин! В рот мне ноги. Лучше подохнуть, чем признаться этому холеному, напыщенному, заносчивому… Драко Малфой, я выполню любое твое условие, что будет в моих силах. Пойду на любой позор и унижение. Но я разорву эту магическую связь. Отдам этот нелепый случайный долг. И навсегда забуду о тебе. Конец POV Гарри. *** - Предлагаю обсудить сложившуюся ситуацию, - с силой сжав кулаки, сквозь зубы выдавил Поттер, стоя на следующий день в нескольких шагах от высокомерно задравшего подбородок Малфоя. Вызвать того на «аудиенцию» оказалось не так сложно, как Гарри думал. Заносчивый аристократ откликнулся сразу, будто бы только того и ждал, что, конечно же, было крайне нелепо в своем предположении. Скорее, все эти сутки Хорь придумывал месть позанятнее и таки придумал. Вот теперь ему и натерпелось реализовать свой замысел, раз отозвался практически мгновенно. Ждал, змеюка слизеринская. Небось, ночь не спал – покаверзней да поунизительней что придумывал. Да и утро еще было в запасе, не то, что у самого Гарри, с блеском провевшего свой очередной урок полетов на метле и получившего-таки кругленькую сумму на свой счет. Мужчины стояли друг напротив друга в парке, неподалеку от снятой Поттером квартирки, и буравили друг друга взглядами, не желая уступать в этой негласной дуэли. В одном Гарри оказался прав – Малфой ночью действительно не спал. Но, вовсе по иной причине, нежели вообразил себе брюнет. Поднявшись той ночью в свои в покои, блондин ничком рухнул на кровать. Для аккуратиста и перфекциониста Драко – это было крайней степенью измотанности и эмоциональной «встопорщенности». Тело колотило. Тело трясло. Тело горело. Но, отнюдь не от болезни. Мучительное желание взыграло в крови и, лишь специально брошенное невербальное – помогло Малфою скрыть реакцию собственного организма. Драко будоражило. Драко ломало. Выкручивало. Давно не получавший нормального секса организм элементарно замкнуло. На том, кого больше всего желалось все эти годы. Ничего удивительного. Внезапная встреча. Предыдущий и последующий стресс. Нервное перенапряжение. И вот. Эти глаза. Зеленые. Зеленые. Зеленые. Слегка расфокусированные от выпивки, но полные праведного негодования насчет действий стражей порядка Франции. Лохматые неизменные вихры, что наверняка никогда не знали расчески. (Подарить ему гребень, что ли? На… скажем, на Новый Год?). Что потом? Негодование, обращенное уже на самого Драко. Школьного врага, так ловко провернувшего «дельце» и воспользовавшегося ситуацией. Как всегда – виноватого и подлого в представлении самого Золотого Мальчика. И последующее возбуждение Малфоя, вылившееся в навязчивые развратные картинки, мелькающие перед затуманенным похотью взором Драко, что той ночью едва не стер себе кулак. И теперь. Ясно было, что Поттер пожелает аудиенции, дабы разобраться со случайно созданным обетом тут же и сейчас же. Выяснить, зачем Герой пожаловал во Францию и у кого в котором часу будет проводить тренировку – не составило труда при связях семьи Малфой. Плюс-минус пару часов на последующие расшаркивания (Драко неплохо представлял себе этикет и возможные заскоки аристократии). Так что, время «освобождения» мистера Поттера вычислить было не так уж и сложно. А то, что затягивать с разговором Поттер не станет – ясно было, как белый день. Вызов в виде патронуса и кооридинат аппарации не заставил себя ждать. Никакого лишнего текста. Драко и явился. Герой предлагал «обсудить»? Что ж. - Обсуждай, - ухмыльнувшись краешком губ, разрешил Драко, сверля оппонента своими холодными стальными глазами. Такого вежливого и благовоспитанного с виду Поттера крайне приятно было выводить из себя. К тому же, в таком состоянии гриффиндурок мог натворить ошибок. Но, более того – просто начал бы говорить то, что думает, а не то, какую речь он заготовил. Так и вышло. Поттер, мгновенно поддавшись на провокацию (столько лет подобного ничему не научили?), тут же взорвался, своим окриком спугнув старушку, проходящую по соседней аллее: - Хорьком был, Хорьком и остался! Сколько можно? Повзрослей уже наконец, тебе тридцатник! - Тебе, между прочим, тоже, - зашипел вмиг растерявший холодность блондин, споро кидая вокруг невербальные. – Раньше пришел и даже не удосужился наложить Полог Тишины и Отвод Глаз? Вон, бабку до инфаркта своими воплями чуть не довел. Гарри побурел. Крыть было нечем. Он действительно лопухнулся в самом элементарном. Так-то и вправду – косяк так косяк. Мужчина сердито сощурил свои зеленые глаза, надеясь, что его румянец припишут то ли морозу, то ли гневу, но, никак не смущению. Старательно репетируя в уме и впрямь заготовленную речь, Гарри возможно, впервые в жизни не позаботился о безопасности. Признавать это не хотелось. Лучшая защита, как известно – нападение. - С каких это пор тебя волнует судьба чужих старушенций, Малфой? Да еще и маглорожденных? Хорош заговаривать мне зубы, чего ты хочешь?! Драко показушно-глубоко задумался, словно выбирал из длинного перечня возможных вариантов самый-самый… - Нууу, Потти, дай сообразить… так-так… Ну, пожалуй, я не отказался бы сейчас от красного полусладкого. Года моего рождения. В тот год был отличный урожай в Англии. Потом, медальон из телятины средней прожарки и… Вообще-то, я лишь хотел указать тебе на твою безалаберность. Безопасность и конфиденциальность прежде всего. На бабку мне глубоко и фиолетово. - МАЛФОЙ!!! - ЧТО???!!! Ты сам спросил!!! - Кончай дурака валять! Ты знаешь, что у нас проблема! - О нееет. Это у ТЕБЯ проблема, Поттер. Не у меня. И громоотвод для своей злости ты выбрал сейчас не самый подходящий, хочу тебе напомнить. Драко небрежно задрал манжет, оголяя магическую татуировку, чуть светившуюся золотым на фоне белоснежного покрывала, укрывшего за ночь землю. - Так что, советую тебе выбирать выражения, Потти, - лениво закончил Драко, вновь принимая холодный и высокомерный вид. – Я еще до конца не определился со своим желанием, так что выбор весов может качнуться как в одну, так и в другую сторону. Гарри со злости сплюнул и постарался взять себя в руки. Вспомнить, какие аргументы он придумывал, дабы заставить Хорька не слишком борзеть при выборе «наказания». Глубоко вдохнув, Поттер начал заново: - Малфой, мы уже не дети. Давай решим вопрос полюбовно. (тут Гарри чуть язык не прикусил, но слово уже вылетело, а блондинистая бровь насмешливо изогнулась в вопросе). Думаю, ты не станешь отрицать, что воспользовался вчерашней ситуацией в свою пользу и этот обет – не случайность. Так чего ты хочешь? Какой платы потребуешь? Гарри выдохся от этого монолога и замолчал, ожидая ответного хода. Меж тем, кончик носа и уши начинали отмерзать и хотелось поскорее в тепло. Невербальными Поттер так в совершенстве и не овладел, а возиться сейчас с палочкой в парке, где чисто теоретически, могли быть еще маглы – было идеей так себе. Хорек же вон и не ежится, - вдруг зло отметил Поттер. – За согревающие небось явно не забыл. Щеголь! Брюнет понимал, что злится сейчас больше на собственную непредусмотрительность и бестолковость, нежели на аристократа. И это бесило его еще больше. Поттер шмыгнул носом. Внезапно кожи коснулся теплый ласковый ветерок и мерзкое ощущение холода исчезло. Малфой насмешливо сложил руки на груди, не спуская взгляда со своего визави. - Я должен сказать «спасибо»? – окрысился растерявшийся Гарри. – Очередная уловка для отвода глаз? - О, Мерлин! – Драко потер переносицу, словно крайне утомился от этого бестолкового диалога. – Поттер, если тебе не пришло в голову устроить «стрелку» где-то в помещении и при этом – твой выбор мерзнуть – дело хозяйское. Чары могу снять. Впрочем, дабы не тратить время – сразу говорю: долг озвучу, когда посчитаю нужным. Свободен. Блондин повернулся на каблуках и собрался гордо и неспешно удалиться в снежные дали, поставив, по его мнению, фееричную точку в этом противостоянии. Внезапно, сзади на него налетел вихрь, резко развернув на 180 градусов и яростно зашипев прямо в лицо: - Нет, сейчас! Ты что, думаешь я смогу спокойно жить дальше, зная, что я в должниках у такого, как ты? Да лучше стерпеть унижение теперь, чем жить в ожидании подлянки. Ну, что там ты задумал? Как мстить за школьные годы собрался, Хорек? Говори уж. Мне твои игры неинтересны и я в них участвовать не собираюсь! - Ах игры! – рассвирепел Драко, которого никто не смел брать «за грудки» и что-то яростно требовать, брызжа в лицо слюной. – Поиграть значит захотел, Потти?! А, черт с тобой! Ничего сложного, даже такой как ты справится, заодно рот свой грязный займешь! Малфой выдохнул, глубоко дыша и с яростью смотря прямо в глаза за стеклами очков, что сейчас находились крайне близко от его собственных. Поттер похоже и не сознавал в своей выходке, что их лица сейчас на расстоянии пары сантиметров и Малфой даже ощущает запах апельсина в дыхании самого Гарри, который, очевидно, жевал недавно цитрусовую жвачку. Аристократ взял себя в руки, ничем не выдавая накатывающего возбуждения, и внезапно холодно и четко скомандовал, смотря прямо в зрачки Героя-всея-Британии: - Отсоси.