Мой друг — господин тёмный волшебник

      Превыше всего — если опустить духовность и высокопарность — Уильям Страунгард ценил время, особенно проведённое наедине с собой, которого начитывалось не так много, как Уильяму хотелось бы. В основном ему удавалось остаться одному ночью, когда все спят, но тогда и ему самому следовало спать, чтобы набраться сил перед запланированными на каждый день делами, и ранним утром, за пару часов до завтрака. Однако из-за приближающегося торжества даже безмятежное утро то и дело нарушала суета подготовки, будто вороватый енот она пыталась выцепить часть внимания Уильяма, а иногда самым наглым образом врывалась в личное пространство стуком в дверь. Нехотя Уильям открыл её, продолжил держать, преграждая путь в комнату, однако почти искренне поздоровался: — Доброе утро, Джоан. — Доброе, Уильям, — мягко улыбнулась миссис Страунгард. — Я хотела удостовериться, что ты придёшь на приём. — Приду, но не из уважения к нему или к традициям. — Спасибо, Уильям, — будто пропустив всё, кроме согласия, мимо ушей, кивнула миссис Страунгард. — Сходи к отцу, он хотел тебя видеть.       Последним, чем Уильям хотел бы испортить утро или последнее, чем он в принципе желал заняться, являлся разговор с отцом, однако пререкаться Уильям не намеревался, к тому же если это как-то связано с Андрианом. С неизменным равнодушием Уильям спустился на первый этаж, где кипела работа, завершались последние приготовления, громко постучал в дверь кабинета и вошёл, посмотрел на мистера Страунгарда почти с вызовом, однако не удостоился его внимания — тот работал на компьютере. — Вы звали меня, сэр?       Не отвлекаясь, мистер Страунгард пододвинул лист бумаги, велел: — Прочтёшь завтра.       Уильям взял лист, проскользил взглядом по сухому пафосному тексту. — Что-то ещё, сэр? — Нет, можешь идти.       Слегка поклонившись, Уильям покинул комнату, ещё раз прочёл тост, который предстояло произнести, перед всеми восхваляя Андриана как колдуна и будущего главу семьи. Для него Уильям постарался бы над текстом лично, если бы отец попросил, и написал бы куда благозвучнее, куда интереснее и проникновеннее, однако вряд ли мистера Страунгарда волновало мнение и умение излагать свои мысли Уильяма. Тот прикинул, сколько сейчас время, и подождал немного внизу, пока не услышал торопливые шаги, сбежавшая по лестнице Люси резко остановилась перед Уильямом, поприветствовала на удивление широкой улыбкой. — Доброе утро.       Уильям ограничился мягким кивком. — У тебя завтра выходной? — Да, а что? — поинтересовалась Люси, сама не понимая, на какой ответ рассчитывала. — Завтра приём, тебе лучше не покидать комнату. — А, хорошо, поняла. А что за повод? — Двадцатилетие Андриана.       На миг Люси задумалась. — А Джулии?       Уильям улыбнулся краешками губ, чем подбодрил Люси. — Андриан — будущий глава семьи Страунгард, его необходимо представить. Мы не придаём значения дням рождения, — безэмоционально объяснил Уильям, чуть погодя добавил, — но для Джулии можно что-нибудь придумать. — Хорошо! Я тоже подумаю на эту тему! — пообещала Люси и поспешила на кухню, чтобы позавтракать и побежать в школу, точнее к машине.       Исполнять обещание весь учебный день Люси себе не позволила, в первую очередь повторила текст доклада, помогла Гвендолин повесить плакат и лишь после выступления и получения неизменной для обеих оценки «отлично» принялась воображать, что же подарить Джулии. Также Люси беспокоил вопрос, как можно лишать ребёнка, пусть даже двадцатилетнего, радости дня рождения? В приюте Люси и другие девушки не располагали практически никакими средствами, однако они всё равно поздравляли друг друга, иногда умудрялись делать подарки, пусть слепленные вручную из подручных материалов, а в редких случаях и некоторое подобие торта готовили. С другой стороны, с такими родителями, как мистер Страунгард, Люси не стала бы праздновать вообще какой-либо праздник.       В конце концов Люси пришла к выводу, что сама Джулия очень обрадуется идее в принципе отметить свой день рождения, тем более без родителей, может вообще где-нибудь в городе, и наверняка оценит какой угодно подарок, особенно совместное времяпрепровождения; его Люси считала чем-то на уровне подарка в виде денег, крайним вариантом, способом не признаваться, что не знаешь предпочтений именинника, но в случае Джулии это действительно являлось отличной идеей. И как бы плохо Люси ни относилась к Андриану, у него тоже праздник, и он заслужил подарок, как любой другой человек, к тому же перед ним было бы неплохо извиниться, подарить нечто полезное и действительно интересное, что позволит изменить его последнее впечатление.       Твёрдое намерение Люси удивить Андриана подарком быстро разбилось о реальность — чтобы сделать подарок, нужно хотя бы немного знать о нуждах и увлечениях человека, а Люси крайне сомневалась, что у Андриана есть нужды или увлечения. Спрашивать Джулию Люси не собиралась, иначе не получится сделать ей сюрприз, как и советоваться с Уильямом, он мог неправильно понять, пусть Люси не представляла, как именно «неправильно». На обеденной перемене Люси решилась на безумный по своим меркам шаг, безумный, зато действенный. Люси выбрала нужный контакт, и пока слушала гудки, ощущала внутри жар, корила себя и подумывала сбросить вызов, однако пересилила себя, заставила дождаться ответа. Ужасная идея, но кого ещё спросить Люси попросту не представляла. Наконец гудки завершились. — Миссис Страунгард, я не отвлекаю? — Нет, Люси. Что-то случилось? — на удивление доброжелательно уточнила та, но успокоиться это не помогло. — Я узнала, что у Андриана завтра день рождения и хотела спросить, что ему подарить.       Звонкий смех, раздавшийся из динамика, разозлил и пристыдил Люси, она подавила мимолётное желание отключить звонок, вместо этого сжала пальцы и продолжила слушать. — Не забивай этим голову, милая. К тому же, ты всё равно не сможешь подарить что-то достойное, — с нотками озорства предупредила миссис Страунгард. — Просто посиди завтра в своей комнате и не мешай. — Я поняла.       В Люси вскипела обида, немного злости и энергия, которые она собиралась использовать, чтобы уже из принципа найти Андриану подарок, причём без всяких советчиков, даже с просторов интернета. Сразу после школы Люси вместе с водителем отправились по всему городу на крайне туманные поиски, она забегала во множество разных магазинов, пыталась вспомнить, анализировать, отыскать какие-нибудь зацепки, чтобы хотя бы выбрать направление для идеи. Андриан — персона утончённая, подарить ему какой-нибудь элитный подарок без соответствующих знаний не получится, и Люси сомневалась, что он оценит безделушки, которые потом будут стоять на полке, по типу хрустального набора шахмат или подсвечника из золота. Несколько часов Люси бродила по всему городу, лишь один раз отвлёкшись вместе с водителем на быстрый обед, однако в конечном счёте поиски увенчались успехом, Люси даже нашла магазин, где подарок аккуратно завернули, и когда положила большую коробку в багажник, не могла вспомнить, когда так гордилась собой.       Несмотря на выходной от учёбы день, Люси проснулась по будильнику, чтобы успеть поздравить Андриана до того, как его захватят дела торжества. Чтобы произвести нужный эффект, Люси надела светлую блузку и брюки, ответственно причесалась и, глубоко вдохнув, вместе с подарком поспешила к комнате Андриана, но перед ней остановилась в нерешительности. Некоторое время Люси колебалась, стоит ли вообще дарить что-либо Андриану, не лучше ли ограничиться одними извинениями, а если делать это, то прямо ли сейчас. Глубоко вдохнув, Люси убедила себя, что если не извинится сейчас, то не сделает этого никогда, и постучала в дверь, мысленно надеясь, что Андриан не услышит или ещё не проснулся, однако Люси не повезло.       Встретившись взглядом с Андрианом, Люси встрепенулась. Из головы вылетели все продуманные сценарии разговора, однако Люси не позволила себе растеряться, криво улыбнулась, затем опомнилась и смиренно опустила глаза. Жест оказался воспринят Андрианом благосклонно, по крайней мере Люси так показалась потому, что он не захлопнул дверь. — Доброе утро, Андриан… Я хотела попросить прощения за свои слова. Вы правы, я не должна судить, не разобравшись в ситуации, — проронила Люси, аккуратно подняла глаза, но не вглядывалась в лицо Андриана, его реакцию. — И хотела поздравить вас.       Люси протянула Андриану упакованную коробку, затаила дыхание. По телу пробежала волна жара, Люси казалось, что её лицо горит, в голове то и дело мелькала идея отказаться от глупой затеи и сбежать, но Люси не отступила. Пусть Андриан смеётся, Люси это не волновало, она считала, что сделала всё, что могла и должна была, и вздрогнула, когда на миг ощутила прикосновение горячих пальцев Андриана, когда тот взял подарок. — Извинения приняты. Тебе лучше оставаться в комнате. — Да, хорошо, — кивнула Люси и поспешила вернуться в своё маленькое логово, в безопасность и покой, ощущая, как в груди колотится сердце. Зато реакция Андриана оказалась куда мягче, чем Люси могла вообразить, и она надеялась, что сумела исправить его мнение о себе.       Изначально Люси собиралась спрятаться в своей комнате как можно скорее, однако остановилась напротив двери в спальную Уильяма, осторожно заглянула, когда тот застёгивал рубашку, поверх надел чёрный пиджак, зачесал назад волосы. Выглядел Уильям изысканно и действительно привлекательно, утончённо, благородно, а вот глядел с откровенной скукой и вдруг обернулся на дверь. Поймав на себе взгляд, Люси встрепенулась, на удивление уверенно вошла в комнату. — Вам очень идёт. — Постараюсь принять за комплимент, — откликнулся Уильям и вдруг страдальчески вздохнул. — Всё нормально? — Да. Просто это будет очень длинный день.       Люси заставила себя отвлечься от Уильяма, заметила на диване книгу, однако не успела обратить внимание на название, когда Уильям направился к двери и немедленно последовала за ним, затем опомнилась и юркнула в свою комнату, не желая покидать её до самого вечера. Уильям же, расправив плечи, вскинув голову, спустился на первый этаж, в зал, где ждал отец, мать в роскошном тёмном платье, Джулия, одетая чуть скромнее, старающаяся доброжелательно улыбаться, и Андриан, выглядящий как всегда безупречно. Встав слева от матери, Уильям чуть прикрыл глаза, не выдавал тоски ни взглядом, ни единым мускулом лица, лишь заставил уголки губ приподняться в уважительной улыбке.       Нынешний и будущий главы семьи Страунгард встречали гостей, которые начали прибывать, они приветствовали хозяев особняка, поздравляли Андриана с двадцатилетием и проходили в прсторный зал. Его наполняла мягкая живая музыка, между гостями ловко сновали официанты, предлагали напитки и закуски, кто желал, угощался с накрытых столов, почти все колдуны знали друг друга уже много лет, поддерживали дружеские отношения между семьями, а потому в первую очередь отыскивали знакомые лица. Чуть погодя и Уильям присоединился к гостям, взял бокал с водой и отошёл к окну, однако не для того, чтобы полюбоваться цветущим садом. За спиной стучали каблуки, звенела посуда, обсуждалось будущее колдунов под мудрым управлением юного Страунгарда, но они не интересовали Уильяма, он среагировал лишь, когда услышал звук особенных шагов. Они затихли недалеко от Уильяма, вторые «нужные» шаги, более уверенные и тяжёлые, остановились с другой стороны, ближе к столу. — Надеюсь, вы добрались без проблем? — вполголоса поинтересовался Уильям. — Да, Уильям, благодарю. К вам пробок нет, — мягко откликнулась мисс Абигейл Адамс, высокая худая женщина, кожа которой казалась бледнее, а волосы чернее из-за платья цвета вина. — Для вертолёта пробок нет никогда, — рассмеялся мистер де Вер, немногим старше Уильяма. — Не беспокойтесь, нас не заметят, главное не слишком шуметь.       Сделав несколько глотков, Уильям краем глаза огляделся, убедился, что мистер Страунгард занят более важными делами. Вдруг мисс Адамс грациозно отпрянула от расправившееся гардины. — Ох, подхват отцепился. — Не беспокойтесь, я поправлю, — немедленно откликнулся Уильям, зацепил подхватом штору. Ему хватило одной секунды, чтобы забрать с подоконника тонкий флакон, больше напоминающий пробирку, и спрятать в рукав. — Пока всё по старой схеме, мистер Страунгард? — вмешался мистер де Вер, улыбнулся мисс Адамс и поприветствовал, слегка подняв бокал. — Да. Но прошу соблюдать осторожность.       На всякий случай Уильям ещё раз украдкой осмотрелся. — Мой сосуд даёт ману, но не так быстро, как хотелось бы. — Не волнуйтесь, мана с моих мальчиков в вашем распоряжении, — почти кокетливо пообещала мисс Адамс. — Как и с моих мальчиков, — засмеялся мистер де Вер.       Смочив горло, Уильям ненадолго обернулся к брату, его как раз знакомил со своей дочерью глава семьи, фамилию которой Уильям не припомнил, но быстро вернул внимание мисс Адамс из-за её неожиданного заявления: — Ох, какой официантик, так бы его и съела.       Уильям мягко усмехнулся. — Можете забирать, но после банкета. — Говоря о банкете — надеюсь, у всех есть бокалы?       Не успел Уильям ответить или понять, что вопрос риторический, как мистер де Вер обернулся к залу, поднял бокал и громко поднял тост: — За будущего главу семьи Страунгард!       Практически каждый из гостей поддержал короткую речь, в том числе мисс Адамс, но тихо и смотря исключительно на Уильяма: — За будущего главу семьи Страунгард.       В знак благодарности Уильям мягко кивнул, вместе с остальными поднял бокал. Посвятивший себя происходящему в зале, Уильям не видел, как Люси помогала в саду поливать цветы, срезать жухлые листья, зато она обратила внимание на скучающее выражение лица Уильяма, заметила, как тот вздохнул, безучастно скользил глазами по гостям, и тогда в голову Люси пришла настолько же глупая, насколько гениальная идея.       В редком общении с гостями Уильям пытался скоротать время, однако не находил достойного собеседника, как не намеревался привлекать внимание отца чрезмерной разговорчивостью. Как и многие, Уильям не придавал большого значения официантам, они сливались с общим фоном, будто предметы декора, однако, когда один из «декора» остановился возле Уильяма на неприлично долгое время, он обернулся и на миг лишился дара речи. В белой рубашке, чёрных брюках и жилетке стоял не кто-то из обслуживающего персонала, а Люси, которая держала поднос с закусками. — Угоститесь, мистер Страунгард? — робко улыбнулась Люси и протянула поднос.       Уильям не сразу понял, в чём дело, некоторое время не мог оторваться от необычной одежду Люси, но затем взял себя в руки, заметил на подносе беспроводные наушники. Как только Уильям взял их, Люси поспешила убежать, оставляя его в недоумении. Чуть погодя Уильям вставил наушник в ухо, несколько минут слышал в нём лишь тишину, а затем — голос Люси. — Меня слышно? — Да, — вполголоса откликнулся Уильям. — Так… секунду. Глава четвёртая, верно?       Уильяму потребовалось немного прийти в себя прежде, чем ответить: — Да.       Откашлявшись, Люси как сумела талантливо принялась читать, удивительно, но художественное произведение, а не какой-нибудь научный трактат. Выразительностью Люси не обладала совершенно, не попадала в интонации, резко меняла их под конец фразы, поняв её эмоциональный окрас, и пусть Уильям понимал, что придётся перечитывать, слушал почти с удовольствием. То и дело Люси отвлекалась, чтобы смочить горло, после длинных предложений шумно вдыхала, но старалась, как могла, не заметила, как увлеклась фантастической книгой и постепенно начала читать немного лучше. Лишь, когда пришла пора для официальной части приёма, Уильям отключил наушник. Выйдя на невысокую сцену к остальным членам семьи, Уильям произнёс текст интонацией более ровной, чем стекло, обещая процветание и уважение колдунам в лице нового лидера, своего брата, Андриана Страунгарда. Речь ожидаемо встретили аплодисментами, у кого-то искренними, у других — вынужденными, однако никто не осмелился остаться в стороне.       Официальная часть утомляла, но Уильям стоически терпел, в чём отлично помогала Люси и её скудные, но всё же приемлемые навыки чтения. Пусть время тянулось мучительно-медленно, испытывало самоконтроль и терпение на прочность, приём всё же окончился, Уильяму осталось лишь вместе с членами семьи проводить гостей, после чего он позволил себе расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки и направиться в свою комнату. Возле двери ждала Люси, слегка покачивалась на носочках и заулыбалась при виде Уильяма, но не нашла, что сказать. — Благодарю. Для человека, который никогда не читал вслух, у тебя получилось вполне сносно.       Люси неловко почесала затылок. — Рада, что помогла… наверное.       В ответ Уильям кивнул, зашёл в комнату, но дверь не закрыл, достал что-то из ящика тумбочки, секундой позже в маленькую прихожую вошёл Андриан. — Чего ты хотел? — спросил тот уставше.       От ласковой улыбки, что расцвела на губах Уильяма, и Андриан, и Люси совершенно растерялись. Чуть помедлив, Уильям торжественно подал брату широкий картонный конверт, полностью бежевый, лишь в нижнем углу виделась чья-то роспись. Люси не поняла, что же это такое, если бы Андриан с трепетом не вытащил пластинку, какое-то время глядел на неё, чуть разомкнув губы, а затем резко перевёл взгляд на Уильяма. — Где ты её достал? — У меня свои методы, — ухмыльнулся тот. — С днём рождения.       Лишь на миг Андриан растерялся, вдруг встрепенулся, будто боялся проиграть сентиментальности, кратко кивнул, а вот словами отблагодарить не сумел, по крайней мере Уильяма. — Благодарю, — проронил Андриан, и Люси не сразу поняла, что фраза адресована именно ей.       Пока Люси пыталась выдавить из себя хоть какую-нибудь реакцию, Андриан успел покинуть комнату, оставляя за собой молчание и недосказанность. Наклонившись к Люси, Уильям мягко поинтересовался: — Ты что-то ему подарила? — Ам, ну…       Вспомнив об этом, Люси вновь ощутила в груди жар стыда. Она-то надеялась, что о подарке Андриану никто никогда не узнает, кроме него, однако отмалчиваться всё же не стала, пусть признаться, особенно Уильяму, удалось с некоторым трудом. — Ну… это… я долго думала, не была уверена… В общем, массажёр такой, на шею.       Уильям позволил себе негромко рассмеяться, по-доброму, однако Люси ощутила стыд ещё сильнее. Тот понемногу отступил благодаря Уильяму и его лёгкой интонации, улыбке. — И правда хороший подарок. Не ожидал такой проницательности… Что же, уже поздно. Доброй ночи, Люси.       Та кивнула, заметила, как Уильям сильно изменился в лице, показался уставшим или раздражённым, хотя после такого вечера усталость была вполне естественной. Люси допустила, что полезно и ему подарить массажёр, и тогда поняла, даже не знает, когда у Уильяма день рождения. — Уильям… — Доброй ночи, — повторил тот и закрыл дверь в свою комнату.       Люси тихонько вздохнула и пошла к себе, ощущая, как резко обессилила, вспомнила, что не забрала наушник у Уильяма, и что завтра — выходной день. Не желая тратить драгоценное время, и чтобы немного восстановиться, Люси сбегала на кухню, взяла себе оставшийся салат, налила сок и торопливо ушла, чтобы не мешать уборке после приёма. Даже игра не могла полностью отвлечь Люси, где-то на фоне её мыслей витала очередная безумная идея, которую она страшилась и одновременно мечтала воплотить. Возможно, из-за моральной и физической усталости, однако почему-то Люси твёрдо решила попробовать, пусть даже Уильям откажет, она хотела попытаться, хотя не сомневалась в холодном отказе.       Просыпался Уильям раньше остальных членов семьи, а порой и работников особняка «Рейвен Филд», однако сегодня успел лишь умыться и одеться прежде, чем в дверь постучали. Не вспомнив никаких важных событий в ближайшее время, Уильям сперва проигнорировал стук, надеясь, что незваный гость уйдёт, однако тот не отступал, постучался ещё раз, теперь громче. Через силу Уильям заставил себя открыть дверь. — Люси, что-то случилось? — лишь, когда задал вопрос, Уильям заметил в руках Люси поднос с омлетом, украшенным овощами, и чашкой чая. — Доброе утро. Вы ведь завтракаете утром?       С лёгким подозрением Уильям сощурился, взял поднос. — На удивление учтиво с твоей стороны. Чего-то хочешь?       Люси тихонько хихикнула, заранее давая ответ, шагнула за Уильямом в его комнату и встала чуть в стороне, чтобы не смущать чрезмерным вниманием. — Если честно, да. Мы с Джулией собирались в город, и я подумала, может, вы пойдёте с нами?       Послышался тяжёлый вздох, который остудил пыл Люси, она уже собралась с поражением вернуться к Джулии, однако Уильям поразил ответом: — Хорошо. — Правда? Так просто? — невольно уточнила Люси. — В качестве подарка Джулии. Но прошу дать мне время поесть. — Конечно! Мы ждём внизу!       Не веря, что Уильям согласился, Люси поспешила на первый этаж, чтобы обрадовать Джулию, не сомневаясь, что и ей потребуется время на составление списка мест, куда нужно сходить, ведь сегодня Уильям ни в чём не откажет. От предвкушения Люси едва не трепетала, ведь когда ещё выдастся возможность провести день, как обычные подростки, причём всем вместе? Люси засеменила по лестнице и поймала на себе настороженный, полный ожидания взгляд Джулии, которая ждала у степеней, сцепила пальцы у груди и затаила дыхание. Последние два шага Люси сделала нарочито медленно. — Он согласился. — Ура! — на радостях Джулия подпрыгнула и захлопала в ладоши, чтобы успокоиться, резко выдохнула, но затем всё же проиграла восторгу и обняла Люси. — Как ты это сделала? — Это не я, Уильям сам согласился. Ты готова? — Да… Ты точно так пойдёшь? — Даже не думай об этом, — хитро прищурилась Люси, но на всякий случай поглядела на своё отражение в стеклянной двери.       Джулия вдруг помрачнела, и Люси немедленно коснулась её плеча, заглянула в глаза. — Если так хочешь, я переоденусь. — Нет, что ты, — замахала рукой Джулия. — Просто… я бы так хотела, чтобы Андриан пошёл с нами, но он так занят. — Тем более не нужно его отвлекать, пусть занимается своими делами, — Люси взяла Джулию за плечи, встретилась с ней взглядам и постаралась поддержать улыбкой, а заодно рекомендовала. — Сегодня ты у нас именинница, ну, почти сегодня, и должна радоваться. — Да, ты права… Лишь бы Уильям не сильно ругался.       Люси тихонько посмеялась, она и сама хотела бы, чтобы Уильям получил хоть немного удовольствия от прогулки, но заранее сомневалась в столь фантастическом исходе. Пока ожидали, Люси и Джулия обсуждали, куда пойти, где пообедать, и хорошая ли идея сходить в кино, стоит ли тратить на него время, если можно посмотреть фильм дома. Скоро Люси потеряла возможность говорить, как и в целом рассуждать, перестала ощущать себя, когда увидела Уильяма. Он спускался по лестнице, сосредоточенно глядел в телефон и не видел почти околдованного взгляда Люси, которая не находила в себе сил перестать откровенно любоваться. Выглядел Ульям фантастически, возможно попросту из-за непривычной одежды: вместо брюк на ногах джинсы, вместо рубашки — футболка, а поверх чёрный бомбер, молнию на котором Уильям оставил расстёгнутой, волосы собрал в неаккуратный хвост. — Да, всё-таки кино мы можем посмотреть дома. Тогда как насчёт выставки рыб? — Джулия подождала пару секунд. — Люси?... Люси?       Наконец Джулия повернулась к Люси, проследила за её взглядом и тогда поняла, что же вызвало такую реакцию. Джулия хотела бы улыбнуться, умилиться неожиданному открытию, и сделала бы это, если бы не знала своего брата, сумела лишь нарисовать на губах сострадающую улыбку и подождать, пока Уильям спустится. — Мы ведь надолго? Я нашёл несколько интересных мест для посещения. — Думаю, мы на весь день, — почти гордо заявила Джулия и громкая фраза помогла Люси выйти из оцепенения. — Забронирую столик. — З-зачем столик? — искренне удивилась Люси. — Мы проголодаемся, — дал очевидный ответ Уильям и встретился с ней глазами.       От неожиданного жара, пронёсшегося по всему телу, Люси резко отвернулась, совершенно не понимала, что с ней происходит. Неужели простыла? Как невовремя. Даже если так, Люси решила всё равно пойти на прогулку, Джулия очень этого хотела, но на всякий случай предпочла лишний раз не смотреть на Уильяма, так, для перестраховки. — Ну и зайдём в кафе, как нормальные люди.       Уильям вскинул бровь, не поймал взгляда Люси и тогда повернулся к Джулии, которая предложением воодушевилась. — Я хочу попробовать фастфуд. Тебе разве не интересно? — Еда, которая может убить? Не очень, — Уильям тяжело вздохнул, однако спорить не стал. — Хорошо. Сегодня я соглашусь со всем, что ты предложишь. — Спасибо! — поддаваясь радости, Джулия обняла Уильяма и чмокнула в щёку. — Идём скорее!       Джулия поймала брала и Люси за руки и потащила к ожидающей у ступеней особняка машине. Всю дорогу Джулия обсуждала, точнее рассказывала, как они проведут сегодняшний день, постоянно меняла план, переставляла пункты местами, придумывала новые и отменяла, а интернет подбрасывал всё больше идей и вариантов, на которых и целого дня бы не хватило. Люси и Уильям не перебивали Джулию, спокойно слушали и не смотрели друг на друга, по крайней мере Люси, она посвятила внимание окну и пыталась понять, что случилось, почему при взгляде на Уильяма становится так горячо во всём теле, особенно в груди и точно ли не заболела, ведь спала с открытым окном.       К счастью, на улице Люси удалось продышаться и немного остыть, а дальше отвлекла Джулия и её нескончаемый оптимизм, казалось она собиралась весь свет обойти за день и Люси не сомневалась, Джулия бы это сделала, если бы захотела, и без всякой магии. Сперва Джулия просто водила за собой Уильяма и Люси, останавливаясь напротив каждой витрины с одеждой, иногда делала наброски в блокноте, но почти сразу вспоминала, что не одна и возвращала внимание Люси с Уильямом, заводила их во все хоть немного любопытные места. Энтузиазм Джулии помог Люси полностью забыться, посвятить себя прогулке, общению и всему, что происходило вокруг, новым местам, порой очень неожиданным — стараясь угодить всем, Джулия приводила Люси и Уильяма в компьютерные магазины, и магазины комиксов, компьютерных игр, и в художественные, где Уильям, совершенно неудивительно, не стал задерживать девушек. Спустя часа три беспрерывной ходьбы по всевозможным магазинам, торговым центрам и небольшим выставкам, Джулия наконец предложила пойти пообедать в загадочный «ресторан быстрого питания». В будний день почти все столики пустовали, так что Джулия выбрала место у окна, а когда все сели, обратила ожидающий взгляд на Люси. Та встрепенулась. — Что ты так на меня смотришь? — Как тут заказывать? — хлопая ресницами, уточнила Джулия. — Я не вижу меню. — Можно через приложение, сейчас скачаю.       Преисполненная любопытством, Джулия уставилась в телефон Люси, совсем скоро она открыла приложение и пододвинула экран к Джулии. — Выбирай, что хочешь попробовать. Можешь взять комбо, там всего по чуть-чуть, но ты такая худенькая, не думаю, что сможешь всё съесть, — посмеялась Люси и Джулия правильно восприняла слова за комплимент.       Когда выбрала, что хочешь попробовать, Джулия поглядела на Уильяма с почти коварной улыбкой на губах. — А ты что будешь? — Выбери на свой вкус, — страдальчески попросил Уильям.       С нетерпением Джулия ожидала заказ, прошло всего несколько минут прежде, чем Люси поднялась, чтобы забрать его, а Уильям помог отнести поднос и всё время недоверчиво косился на еду, будто та норовила укусить. Джулия барабанила руками по столу, предвкушая не просто обед, а обед в компании Люси и Уильяма; жаль, что Андриан не сумел прийти, однако сейчас его ждали как никогда упорные тренировки и Джулия не могла даже надеяться, чтобы у него выдалась одна свободная секунда. Джулия поспешила прогнать негативные мысли, ведь её ждала наверняка вкусная еда и, возможно, минимум недовольства от Уильяма. Вместе с Люси он вернулся за стол, та отдала Джулии заказ и с некоторым трепетом поглядела в ожидании реакции, которая наверняка оставит желать лучшего, ведь Джулия всякого ела, у неё должен быть утончённый вкус. И вот она сделал первый кусок. — М-м-м, как фкуфно! — Не болтай с набитым ртом, — попросил Уильям, разворачивая бургер. — Профти.       Джулия поспешила дожевать, вытерла соус с уголка губ бумажной салфеткой. — Люси, так здорово! Никогда ничего такого не ела! — Тебе правда нравится? — изумилась Люси. — Вкус, конечно, необычный, но мне нравится. — А ты что скажешь?       Под внимательным взором Люси и Джулии Уильям откусил кусок от бургера, и по лицу не удалось прочитать каких-либо эмоций, впрочем, как и всегда. — Очень странный вкус. Это точно из курицы? — возмутился Уильям не дрогнувшей интонацией. — Да ладно тебе, — махнула рукой Джулия, попробовала картофель-фри, обмакнув его в сырный соус. — Между прочим, это лучшие бургеры в городе. — Надеюсь лучшие потому, что единственные. — Ты такой вредина, — посмеялась Джулия.       К ней наклонилась Люси и шёпотом поинтересовалась: — Мы точно Уильяма не мучаем? — Не волнуйся, если бы он не хотел, не стал бы есть. Просто капризничает.       Люси оставалось лишь поверить на слово, в конце концов, Уильям не походил на того, кто будет мучить себя ради других, пусть даже ради родной сестры. В комфортном молчании Уильям, Люси и Джулия неспешно ели, иногда Джулия комментировала непривычную еду или одежду проходящих мимо девушек, Люси, когда и как могла, отвечала, а Уильям продолжал молчать, не ругался, но сомнительный кофе предпочёл не допивать.       Вместе с Люси Джулия убрала со стола и повела их с Уильямом дальше по торговому центру, ещё на входе заметила огромную вывеску одного из магазинов одежды, который знала и к которому испытывала крайне тёплые чувства, и просто обязана была туда заглянуть. К одежде Люси относилась нейтрально, по крайней мере к такой простой по крою, но чудовищной дорогой по цене, однако в честь прошедшего праздника не позволила себе ни одного негативного комментария, как и Уильям. Они с Люси ждали Джулию у примерочной, молчали, и если Уильям находил это вполне комфортным, то Люси ощущала себя как-то неловко, нехотя признавала, что им даже поговорить не о чем, чтобы скоротать ожидание. Вместо тщетных попыток придумать хоть какой-нибудь вопрос, Люси принялась разглядывать ближайший манекен, стенд с украшениями и потолок. Наконец Джулия вышла из примерочной в лёгком белом платье на бретельках, и Уильям озвучил общий вопрос: — Не слишком просто? — Ох, не волнуйся, я его подправлю, — махнула рукой Джулия. — Не сомневаюсь. — А ты? — шагнув к Люси, вдруг поинтересовалась Джулия. — А что я? А, ну, я тоже думаю, что платье простенькое, но ты точно сделаешь его классным.       Джулия мягко посмеялась. — Я не об этом. Что-нибудь понравилось? — Не, это всё не в моём вкусе.       Самым удивительным образом Уильям перевёл на Джулию хитрый взгляд, изящно приложил палец к губам. — Джули, во что мы её нарядим? — У меня есть идея! — немедленно запылала энтузиазмом Джулия.       В любом другой ситуации Люси отказала бы, может быть, даже дала бой ради сохранения образа и принципов, однако не стала, как минимум из-за Джулии и её прелестного счастливого личика. На самом деле причина крылась в другом, но её Люси не сумела признать даже в собственных мыслях, смиренно двинулась за Джулией, которая уже точно знала, что Люси подойдёт. Уильям между тем, понимая, что от желания сестры всех нарядить не спрячется, направился к отделу с мужской обувью, чтобы присмотреть кроссовки, этот магазин хотя бы внушал доверие качества.       Скоро Джулия отправила Люси с некоторыми вещами в примерочную, сама юркнула в другую, чтобы снять платье и переодеться в привычную одежду, а Уильям вновь терпеливо ожидал. Пока что день проходил на удивление неплохо, спокойно, а главное — сегодня Джулия ощущала как-никогда праздничное настроение. Хоть один её достойный день рождения. Совершенно счастливая Джулия выскочила к Уильяму, прижимала платье к груди, будто опасаясь, что его кто-нибудь попробует украсть, и встала рядом с братом в ожидании Люси. А та не спешила выходить, так как чувствовала себя крайне неуютно в столь вызывающей одежде. Люси потребовалось немного времени и некоторые моральное усилие над собой, чтобы суметь открыть дверь и, сжимая низ кожанки, выйти. Её Люси надела поверх белого топа, а на ноги — зауженные, но на удивление комфортные джинсы, которые казались ужасно неудобными, но только морально. Почти стыдливо Люси подняла глаза. — Ну как? — Тебе идёт, — одобрительно кивнул Уильям. — Я бы лишь добавил, — он ощутил, как Джулия легонько пихнула в плечо и подала украшение. — Да, именно. Ты позволишь?       Всё так же робко Люси кивнула, позволила надеть себе на шею изящный кулон в виде непонятного символа, он отлично дополнил образ, с этим даже Люси не сумела поспорить. Джулия отреагировала на её новый облик более эмоционально, часто захлопала в ладоши. — Люси, ты такая красивая! Давай ты так пойдёшь? Пожалуйста!       Если бы не сияющие глаза Джулии и не её прошедший день рождения, Люси без раздумий бы отказалась, но сегодня сделала исключение, едва заметно кивнула, к тому же, кажется, Уильям тоже оценил наряд, несколько секунд даже смотрел на Люси. — Так, теперь ты, Уильям. — Я уже, — заметил он и поднял с подставки пару кроссовок строго чёрного цвета. — Ну ладно, — расстроилась Джулия, но переубеждать не стала, всё равно бы не сумела.       Прежнюю одежду Люси несла в пакете, старалась дышать ровно, но чувствовала себя не в своей тарелке, топ открывал худенький живот, джинсы очерчивали ноги, и Люси совершенно не представляла, как некоторые ходят в подобном виде ежедневно. Однако кое-что, помимо возможности немного порадовать Джулию, смягчало ощущение стыда — время от времени Люси замечала на себе заинтересованные взгляды парней, а иногда девушек. Что скрывать, это льстило. Никогда раньше Люси не чувствовала себя такой красивой, допускала, что с ней, возможно, даже кто-нибудь бы познакомился, если бы не компания Уильяма, вот только именно он не смотрел, даже не бросал взгляд, о чём Люси старалась не думать, попросту не имела права на подобные мысли.       Джулия не позволяла заскучать, водила Уильяма и Люси по всему городу, на ярмарку, проходящую возле парка, на выставку, в музей моды, и ни на секунду не переставала улыбаться. Втроём они сходили в кафе, угостились изумительным мороженым, провели там много времени за простыми разговорами; общались в основном Люси и Джулия, но, когда имелось, что сказать, Уильям делился мнением по тому или иному поводу, неспешно наслаждаясь молочным коктейлем.       Солнце опускалось к линии горизонта, но так медленно, что приближение вечера совершенно не ощущалось, о нём напомнило лишь сообщение миссис Страунгард, которая поинтересовалась у дочери, когда они с Уильямом собираются возвращаться. Люси даже обрадовалось напоминанию, ведь изрядно утомилась от постоянной ходьбы и беспрерывного общения, пусть крайне позитивного, да и миссис Страунгард проявила хоть какую-то заботу о своём ребёнке. Лишь одну деталь Люси предпочла уточнить до того, как они вызовут машину: — Зайдём перекусить? — Мы скоро будем дома, там и поедим, — спокойно ответил Уильям, на что Люси и Джулия кивнули.       Ещё недолго они наслаждались прогулкой прежде, чем добрались до места встречи, где ожидала чёрная машина и водитель, неспешно попивающий кофе. Мужчина поприветствовал Страунгардов и Люси, открыл им двери, напомнил пристегнуться и завёл машину, а пока ехали, Джулия и Люси разглядывали множество сделанных фотографий, в том числе селфи, от которых Уильям и Люси не сумели отказаться из-за просьбы Джулии. Ни на миг улыбка не сходила с её лица, и это как ничто иное радовало Люси. Пусть она не считала Джулию подругой, однако очень переживала за неё, особенно учитывая крайне непростые отношения в семье Страунгард. Джулия ещё совсем молода, а не испытывала даже половины радостей, доступных обыкновенным подросткам, но сегодняшний день хоть немного скрасил столь незавидный опыт.       Люси в самом деле утомилась, поэтому с огромным удовольствием вдохнула свежий запах сада, как только вышла из машины, почувствовала умиротворение и покой. Время ужина они пропустили, поэтому Люси не переживала, что Джулии и Уильяму придётся убежать с необходимостью исполнить семейную традицию. Вдруг Джулия взяла Люси под руку, легко потянула Уильяма за рукав и всё не переставала улыбаться. — Попьём чай в беседке? — Вы идите, я приду немного позже, — попросил Уильям, что-то печатая на телефоне. — Прошу не начинать без меня. — Хорошо! Мы ждём, — ничего не заподозрив, согласилась Джулия и повела Люси по тропинке.       Девушки разговорились о совершенно обычных вещах, радовались сегодняшнему дню, Джулия откровенно поражалась, как у Уильяма хватило терпения так спокойно вести себя, а Люси не удивлялась — ей казалось, Уильям способен абсолютно на всё, просто не всегда хотел делать это «всё». О своей цели Люси не забыла, как и том, что вообще из себя представляет семья Страунгард, однако сейчас чувствовала себя хорошо и спокойно, не переживала по поводу своей внешности, будущего и того, как сделать его возможным. Даже в такой семье, как Страунгард, Джулия сумела вырасти добрым и милым человеком, и Люси признавала, что немного, но всё же привязалась к ней.       Минут через двадцать наконец пришёл Уильям, про которого Люси откровенно забыла, и пришёл он не с пустыми руками, а с подносом, на нём Люси заметила графин с соком, стаканы и то, во что не сразу поверила — целую тарелку бургеров. От них, только что приготовленных, исходил потрясающий запах, заставивший Люси неожиданно вспомнить о голоде. Уильям налил девушкам и себе сок, расставил стаканы, положил салфетки. — Попробуйте нормальную еду.       От чего-то Люси не смогла сдержать смех, возможно из-за умиления, что Уильяма настолько поразил городской фастфуд, а может из-за того, что Уильям не пожалел времени и сил, чтобы приготовить всё это. Без какого-либо стеснения первая Люси взяла бургер, поблагодарила Уильяма и с трепетом первый кусок, и он, казалось, навсегда отпечатался в памяти — ничего подобного Люси никогда не ела. Идеально прожаренная котлета, свежие хрустящие овощи, как минимум два вида сыра, домашний соус — просто потрясающее сочетание. С непередаваемым наслаждением, тщательно пережёвывая каждый кусок, Люси съела бургер, чуть не схватила второй, но вовремя вспомнила о манерах. — Уильям, это просто невероятно! Безумно-вкусно! — Благодарю, — скромно кивнул тот. — Тот вкус не выходил у меня из головы.       Люси снова тихонько посмеялась. — Надеюсь, ты в курсе, что теперь я не смогу есть другие бургеры?       Всецело посвятившая себя пище, Люси не заметила, как Уильям задержал на ней взгляд. — У меня достаточно свободного времени.       Обычно Джулия старалась не есть слишком жирную еду, однако из-за того, как аппетитно ела Люси, позволила себе второй раз поставить фигуру под угрозу, и не пожалела — Уильям в самом деле готовил изумительно. Сам он воздержался от ужина, ограничился тем, что выпил сок, иногда делал какие-то заметки на телефоне и не отвлекал девушек от еды. Увлечённые, они не заметили приближения Андриана, пока Уильям словно предупреждая не поприветствовал: — А вот и будущий глава семьи. Мы уж думали, ты не почтишь нас своим визитом.       Сперва Андриан явно намеревался съязвить в ответ, но не стал, вместо этого утомлённо вздохнул и сел между Уильямом и Джулией. — Прости, что не смог пойти с вами.       Та вытерла губы салфеткой, постаралась улыбнуться. — Всё в порядке, я понимаю… А завтра найдётся минутка? — понадеялась Джулия. — Ты же утром будешь свободен? — Только если минутка, завтра ещё с сосудом знакомиться.       Из-за услышанного Люси насилу проглотила кусок, занервничала, но не позволила себе повысить голос, вместо этого как можно спокойнее, но всё равно твёрдо уточнила: — В смысле «знакомиться»? А как же Мира?       Андриан не стал отвечать, лишь снова утомлённо вздохнул, Джулия пожала плечами, и тогда Люси с надеждой поглядела на последнего, кто мог хоть что-то объяснить. Уильям поднял ладонь, призывая к спокойствию, и кивнул, давая понять, что причин для паники нет, однако Люси не перестала нервничать. В последнее время она совсем забыла про Миру, теперь невольно переживала, а вдруг она уже изжила себя как сосуд и сейчас валяется где-то на обочине с наркотиками в крови и нет никакого шанса отыскать её. Люси насилу вернула контроль над эмоциями — раз Уильям сказал, что бояться не нужно, значит бояться в самом деле не следует — однако доесть так и не смогла. Между тем Андриан и Уильям обсудили что-то, связанное с делами Страунгардов, но Люси не слушала даже в пол уха, всё гадала, как так получилось. Не следовало бросать Миру, пусть даже она не какой-то близкий человек и не подруга, всё равно они с Люси росли вместе и частенько общались. Вот только она оставила Миру на произвол судьбы, погрузившись в новую жизнь.        Немного погодя Андриан ушёл, на прощание пожелав спокойной ночи, прибежала Аманда, чтобы забрать посуду, и Джулия призналась, что уже поздно, пора спать, но прежде, чем уйти в комнату, крепко обняла Люси. Та шагала за Уильямом и всё ждала, когда же он остановится и объяснит, что случилось с Мирой, произошло это в его комнате. Уильям закрыл дверь и начал с самого главного, видя обеспокоенное выражение лица Люси: — Мира в порядке. Она жива и здорова, и сейчас, скорее всего, у своей мамы. — Её всё-таки нашли, — прошептала Люси, позволила себе немного поддаться эмоциям тревогой в голосе. — А как же ваша тайна? Она наверняка не сможет держать всё в секрете, я её знаю.       Закончила мысль Люси до того, как поняла, что делать этого не стоило — чего доброго Страунгарды решат вернуть Миру и умертвить. — Об этом можешь не беспокоиться, мистер Страунгард заменил её память. — Заменил? — поразилась Люси и теперь окончательно растерялась. — Но почему так не делать всем сосудам?       Несколько утомлённый разговором, Уильям опустился на диван, однако Люси не собиралась отступать, уж точно не сейчас, взглядом требовала объяснений. — Ты видела, как создавать физический предмет. Даже простой лист бумаги требует знаний и отличной визуализации.       С почти понимающим видом Люси кивнула. — А теперь представь, как работать с тем, у чего нет физической оболочки. Разум человека — это бесконечный лабиринт знаний и воспоминаний, накопленных им за жизнь, — беспристрастно объяснял Уильям, а Люси оставалось лишь поражаться — она и не думала, как вообще воспринимать сознание человека, помимо мозга. — Нельзя просто взять и убрать лишние воспоминания, так как они разбросаны в разных участках мозга, на них завязаны чувства человека, которыми нельзя управлять даже при помощи магии, но можно развернуть сознание человека и заменить одни объекты на другие. И это крайне трудоёмкий и кропотливый процесс, если забыть заменить что-то, человек может вспомнить, что произошло на самом деле, ну, или сойти с ума.       Заметив, как встревоженно Люси выдохнула, Уильям тихонько посмеялся. — Не волнуйся, мистер Страунгард профи по развёртке сознания. Мира будет спокойно жить с мамой, уверенная, что последние месяцы провела в заботливой приёмной семье, а потом нашлась её мама, — заключил Уильям и пожал плечами. — Правда, не могу вообразить почему Андриан позволил отпустить её. — Главное, что Мира жива.       В раздумьях Люси уставилась куда-то под ноги, растерянная тем, как быстро пропала Мира, словно её никогда не существовало, пока Уильям не привлёк внимание: — Уже поздно. Доброй ночи, Люси. — Д-да, доброй ночи.       В своей комнате Люси упала на кровать, задрала голову, чтобы увидеть картину с единорогом и шумно выдохнула от переутомления. Всего один день, и Миры нет. Не то, чтобы Люси сильно скучала по ней, но слегка корила себя, ведь совершенно забыла про Миру, зато теперь она в порядке, как и хотела, нашла маму, а что ещё важнее — ей больше ничего не угрожает. Почему вдруг Андриан попросил стереть Мире память вместо того, чтобы поступить как со всеми сосудами, Люси оставалось только гадать, однако вся это ситуация вселяла надежду — раз Мире удалось спастись, значит и у Люси есть шансы. Если только Уильям не солгал.       Новость об освобождении Миры взбодрила Люси, завтракала перед учёбой она с крайне боевым настроением, которое усилили потрясающие бургеры, оставшиеся со вчерашнего вечера; хотя Аманду беспокоило, не испортились ли они и стоит ли вообще завтракать столь тяжёлой пищей. Абсолютно довольная таким началом дня, Люси ехала в школу, предвкушала момент, когда сама сможет водить машину, ведь скоро ожидал теоретический экзамен, а чуть погодя и практический.       В школе Люси сумела сосредоточиться на уроках, отвечала при каждой возможности, без проблем решила тестовое задание, и всё шло прекрасно, пока не настало время обеда. Сперва Люси с удовольствием вспомнила вкус свежеприготовленных домашних бургеров, а затем мысли как-то незаметно перебрались на тему самого Уильяма. Парень, который отлично готовит — что может быть лучше? Ещё и такой галантный, утончённый, образованный и чертовски красивый. Как только в голове пронеслось это чудовищное слово, Люси немедленно одёрнула себя. Красивый… Безусловно, Уильям произвёл на Люси огромное впечатление, самым наглым образом она находила Уильяма привлекательным, а его знания и навыки не переставляли удивлять, его загадочность манила, и в этом крылась вся проблема. Не зря Люси смотрела с девочками из приюта так много фильмов про любовь, точно понимала, с каким типом мужчин ни в коем случае нельзя связываться, в каких нельзя влюбляться ни при каких обстоятельствах, и Уильям как никогда другой относился к этому самому запретному типу мужчин. Закрытый, упёртый, знающий себе цену, переживающий все эмоции внутри себя — такие люди не способны на нормальные отношения, да и вряд ли Уильям испытывал в них хоть какую-нибудь нужду. Вряд ли человек, выросший в подобной семье, вообще способен на здоровые отношения.       Люси тихонько вздохнула. Да, в голове всё удалось чётко разложить по полочкам, и в правильности своих суждений Люси не приходилось сомневаться, вот только одной логики оказалось недостаточно. Отвлечься от совершенно ненужной темы помогла учёба и неожиданная просьба старосты помочь в библиотеке, на что Люси вызвалась первая и единственная. Сейчас ей меньше всего хотелось возвращаться домой и видеть Уильяма, а так удалось отсрочить неизбежное хотя бы на пару часов.       Чтобы поднять себе настроение, после работы в библиотеке Люси наградила себя газировкой из автомата, но не обычной, а в стеклянной бутылке; вкус, конечно, тот же, зато ощущения новая упаковка вызывала совсем другие. Наслаждаясь напитком, Люси шагала через школьный двор, прикидывала, сколько потратит времени, если попробует добраться до особняка Страунгардов пешком. Часов десять, наверное? Люси посчитала, что это уже слишком, так она даже уроки не успеет сделать, поэтому решила просто прогуляться и подышать свежим воздухом, но пойти как-нибудь новым путём. В подобного рода мыслях Люси уходила всё дальше от школы, свернула в какой-то совершенно незнакомый район, оглядывалась вокруг, в какой-то момент поняла, что забыла надеть наушники и спустя пару секунд услышала женский голос, который просил кого-то «отвалить».       Сердце Люси участило бег и, не уверенная, что сумеет помочь, она побежала к источнику звука, промчалась мимо какого-то клуба, который подсказал причину конфликта. Героически бросаться в бой Люси не стала, сперва выглянула из-за угла и оценила обстановку: какой-то девушки нагло донимался парень, не слишком высокий и не особо крепкий на вид, а что успокоило сильнее остального, достаточно пьяный, его движения не отличались точностью. Как только услышала в женском голосе нотки паники, Люси забыла про безопасность, выскочила из-за угла и крикнула: — Руки убрал от неё, извращенец!       Парень повернулся к Люси, оценил её не слишком осознанным взглядом, удовлетворённо улыбнулся. — А ты ничего так. Хочешь втроём?       Всё нутро Люси дрожало и горело. Она совершенно не представляла, что делать, если парень попытается напасть, если у него окажется оружие. Пусть даже молодой и пьяный, он всё равно сильнее, ему хватит одного удара. Не придумав ничего лучше, Люси сжала горлышко бутылки и разбила её край о стену, газировка с осколками стекла растеклась на асфальте, напиток прилипал к коже. — Обязательно, — как можно более внушительно прорычала Люси и двинулась на парня, выставив грозное оружие.       Люси взывала ко всем высшим силам, чтобы парень не проявил агрессию, чтобы не напал, и высшие силы оказались благосклонны — заметив розочку, нахал на удивление бодро отскочил, вскинул руки, будто не имел к происходящему никакого отношения, так, мимо проходил. — Воу, полегче, подруга. Я думал, она просто ломается. — А ты учись читать между строк, друг, — прошипела в ответ Люси, сжимая оружие так сильно, что побелели костяшки, и потихоньку они с парнем начали расходиться.       Каждую мышцу Люси трясло. Она не могла заставить себя опустить руку, только сильнее сжимала пальцы, даже когда парень скрылся из вида. Лишь, когда услышала всхлип, Люси опомнилась, обернулась к девушке и немедленно замерла. Вытирая слёзы пальцами, чуть ли не вжимаясь в стену стояла Гвендолин Уильямс, в яркой платье с вырезом, вся в украшениях, с почти не потёкшей от слёз косметикой. Молчание нарушали всхлипы, Гвендолин пыталась успокоиться, а Люси понимала, что не в силах оставить её в таком состоянии, вот только понятия не имела, что в подобной ситуации говорить или делать. Люси неловко потёрла затылок, наконец выбросила бутылку, сама вздрогнула от звука разбившегося стекла. — Платка у меня нет, но до дома проводить могу.       Заметив, как Гвендолин закивала, Люси постояла рядом, пока она более или менее не успокоилась, аккуратно взяла за руку и предложила забежать в магазин, купить салфеток. Шли девушки молча, и в магазине не обменялись ни одной фразой, а Люси всё не могла сообразить, что сказать, но понимала, хоть как-то отвлечь Гвендолин необходимо. У дверей супермаркета Люси вытерла влажной салфеткой руку от газировки, вспомнила, что так и не надела наушники, и тогда встрепенулась. С кривой улыбкой Люси обратилась к Гвендолин: — Это, ты «Голос смерти» слушаешь? У меня один рок, а этих, вроде, многие любят.       Не сразу, но Гвендолин закивала, чем несказанно подбодрила Люси, она подала однокласснице наушник, второй вставила в ухо и включила музыку, подставила локоть и скоро ощутила, как Гвендолин прильнула почти вплотную, мелко дрожала. Это помогло Люси забыть о случившемся, по крайней мере, Гвендолин не пострадала, во всяком случае не очень сильно, и наверняка не заработала психологическую травму на всю оставшуюся жизнь.       Люси всегда верила в исцеляющие свойства музыки, и вновь убедилась в этом, когда всего через пять песен Гвендолин сумела улыбнуться, и Люси немедленно уцепилась за это ниточку. — Любишь эту песню? — Да. Но больше «Крылья Красной Алисы». Она так вдохновляет, — добавила Гвендолин, кажется, и сама попыталась поддержать разговор. — Будто помогает перестать бояться что-то не успеть. — Помню сколько визгу было у фанаток, кому эта песня посвящена, — посмеялась Люси и Гвендолин на удивление честно поддержала смехом. — Точно-точно. Все гадали, что за Алиса такая.       Ликуя маленькой победе над страхом, Люси намеревалась развить тему и дальше, но Гвендолин опередила: — А у тебя какая любимая? — Дай подумать… Наверное, «После смерти крыльев не дают» и «Кто ты»? — Что за «Кто ты»? — удивилась Гвендолин, не могла припомнить такую композицию у одной из любимых групп. — Это её черновое название, — позволила себе поумничать Люси. — Потом её перезвали в «Как я тебя узнаю, Смерть». — А, да, она тоже классная. Только немного тревожная.       Несмотря на то, что Гвендолин казалась обыкновенной девочкой-подростком, помешанной на модных тряпках, красивых парнях и мелодрамах, у них с Люси обнаружилось много общих тем и увлечений. Гвендолин тоже любила единорогов, вкусно поесть и фантастику, призналась, что разошлась с тем своим спортсменом, вот и пошла в клуб познакомиться. Видя, как Гвендолин расслаблена, Люси решилась сделать замечание: — Не самое удачное место ты выбрала. — Знаю, что дура, — самокритично ответила Гвендолин, прижалась ближе к Люси. — Это всё из-за Эйприл и Дейзи. Сучки. Пошли они к чёрту.       Не понимая, как девушки причастны к клубу и тому нахалу, Люси всё равно поддержала непоколебимой интонацией: — Полностью согласна, они мне сразу не понравились.       Простенькая шутка заставила Гвендолин посмеяться, более того, она предложила купить кофе, как раз отличная кофейня располагалась немного дальше по улице. К своему удивлению, Люси не испытывала никакого дискомфорта в общении с Гвендолин, она оказалась приятным собеседником, задавала интересные темы для разговора, и Люси даже задумалась, а точно ли с этой девушкой учится в одном классе. Люси с Гвендолин шагали по улице всё ближе к центру, к небоскрёбам, что, казалось, подпирали небо, ярким витринам и начищенным улицам. Постепенно Гвендолин замедлила шаг, заметно изменилась в лице, что заставило Люси побеспокоиться: — Что случилось? Опять того гада вспомнила? — Нет… Не знаю, что родителям сказать, почему я задержалась. Эти стервы меня теперь не прикроют. — Не боись, — Люси похлопала Гвендолин по плечу, словно давнего друга или боевого товарища, — я умею врать.       Спрашивать, что именно Люси придумала, Гвендолин не стала, выражая своеобразное доверие, во всяком случае, так казалось Люси. Недалеко от дома Гвендолин заскочила не то в отель, не то к кому-то в гости — Люси осталась ждать на улице, — а вернулась уже в простенькой школьной одежде. Вместе с Гвендолин Люси поднялась на лифте почти на самый верхний этаж, нарисовала нужное выражение лица — приветливое, благодарное, но чуточку неловкое, а когда Гвендолин приложила ключ-карту, Люси исполнила свою роль: — Ещё раз спасибо, что помогла с химией. Если не сдам, папа меня убьёт. — Да ладно, мне не трудно, — непринуждённо откликнулась Гвендолин, открыла дверь и крайне правдоподобно удивилась. — Привет, пап. — Здравствуйте, мистер Уильямс, — кивнула Люси. — Простите, что задержала Гвен. — Ничего страшного. Но прошу впредь не отвлекать её из-за ерунды. — Конечно, сэр. Ещё раз спасибо, до завтра.       Люси помахала и медленно двинулась к лифту, на всякий случай прислушалась, но так и не услышала реакции мистера Уильямса, поверил он или нет, сердился или проявил благосклонность. Рефлекторно Люси попрощалась с консьержем, чем то ли удивила, то ли оскорбила его, и поспешила вызвать такси, на сегодня приключений оказалось достаточно. В машине Люси пришло сообщение от Гвендолин: «Молодец! Папа поверил», на что Люси сперва посмеялась, а затем ответила: «Отлично. Но откуда у тебя мой номер?». Новое сообщение не заставило себя долго ждать: «У старосты спросила», в конце текста красовался смеющийся смайлик. Откинувшись на сиденье, Люси улыбнулась, недолго думала, но всё же добавила номер Гвендолин в телефонную книгу, на всякий случай, затем надела оба наушника и включила музыку.       Едва Люси расслабилась, отвлеклась, ощутила, как перестали сжиматься мышцы, начала фантазировать о чём-то своём, как песню прервала другая. Сперва Люси посчитала, что телефон сбился, но потом поняла, что это звонок, и она не сразу нашла силы принять вызов. — Ало. — Люси, уже довольно поздно, и я бы хотел знать, где ты, — как всегда беспристрастно прозвучал голос Уильяма. — Забыла сказать, извини. Я задержалась, в библиотеке помогала, но уже еду. — Хорошо. Что-нибудь приготовить на ужин? — Если можно… бургеры, пожалуйста, — проронила Люси почти стыдливо. — Хорошо.       Вновь сердце Люси затрепетало. Раньше никто никогда не беспокоился, куда там она запропастилась, как проводила время, всё ли в порядке, даже Джулия не полюбопытствовала на эту тему, а Уильям позвонил… Люси чувствовала, как на груди растекается жар, и очень надеялась, что это из-за стресса, слишком уж много всего произошло за день, но всё же заглянула под блузку и заметила, как узор маны на груди вырос, обзавёлся парочкой щупалец, которые тянулись к ключицам. Принимая поражение, Люси вздохнула и тщетно пыталась придумать, как скрыть этот узор от Уильяма. Он ни за что не должен узнать.       Утро Люси началось вместе с сигналом будильника. Энергия в теле бушевала, жажда деятельности призывала к подвигам, однако Люси посчитала их лишними — хватило вчерашнего спасения и повторения билетов по вождению до полуночи. Люси завела будильник пораньше, чтобы принять душ, с удовольствием постояла под горячей водой и старалась лишний раз не смотреться в зеркало, чтобы не вспоминать о цветке маны, ставшим чудовищным напоминанием о слабости сердца перед разумом, логикой и сотней историй далеко не со счастливым финалом.       В попытке отвлечься Люси написала Гвендолин, побеспокоилась, как она там, и придёт ли сегодня в школу, и очень быстро получила ответ: «Всё порядке, спасибо! Сегодня буду», а завершало сообщение сердечко. Чтобы сохранить остатки здравомыслия, Люси предпочла сосредоточиться на Гвендолин, однако, стоило выйти из комнаты, как план немедленно провалился — Люси заметила, что дверь в комнату Уильяма приоткрыта, хотя он всегда запирал её на ночь. Что такое страшное могло произойти, Люси старалась не представлять, сперва намеревалась проигнорировать случайность, но не сумела, тихонько подошла и заглянула в комнату. В том, что заснул на диване, Люси обвинила книгу, которую Уильям держал, сама не заметила, как улыбнулась. Кляня чрезмерную эмпатию, Люси взяла из своей комнаты одеяло, беззвучно вернулась к Уильяму, стараясь не разбудить, забрала и отложила книгу, укрыла его. В качестве закладки Люси использовала лист для заметок, который взяла с рабочего стола Уильяма, вложила в книгу и положила её на стол, не позволила себе больше ни на секунду задержаться, а тем более оборачиваться на спящего, и закрыла за собой дверь.       В собственных мыслях и ощущениях Люси едва не тонула, особенно учитывая, что мысли и ощущения яростно сражались, призывая к совершенно безумным поступкам. Надеясь, что это поможет заглушить сотни криков внутри, Люси попросила водителя высадить её немного раньше, чтобы зайти в магазин и купить Гвендолин что-нибудь вкусненькое для поднятия боевого духа, а заодно и себе. Люси остановила выбор на десерте, недолго бродила по соответствующему отделу, пока не нашла очаровательные кексы с нарисованными глазурью единорогами. Люси даже не беспокоилась, вдруг в стенах школы Гвендолин вернёт прежнее отношение и вообще сделает вид, что знать не знает Люси, ведь отвлекала она в первую очередь себя, и была готова в случае необходимости съесть оба кекса.       Предположение рухнуло, когда Люси вошла в класс и увидела Гвендолин — та словно расцвела, разомкнула губы, но, заметив намерение Люси что-то сказать, решила подождать. Ощущая себя неуютно, Люси подошла, протянула один из кексов и будто невзначай поделилась знаниями: — Сахар, вроде, настроение повышает.       Люси показалось, что все в классе обвернулись на них, когда Гвендолин вдруг порывисто обняла её, более того, поцеловала в щёку. Особого значения проявлению благодарности Гвендолин не придала, взяла кекс и принялась разглядывать мордочку единорога. — Какая прелесть! Спасибо, Люси.       Как минимум из приличия та улыбнулась, краем глаза заметила обиженно-расстроенные лица бывших подружек Гвендолин, хотя понятия не имела, кто из них Дейзи, а кто — вторая. Пока не начался урок, Люси и Гвендолин съели кексы, она рассказала, что отец даже не заподозрил Люси в обмане, а затем вовсе предложила сидеть вместе на уроках, когда получится. Люси не отказала, в первую очередь потому, что сейчас Гвендолин нуждалась в поддержке, а во вторую, чтобы наконец забыть об Уильяме и посвятить себя возможных дружеским отношениям. Всё-таки Гвендолин нормальная девочка, пусть со своими проблемами, не умеет выбирать друзей и не догадывается, что искать парней в клубах — не самая гениальная идея. Невольно Люси вспомнила того типа и содрогнулась; хорошо, что он не напал.       Почти на каждом уроке Люси с Гвендолин сидели вместе или максимально близко друг к другу, пообедали во дворе, обсуждая единорогов, музыку, фильмы и даже немного компьютерные игры, ими Гвендолин тоже увлекалась, но совершенно другими жанрами. Как бы то ни было, Люси с удовольствием общалась с новой пока-что-рано-назвать-подругой, которая раскрылась с новых сторон, и с ней Люси не чувствовала той неловкости, что с Джулией, хотя семья Гвендолин тоже относилась к сливкам общества. Возможно всё дело в том, что Гвендолин вела себя как-то проще, а может общение принимало столь приятный оттенок благодаря школе.       Весь день Люси провела рядом с Гвендолин и наконец признала, что она в самом деле классная, весёлая, кое-где даже милая, и не помешана на одной лишь моде или отношениях, пусть к одежде Гвендолин в самом деле испытывала определённую тягу. После уроков Гвендолин с Люси решили заглянуть в кафе и немного поболтать прежде, чем идти по домам. Девушки заказали огромную миску мороженого, которое ели вместе, общались, как давние подруги. — Слушай, я же тут билеты покупала на концерт, мы собирались с Дейзи и Эйприл пойти, но обойдутся, — сурово добавила Гвендолин. — Хочешь со мной? — Да, я не против. А что за концерт?       Вместо слов Гвендолин ответила хитрой улыбкой, отыскала на телефоне нежное изображение и торжественно показала Люси. Та не сразу нашла, куда именно смотреть, а когда прочитала название группы, чуть не вскочила со стула. — «Голос смерти»?! Серьёзно? — Да! — гордо заявила Гвендолин, открыла программу выступления. — Будут и «Крылья Красной Алисы», конечно, и «Как я тебя узнаю», и что-то новое обещают.       Радость от возможности вживую услышать любимую группу и увидеть её на сцене затмила абсолютное незнание Гвендолин, тем более, сейчас она выглядела и вела себя как дружелюбный человек, с которым не страшно отправиться хоть на край света, уж ради концерта точно. — Правда, в VIP-зону я не смогла билеты купить, их так быстро расхватали, — расстроилась Гвендолин и подпёрла голову рукой. — Да ладно, хоть из окна наблюдать, уже классно будет.       Гвендолин легко посмеялась и Люси поняла, что прежде никогда не слышала её смех, даже на фоне множества голосов класса. — Из окна не придётся, мы будем в фан-зоне, прямо возле сцены. — Вау… Никогда не была на концерте, — призналась Люси. — О-о-о, представляю, что с тобой будет… Слушай, а тебе есть, кого ещё пригласить? Не хочу билет возвращать.       Сперва Люси с чистой совестью собиралась отказать, к тому же не верила, что Гвендолин больше некого пригласить, но затем вспомнила кое о ком, кому явно не помешает развеяться. Прада, Люси не была уверена, как Джулия воспримет рок. — У меня есть подруга, она бы с удовольствием сходила. Хорошая девчонка, весело будет. — Отлично! Тогда в пятницу вечером. Встретимся у школы? — Ага, она подъедет.       Люси не верилось, что они с Гвендолин общались всего лишь второй день. Она легко вела себя, шутила, и словно не попыталась поставить Люси «на место» в первый учебный день, вместе с тем Люси не видела в Гвендолин лжи, похоже, как раз теперь Гвендолин сумела раскрыть себя, как человека, не боясь при Люси потерять имидж. Вряд ли сейчас он хоть немного беспокоил Гвендолин, особенно после вчерашнего.       Неожиданно зародившейся дружбой Люси поспешила поделиться с Джулией, а заодно пригласила сходить на концерт «Голоса смерти», включила их песни, чтобы познакомиться Джулию с музыкой. Она не вызвала особого восторга, как и отторжения, некоторые песни понравились Джулии, в том числе и «Крылья Красной Алисы», из-за чего Люси начала подозревать трек в какой-то особенной магии, которая действует на конкретный тип людей.       Благодаря Джулии дома и Гвендолин в школе Люси без особого труда дожила до желанной пятницы, но как только села в машину, поддалась сдерживаемым эмоциям, которые хранила на протяжении нескольких дней. Гвендолин ждала у ворот школы и всем своим видом демонстрировала, что сама сгорает от нетерпения, пусть и не так сильно, ведь уже ходила на концерты, в том числе «Голоса смерти». Весь учебный день девушки только и делали, что обсуждали сегодняшний вечер, то, насколько он будет потрясающим, для столь важного события Гвендолин оделась особенно роскошно, но уложилась в школьные правила, так как домой забегать не собиралась, а Люси и вовсе не подумала о том, что по случаю следует соответствующе нарядиться, огорчилась из-за этого всего на пару минут, ведь все мысли вытеснило предвкушение настоящего концерта.       Ближе к концу уроков Джулия добралась до школы, и пока ожидала Люси и загадочную новую подругу по имени Гвендолин, с удовольствием осматривала через прутья забора чистый двор, красивое светлое здание и даже немного завидовала бы, если бы не знала, сколько времени отнимает учёба и как сложна школьная иерархия. Джулия скоротала время, просматривая социальные сети, и едва не сгорала от предвкушения перед первым в жизни концертом, ещё и в компании Люси, которая сама пригласила, поделилась чем-то важным для себя.       Скоро раздался звонок, немного погодя Джулия заметила Люси и вторую девушку, невероятно красивую, с потрясающими волнистыми волосами, стройную и великолепно одетую. Джулия очень надеялась, что это и есть та самая Гвендолин, а судя по тому, как они с Люси общались, это в самом деле была Гвендолин. Поправив низ платья и глянув в зеркальце, Джулия поприветствовала чудесной улыбкой. — Люси, вот и вы, — сдержать эмоции не удалось, Джулия подскочила ко второй девушке, поймала её ладони своими. — А ты Гвендолин, да? — Рада знакомству, — ласково ответила Гвендолин, лишь на миг растерявшись. — Ты и есть Джулия? — Ага. Прости, но у тебя такое замечательное имя, как из сказки. — Да, как у злой ведьмы, — посмеялась Гвендолин. — Скорей, как у феи. Можно же называть тебя Гвен? — Только так.       Люси и не сомневалась, что Джулия и Гвендолин так быстро найдут общий язык, а уж когда речь зашла об одежде, Люси едва не оставила их одних. Она терпеливо ждала, пока девушки пообщаются, пока не пришла пора собираться, до места проведения концерта ещё предстояло добраться. — Девочки, мы так опоздаем. — Ой, прости, — посмеялась Джулия, взяла Гвендолин и Люси под руки. — Идём! Я уже не могу ждать!       Вместе Люси, Гвендолин и Джулия двинулись в сторону концертного зала, который за пару улиц определили по визгам, крикам и множеству людей. Пред дверями здания собралась огромная толпа, в большинстве своём девушки, но Люси также заметила много парней, некоторые из которых удивляли нестандартной внешностью. К счастью, стоять в колоссальной очереди и ожидать возможности войти Гвендолин, Люси и Джулии не пришлось, они прошли ко второму ходу для обладателей VIP и билетов «смертников», к числу которых Гвендолин относилась уже третий год.       Девушек поприветствовали, приняли билеты и проводили в огромнейший зал, освещённый тусклым голубым, красным и фиолетовым светом, сцену закрывали кулисы, а фан-зону отделяло ограждение. Постепенно прибывали восторженные поклонники «Голоса смерти», но общая суета и предвкушение словно не касалось Люси, она поражалась тому, как близко находится сцена, до неё буквально удавалось дотронуться рукой, что Люси и сделала, с трепетом провела ладонью по сцене, ощущая невероятный восторг. Отсюда она сумеет увидеть «Голос смерти» совсем близко. При мысли об этом Люси вся затрепетала.       Всё больше и больше людей прибывало в зал, становилось громко и душно, однако этого Люси не замечала, полностью поддалась эмоциям, кипящим внутри. С каждой секундой сердце Люси билось чаще, быстрее, позади слышались крики фанаток, ожидающих своих кумиров, звучали четыре имени, но громче всех, конечно, имя солиста, Венита. Свет становился всё тусклее, скоро осталась гореть только подсветка на стене, зажглись огромные экраны и зал наполнил оглушающий крик восторга, в котором и Люси приняла участие. Распахнутыми глазами она глядела на сцену и не верила, что вот-вот вживую услышит любимую группу. Плавно тяжёлые занавесы разъехались в сторону, позволяя в кромешной тьме увидеть участников группы, а точнее лишь сияющие неоновой краской скелеты, инструменты с костями и позвонками, черепа на барабанной остановке, только у стоящего впереди всех солиста также виднелись органы, словно под рентгеном, они тускло сияли в темноте. Дыхание Люси сбилось. Она не отрывалась от образов участников, могла разглядеть, что у солиста, в отличие от остальных, нарисованы не человеческие зубы, а клыки, видела неоновый позвоночник и рёбра на его гитаре. Едва солист двинулся, как зал мгновенно затих. Каждый затаил дыхание, чтобы услышать потрясающий голос, он оплетал, проникал в разум и душу, пленял её мягкостью и красотой. — Смертники — это люди, приговорённые к смертной казни. Но каждый человек однажды умрёт, а потому все вы смертники. Мы — проводники смерти, и сегодня скрасим время до вашей кончины.       Как только зазвучали первые удары барабана, зал наполнил шум и крики, которые не раздумывая поддержала Люси. Она полностью потеряла ощущение своего тела, растворилась в музыке, в удивительном голосе Венита, который околдовал всех и каждого. Иногда за спинами группы проносились тусклые прожектора неизменных фиолетовых, красных и синих цветов, позволяя увидеть силуэты парней, но скрывая их внешность, лишь скелеты сияли в темноте. Люси не волновало, как по-глупому она сейчас выглядит, как много времени прошло, сколько вокруг людей, ведь её полностью захватила потрясающая музыка и понимание, что здесь она с двумя девушками, которых вполне может назвать подругами. Сейчас Люси чувствовала себя как никогда счастливой, пусть не до конца осознанно, ведь могла только слышать музыку.